Дина Исаева

Беременна от его отца

Дина Исаева

* * *

1

Яна

Поставив бокал с шампанским на поднос, я направилась к выходу, чтобы подышать воздухом.

– Яна, задержись. Мне нужна твоя помощь с немцами, – Игорь Яковлевич взял меня за локоть и остановил.

Я опустила взгляд на его руку. Аккуратно высвободилась из захвата влажных пальцев и натянула вежливую улыбку. Именно этому человек я была обязана тому, что получила уникальный шанс побывать за границей, где собралось столько важных и интересных людей.

– Вдруг повезет наладить с ними контакты. Пойдем пообщаемся.

Я знала два языка, один из которых – немецкий. Больше всего мне нравился английский, наверное, потому, что я мечтала побывать в Майами или, еще лучше, туда переехать. У меня в телефоне было много снимков местных пляжей, и иногда я их пересматривала и визуализировала мечту.

Разгладив несуществующие складки на кремовом платье, я вздрогнула, потому что мой босс переместил свою потную ладонь мне на спину. Все в его поведении указывало на то, что он собирался этим вечером заполучить меня в любовницы. Только вот я не рассматривала отношений со своим начальником.

– Добрый день, – поздоровалась с кучкой людей, к которым Игорь Яковлевич меня подвел.

Все в этом ресторане выглядели солидными и холеными. Да и с их суммами на счету это было немудрено. Я впервые была на форуме такого типа.

Полчаса я помогала Богданову общаться с будущими партнерами, и мой рот начал болеть от улыбок, которые я дарила этим мужчинам. Желание выйти на воздух сделалось невыносимым. В какой-то момент я почувствовала на себе взгляд. В районе спины сильно жгло. Обернувшись, я обвела глазами зал и заметила его. Он стоял в компании женщин и мужчин, высокий, статный, широкоплечий. В руках он держал бокал с шампанским, смотрел на окружающих уверенно и иронично. Девушка, стоящая с ним рядом, из кожи вон лезла, чтобы привлечь его внимание.

Серые глаза поймали меня в фокус и задержались на моем лице. У меня пересохло во рту, и я быстро отвела взгляд. Обычно я не стеснялась мужчин и уж тем более их внимания, но этот взгляд словно снимал с меня одежду, оставлял отметины на коже.

– Игорь Яковлевич, мне нужно отойти, – я тронула босса за локоть. – Я буквально на десять минут.

Потные ладони мужчины вновь как бы невзначай коснулись моей спины, а на губах мелькнула похотливая улыбка.

– Возвращайтесь, Яна, я без вашего языка долго здесь не протяну, – видимо, Богданову шампанское ударило в голову.

Мне стало не по себе от того, что с этим мужчиной мне еще предстояло сегодня возвращаться на такси в отель. Надеюсь, он не позволит себе лишнего в машине. Я даже на секунду пожалела, что не заселилась в дешевый хостел. Не хватало еще, чтобы он ночью заявился ко мне в номер и начал домогаться… Мне бы не хотелось лишаться этой работы, потому что в ней меня все устраивало.

В воздухе приятно пахло вечерней прохладной. Сделав глубокий вдох, я представила, как после окончания форума прогуляюсь по городу и схожу в кафе. Я уже построила маршрут на вечер. Позвоню Маше по видеосвязи и покажу ей немного местных красот.

– Скучаете? – от приятных мыслей меня отвлек мужественный бас.

Я вздрогнула, медленно повернулась и моментально попала в омут серых глаз. Тот самый мужчина, который привлек мое внимание в зале, стоял передо мной, заложив руки в карманы брюк. Он рассматривал меня пристальным взглядом, и я поймала себя на странной мысли, что хочу с ним пообщаться и, возможно, с таким, как он, было бы приятно провести время не только за пятиминутной беседой, но и прогуляться по городу. Я бы отважилась на этот шаг, лишь бы избежать общества Игоря Яковлевича.

– Да, немного, – я смущенно улыбнулась, рассматривая незнакомца. – Я первый раз в Австрии. До этого не была заграницей. А вы? Кажется, та дама, которая была с вами, не дает вам заскучать?

Я закусила губу, понимая, что сморозила глупость, но было уже поздно. Мое поведение со стороны походило на флирт.

Глаза мужчины сузились, в них мелькнуло что-то хищное и опасное. Чувственные, пухлые губы расползлись в кривой усмешке.

– Мне куда интереснее самому выбирать спутницу на вечер.

– Да, конечно, – я зачем-то кивнула. – Я вас очень даже понимаю.

Помимо выраженной мужской красоты мой собеседник обладал чарующим магнетизмом. Мне вдруг захотелось ему рассказать, как меня бесил подвыпивший босс и его навязывание своего общества, но я, конечно, не стала этого делать. А что если он принял меня за девушку легкого поведения и потому пошел за мной на террасу?

– Яна! Вот вы где, моя дорогая! Десять минут уже истекли… – рядом с нами показалось лицо босса, и я ощутила укол разочарования, что снова придется возвращаться в зал и улыбаться этому хлыщу, терпеть его сальные взгляды. Лучше бы он не пил. Хватит ему.

– Извините, – я взглянула украдкой на своего нового знакомого, имени которого даже не успела узнать. – Работа…

Через час мы с Игорем Яковлевичем возвращались на такси в отель и, как я и опасалась, он перешел в открытые домогательства. То ли перебрал шампанского, то ли он со всеми переводчицами себя так вел. Мужчина начал приставать ко мне в машине, нагло лапать мои бедра и намекать на то, что не против провести ночь в моем номере. Я выскочила из автомобиля, едва он только успел притормозить у отеля. Быстрым шагом направилась в здание, мечтая поскорее добраться до лифта, а там уже до номера. Закрыться в нем и не высовываться. Возможно, наутро, когда Богданов проспится и придет в себя, поймет, что перегнул палку и извинится.

– Яна! – он все же догнал меня в фойе, и я чуть не запуталась в подоле платья и не упала. По телу прошла новая волна неприятной дрожи, когда его рука вцепилась в мое запястье.

– Игорь Яковлевич, вы пьяны. А я устала и хочу отдохнуть. Пожалуйста, отпустите, – я тактично пыталась увернуться и раздумывала над тем, чтобы вызывать охрану, и, как итог, лишиться рабочего места.

Никогда бы не подумала, что окажусь в такой ситуации.

– Отпустите девушку, – раздался стальной приказ за моей спиной, и я облегченно выдохнула, что хоть кто-то заметил мои жалкие попытки отпихнуть от себя пьяного извращугу. Я обернулась и, к моему удивлению, снова увидела того самого красивого незнакомца из ресторана.

– Ты кто? – заплетающимся языком спросил Богданов.

– Отпустите девушку, – повторил мужчина, делая шаг к нам. – Не видите, ей неприятно. Она устала и хочет отдохнуть. Так понимаю, без вас.

– Да я… – Но сказать Игорь Яковлевич ничего не успел, потому что незнакомец вывернул ему кисть, ту самую, которая сжимала мою.

– Разве я неясно выразился?

Брезгливо отпихнув руку, он перевел на меня напряженный взгляд, и его голос потеплел.

– Идемте, я провожу вас до номера.

Несколько секунд я не могла прийти в себя, а потом, опомнившись, последовала за мужчиной. Откуда-то взялась уверенность, что рядом с ним мне ничего не угрожает.

– Это мой босс, – задыхаясь от стыда, пробормотала я, когда мы оказались в лифте. – Он много выпил…

– Ты не должна передо мной оправдываться, – мягко перебил мой защитник.

От неожиданного "ты" я вскинула глаза и впилась в его лицо. Какой он красивый. Резкие скулы, стильная небритость и глаза… такие пронзительные. Кажется, что видят тебя насквозь. Сколько ему? Он взрослый. Старше меня минимум лет на… Ему около сорока, и он привлекательнее всех парней, которых я встречала.

– Спасибо, что помогли мне, – я стала нервничать сильнее, потому что в этот момент створки лифта разъехались, и нужно было идти к моему номеру. Мне не хотелось оставаться одной, хотелось продолжить беседу.

– Любой нормальный мужчина поступил на моем месте также, – невозмутимо ответил он. – Кстати, я Кирилл.

– Яна, – я почему-то покраснела.

Мы шли по коридору молча, пока наконец не показалась дверь моего номера. Я судорожно пыталась придумать тему, чтобы продолжить беседу, но на ум ничего не шло.

– Ну, вот мы и пришли… – от волнения я закусила губу и кивнула на дверь.

Кирилл смотрел на меня с высоты своего роста, пристально и немного задумчиво. У меня сбилось дыхание, в животе горячо закипело. Да что со мной?

– Войти предложишь? – неожиданно спросил он.

Я сглотнула.

– Вы… ты… хочешь войти?

– Хочу, – хрипло ответил Кирилл, подходя ко мне вплотную. – Я выбрал себе спутницу на вечер.

2

Яна

Три месяца спустя

– Куда, ну куда же она подевалась? – я лихорадочно рылась в ящиках туалетного столика, вытряхивала все содержимое, чувствуя, как дрожат руки.

Искала любимую золотую цепочку с кулоном, подарок мамы. Как сквозь землю провалилась. В последнее время я стала жутко нервной и рассеянной. Так на меня действовало предстоящее знакомство с Сашиными родителями. Раньше я не замечала в себе склонности к самоедству. Но отец Александра, по слухам, был невероятно богат, олигарх в полном смысле этого слова. Я же из простой провинциальной семьи. Конечно, мне не по себе. Как меня примут?

Саша, разумеется, твердил, что все будет отлично. Что его отцу главное, чтобы сын был счастлив, и вообще он человек простой в общении. Обычный ужин, давно не виделись. Всего-то в самом дорогом ресторане города. Пафосном, куда так просто не попасть. Где куча столовых приборов и вышколенные официанты… Я бывала в таких местах пару раз по работе, и все же мне не по себе. Чувствую себя Золушкой.

А вот и цепочка! Столько искала, даже укладка немного подрастрепалась.

– Малыш, ты готова? – раздался из прихожей голос любимого.

– Почти! – еще раз критически осмотрела себя в зеркало.

Мой гардероб не богат на вечерние платья, выбор был между черным, белым и розовым. Я решила, что в черном выгляжу слишком строго, в розовом слишком легкомысленно. Остановилась на белом. Довольно простое, до колен, вырез декольте средний, грудь у меня небольшая, так что скрывать нечего.

– Ой, какая вы сегодня красивая, Яночка, прямо Царевна-Лебедь, – радостно проворковала моя соседка по лестничной площадке, Нина Филипповна, когда я вышла в коридор. – Вы извините, ребятки, соль у меня закончилась, а в магазин не успеваю сбегать, сериал тогда пропущу, – объяснила свое присутствие в квартире. – Ну, пойду, не буду вам мешать. Вы в ресторан, наверное, собираетесь?

– Да, в ресторан, – вздохнул Саша, красноречивым жестом открывая входную дверь. Соседка выплыла нехотя, совсем к своему сериалу не торопилась, видимо. Очень любопытная женщина, ее любимый сериал – в глазке двери.

– Царевна-Лебедь? – я растерянно уставилась в зеркало. – Я, наверное, лучше надену черное…

– Детка, ты прекрасна, – заверил Саша. – Не слушай эту бабулю.

– Я боюсь не понравиться твоим родителям.

– Это невозможно.

Я и сама не понимала, почему для меня было так важно в этот вечер понравиться. Отец Александра, конечно, присутствовал в его жизни, но не сказать, чтобы диктовал свои правила. От Саши я знала, что он в разводе, жил на несколько стран и в России проводил не так много времени.

Родители моего парня сохранили, по его рассказам, нормальные отношения, так что на этом вечере будут оба, отчего мне становилось еще более не по себе. Отдельно познакомиться с ними мне не удалось, потому что Инга много путешествует, по несколько месяцев живет то в одной стране, то в другой. Вот и сейчас всего пару дней назад вернулась из Таиланда.

Неудивительно, что Саша с такими родителями рано стал самостоятельным. Совмещал учебу и бизнес – у него сеть автосервисов.

Мы познакомились случайно в кафе на Арбате. Наверное, это была искра. Я смотрела на него, и складывалось ощущение, будто знала его очень давно. В тот же день он взял мой телефон, а уже к вечеру прислал смс. Написал, что думает обо мне и никак не может выкинуть из головы. Мы увиделись на следующий день и еще через день, стали встречаться. Мне с ним повезло: Саша был веселый, обаятельный и заботливый. Всегда справлялся, как у меня дела и даже помог с работой, когда я наконец поняла, что больше не могу терпеть грязные намеки от Игоря Яковлевича.

Именно поэтому я очень хотела понравиться его родителям.

3

Яна

– Еще раз напомни, как зовут твоего папу? – спросила я у Саши перед входом в ресторан.

– Кирилл Сергеевич. Мама…

– Инга Владимировна, я помню.

Я оглядела себя в стеклянном отражении двери и, убедившись, что выгляжу хорошо, проследовала внутрь за Сашей. Я воспитанная, красивая, неглупая. Встреча должна пройти замечательно.

– Здравствуй, сын, – светловолосая женщина в голубом пиджаке обняла Сашу за плечи и чмокнула в щеку. – Соскучилась по тебе.

Я не смогла не заулыбаться. Хорошие у Саши с матерью отношения. Она красивая. Вернее, стильная. Идеальная укладка, белые зубы, выдержанный макияж.

– Ну, привет, Саш, – раздался следом знакомый бас, от которого по коже разбежались мурашки. Я впилась взглядом в мужчину, который с улыбкой пожимал руку Саше и замерла.

Как… Как такое возможно? Нет, это шутка… Бред какой-то.

– Знакомься, Яна, это мои мама и папа, – улыбнулся Саша, поворачиваясь ко мне.

Мое лицо побледнело, когда я встретилась глазами с Кириллом. С тем мужчиной, который спас меня от домогательств шефа и с которым я провела незабываемую ночь в роскошном отеле Австрии. Ночь, о которой не могла забыть долгие недели, утешая себя тем, что это наваждение скоро пройдет.

Губы мужчины изогнулись в вежливой улыбке, и он протянул мне руку для пожатия. Я растерянно посмотрела на нее и, окончательно растерявшись, вложила в нее свою ладонь. От соприкосновения с его кожей меня ударил разряд тока, а перед глазами поплыли воспоминания. Мы целуемся, мои лопатки ударяются об стены, Кирилл стаскивает с меня платье, а я сдираю с него рубашку. Он хрипло шепчет мне на ухо комплименты и непристойности, пока я задыхаюсь от наслаждения и исступленно царапаю его плечи, потому что никогда в жизни не испытывала ничего подобного. Мы лежим рядом, он гладит меня по волосам, и я засыпаю.

– Кирилл Стоцкий, – представился мужчина, заставив меня захлопать ресницами. Он выглядел так, словно меня не узнал.

Как он мог меня не узнать?

– А я Инга Владимировна, – вступила женщина, и мне пришлось на нее посмотреть. Она оценивающе разглядывала меня и улыбалась. – Здравствуйте, Яна.

Саша выдвинул стул и помог мне сесть, хотя все, чего мне хотелось, так это сбежать. Конечно, мы ничего друг другу не обещали, и оба были уверены, что больше не увидимся. Но все же… От мужчины, сидящего напротив, я ждала ребенка. Прошло каких-то три месяца, а он меня даже не узнал…

4

Яна

Я бездумно смотрела в меню и не могла сложить буквы в слова. Перед глазами всё ещё всплывали отрывки из той ночи, которую мы провели с отцом Саши. Никогда бы не могла подумать, что бывают такие совпадения в жизни. Не знаю, хорошо это или плохо, что Кирилл не узнал меня, но я буду держаться той же позиции, что и он.

– Малыш, тебе какой салат? – спросил Сашка, вырывая меня из воспоминаний.

– Греческий.

– Вино? – Инга Владимировна пристально посмотрела. – Здесь подают хорошее, итальянское.

– Спасибо, мам. Яна будет сок, – пришел на помощь Саша.

О собственной беременности я узнала на пятой неделе. У меня случилась задержка, но тест я не спешила делать. Не верила, что после безумной ночи с человеком, которого почти не знала, смогу забеременеть.

На тот момент наши отношения Сашей активно развивались. Помню, как пришла к нему на встречу в ресторан и выложила всю правду о своем особом положении. Я плакала, потому что рождение ребёнка никак не вписывалось в мои планы. Мне двадцать три года, я только что окончила университет и к тому же снимала квартиру.

Ещё ожидала, что Саша осудит и порвёт со мной все связи, но он неожиданно сказал, что расставаться со мной не собирается и с малышом готов мне помогать. Так он стал моей поддержкой и опорой в это непростое для меня время.

Во время ужина я старалась лишний раз не смотреть на Кирилла, но ощущала на себе его взгляды, отчего еда совершенно не лезла в горло. Да и какой может быть аппетит, когда тот, о ком я часто думала, сидел сейчас напротив? Когда беременность подтвердилась на УЗИ, первым моим порывом было перелопатить список всех гостей, которые присутствовали на международном форуме и найти среди них того самого Кирилла. Но это было невозможно, потому что к тому времени с работы я уже уволилась. К тому же мы с ним ничего друг другу не обещали – расстались сразу же утром, не обменявшись номерами телефонов. Я была уверена, что ребёнок ему не нужен.

– Где вы учились, Яна? – спросила Инга Владимировна, откладывая столовые приборы.

Я тут же последовала её примеру и приготовилась к расспросам.

– Я окончила факультет иностранных языков, – ответила сдержанным голосом.

Волнение захлестывало меня с головой, потому что Кирилл тоже отложил в вилку и слушал меня. Его серые глаза скользили по моему лицу, по плечами, заставляя переживать ещё сильнее. Ладони вспотели, а краска заливала лицо. Боже, как меня угораздило вляпаться во все это? Нервничать на моём сроке было опасно, потому что первый триместр самый важный в жизни каждой женщины, но по-другому не получалось.

– МГУ?

– Нет, – отрицательно мотнула головой в ответ. – Я хотела поступить туда, но не прошла по баллам, поэтому выбрала педагогический университет.

Инга Владимировна удовлетворенно кивнула.

– Кто ваши родители?

– Мать – медсестра в инфекционной больнице, а отец – инженер на литейном заводе.

– Хорошо-о, – улыбка Сашиной матери становилась шире. – Работаете, Яна?

– Да, переводчиком. Саша помог мне подыскать работу.

Его ладонь опустилась на мою руку и слегка сжала в знак поддержки. Я посмотрела на него с благодарностью и теплом. Только он умел так – стоять за меня горой.

– Вы молодец, Яна. Нравитесь мне, – сказала мать Саши. – Когда я шла на эту встречу, то больше всего боялась, что девушка моего сына будет «проблемной».

– Что ты имеешь в виду, Инга? – вдруг подал голос Кирилл.

К счастью, в моем допросе он не принимал участия. Это было бы невыносимо, если бы и он начал на меня давить. Я вскинула на отца Саши свой взгляд и ощутила, как кожа покрылась мурашками. Он уже смотрел на меня так же, как на форуме – будто раздевая, заставлял кожу плавиться.

– Ну, знаешь же, Кир, что девушки разные бывают, – оправдалась его бывшая жена. – Без образования или после ПТУ, с плохими манерами или родителями-пьяницами. А ещё с довесками в виде детей от прошлых браков или отношений. Хорошо, что Яна не такая.

Внутри меня всё похолодело от страха. Саша просил меня не говорить родителям о том, что я беременна. Он сам им рассказал бы им чуть позже. Без моего присутствия и когда придет время. Сейчас срок моей беременности вполне позволял скрывать особое положение.

– Кхм, простите. Мне нужно выйти на одну минутку, – я поднялась с места и под взгляды присутствующих почти выбежала из зала.

В уборной было пусто. Я стала умываться холодной водой, пытаясь унять своё нервное состояние. Обычно я не любила врать, но у меня не было вариантов. Инга Владимировна только что стерла меня в порошок. Она не простит ни мне, ни Саше моей «проблемности». И что мне теперь делать?

5

Кирилл

Едва стройная фигурка Яны скрылась в кулуарах ресторана, мне захотелось выпить чего-нибудь покрепче вина. Прямо кино какое-то. Каковы шансы встретиться в Москве с девушкой, которую видел лишь раз в другой стране и с которой провел одну ночь? И уж совсем неожиданно то, что ее за ручку привел собственный сын.

– Вроде нормальная девушка, – сказала Инга и вопросительно на меня посмотрела, словно ждала одобрения. – Семья, конечно, не королевская…

– Мам… – заерзал Саша.

– А у кого она королевская? – я пригвоздил бывшую жену взглядом к стулу. – У тебя, Инга?

Ей ответить было нечего. Инга сама из провинции родом. Отец – алкоголик со стажем, мать всю жизнь на заводе пахала.

– Я хочу лучшего для нашего сына.

Я тоже хотел лучшего для Саши, а потому чувствовал себя так, словно его предал. В самом страшном сне не мог представить, что когда-нибудь пересплю с девушкой, с которой спит мой сын. Да и не только спит, похоже. Александр выглядел влюбленным.

Я его понимал. Девушка самого меня очаровала, ведь из всех присутствующих гостей глаза упали именно на нее. В ее осанке было что-то аристократическое, а от лица невозможно было оторваться. Обычно я предпочитал женщин постарше. Все же самому уже не двадцать. Но с ней не смог устоять и о том, что вошел в ее номер, не пожалел. Яна была горячей, страстной и нежной, и уснуть с ней не удалось до утра.

Воспоминания о той ночи затопили меня, и я поморщился. Надо перестать о ней думать. Яна с моим сыном встречается, и в интересах всех сидящих мне о той ночи забыть. Девушка, конечно, меня вспомнила. Побледнела, покраснела. Но вида не подала. Молодец. Быть у нас с ней ничего не могло, а теперь и подавно. У меня своя жизнь, любовница есть постоянная, а она слишком молода. Саша, если о нашей связи узнает, меня не простит.

– Как тебе Яна, пап? – сын посмотрел на меня с вопросом.

– Приятная девушка, – ответил я и сцепил зубы. Делать вид, что я ее не знаю, было тяжело.

– У нас все серьезно. Может быть, предложение ей сделаю.

Я сжал вилку в кулаке. Все даже хуже, чем я предполагал. Как мне желать ему счастья, зная, что это обман, и я занимался с его невестой тем, чем он, предположительно, должен заниматься с ней в первую брачную ночь?

– Это замечательно! – воскликнула бывшая жена и закрутила головой по сторонам. В этот момент к столу подошла Яна, и Инга вцепилась ей в руку.

– Яночка! Мы с Кириллом так счастливы, что наш Саша повстречал такую чудесную девушку. Поэтому приглашаем вас к нам в загородный дом в эту субботу. Сделаем шашлыки, сходим в сауну, поплаваем. У Кирилла в доме шикарный бассейн. Погода замечательная, можно позагорать!

Я был зол. Я совсем не планировал приглашать к себе гостей, тем более бывшую жену и Яну. Ингу я в принципе не мог выносить больше часа из-за ее чрезмерной болтливости, а Яна… Я не хотел смотреть на Яну в купальнике и вообще лишний раз ее видеть.

– Классная идея, пап, – улыбнулся сын, хотя я ничего не предлагал. – Я мяса куплю. – И обнял Яну.

Я посмотрел на нее. Она снова побледнела. Кусала губы и хлопала длинными ресницами. Взгляд невольно сполз ниже ее шеи, и пришлось отвести глаза. Дурацкие воспоминания.

– Приезжайте. – Не отказывать же Саше, когда он так рад. – Мяса не покупай. Водитель все сделает.

Сын заулыбался, Инга тоже. Я знал, что бывшая жена не теряла надежды меня вернуть. Постоянно говорила, что я единственный мужчина в ее жизни. Врала. Мои деньги она любила больше.

Яна не улыбалась. Тяжело дышала и комкала подол платья. Я налил бокал воды и протянул ей. Не любил, когда женщинам было плохо. Хотелось отвести ее в сторону и успокоить, но тогда я бы сделал только хуже. Нельзя было себя выдавать.

– Спасибо, – Яна коснулась меня своими тонкими пальцами, и меня ударил легкий разряд тока. Странно.

6

Яна

С самого утра я неважно себя чувствовала. Мне не хотелось ехать на дачу к мужчине, при виде которого я ощущала ступор, а перед глазами одна за другой мелькали навязчивые картинки. Благо у меня было время морально подготовиться к новой встрече и взять себя в руки. В этот раз я постараюсь так не краснеть и не мямлить. В конце концов, былого не вернуть, а нам с Сашей нужно строить свое будущее. Но мысли все равно возвращались к Кириллу и нашему «знакомству» в ресторане.

– Малыш, ну что ты так переживаешь? Родители вроде отлично тебя приняли, маме ты понравилась. Отец… Ну, он всегда такой: строг и немногословен.

– Все хорошо, Саш, – я сцепила руки в замок и, повернувшись в его сторону, слабо улыбнулась.

– Точно хорошо? Ты такая бледная. Мы еще можем вернуться домой, и я скажу, что ты неважно себя чувствуешь?

– Нет-нет, – тут же заверила я его и поправила выбившийся локон из прически. – Я хочу провести время с твоими родителями. К тому же они подготовились к нашему приезду, отменили, возможно, какие-то планы и купили мясо.

Спустя полчаса машина Саши притормозила у высоких ворот. Они медленно поползли вверх, и мы оказались на огромной территории с бассейном и зеленым садом. Вдалеке виднелся теннисный корт. Я, конечно, предполагала, что отец Саши весьма обеспеченный человек, но не думала, что до такой степени… Вспомнив игровую площадку у дома в родном городе, подумала, что она вполне могла бы разместиться на территории, которая принадлежала одному человеку.

– Привет, пап! – мужчины пожали друг другу руки, а я смущенно опустила глаза, поймав на себе пристальный взгляд Кирилла.

Мои щеки снова вспыхнули румянцем, а в горле образовался комок. Нельзя же так реагировать на отца своего будущего жениха! Да, я волновалась, но ведь не должна о нем думать.

– Добрый день, Кирилл Сергеевич… – даже вслух произнесенное имя этого мужчины вызывало странный трепет внутри.

Он коротко кивнул мне в ответ.

– Здравствуй, Яна.

– Мама еще не приехала? – спросил Саша.

– В доме. Нарезает овощи к мясу, – лаконично отозвался мужчина.

– Пойду помогу Инге Владимировне? – я ухватилась за возможность лишить себя общества Кирилла и успокоиться. Данное себе обещание не показывать перед ним своего смущения я с треском провалила. – Проводишь, Саш? Боюсь, что могу заблудиться…

– Да, малыш, – он обнял меня, а я взглянула украдкой на Кирилла.

По невозмутимому лицу мужчины нельзя было разобрать, о чем он думал, но вот взгляд… Почему я снова воспоминала о той ночи, стоило мне его увидеть? Может быть, мне следовало рассказать все Саше? Получается, что я обманывала его…

– Давай заодно покажу тебе, где ты можешь переодеться, поплаваем немного в бассейне?

– Да, хорошо, – тихо согласилась я, но внутренне содрогнулась от мысли, что мне нужно будет почти голой предстать перед Кириллом. Он не будет рассматривать это как провокацию с моей стороны? Он и в самом деле меня не помнил?

Мы прошли через зеленую лужайку и оказались у дома. Саша открыл дверь и пропустил меня вперед.

– Зайдем через террасу, – его рука легла мне на талию, и он меня обнял. – Ты что так напряжена, маленькая? Расслабься, – ободряюще улыбнулся он. – Мои родители такие же обычные люди, как и все.

– Да… – я осеклась, не успев закончить свою мысль.

Инга Владимировна, выставив руки вперед, шла к нам с возгласом:

– Приехали! Наконец-то! Как добрались? – женщина заключила сына в объятия, поцеловала его в щеку, а затем и меня.

– Как дела, Яна? Помню, я тоже, как и ты, смущалась, когда Кирилл в первый раз привел меня к своим родителям. Все через это проходят.

Я улыбнулась.

– Да, вы правы. Я немного не в своей тарелке. Дом очень большой и красивый.

Саша наклонился к моему уху и тихо сказал:

– Прямо по коридору первая дверь направо – ванная комната. Там ты можешь переодеться, как закончите. Я скоро подойду. Мне нужно поговорить с отцом.

– Пойдем на кухню, дорогая, – мама Саши меня приобняла. – Поможешь мне нарезать салаты.

Возможности помочь я даже обрадовалась. Я любила быть полезной.

– А как вы познакомились с Сашей? – вдруг поинтересовалась Инга Владимировна, пока я старательно нарезала помидоры.

Вспомнив о том дне, я улыбнулась и пожала плечами.

– Я как раз потеряла работу и сидела в кафе. Ждала подруг, чтобы они меня хоть немного поддержали. Ко мне подсел красивый молодой человек. Саша расположил меня к себе общением с первых минут и остался за столиком, когда пришли мои подруги. Потом проводил до дома, и мы договорились созвониться на следующий день…

– Саша у меня очень искренний и добрый мальчик. Я рада, что ему попалась такая хрупкая и красивая девочка, как ты, – расплылась она в улыбке. – А то девушки сейчас пошли… Ну, сама знаешь, чуть что – так и норовят захомутать красивого и богатого принца, а что у него в душе, их не интересует…

Интересно, что бы она сказала, узнав, что я ждала ребенка от ее бывшего мужа… От этой мысли я снова побледнела, ощутив себя не в своей тарелке. Я не привыкла обманывать других людей, и вся эта ситуация жутко давила на нервы.

– Зато как представлю, что мой Сашенька станет когда-нибудь отцом, сердце замирает от нежности. Или вы решили пожить для себя?

Я ничего не ответила, лишь подняла испуганные глаза к ее лицу. Неужели мама Саши догадалась, что я в положении, и прощупывала почву?

– Хотя… – задумчиво протянула она. – Какие ваши годы! Куда торопиться, ведь так?

От облегчения я неосторожно опустила нож на палец и от острой боли громко вскрикнула.

– Ох, Яна! Ну что же так неаккуратно! Давай, быстрее руку под воду, – Инга Владимировна включила кран и отошла от мойки, освобождая мне место.

– Что у вас тут случилось? – раздался в дверях голос, от которого меня затрясло сильнее. Появился Кирилл.

Мне казалось, что я лишусь чувств от переизбытка эмоций. Только этого мне сейчас не хватало.

Заметив мой кровоточащий палец, он нахмурился и сделал шаг с явным намерением мне помочь.

– А что вы тут столпились? – появившийся Саша протиснулся ко мне. – Яна, – встревоженно вздохнул он. – Ты поранилась?

Я схватилась за край раковины, едва стоя на ногах. Я ненавидела вид крови, а вопросы Инги Владимировны и Кирилл, который так смотрел на меня, выбили меня из колеи. Я хотела поскорее выйти на свежий воздух.

– Все хорошо, правда. Я сейчас промою ранку и выйду на свежий воздух.

Саша аккуратно взял мою руку, подставил ее под струю воды и держал так какое-то время. Я украдкой взглянула на Кирилла, который за этим наблюдал. Он плотно сжал челюсти, а в глазах его мерцал огонь.

Но настоящий испуг я испытала при взгляде на маму Саши. Потому что она не сводила глаз с бывшего мужа, который, не стесняясь, разглядывал меня и наблюдал, как их сын проявлял свою заботу.

7

Яна

Я стояла в купальнике перед зеркалом и, глубоко дыша, старалась подавить дрожь, которая никак не желала проходить. К счастью, рана оказалась небольшой, и Саша сделал мне повязку. Хотя, если бы порезалась сильнее, появился б идеальный повод для отказа поплавать. Мысли вернулись к Саше. Он такой заботливый и добрый, что лгать ему невыносимо. Что же теперь делать? Все время лицемерить, притворяться, что ничего невероятного не произошло?

Заставить себя выйти в купальнике к бассейну оказалось для меня настоящим испытанием. Хорошо, что купальник нашелся достаточно закрытый, чтобы скрыть увеличившуюся грудь. Живота у меня пока не появилось, разве что бедра стали округлыми, но вряд ли эти изменения кто-то смог бы заметить. Я прикусила губу: Кирилл ведь даже меня не вспомнил.

Пока шла, ругала себя за то, что не придумала способа отказаться от плавания. Побоялась, что тогда Саша будет допытываться, что со мной, говорить, что странно себя веду.

Пока шла медленно от дома по вымощенной тропинке, думала, что ничего хуже уже быть не может, но поняла, что ошибалась, когда увидела Кирилла, стоящего на бортике в купальных шортах. Застыла, приготовившись повернуть обратно к дому. Нельзя мне к нему, неправильно это, ужасно. Можно придумать тысячу отговорок…

Развернулась, чтобы позорно сбежать, но Саша успел меня заметить.

– Яна, маленькая! Иди сюда. Заждался, жара сил нет, хочется окунуться.

– Ты мог и не ждать меня, – ответила робко.

– Как ты себя чувствуешь? – Саша подбежал ко мне, взял за руку, вглядываясь в мое лицо с тревогой.

– Все нормально, – попытка улыбнуться провалилась, потому что я слишком нервничала от присутствия раздетого Кирилла.

– Точно? Уверена? Если тебе плохо, скажем родителям. Жаль, конечно, что так получилось.

– Нет, Саш, правда, все нормально. Пойдем.

Говоря это, чувствовала себя ужасной лгуньей. Но как можно было рассказать правду? "Твой отец и есть папа моего будущего малыша?" Бред какой-то.

Когда мы подошли к бассейну, к моему огромному облегчению, Кирилл о чем-то разговаривал с Ингой. Я поспешно отвела глаза – загорелое, мощное, идеальное тело Кирилла, по которому стекали капли воды, приковывало взгляд. Бывшая жена совершенно определенно не была к нему равнодушна, смотрела жадно, я успела заметить, как она положила ладонь на запястье Кирилла. Внутри меня вспыхнул странный протест, который я поспешила немедленно подавить. Что со мной такое? Что за неуместное чувство ревности?

Саша галантно подал мне руку и помог зайти по ступенькам. Окунуться в прохладную воду показалось мне настоящим блаженством. Я проплыла от бортика к бортику, обратно на спине, закрыв глаза. Покрутила головой – куда подевался Саша? Увидела его с телефоном в руках, направляющегося к дому.

– Прости, малыш, важный звонок! Сейчас вернусь.

Едва он исчез в дверях, Кирилл снова прыгнул в воду. Меня охватила паника. Нет, только не это. Нам нельзя находиться рядом.

Поспешно нырнув, я поплыла к лестнице, чтобы вылезти из бассейна. Паника все сильнее охватывала меня – Кирилл находился на расстоянии вытянутой руки.

– Яна…

От волнения на меня вдруг накатила дурнота, перед глазами потемнело. Я попыталась уцепиться за поручни, потому что ноги стали ватными, но они были еще слишком далеко.

От горячего прикосновения меня дернуло током. Кирилл, оказывается, поплыл за мной. Он подхватил меня в последний момент, очевидно, заметив, что я стала тонуть.

– Что с тобой, Яна? – его голос звучал резко и напряженно.

Ответить у меня не получалось, потому что все силы уходили на попытку сфокусировать зрение, а красивое лицо мужчины, с которым я провела ночь, дрожало и расплывалось.

Постепенно дурнота рассеивалась. Спиной я прижималась к бортику, а животом чувствовала прикосновение мужского тела. Это, наверное, было сном.

Невозможно такое в реальности. Я и Кирилл были одни в бассейне, мои руки на его плечах.

– Что с тобой такое? – вопрос задан хрипловатым голосом. – Не молчи.

– Не знаю. Голова закружилась, – ответила едва слышно.

– Часто такое бывает? Ты не больна?

– Отпустите.

– Не командуй, девочка. Так ты ко дну пойдешь.

– Нет… Все уже прошло.

В контрасте с прохладной водой его тело казалось раскаленным, а прикосновение руки обжигающим. У меня пересохло в горле, дыхание стало прерывистым.

– Нам нужно встретиться и поговорить, – вдруг глухо произнес Кирилл. – Поняла?

Мне перестало хватать воздуха. Значит, он помнил?! Я смотрела в глаза цвета стали и чувствовала, что пропадаю в них.

– Яна! Малыш, я иду к тебе! – голос Саши заставил нас обоих резко отпрянуть друг от друга.

Каскад брызг – Саша погрузился в воду, а я, словно ужаленная током, поплыла к лестнице.

– Ян, ты куда?

– Извини, мне нехорошо.

– Правда? Что же ты не сказала, я тебе помогу.

Саша заботливо помог мне вылезти, проводил в дом. Инга Владимировна выдала мне пушистый махровый халат синего цвета. Я сразу задалась вопросом – чей он? Кирилла или Саши? О чем я только думаю, совсем с ума схожу!

Чтобы прийти в себя, я прилегла в гостевой комнате. В тишине и прохладе, подальше от разговоров и вынужденного лицемерия, почувствовала себя лучше. Отец Саши меня помнит. Хочет встретиться. Зачем? Что он мне скажет? Что мы с Сашей должны расстаться?

Мои мысли прервал стук в дверь, вошла Инга Владимировна с подносом.

Я поднялась на локтях.

– Спасибо большое, но не стоило…

– Сейчас Саша еще принесет. Сказал, что с тобой тут будет кушать. Иногда мой сын такой упрямый…

– Простите, что испортила праздник.

– Ты не беременная ли случайно, Яночка? – Инга Владимировна смотрела на меня с подозрением.

Я почувствовала, как разгоняется сердце. Нет, нет. Хватит. Нельзя нервничать.

– Что в этом такого, даже если и так? – Саша, показавшийся в дверях, как настоящий рыцарь не замедлил прийти мне на помощь. – У нас все серьезно, мам. Разве не мечтаешь стать бабушкой?

8

Кирилл

– Слушаю, – прозвучал на другом конце провода тихий голос.

– Здравствуй, Яна. Это Кирилл Стоцкий.

На заднем фоне послышался шорох, цоканье каблуков и щелчок двери.

– Да, я поняла. Здравствуйте, Кирилл Сергеевич. Только… как вы нашли мой номер?

– Это вовсе не проблема. Не волнуйся, не у Саши спросил, – усмехнулся про себя. – Давай встретимся сегодня в семь в ресторане «Высота»?

Она замолчала и шумно вздохнула. С чего бы? О том, что я хотел бы поговорить, предупреждал еще у себя дома.

Яна сейчас сильно волновалась, я в этом даже не сомневался. Ситуация у нас складывалась щекотливая, и нужно было как-то ее разруливать. Желательно мне, потому что из нас двоих опыта у меня было побольше.

Против её отношений с моим сыном я ничего не имел. Я же видел, как Саша относился к Яне. Заботился и оберегал. И, кажется, любил. По-настоящему любил. Не в моих интересах было вредить единственному сыну.

– Хорошо, Кирилл Сергеевич. Я буду.

– Забрать тебя?

– Нет, спасибо, – торопливо ответила Яна. – Я сама доберусь на такси. Мне недалеко от офиса.

После встречи с поставщиками, я сразу же направился в «Высоту». Хорошее заведение с европейской кухней, которое принадлежало одному моему давнему товарищу.

Когда я вошёл в зал, то сразу же увидел её. Яна сидела за дальним столиком у окна и озиралась по сторонам. В белоснежной блузке, с распущенными волосами и поникшим взглядом. Устала? Интересно, что Саше сказала?

– Привет. Давно ждёшь? – сел напротив неё и жестом подозвал к себе официанта.

Яна вздрогнула, увидев меня. Голубые глаза смотрели с испугом. Наверное, она боялась, что я буду против их отношений с моим сыном.

– Пять минут назад приехала. Вы хотели поговорить, Кирилл Сергеевич? Потому что я тоже должна кое-что вам рассказать.

Официант подошёл к нашему столику и положил на стол меню, но Яна даже не взяла его в руки.

– Двойной эспрессо, – попросил официанта. – Ян, что закажешь?

– Сок. Апельсиновый.

Официант кивнул и ушёл, оставив нас один на один.

Яна обхватила себя руками за плечи и посмотрела на меня. Не похоже, чтобы о нашей ночи она забыла. Видимо, мне придется рубить между нами всё на корню.

– Ян, я вижу, что ты боишься меня. Не стоит, я не враг своему сыну, – поспешил начать разговор. – Мой сын серьезно к тебе относится, поэтому готов сделать вид, что мы незнакомы. Пожалуй, так будет лучше для нас всех: тебя, меня и Саши. Он не должен знать обо всей этой ситуации. Это неправильно.

Она застыла. Набрала воздуха, будто хочет возразить, но промолчала.

– Вы правы, Кирилл Сергеевич, – негромко произнесла через паузу и опустила глаза.

Нужно было сказать больше, потому что она выглядела так, словно сейчас заплачет. Я не любил, когда женщины плачут, и тем более не хотел, чтобы из-за меня плакала эта хрупкая и красивая девушка.

– Та наша ночь… она была запоминающейся. Тут дело не в тебе. Мне хватило десяти лет совместной жизни с Ингой, чтобы окончательно разочароваться в браке и семье. Серьезные отношения меня не интересуют, а такой девочке, как ты, это не подходит. Про разницу в возрасте напоминать, думаю, не стоит.

Яна покраснела и отвела взгляд в окно.

Возможно, встретившись при других обстоятельствах, я бы назначил ей встречу ещё раз. Она понравилась мне тогда. Нежная, дарившая всю себя без остатка. Но ей знать о том, что она вызывала у меня симпатию даже сейчас, было необязательно.

– Я все понимаю, Кирилл Сергеевич. Не глупая.

– Саша любит тебя, а ты, должно быть, любишь его. Я понимаю, что тебе сложно будет встречаться и общаться со мной, поэтому это будет происходить как можно реже.

Официант подошёл к нашему столику и оставил заказ. Яна даже не прикоснулась к соку. Протянула руку к сумке и достала оттуда кошелёк.

– Ян, не глупи. Думаешь, платить за себя разрешу.

Она посмотрела на меня грустными глазами, но послушалась.

– Меня Саша дома ждёт. Пришлось соврать, что у меня встреча с подругой, – пожала плечами Яна. – Всего доброго, Кирилл Сергеевич.

Она поднялась с места.

– Яна, – спохватился я. – Ты же рассказать что-то хотела.

Она посмотрела на меня своими пронзительными голубыми глазами и резко отвернулась.

– Это ошибка была. Ничего не хотела.

Гордо вскинула голову и, вильнув бедрами, покинула зал.

9

Яна

Разговор с Кириллом оставил после себя странный и неприятный осадок. Что я рассчитывала услышать от него? Что он не может забыть меня и ту ночь? Бред, конечно. Он взрослый, состоявшийся мужчина, скорее всего, у него есть постоянная любовница, а та ночь… Лучше будет и правда забыть о ней. Это было всего лишь увлечением, приятным помутнением рассудка. После которого я умудрилась забеременеть. Я корила сейчас себя, что испугалась и не сказала ему беременности. Скрывать эту ужасающую правду от Саши у меня долго не получится. Да и не смогу я.

После рабочего дня я решила зайти в любимое кафе и побаловать себя чем-нибудь вкусненьким. Этот непонятно откуда ввязавшийся аппетит и частая смена настроения заставали меня иногда, как сейчас, врасплох.

Телефон в моей сумочке завибрировал, я взглянула на дисплей и увидела номер Саши.

– Ян, привет ты где? На работе? Забрать тебя?

– Нет, ушла уже. Сижу сейчас в кафе. Ты уже освободился? – удивилась я.

Он что-то говорил о командировке в другой город. Уже вернулся?

– Да, были небольшие дела, но уже в Москве и очень хочу тебя увидеть. Говори адрес, сейчас подъеду.

Саша был на месте уже через десять минут. Заметив его, я расплылась в улыбке. Забота и внимание, которые дарил мне этот человек, давали мне силы. Я и не думала, что есть такие добрые, отзывчивые и порядочные парни среди моих сверстников. На душе стало тоскливо. Когда Саша узнает, что отец моего малыша Кирилл, он наверняка меня не простит. Может быть, ему и не нужно знать? Кому станет от этого лучше? Кирилл дал понять, что его не интересуют обязательства. А ребенок – это всегда обязательства. Саше я разобью сердце и испорчу его отношения с отцом.

– Как дела, малыш? – Саша поцеловал меня в щеку и присел напротив.

Выглядел, как мне показалось, расстроенным и уставшим. Уже не первый день. А я с этими событиями в жизни совсем запустила наши отношения, и мне следовало о нем думать, а не о его отце.

– Хорошо, – выдавила из себя улыбку. – А ты почему такой уставший. Проблемы?

– Есть небольшие, – грустно отозвался он, а между его бровями пролегла глубокая складка.

– Что случилось?

– Соседи уехали отдыхать, и пока меня не было в городе, у них прорвало воду. Теперь ремонт нужен серьезный. Я нанял бригаду рабочих. Не знаю, когда все восстановят. Перееду пока к отцу или подыщу что-нибудь на съем. Отвык жить под родительским надзором.

– Так долго будет идти ремонт, что необходима новая квартира? – удивилась я.

– Да, – кивнул он. – Месяц или полтора. Я давно уже хотел все сделать по-другому в квартире. Так что все один к одному. Думаю, что в одной из комнат нужно сделать детскую. Как считаешь?

– Правда? – я ощутила, как в сердце снова кольнуло. Я не хочу его терять. – Можешь пожить у меня, если хочешь. Ты ведь почти предложил мне съехаться сейчас. Может, тогда начнем с моей съемной квартиры?

– Уверена? – он с сомнением сузил глаза. – Не передумаешь потом?

– Нет, – я покачала головой. – Не передумаю.

Саша улыбнулся, и в такие моменты у них с Кириллом было так много общего в мимике… Я снова вспомнила наш разговор в «Высоте». Кириллу этот ребенок не нужен, он дал четко понять, что разочарован в семье и браке. А я хотела быть счастливой с Сашей.

Да, я обманывала его, скрывая, кто отец моего ребенка, все это было неправильно, выходило за рамки приличия, но в чем-то Кирилл был прав. Кому нужна эта правда, что у нас с ним что-то было?

– Ну, раз так, доедай свои сладости, и поехали домой. Я еще к отцу заехать обещал. Нужно с ним обсудить кое-что. Он хотел работы подкинуть. А нам сейчас деньги лишними не будут, так?

– Так, – я кивнула.

Если Саша думал о нашем совместном будущем, принял меня беременную и относился с таким теплом и заботой – это ведь говорило о его серьезных намерениях и искренних чувствах? Только вот моя совесть… Мне хотелось немедленно во всем признаться Саше, но я понимала, что так резко нельзя. Не смогу. И я бы не прочь была спросить у кого-нибудь совета, как мне поступить в этой ситуации, вот только не было такого человека рядом, и мне со всем придется разбираться самой.

Мы вернулись домой около восьми вечера, я приняла душ и переоделась в домашнее платье. Саше кто-то позвонил, он ушел разговаривать на кухню, а я не стала ему мешать. Взяла листок бумаги и составила список продуктов на неделю, потому что теперь мне предстояло кормить мужчину ужинами и завтраками каждый день, а не время от времени. Готовить я любила и была очень рада, что смогу проявлять свою заботу о Саше.

Включила фоном телевизор в гостиной и присела на диван. Этот день был таким длинным и полным на события, что все, о чем я мечтала – это добраться до кровати и уснуть. Кажется, я задремала и проснулась от того, что почувствовала чьи-то прикосновения. Саша подхватил меня на руки, прижал к себе и понес в спальню.

– Извини, я снова заработался, – произнес он и поцеловал меня в висок, его дыхание коснулось моего лица.

Я обвила его руками за шею и прижалась теснее. Отвечала на его ласки и поцелуи, а сама в этот момент думала о том, что он не заслуживает, чтобы его обманывали. И узнай, как все обстояло на самом деле, его отношение ко мне изменилось бы?

– Не поеду сегодня к отцу, с тобой хочу побыть, – хрипло прошептал Саша и опустил меня на кровать.

* * *

На следующий день я вернулась домой на пару часов раньше, отпросившись с работы, чтобы успеть приготовить что-нибудь особенное на ужин и удивить Сашу. Столько раз он хвалил меня, что я хозяйственная и готовлю вкусно. Мне казалось, что так хорошо мне еще никогда и ни с кем не было, как с ним. Вся моя решимость поговорить с ним и рассказать, что отец моего ребенка Кирилл, испарилась, будто ее и не было. Конечно, признаться рано или поздно придется, но я оттягивала этот момент.

– Яна? – окликнула меня Нина Филипповна на лестничной площадке.

Я вздрогнула, заметив женщину. Караулила она меня, что ли?

– Ты, извини, может быть, я не в свое дело лезу… А чем Саша занимается? – вдруг спросила она.

– Добрый день, – поздоровалась я с женщиной. – Бизнес у него свой, а что? – подняла глаза на соседку, ища ключи от квартиры в сумочке.

– Какие-то странные люди сегодня крутились возле подъезда и про молодого человека твоего выспрашивали…

– Про Сашу? – удивилась я.

– Да, так и спросили: «Здесь живет Александр Стоцкий и в какой квартире?».

– А что странного? Возможно, это по работе, – я тепло улыбнулась старушке.

– Ну, может быть, Яночка. Может… Но только на работяг они мало были похожи. А твой Саша вроде приличный молодой человек. Уж я столько повидала за свой век, что людей вижу за версту.

– Спасибо, – я улыбнулась. – Передам Саше.

Про себя усмехнулась. Вечно эта бабулечка себя детективом мнит.

10

Яна

Мне очень хотелось порадовать Сашу в наши первые дни совместной жизни, поэтому я решила приготовить лазанью и испечь яблочный пирог.

Я провозилась возле плиты два часа, а когда выходила из ванной, услышала дверной звонок. Саше редко открывал дверь своими ключами. Ему нравилось, когда я встречаю его на пороге.

– Ты голоден, Саш? – коснулась его щеки губами. – У нас сегодня лазанья.

– М-м, малыш, как это заманчиво звучит, – улыбнулся в ответ и заключил в объятия. – Прости, маленькая, что забыл тебя предупредить. Тут такое дело… Нас пригласили на вечеринку.

Я растерянно оглядела свой непрезентабельный вид.

– На вечеринку?

– Да, это хорошие знакомые семьи. Тебе обязательно понравится.

Мое тело забастовало такому раскладу. Из-за беременности усталость с каждым днем ощущалась все сильнее, поэтому все, о чем я сегодня мечтала – это лечь на диван и вытянуть ноги.

– Я даже не знаю… Я немного вымоталась…

– Мы пробудем недолго. Мне по работе туда очень надо попасть, – не сдавался Саша.

Скрепя сердце, я полезла в гардероб за платьем. Из-за того, что план отдохнуть был разрушен, на глаза неожиданно навернулись слезы, и я поругала себя. Какая глупость. Наверное, гормоны. Саша всегда был внимателен ко мне, и нет ничего страшного в том, чтобы пойти ему навстречу.

– Прекрасно выглядишь, малыш, – улыбнулся мой парень, когда я вышла из спальни в любимом черном платье.

Я расстроенно вздохнула. Он мне льстил. У меня даже на макияж времени толком не было, я наспех подкрасила ресницы и нанесла на губы помаду. К торжественным мероприятиям я предпочитала готовиться заранее.

* * *

– Не тушуйся, малыш, – успокоил Саша, когда мы подъехали к большому загородному дому, обнесенному кованым забором. – Я тебя познакомлю с хозяевами, это друзья нашей семьи. Очень милые люди.

– Судя по припаркованным машинам, тут много гостей, – опасливо заметила я и снова пожалела, что собиралась в спешке.

– Да, Голубевы любят большие тусовки, – усмехнулся Саша.

У ворот нас встретила пара, мужчина и женщина. Ей на вид было около тридцати, а он, пожалуй, лет на десять старше.

– Меня зовут Ольга, а это мой муж Глеб, – представилась хозяйка и расплылась в улыбке. – Мы рады наконец с тобой познакомиться, Яна. Пойдемте, я представлю вас остальным.

– Малыш, ты иди, а я чуть позже подойду, – Саша придержал меня за локоть. – Дела есть небольшие.

Я хотела возразить, потому что мне стало немного не по себе оставаться одной с незнакомыми людьми, но сделать этого не успела. Саша быстро чмокнул меня в щеку и ушел.

Ольга вежливо знакомила меня с гостями, но имена я запоминала с трудом, погруженная в свои мысли. Куда он подевался? Почему вынудил меня сюда приехать и вот так оставил? Я ведь даже уехать сама не смогу. До города километров пятьдесят.

После того, как хозяйку дома кто-то отвлек, я оказалась предоставленной самой себе и решила прогуляться по территории. Здесь было очень красиво – явно работал ландшафтный дизайнер. Я присела на корточки, чтобы понюхать пышную садовую розу, как вдруг мое внимание привлекло появление новых гостей. Многие оживились и радостно приветствовали прибывших. Женщина в ослепительном платье красного цвета заразительно смеялась, обнимая Ольгу и Глеба. Когда я увидела спутника красавицы, то замерла. Тело прошил озноб. Это Кирилл. Кирилл Стоцкий! Что он здесь делает?

Конечно, я должна была подумать о том, что Сашин отец тоже здесь будет! Голубевы ведь друзья семьи. Я смотрела на Кирилла и не могла оторвать глаз. Их пара была вызывающе эффектна – просто Бред и Анджелина в лучшие свои годы. С ними хотел поздороваться каждый.

Мои щеки запылали, и я с огромным трудом заставила себя отвернуться. Да что со мной? Почему я так реагирую? Какое мне дело, что Кирилл пришел с красивой женщиной?

Вдруг отчаянно захотелось уехать. Где же Саша?

– Извините, а вы случайно Сашу не видели? – спросила я, догнав Ольгу на пороге кухни.

– Ой, ты меня немного напугала! – выдохнула хозяйка. – Нет, не видела. Он поговорил с Глебом, а потом… нет, не знаю. Там его отец, кстати, приехал, Кирилл. Вы же знакомы?

– Да, конечно, – почувствовала, что краснею.

– Спроси лучше у него, – «порадовала» меня предложением Ольга.

– Пойду на улице посмотрю, – пробормотала смущенно и, извинившись, покинула дом.

Ради малыша я старалась не раздражаться, но злость на Сашу росла. Почему он так странно себя ведет? Что у него за дела такие? Почему он не подумал, каково мне будет остаться одной среди незнакомых людей?

Погруженная в свои мысли, я не сразу заметила, что ко мне кто-то подошел.

– Яна? – знакомый голос прозвучал так неожиданно, что я пролила на себя сок, который вручил мне официант.

Ладони вновь задрожали. Откуда такое невезение? Кирилл стоял совсем близко и внимательно меня разглядывал.

– Извини, Яна, – он протянул мне белоснежный платок, такой же безукоризненный, как и он сам. – Я тебя напугал?

Хорошо, что на улице стемнело, потому что я начала краснеть. Этот мужчина действовал на меня как никто до него. С Сашей мне всегда было комфортно и спокойно, а с Кириллом не так. Он заставлял меня отводить глаза, запинаться, мешал мыслить здраво.

– Я немного задумалась.

– Хорошее дело. Не ожидал тебя тут увидеть.

– Я и сама не ожидала. У вас красивая спутница, – пробормотала я еле слышно и тут же закусила губу. Ну вот зачем?

– Что, прости?

– Саша меня привез, – повторила я громче и заставила себя посмотреть Кириллу в лицо.

Почему он такой красивый? С сыном они похожи, но у Саши черты лица мягче, а волосы светлее. А Кирилл… он источает уверенность, магнетизм и грозную силу. Ту самую, которая меня подкупила в ту нашу единственную ночь.

– Странно. Он не сказал, что вы приедете.

– Я тоже узнала в последний момент и даже не успела…

– Как твои дела, Ян? – неожиданно перебил меня Кирилл.

Сердце бешено заколотилось, во рту пересохло от тона, которым он это спросил. Словно ему действительно важно знать, как у меня дела.

– Я… У меня… – я открыла рот, но внезапное появление третьего лица меня прервало. Та самая красавица в красном платье обвила рукой шею Кирилла.

– Здравствуйте, – объявила она, впившись в меня глазами. – Я Лена. А вы кто?

11

Яна

– Здравствуйте, – стараясь не показать своего смятения, я посмотрела на спутницу Кирилла, которая почему-то выглядела недовольной.

Ее пальцы с кроваво-красным маникюром поглаживали его плечо.

– Меня зовут Яна… Я…

– Это девушка моего сына, Лена, – закончил за меня Кирилл и снял с себя ладонь.

Я почувствовала облегчение. Мне не нравилось наблюдать эти показные ласки.

Кажется, Лене было неприятно, что мы стояли с ее мужчиной одни, потому что после слов "девушка моего сына", она начала улыбаться. Ее улыбка не показалась мне искренней. Скорее, она была вежливая и облегченная. Теперь она поняла, что я ей не соперница.

– А где же Саша? – Лена завертела головой по сторонам. – Сто лет его не видела. Нам надо как-нибудь собраться всем вместе на ужин. Что скажешь, Кирилл?

Она обвила его руку и, прижавшись, смотрела в глаза. Я подумала, что сейчас она очень напоминает мне маму Саши. Та также старательно привлекала его внимание, также пыталась показать, что они очень близки. Про себя я вздохнула: женщины буквально за него дерутся. Даже забавно, что первые две недели после той ночи, я воображала, что он захочет меня найти. Захотел бы Кирилл – десятком таких, как я, обзавелся.

– Думаю, Саша не оставит свою девушку надолго одну и скоро появится. Тогда и сможешь его обо всем расспросить, – срезал ее Кирилл.

Красивое лицо Лены скривилось, а я не знала, что думать. Он не хочет встречаться всем вместе или не хочет видеть только меня?

– Может, пойдем к гостям, Кир, – Лена потянула его за собой. – Там Плетневы приехали.

Кирилл бросил на нее суровый взгляд, от которого женщина застыла, и высвободив руку, посмотрел на меня.

– Ты ведь здесь никого не знаешь, Яна? Мой сын сказал, куда ушел?

– Я, честно говоря…

Я замерла на полуслове, потому что в этот момент из-за плеча Кирилла увидела Сашу. Он был немного бледен и быстро шел к нам.

– Прости, маленькая, с делами задержался, – рассеянно поцеловал меня в лоб и развернулся к отцу, чтобы поздороваться. – Пап, привет. Не знал, что ты будешь. Ты вроде не любитель массовых сборищ.

Кирилл пожал его руку и задумчиво оглядел сына. Видимо, не одной мне показалось, что он ведет себя странно. Разговаривает сбивчиво, словно взволнован или сильно нервничает.

– Не оставляй свою девушку одну. Не так я тебя воспитывал. Она здесь никого не знает и бродит одна. Сомнительное удовольствие.

– Понял, пап. Не ворчи, – отозвался Саша немного раздраженно. – Мы с Яной сами разберемся.

Я удивленно посмотрела на него? Саша, которого я знала, никогда не был таким грубым.

– Ну, раз Саша подошел, мы можем идти, – напомнила притихшая Лена, очевидно, забыв, что жаждала пообщаться с ним. – Хочу вина. Ольга говорила, что им целый ящик из Италии прислали.

Наши взгляды с Кириллом пересеклись в последний раз, он слегка мне кивнул, и они ушли.

– Саш, где ты был? – повернулась к своему парню.

Пыталась не говорить с обидой, чтобы не ругаться на вечеринке, хотя я до сих пор не понимала, как он мог меня бросить с порога у незнакомых людей и отсутствовать почти час.

– Были дела, сказал же, малыш, – успокаивающе ответил он. – Тебе скучно? Можем поехать домой тогда.

Я ничего не понимала. Для чего мы тогда приехали? Он бы с тем же успехом мог съездить один и не тащить меня, уставшую, так далеко.

– Серьезно, Ян, – сказал Саша мягко и погладил пальцем мою щеку. – Я вижу, что тебе здесь не по душе. Поедем домой. Голубевы поймут.

Я не хотела настаивать на том, чтобы остаться. Особенно после появления Кирилла. Он был прав: нам лучше реже встречаться. Отец Саши действовал на меня странно, и после наших встреч я чувствовала внутренний раздрай.

Саша обнял меня за талию и повел к гостям прощаться.

– Ты забыл познакомить меня со своей спутницей, Александр, – раздался низкий мужской голос, когда мы с ним подошли к въездным воротам.

Резко дернувшись, Саша остановился, и я вместе с ним. В нескольких метрах он нас стоял мужчина лет тридцати – сорока, одетый в строгий костюм. Он курил.

– Не было возможности, – ответил Саша дрогнувшим голосом. – Мы торопимся.

– Минута ничего не решит.

Выбросив окурок, мужчина вышел из тени и подошел к нам. Он внимательно разглядывал меня, и мне стало не по себе. Было в его чертах что-то хищное и опасное.

– Красивая у тебя девушка, Александр, – произнес он. – Я Сергей.

– Яна, – еле слышно пролепетала я.

– И имя красивое. Тебе стоит лучше заботиться о ней, – он повернулся к Саше. – Вдруг кто-то захочет такую красоту у тебя отобрать.

– Мы правда торопимся, – пробормотал Саша и крепче обхватил мою руку. – Рад был поговорить, Сергей.

12

Яна

– Что-то не так? – встревоженно спросила у доктора в тот момент, когда она водила датчиком по моему животу.

Её лицо выглядело серьезным и немного хмурым, поэтому мне стало не по себе. Я не была готова стать матерью так рано, но когда впервые услышала, как бьется сердце моего ребёнка, поняла, что никогда не смогу сделать аборт. Я не знаю, мальчик там или девочка, но уверена – чего бы мне ни стоило, я буду хорошей мамой для малыша.

– У вас были кровянистые выделения? По УЗИ небольшая отслойка, – сообщила мне доктор минутой позже.

Я замерла. Как это, отслойка? Это серьезно? Моему малышу что-то грозит?

– Крови не было, – пролепетала я. – Что сейчас делать?

– Не переживайте сильно, Яна. Такое, увы, бывает. Нужно беречь себя и возложить все обязанности по дому на мужа.

Захотелось ответить ей, что у меня нет мужа, но я промолчала, приняла салфетку и вытерла липкий гель.

– Об интимной жизни тоже пока лучше забыть, – доктор села за письменный стол и начала заполнять мою карту. – Я выпишу лекарства, купишь их в нашей аптеке на первом этаже. Скажешь, что от меня и получишь трехпроцентную скидку. О госпитализации пока говорить вряд ли стоит, но на неделю лучше ограничить передвижения и ни в коем случае не нервничать. Пятого числа придешь на повторное УЗИ.

В моей руке оказался лист с назначениями. После этого я задала волнующие меня вопросы о состоянии ребёнка и, получив уверения, что при соблюдении предписаний ему ничего не грозит, вышла из кабинета.

Я не понимала, откуда взялась отслойка плаценты? С самого начала своей беременности я берегла себя как могла. Интимная жизнь отодвинулась куда-то на дальний план, потому что я читала, что первый триместр самый важный в жизни будущей мамы. Саша понимал меня и не настаивал. Говорил, что ему просто хорошо и комфортно быть со мной рядом.

В аптеке я купила по списку все назначенные врачом лекарства. Сумма вышла приличной, чуть больше той, что у меня была, поэтому пришлось тронуть часть из отложенных денег. Мне ещё очень многое нужно было купить к рождению ребёнка: кроватку, коляску, косметику и много одежды.

По дороге домой я вдруг подумала о том, что могла бы попросить начальника неделю-другую работать удаленно. Девочки, которые трудились в нашей компании чуть дольше меня, часто так делали. Возможно, я попрошу об этом Сашу. Это же он нашел для меня работу и близко знаком с моим начальником.

С этими мыслями я открыла дверь подъезда и пешком поднялась на третий этаж – лифт с недавнего времени не работал. Внутри было темно и пахло сигаретами.

Я резко вздрогнула, когда на последнем лестничном пролёте заметила мужчину в чёрной толстовке и джинсах. Он смотрел прямо на меня и щурился. Высокого роста и с устрашающим лицом, он был похож на гориллу.

От испуга я замерла на месте. Прикрыла ладонью живот, словно защищаясь, и не знала, что мне делать дальше – идти вперёд или бежать назад?

– Где Саша? – пробасил мужчина.

Шок моментально сковал моё тело. Сейчас я пожалела о том, что не купила себе электрошокер. Хотя сомневаюсь, что он помог бы мне справиться с таким амбалом.

– Я… не знаю.

– Врёшь! – мужчина оказался близко со мной.

Он ухватил меня за кисть руки и дернул на себя. Было больно и невыносимо страшно. Казалось, что этот человек способен на что угодно, даже поднять руку на женщину. Он не церемонился и не сомневался, с таким нельзя было шутить.

– С утра он уехал на работу, – произнесла, заикаясь. – Я пыталась созвониться с ним час назад, но его телефон был вне зоны доступа. Отпустите меня, пожалуйста…

Мой голос звучал жалко и тихо. Казалось, что ещё немного, и я потеряла бы сознание от ужаса и страха, сковавшего моё тело. Кисть руки болела от неприятных прикосновений, а запах неизвестного мужчины вызывал тошноту и неприятие.

– Скажешь своему Саше, что, если он не отзовётся спустя сутки, то вас ждёт очень и очень неприятная участь, – прохрипел мне на ухо. – Ты девочка красивая, нравишься мне. И хозяину нашему наверняка понравишься. Ох и развлечемся.

Сердце болезненно сжалось в тиски, а в висках запульсировала кровь.

Неужели Саша мог связаться с таким опасным мужчиной? Что за общие дела их связывали? Хотелось верить в то, что это глупая ошибка… Саша вернется, разберется с ними, и окажется, что парни просто перепутали.

Мужчина резко отпустил мою руку. Я пошатнулась и прижалась спиной к холодной стене. Ждала, что он предпримет ещё попытку, чтобы напугать меня, но амбал неожиданно взялся рукой за перила и спустился на один лестничный пролёт вниз. Я шумно выдохнула, не веря в то, что это конец. Опустила ладонь на живот и погладила его. Такие стрессы беременной женщине противопоказаны. Амбал наверняка об этом пожалеет.

– Я предупредил, Яна, – произнес мужчина напоследок, скрываясь в темноте подъезда.

Нет, это точно была не ошибка, ведь он только что назвал моё имя.

13

Яна

Заставив себя выпить стакан воды и успокоиться, я решила позвонить Саше и рассказать обо всем. Так страшно мне еще никогда не было, как в эту минуту. Когда до Саши дозвониться не получилось, я набрала Кириллу. Но, что отец, что сын словно игнорировали меня! Приняв назначенные врачом лекарства, я отправилась в постель и решила дождаться Саши, чтобы спросить у него, что это был за мужчина и почему мне угрожали. Во что он ввязался? Если у него были проблемы, то почему угрожали мне? Что я знала об этом человеке? Да, он заботился обо мне, был нежным, ласковым, казался надежным… Но так ли это было на самом деле? Моему малышу и так приходилось сейчас несладко, и рисковать собой и своим здоровьем мне хотелось меньше всего. Мне придется поговорить с Кириллом и во всем признаться, потому что я больше так не могла…

Саша вечером не приехал, но перезвонил и сказал, что у него срочные дела в соседнем городе и он, вероятнее всего, к вечеру вернуться не успеет. Я спросила у него, кто был этот человек, что угрожал ему в доме Голубевых, и рассказала про ту гориллу на лестничной площадке, которая хватала меня за руки. Он ответил, что это не телефонный разговор, и завтра мы обо всем поговорим, когда он вернется.

И хорошо бы это было так, потому что я очень за него переживала. Закутавшись в плед, я провалилась в беспокойный сон и проснулась оттого, что мой телефон вибрировал где-то в одеяле.

– Алло… – ответила я сонным голосом.

– Яна, – услышала голос Кирилла, и мое сердце бешено заколотилось в груди, а к щекам прилила краска. Что за странная реакция? Ведь я всего лишь услышала его голос. – Ты звонила? – спросил он.

– Да, Кирилл… Сергеевич, – я прочистила горло и продолжила уже более уверенно. – Нам нужно поговорить. Это касается не только нас с вами, но и Саши. Я… я не все вам рассказала в прошлый раз.

Послышалось долгое молчание в динамике.

– Хорошо, – отозвался Кирилл. – Меня сейчас нет в городе. Послезавтра днем на том же месте в два часа тебя устроит?

Как раз будет время, чтобы увидеться с Сашей и расспросить у него о его проблемах. Мне показалось, что у них с отцом несколько натянутые отношения? Я не хотела быть еще одной причиной их размолвки.

– Спасибо, – поблагодарила я и уже собиралась разъединить звонок, но услышала твердый и уверенный голос в динамке телефона.

– Как у вас дела? Почему у тебя такой встревоженный голос? – спросил Кирилл, а я снова ощутила себя странно. Скорее всего, это было просто вежливость с его стороны, но мне было приятно, что он интересовался, почему я была встревожена.

– Все… хорошо, Кирилл Сергеевич. До свидания.

Я положила трубку, пока не призналась ему, что жду от него ребенка по телефону. Правильнее будет сказать об этом при личной встрече. Моя совесть будет наконец-то чиста, и вместе с мужчиной мы решим, как нам поступить дальше. Я не хотела никого обманывать и всю беременность носить этот неподъемный груз ответственности, рискуя здоровьем малыша… Все эти переживания не прошли бесследно.

Поднявшись на ноги, я сходила в душ, снова приняла лекарства и витамины, и легла в кровать. Всю ночь мне снились кошмары, и уснула я только под утро. Будильник пропищал в начале седьмого, но я поняла, что не в состоянии сегодня пойти на работу, потому что была совершенно без сил. Позвонила начальству и сообщила, что приболела. Я хотела дождаться вечера и поговорить с Сашей о случившемся. К тому же мне было страшно выходить из дома после того предупреждения на лестничной площадке. Но Саша не приехал к вечеру, и телефон его был недоступен. Что если он и вовсе не появится, потому что его проблемы были очень серьезными?

Не знаю, как дождалась следующего дня, чтобы отправиться на встречу с Кириллом. Но страх отрезал любые пути к отступлению. Возможно, мужчине следовало позвонить еще вчера и сказать, что Саша не выходит на связь, а мне угрожали незнакомые люди, но я надеялась, что это какая-то ошибка.

Подкрасив губы блеском и скрыв черные круги под глазами консилером, я взяла сумку и вышла из квартиры. День был солнечным, но внутри было неспокойно. Не помню, когда так переживала, разом все навалилось, а ведь мне казалось, что впереди меня ждали приятные перемены: маленький ребенок, семейная жизнь с Сашей… Почему же вдруг все встало с ног на голову? Углубившись в мысли, я окинула взглядом дорогу, увидела машину такси, которую заказала полчаса назад, и ступила с тротуара на асфальт. Вдруг дорогу перегородила большая черная машина, и открылась задняя дверца.

До того, как я смогла издать хоть какой-то звук, чьи-то грубые руки затащили меня внутрь. Я успела заметить парня, который угрожал мне накануне, а в следующую секунду к моему рту прижали тряпку, пропитанную каким-то вонючим раствором, и перед глазами появилась темнота…

14

Яна

Первое, что я почувствовала, когда сознание ко мне вернулось, это нестерпимо острая боль в висках. Что произошло? Почему мне так плохо? Попытки подняться или принять вертикальное положение не принесли успеха. Я лежала на чем-то очень жестком, напоминающим обычную деревяшку. Ныла каждая кость. Даже пошевелиться не было сил. Какое-то время я продолжала лежать с закрытыми глазами, вспоминая, что произошло, и одновременно прислушивалась к железному лязганью, болезненно бьющему по нервным окончаниям. С каждой секундой воспоминаний я все глубже погружалась в панику. Мой выход из дома. Нападение. На меня напали среди бела дня. Почему? Кто? Почему это произошло именно со мной? Хотелось закричать от страха, но я понимала, что сейчас мне это не поможет. Может только наоборот, навредить.

– Кажется, она пришла в себя, – раздался рядом грубоватый мужской голос. – Позвать босса?

– Да, Петр, скажи ему. Глеб просил сразу, как она очнётся, сообщить.

Меня больно обхватывают за плечи и резко поднимают, заставляя принять сидячее положение. Открыть глаза получилось с трудом – веки были нестерпимо тяжелы. Мужская рука грубо схватила меня за подбородок.

– Очнулась? Не стоит играть с нами в спящую красавицу.

– Кто вы? Почему я здесь? – пролепетала я.

Мужчина отпустил меня и отступил на шаг. У него были резкие черты лица и очень жёсткий взгляд, от которого по позвоночнику прокатился ледяной озноб.

– Скоро узнаешь ответы на свои вопросы, девочка. Возможно, даже на те, которые тебе не понравятся. Но не от меня.

Я попыталась осмотреть помещение, в котором оказалась. Голые, обшарпанные стены, старая мебель, но больше всего меня испугал длинный железный крюк, торчащий из потолка. К крюку была привязана толстая верёвка. У меня закружилась голова. Мой ребенок! Я должна заботиться о нем, а вместо этого попала сюда.

От мысли о крошечной жизни внутри, меня стали душить слезы. Врач ведь сказала, что нам нужно беречься. Кто же эти ужасные люди, что им надо?

Ответ напрашивался сам собой. Это как-то связано с Сашей. То грубое предупреждение в подъезде дома, слова, которые было велено передать ему, явно не совпадение. Боже мой, во что же он меня втянул? Точнее, нас обоих! Почему я не рассказала об этом Кириллу, когда он позвонил? Сейчас я ненавидела себя за эту слабость. Огромная ошибка! Возможно, этим я подписала себе смертный приговор.

Нет, нельзя так думать! Нельзя допускать даже мысли о том, что может случиться что-то настолько ужасное. Саша обязательно разберётся, он спасёт меня!

Пока я была занята своими мыслями, похитители неожиданно вышли из помещения, громко хлопнув тяжелой железной дверью. Кажется, в стене была какая-то щель, потому что я могла слышать их приглушенные голоса. Бандиты о чем-то спорили. Я вдруг они выбирали способ пыток? Эта мысль заставила меня еще сильнее сжаться. Как же страшно. До животного ужаса. Что я могу сделать, чтобы они пощадили меня? Закричать? Умолять? Прикинуться безумной? Ведь психов боятся все… даже те, кто ничего не страшится.

Через некоторое время в помещение вошел мужчина в костюме. Он разительно отличался от тех двоих, что были здесь ранее. Выглядел совсем не бандитом, наоборот, скорее был похож на холеного адвоката. На вид приблизительно ровесник Кирилла – легкая седина на висках, модная стрижка. Лицо можно было бы назвать симпатичным, если бы не нос слегка крючковатой формы, придающий ему хищный вид. А еще в глазах – чернота и лютый холод. У меня получилось только секунду выдерживать взгляд этого человека, почти сразу опустила глаза.

– Ну, здравствуй, птичка, – мужчина прищурился, что сделало его еще больше похожим на хищника. – Проснулась? Долго ты отдыхала. А наши дела не терпят отлагательств. Тебе лучше как можно быстрее и подробнее ответить на мои вопросы. Сделать, что велю. Ты же хочешь вернуться домой, девочка?

Я кивнула, судорожно сглатывая. Во рту пересохло, а сердце колотилось где-то в горле.

– Сейчас позвонишь своему пареньку и очень жалостливо попросишь его вернуть то, что должен. Скажешь, что мы пообещали отрезать тебе пальцы, если он этого не сделает.

Меня охватил ужас, зубы стали стучать. Он шутит? Мы разве в кино? Как можно отрезать живому человеку пальцы?

– Держи трубку, птичка, – мужчина впихнул мне в руку кнопочный мобильный. – Ты как раз плачешь. Будет очень убедительно.

15

Яна

Едва в трубке я услышала голос Саши, из глаз сильнее потекли слезы, и я всхлипнула. Мне было страшно. Надо было успокоиться ради моего малыша, но я просто не могла. Я находилась одна среди чужих, враждебно настроенных людей, один из которых угрожал отрезать мне пальцы, словно в жестоком боевике. За что? Я ведь никому ничего не сделала плохого. Хотела быть счастливой тихим женским счастьем: работать, по выходным видеться с друзьями, родить ребенка и любить его. А сейчас я здесь, и не понимаю, чем я заслужила весь этот кошмар.

– Маленькая моя, ты где? – с волнением спросил Саша. – Почему ты плачешь?

– Меня забрали какие-то люди. Привезли… я не знаю, куда. Сказали, что ты должен им денег, и если ты их не отдашь в ближайшее время… Мне будет плохо.

Рыдания сотрясли мое тело и голос сорвался:

– Саша… пожалуйста, верни им то, что должен. Вытащи меня отсюда… Мне нельзя волноваться.

– Яна… – кажется, Саша запаниковал. – Я все сделаю… спасу тебя. Ты не переживай, я все улажу, хорошо? Верь мне. Никто тебя не тронет.

Мужчина, разговаривавший со мной, забрал у меня трубку и, приложив ее к уху, отвернулся.

– Видишь, до чего доводят азартные игры, Саша. Я тебе давно говорил остановиться. Теперь страдает твоя ни в чем не повинная девушка. Даю тебе двадцать четыре часа на то, чтобы привезти деньги. Ты же слышал, что ей нельзя нервничать.

Он отключился и посмотрел на меня. Чтобы унять дрожь, сотрясающую тело, я сжалась в комок. Я уговаривала себя не показывать страх перед похитителями, но это было сильнее меня. Я не могла перестать плакать.

– Мне жаль, что так вышло, – произнес мужчина. – Если твой парень сделает все так, как нужно, тебе ничего не грозит. Поедешь домой.

Я подумала: а что если Саше не удастся раздобыть денег? Что тогда будет со мной?

* * *

Так прошли почти сутки. Мне дважды приносили поесть, и хотя от переживаний и шока аппетит совсем меня покинул, я продолжала с силой заталкивать в себя еду. Моему малышу нужно было хорошо питаться.

– Подъехал! – выкрикнул мужской голос за стеной.

Я замерла и прислушалась. Раздался шорох автомобильных шин и звук хлопнувшей двери. Пульс участился. Может быть, это Саша приехал, как и обещал? Я крепче обняла себя руками. Пусть это будет он!

Мужчины снаружи заговорили, но как я не старалась различить, о чем идет речь, мне не удалось. Слезы вновь полились из глаз: голос прибывшего не был похож на голос Саши. Это не он. Сколько еще времени мне предстоит провести здесь?

Я вскрикнула от страха, когда дверь резко распахнулась. При виде вошедшего зарыдала, теперь уже от неверия и облегчения. Это был Кирилл. Отец моего ребенка.

Он в два шага подлетел ко мне и обнял. Он него пахло точно так же, как в тот вечер, когда мы познакомились.

– Не плачь, Яна. Сейчас мы отсюда уедем. Они тебя не тронули?

Я цеплялась в ткань его пиджака и, не в силах перестать плакать, бормотала:

– Как хорошо, что ты пришел. Спасибо, спасибо. Пожалуйста, забери меня отсюда. Нет-нет… Ты пришел вовремя. Они меня не тронули.

Он вывел меня на улицу и помог сесть в большой черный внедорожник, за рулем которого сидел мужчина в костюме.

– Поехали, – приказал ему Кирилл, захлопывая дверь.

Он сел со мной рядом. Я дышала глубже, чтобы не заплакать. Не хотелось, чтобы Кирилл считал меня истеричкой.

– Как ты узнал? И почему меня отпустили?

– Саша пришел ко мне и все рассказал, – гневно процедил Кирилл. – Что влез в долги. Я прошу у тебя прощения за своего сына.

16

Яна

Правда обрушилась на меня снежным комом. Саша влез в долги, а я все это время даже не догадывалась об этом. Зачем ему нужны были деньги, и почему он с самого начала не рассказал об этом мне или отцу?

Меня знобило, пока мы ехали в сторону города. Я обнимала себя руками за плечи и не понимала, как мне быть дальше? Уйти или простить Сашу? Возможно, он просто хотел оградить меня от своих проблем, но не рассчитал возможностей и сил. Но самый главный вопрос, который тревожил меня – все ли хорошо с ребёнком внутри меня, ведь сегодня я пережила самый настоящий стресс, и низ живота немного потягивало.

Повернулась лицом к Кириллу и закусила нижнюю губу. Чем дольше я скрывала от него правду, тем сложнее было начать говорить. Я понимала, что новость станет для него полнейшей неожиданностью, впрочем, как и для меня три месяца назад. Несмотря на то, что мы предохранялись, защита нас подвела, и теперь продолжение нас с Кириллом росло и развивалось у меня внутри.

– Кирилл…

Голос вышел сдавленным и тихим, поэтому он не услышал меня. А потом на весь салон заиграла стандартная мелодия Айфона, и я замолчала. Звонили Кириллу.

– Слушаю, – он снял трубку и откинулся на кожаное сиденье.

Было видно, что он смертельно устал. Ему было непросто решать дела вместо сына, искать меня и вызволять. Для этого наверняка потребовалось много времени и денег.

Я смотрела на него украдкой и слушала щебечущий женский голос в динамике телефона. Похоже, что ему звонила Лена или какая-то другая женщина. Наверняка у Кирилла их было много, и я была лишь одной из тех, кому посчастливилось провести с ним незабываемую ночь. Ночь, которая перевернула мою жизнь вверх дном.

– Сегодня не получится, – Кирилл усмехнулся, и краешки его губ поползли вверх.

Точно так же он улыбался, когда вошёл ко мне в номер. Порочно и соблазнительно, сводя меня с ума.

Я ощутила легкий укол ревности в области грудной клетки. Что это? Почему я чувствовала то, чего не должна? Мы не обещали блюсти друг другу верность. Мы совсем ничего друг другу ничего не обещали. К тому же, у меня был Саша, которого я любила.

Женский голос на другом конце провода все упрашивал и завлекал. Несмотря на шум мотора и расстояние между нами с Кириллом, я чувствовала, что ему нравилось слушать собеседницу.

– Уговорила, – вздохнул он. – Сегодня поздно вечером заеду. Да, до встречи.

Он отключил телефон и сунул его в карман пиджака. Бросил короткий взгляд на меня, и я поёжилась. После милого разговора с любовницей я не была готова ошарашить его новостью о беременности. Не сейчас… позже.

– На некоторое время вам с Сашей придется переехать ко мне, – неожиданно произнес Кирилл.

Я перевела на него свой взгляд, взглянула в строгое лицо. Он хмурил брови и о чем-то думал. И нисколько не шутил. От мысли, что теперь мы будем жить под одной крышей, становилось как-то не по себе. Смогу ли я и дальше делать вид, что мы не знакомы с ним? Смогу ли я спокойно спать в его доме в обнимку с Сашей, зная, что Кирилл находится поблизости?

– Почему я не могу остаться жить в своей квартире? – спросила несмело.

– Пока это небезопасно, – ответил Кирилл. – Мой дом охраняется, а вопросы Саши ещё не до конца являются решенными. Для этого мне нужно время.

17

Яна

Машина остановилась во дворе перед красивым домом. В этом месте я уже была один раз, и единственное ощущение, которое испытывала в тот момент – это желание поскорее его покинуть.

Жить с Кириллом под одной крышей? Быть с Сашей после всего, что пережила? Мне становилось плохо от этих мыслей. Но вернуться в квартиру мне действительно было очень страшно, искать новую, займет какое-то время. И если Кирилл сказал, что проблемы еще до конца не решены, то я побоюсь оставаться одна.

Придерживаясь на дверцу машины, я вышла на улицу. Меня все еще потряхивало от пережитого. Я не верила, что была на свободе. Вдохнула в легкие свежий воздух, и у меня сильно закружилась голова. Слабость всю дорогу накатывала волнами. Меня плохо кормили в заточении, я не принимала лекарства, которые назначил мне врач из женской консультации, и почти не спала. Я очень долгое время пребывала в страхе и напряжении.

– Яна? – Кирилл заботливо меня поддержал и с беспокойством заглянул в глаза, когда я пошатнулась. – Идем, я помогу тебе, – он кивнул в сторону дома. – Через час будет врач. Он осмотрит тебя.

Я собиралась еще раз поблагодарить его, что вызволил меня из того кошмара, но не успела. На ступенях показался Саша и бросился к нам. Обнял меня за талию, забирая у отца.

– Малыш! Яна… Прости меня. Я так рад, что с тобой все хорошо, – запальчиво произнес он. – Пап, спасибо, – он коротко взглянул в его сторону и положил мне руку на живот. – С тобой все в порядке? А с малышом?

Видимо, Саша не сказал Кириллу о моей беременности, потому что выражение на мужском лице изменилось и стало более жестким. Глаза словно превратились в твердые куски оникса.

– Нет… Не знаю. Мне не совсем хорошо. Я… хочу принять душ и полежать.

Господи, ну почему я не призналась Кириллу в машине, что беременна и это его ребенок?

– Беременна? – чуть ли не прорычал Кирилл, смотря на Сашу с таким гневом, что я захотела перенестись куда-нибудь далеко, лишь бы не видеть этого грозного выражения на его лице.

– Пап, я не говорил, потому что… Это только наше дело с Яной, и…

Кирилл резко вскинул руку вверх, давая тем самым знак Саше, чтобы он замолчал и снова взглянул на меня, беря телефон в руку.

– Игорь Анатольевич, планы изменились. Нет, приезжать не нужно, я сейчас сам привезу девушку на осмотр. Хорошо. Скоро будем.

– О чем ты только думал, сын? Почему сразу ничего не сказал? – он снова посмотрел на меня таким взглядом, будто он действительно беспокоится за меня. На секунду мне показалось, что я лишусь сейчас чувств.

Саша молча подвел меня обратно к машине и помог забраться внутрь. Сел рядом и крепко обнял. Мне не хотелось никуда ехать и быть в движении. Я очень устала. Была опустошена. Всю дорогу до клиники я смотрела в затылок Кирилла, а Саша сжимал мою ладонь. Стоцкий-старший отправился вместе с нами и пренебрег ради этого встречей с любовницей?

Едва мы переступили порог клиники, как меня усадили в кресло-каталку и забрали от мужчин. Определили в палату, которая по площади была, как вся моя квартира, которую я снимала. Мне сильно хотелось спать, это были последствия пережитого стресса. И, наверное, после слов врача, что с малышом все хорошо, я провалилась в крепкий сон и некое подобие забытья. А может быть, потому что мне вкололи успокоительное, я не знаю. Но сейчас мне было хорошо и спокойно, а все страхи отступили. Плевать, что Кирилл снова не узнал о том, что он настоящий отец ребенка внутри меня. Сейчас я не хотела никому и ни в чем признаваться.

Не знаю, сколько времени я проспала, но проснулась, почувствовав, что хочу в туалет. В палате было темно, и я не сразу заметила Сашу. Он стоял у окна, вложив руки в карманы джинсов. Обернулся, когда услышал, что я его окликнула, и подошел ко мне.

– Яна, малыш… – он взял стул и поставив его рядом с кроватью. Смотрел на меня проникновенным взглядом. – Я очень виноват перед тобой. Прости меня.

– Ты… ты… – я всхлипнула, снова вспоминая весь тот кошмар, что пережила.

Сейчас все казалось уже не таким страшным, но ведь это похищение могло закончиться ужасно! Я могла потерять ребенка! Меня могли покалечить или убить…

– Я правда не хотел, чтобы так получилось и всячески пытался решить эту проблему. Я не игрок, Яна. Это случайность. И такого больше не повторится. Обещаю тебе.

– Ты использовал меня!

– Конечно, нет! Что за глупости! Я встретил тебя и полюбил с первого взгляда. Да, по глупости с парнями влез в это все. Мне нужно был сразу признаться во всем отцу, но я до последнего думал, что сам решу эти проблемы.

– Я могла потерять ребенка, Саша…

– С вами все будет хорошо. Я тебе обещаю! Вам больше ничего не угрожает. Мы поживем какое-то время у отца. Я виноват, Яна, но я не хочу тебя потерять, – он взял мою руку, смотрел в глаза с такой надеждой. Когда ты позвонила мне, и они сказали, что ты у них, я думал, мое сердце остановится… – я всхлипнула. – Я люблю тебя, малыш. Прости меня… Клянусь, это было в первый и последний раз. Ты родишь мне малыша, и мы будем настоящей семьей. Я куплю нам новую квартиру. Потом мы поженимся. Ты мне веришь?

– На деньги отца? Или будешь снова ввязываться в авантюры? – я почти не видела его лица из-за слез, которые катились по моим щекам.

– Больше никаких авантюр. Отец предложил мне начать свое дело. Дал денег. Теперь у нас все будет хорошо.

– Я… Я не знаю, Саш… Я не уверена, что так быстро отойду от этого всего. Мне… Мне нужно время.

– В любом случае одну тебя я не оставлю. Какое-то время мы поживем отца, так будет лучше, – кивнул Саша и тяжело вздохнул. – Понимаю, обратно вернуть доверие будет непросто, но я буду стараться.

Возвращаться в свою квартиру я не хотела, а на поиски новой требовалось время. Верить Саше тоже было очень тяжело. Оставалось принять его помощь и попытаться поговорить с Кириллом начистоту.

18

Яна

Сердиться на Сашу было сложно, потому что он каждый день навещал меня в больнице, заваливал цветами и разными вкусностями и каждую минуту вымаливал прощение за свою ошибку. Рассказывал, как сожалеет, как сходит с ума при мысли, что со мной или с ребенком могло что-то случиться.

Постепенно ужас пережитого отступал, и я приходила в норму. Страх за ребёнка тоже проходил, к тому же врачи говорили, что все в порядке и волноваться не о чем. Главное, беречься и не нервничать. Но как мне сохранять спокойствие, если после выписки предстоит поселиться в одном доме с Кириллом?

К моему большому облегчению, отец Саши не появлялся в больнице. Первое время я вздрагивала каждый раз, когда медсестры сообщали, что ко мне посетитель. Позже осознала, что ожидать того, что Кирилл навестит меня, было полным идиотизмом. Между мной и Сашиным отцом все предельно ясно. Наша встреча с ним – огромная ошибка. Я должна забыть, что между нами было, и жить дальше, не оглядываясь на прошлое. Иначе можно сойти с ума.

И все-таки у меня никак не получалось выкинуть из головы выражение лица Кирилла, когда узнал, что я беременна. Мысли о том, что я лгу ему об отцовстве, возможные последствия этого сводили меня с ума. Иногда мне казалось, что лучше всего бросить Сашу, уехать куда-нибудь подальше и никогда не видеть обоих мужчин.

Но на такой решительный поступок не хватало смелости. Я старалась реально смотреть на вещи: у меня не было никаких сбережений, семья меня вряд ли поддержит, а одна я не справлюсь. Мама растила меня без отца, и я помню, как тяжело ей приходилось: она бралась за любую работу, чтобы нас прокормить, а я часто оставалась одна. Но дело заключалось не только в этом, а в том, что я не могла так сильно ранить маму. Больше всего на свете она боялась, что я повторю ее судьбу. Сейчас она наконец устроила свое женское счастье. Поехала в отпуск, познакомилась с мужчиной и очень счастлива. Мне хотелось, чтобы мама думала, что у меня все отлично.

* * *

В день выписки я ходила взад-вперед по палате, ожидая Сашу, который должен был меня забрать и отвезти домой к Кириллу. То, что он опаздывал, добавляло мне нервозности, я была как на иголках. Все эти дни он появлялся ровно в то время, которое обещал, и вот сегодня, когда я хотела поскорее покинуть эти больничные стены, смыть себя въевшийся запах медикаментов, Саша заставляет меня переживать. Вдруг опять что-то произошло? Наверное, теперь каждый раз, когда Саша будет опаздывать или не брать трубку, я буду думать о чем-то жутком!

К моему удивлению, в палату вошел Кирилл. Окинул меня внимательным взглядом, от которого захотелось съежиться. Я невольно отступила на шаг назад и опустила голову. Неизменная реакция на этого мужчину. Полное смятение, ступор. Всегда излучающий силу, уверенность, всегда безукоризненно одетый и невероятно красивый. И я… В спортивных штанах и толстовке, с пучком на голове и без макияжа.

– Здравствуй, Яна. Извини, что заставил ждать. Саша не приехал за тобой по моей вине. Сегодня на работе важное совещание, сыну нужно на нём присутствовать. К сожалению, это совпало с твоей выпиской. Все претензии адресуй мне, – уголок его рта дернулся вверх, серые глаза потеплели.

– Спасибо, что вы приехали, – я попыталась улыбнуться. Сердце колотилось так, что Кирилл мог услышать. И напоминания о том, что мне нельзя волноваться не помогали.

– Это все твои вещи? – Кирилл подхватил сумку, стоящую на кровати. – Хорошо, пойдём. Я припарковался прямо у входа.

По пути к главному выходу я ловила заинтересованные взгляды персонала. Медсестры едва ли не облизывались, оглядывая Стоцкого. На меня же бросали завистливые взгляды. Кирилл притягивал всех как магнит.

Кирилл галантно открыл дверь своей машины, помог мне сесть. Рядом с ним у меня всегда было ощущение, что я всё делаю не так. Недостаточно правильно, недостаточно грациозно. Почему мне так неуютно в его присутствии? Эта реакция меня пугала. Если я действительно неравнодушна к этому мужчине, разве можно в этом случае оставаться с Сашей?

Первое время мы ехали в молчании.

– Никак не могу привыкнуть, что ты беременна, – неожиданно произнес Кирилл и, сощурившись, посмотрел на меня.

– Понимаю, – я с трудом сглотнула ком в горле. Снова повисла пауза. Я не знала что сказать.

– Я порой бываю чересчур категоричным – издержки ведения бизнеса. Не принимай на свой счет. Лезть в личную жизнь сына я не планирую.

Его твердый голос немного утихомирил бурю внутри меня. От Кирилла исходила невероятная энергетика. Невозможно было противиться ей. Я тихо выдохнула и снова уставилась в окно.

Молчание больше меня не тяготило. Я с удовольствием вдыхала запах его парфюма – терпкого, древесного. Это так было так странно, ведь Сашу я умоляла не пользоваться туалетной водой, когда едет ко мне в больницу. Я реагировала на запахи очень остро. Почему с Кириллом не так?

Невольно, украдкой наблюдала за ним. Особенно взгляд притягивали руки, лежащие на руле. Большие, сильные, смуглые. От их вида становилось трудно дышать. Я вдруг представила, как эти руки касаются меня: трогают лицо, плечи, спускаются ниже… Собственная испорченность заставила меня закусить губу и мотнуть головой. Да что со мной не так?

Когда мы подъехали к дому, я была страшно рада, что испытание подошло к концу.

– Сиди. Я помогу тебе вылезти, – безапелляционно произнес Кирилл, и мне не осталось ничего, кроме как послушно ждать. Теплая ладонь обхватила мою руку, обдав щеки горячей волной крови.

– Следуй за мной, – его глаза смотрели в мои. – Я покажу тебе спальню.

Я почувствовала острую нехватку кислорода. В моей голове эта фраза прозвучала… странно.

– Я имею в виду вашу комнату, – быстро исправился Кирилл. – Твою и Саши.

19

Кирилл

Яна перемещалась за мной по дому настороженно, едва ли не на цыпочках. Держалась чуть поодаль, и на любое мое пояснение об устройстве техники опускала глаза и кивала. Возможно, ее смущало нахождение в незнакомом доме, а возможно, то, что мы с ней вновь были наедине в замкнутом пространстве. Ситуация между нами странная, но имеем то, что имеем. Девушка, с которой я провел ночь, станет матерью моего внука. И ведь не расскажешь никому о таком.

– Продукты доставляют трижды в неделю, – инструктировал я. – Покупать ничего не нужно. Готовит домработница. Если у тебя есть свои предпочтения, напиши, я внесу в список.

Яна в очередной раз кивнула, улыбнулась немного криво и обвела взглядом кухню. Выглядела она немного бледной.

– Давай-ка ты сядешь. Тебе нехорошо.

Она словно меня не слышала, а потому мне пришлось взять ее за плечи и самому подвести к стулу. Под пальцами ощущались выпирающие ключицы, тонко и нервно бился пульс. Невольно подумалось, не сильно ли я сжал? Яна была хрупкая, тонкая. Голову наполнили нежеланные звуки: ее прерывистое дыхание, тихое аханье. К ним примешались картины, которые мне лучше было забыть: теплые податливые губы, руки, обвивающие мою шею, изгиб позвоночника.

– Выпей воды, – я налил в стакан минералки и протянул ей.

Яна обхватила его обеими руками и сделала глоток. Тонкая шея дернулась. Это нормально, что она ждет ребенка и по-прежнему такая худая? Больница и стресс могли сказаться неблагоприятно. Надо самому за ней присмотреть. Саша хороший парень, но временно свернул не туда. Да и меня рядом не оказалось. Может быть, уделяй я ему больше времени, не потянуло бы его на азартные игры. Справится ли он? Новорожденный ребенок – это большая ответственность. Теперь ему придется стремительно взрослеть.

– Спасибо, – Яна отставила стакан на стол и подняла на меня свои голубые глаза, которые сейчас казались почти прозрачными. – Вы не думайте, со мной все в порядке. Это токсикоз, видимо. Прихватит, а потом неожиданно отпускает. Мне еще повезло. Некоторых девочек в палате сильно тошнило.

– Ты говори, если что-то нужно, не стесняйся. Мое отцовство больше двадцати лет назад случилось, и нюансов я не помню. Помню только, что Инга постоянно хотела мандаринов. Их тогда было не так просто достать.

Из бледного красивое лицо Яны стало розовым. Она заерзала на стуле, опустила глаза и через секунду снова впилась ими в меня.

– А почему Саша ваш единственный сын? Вы никогда не думали, чтобы во второй раз стать отцом?

Я невольно усмехнулся. Если еще лет пятнадцать назад я об этом раздумывал, то сейчас однозначно готов сказать "нет". Работа съедала все мое время, а дети – это время, забота, внимание. Моя жизнь меня устраивала такой, какая есть.

– Нет, Яна. Становиться отцом не входит в мои планы. Поздно мне. Слишком привык к свободе и комфорту. Ребенку нужно себя посвящать, а у меня бизнес и постоянные разъезды.

Яна опустила голову, кивнула, а потом вдруг резко вскочила на ноги.

– Туалет направо, да? – пробормотала, пока, не оглядываясь, шла к дверям. – Кажется, меня все-таки тошнит.

Она появилась на кухне спустя десять минут. Кажется, ее и впрямь сильно тошнило, потому что глаза у нее были красными.

– Думаю, тебе лучше отдохнуть. Я провожу тебя в комнату.

Яна пыталась возражать, говоря, что дойдет сама, но я взял ее под локоть и осторожно подвел к лестнице. О ней мне хотелось заботиться. Было в ней что-то особенное, и дело, пожалуй, не в том, что она носила моего внука, и не в том, что у нас с ней в прошлом что-то было. В Яне чувствовался стержень, и одновременно она была абсолютно беззащитной.

– Спальня, – я толкнул дверь, пропуская ее вперед.

При виде двуспальной кровати Яна застыла, да и я тоже. Прошлое вдруг стало ощущаться особенно остро.

– Если что-то понадобится из мебели – скажи. Дизайнер закажет.

Яна повернулась ко мне. На щеках розовел румянец, глаза стали совсем синими. Я невольно ею залюбовался. На редкость красивую девушку выбрал сын. Взгляд невольно сполз к ее верхней губе, кожа над которой была покрыта едва заметным пушком. Пауза стала тягучей, а ворот рубашки ощущался тугим.

– В комнате все прекрасно. Спасибо вам за гостеприимство, Кирилл Сергеевич, – немного хрипло проговорила она. – Мне, и правда, нехорошо. Если вы не против, я хочу остаться одна.

Я молча кивнул, чувствуя себя странно. Словно чем-то обидел ее, но чем, не понимал. Долго думать об этом не получилось, потому что внизу хлопнула входная дверь. Вернулся Саша.

20

Яна

– Котёнок, ты не забыла, что сегодня день рождения у Назара? – спросил меня Саша, когда я вышла из душа.

– Чёрт… Забыла.

Назар – лучший друг моего Сашки. И сегодня ему исполняется двадцать семь. Ребята дружны с самого детства, поэтому стало немного неловко за то, что я забыла позвонить и поздравить. Даже в соцсетях не прислала какую-нибудь милую открытку.

– Подарок я заказал, не волнуйся. По дороге в ресторан заберём, – успокоил меня Саша. – Там и поздравишь именинника.

– Ресторан? Саш, я не уверена, что смогу туда поехать.

После моей выписки из больницы доктор сказал, что я обязана беречь себя и будущего малыша, соблюдая постельный режим. Ресторан не самое спокойное место для беременной женщины, которая недавно лежала на сохранении. Как бы мне ни хотелось поехать со своим парнем на торжество, я не могла так сильно рисковать своим сокровищем.

– Малыш, я совсем забыл! – Сашка стукнул себя ладонью по лбу. – Сейчас позвоню Назару и скажу ему, что мы не сможем приехать.

– Нет, что ты! – возмутилась я. – Ты поезжай, отдохни и поздравь от меня Назара, а я дома останусь и буду ждать тебя.

Саша стал сопротивляться, но я убедила его в том, что ему нет никакой необходимости оставаться со мной. Немного поразмыслив, он всё же согласился и, поцеловав меня на прощание, уехал.

Я осталась одна в пустом доме и нашла, чем занять себя. Принялась за уборку. Стала раскладывать вещи по полочкам, оттенок к оттенку, а затем протерла пыль и сделала себе лёгкий фруктовый салат. Решила почитать книгу и заодно перекусить. Едва оказалась в своей комнате, как услышала посторонние голоса.

Бросила взгляд на часы и поняла, что это не мог быть Сашка. Прошло всего два часа с того момента, как он уехал.

Замерла у двери, когда услышала в коридоре женский кокетливый голос и громкий смех.

– Я хочу остаться у тебя на ночь. Позволишь?

Это Лена и, наверное, Кирилл. Сердце предательски забилось в груди. Я знала, что подслушивать нехорошо, но сдвинуться с места не могла. Так и стояла, прилипшая к полу, и почти не дышала.

– Не сегодня, Лен, – ответил хриплым голосом Кирилл. – Сашка со своей девушкой уехали на торжество, но скоро вернутся.

– Ладно, – сдалась его спутница. – Только, пожалуйста, люби меня грубо. Так, как ты умеешь.

Я ощутила неприятный мороз по коже от одной только мысли, что сейчас будет происходить между этими двумя. Шаги удалялись хаотично. Кажется, они целовались по дороге и раздевали друг друга. Хохот стихал, слышались стоны.

Грустно усмехнулась и отошла от двери. Кирилл – человек взрослый и ничего мне не обещал, да и я несвободна, но горечь медленно расползалась по телу, а сердце болезненно сжималось в груди. Казалось, что в этой жизни я что-то делаю неправильно. Не так.

Почитать книгу спокойно не удалось. Едва легла на кровать и открыла первую страницу, как услышала громкий протяжный стон и имя Кирилла из уст Лены. Стоны становились громче и отчётливее.

Отложила книгу, отставила фрукты на тумбу и включила телевизор в надежде, что он поможет мне этого не слышать. Но нет, стоны не прекращались. И тогда я упала на кровать и накрыла голову подушкой. Не знаю, сколько пролежала вот так обездвижено, но, когда выбралась из своего убежища и направилась на выход из комнаты, стоны прекратились.

Дико хотелось пить, поэтому я спустилась на первый этаж дома и направилась на кухню. Открыла бутылку воды без газа, сделала несколько жадных глотков и утолила жажду. Шагнула на выход и тут же столкнулась в дверном проеме с Кириллом. На нем были только спортивные трико и больше ничего из одежды. Смуглая кожа блестела от пота, а грудь часто вздымалась от прерывистого дыхания. Кажется, марафон удался.

Лишь на секунду подняла на него свой взгляд и вздрогнула. Он смотрел на меня так, словно увидел приведение.

– Ты дома? Саша сказал, что вы уезжаете на день рождения Назара, – произнес Кирилл сдавленным голосом.

Ситуация складывалась щекотливая и неприятная, да я и сама не знала, как себя вести с ним. Одно только понимала, что без стыда больше не могла на него смотреть.

– Саша уехал без меня. Я осталась дома, – ответила ему негромко.

– Чёрт. Не знал, что так получится, – он провёл пятерней по темным волосам и ещё раз выругался. – Ты всё слышала, да?

Коротко кивнула и закусила нижнюю губу.

– Мне жаль, что так вышло, Яна.

– Мне тоже, – произнесла ему в ответ и быстро прошмыгнула мимо него по направлению к своей спальне.

21

Кирилл

– Мы сегодня увидимся? – раздался в трубке елейный голосок моей любовницы. Я невольно поморщился, вспоминая вчерашнюю встречу с Яной после нашего ночного марафона.

Я полагал, что Саша и его девушка ушли на день рождения к Назару, но если б знал, что Яна не пошла, Лену приглашать бы к себе не стал, и мы бы поехали к ней домой. В этом были минусы совместного проживания с сыном и его девушкой. Возможно, стоило дать денег Саше, чтобы подыскал временно другое жилье. Но Яну лишний раз волновать не хотелось, она ведь обязательно воспримет все на свой счет. Да и куда ей в ее положении? Пусть живут под присмотром.

– Сегодня не получится, Лен.

– Тогда схожу на шопинг, чтобы не скучать. Выберу соблазнительный комплект белья, чтобы тебя порадовать.

– Выбери, конечно. Деньги еще есть?

– Можешь перевести еще, – промурлыкала Лена. – Вдруг я разгуляюсь.

Мы попрощались, после чего я перекинул ей нужную сумму. Так было проще. Она довольна, а я чистой совестью мог вернуться к делам.

В дверь постучали, и через секунду на пороге кабинета появился Саша. Я перевел взгляд на часы и нахмурился еще сильнее. Сын опоздал.

– Извини, пап, пробки. Что там с контрактом Борисова? Когда переговоры? – он плюхнулся в кресло напротив меня.

Выглядел помятым и явно еще не отошедшим от вчерашней попойки с друзьями. Глаза красные, цвет лица бледный. Во сколько он вернулся? И возвращался ли?

– Своих сотрудников я лишаю премии за систематические опоздания. Ты ее в этом месяце не получишь, – поставил его перед фактом. – Если ты мой сын, это не означает, что у тебя в компании будут какие-то поблажки или особые условия.

– Да ладно, пап, – Саша вскинулся и подобрался, выпрямляя спину. – Во-первых, этого больше не повторится, а во-вторых, мы же с тобой не просто шеф и подчиненный.

Я почувствовал раздражение. Непрофессионализм и разгильдяйство всегда так на меня действовали.

– Ты трудовой договор читал? Скажи мне, как ты собираешься брак с Яной оформлять и ребенка своего воспитывать, если тебя самого постоянно в тонусе держать нужно?

– Ты молодым не был, пап? – вдруг ощерился Саша. – Все хотят тусовок и развлечений. Да, перебрал вчера немного. Даже ты в свои сорок с хвостом завел себе молодую любовницу. Лена от силы старше меня лет на пять…

– В твои годы я не только о тусовках думал, но еще и строил свой бизнес, тебя успевал воспитывать. Сейчас ты живешь на мои деньги, работаешь в моей компании, так имей уважение соблюдать установленные мной правила и не перекладывать ответственность на других людей.

– Ладно, – Саша подозрительно быстро сдался и кивнул на бумаги, которые лежали передо мной. – Давай о деле. Я еще обещал с Яной съездить сегодня к врачу.

– Во сколько?

Может быть, я погорячился, и Саша не был таким уж безответственным?

– В четыре часа. Вчера я задержался у Назара, надо исправиться.

– Кстати об этом. Ты бы лучше приглядывал за матерью своего ребенка. Она у тебя хрупкая совсем, ей поддержка твоя сейчас нужна, а не тусовки и твой помятый вид. Ты видел себя сегодня в зеркало?

– Пап, ты позвал меня о работе говорить или учить, как с женщинами себя вести? Не ночевал я дома, потому и вид такой. Говорю же, с Назаром вчера лишнего выпил и у него остался. На работу пришел с квадратной головой, а тут ты еще с нравоучениями. Что не так-то? Я работаю, пытаюсь создать семью. Ты ведь этого хотел?

Да, какой уж там переезд… Я погорячился с этими мыслями. Пусть сын и его девушка живут пока у меня.

– Поезжай домой, отоспись, – вздохнул я и набрал секретарше. Нужен был водитель. – Сам за рулем не поедешь. До четырех вечера, надеюсь, в твоей голове что-нибудь прояснится. А сегодняшний день вычтут из твоей зарплаты. Если бы ты не был моим сыном, то после такого сейчас не домой отдыхать направился, а на улицу искать новую работу.

Саша громко чертыхнулся и поднялся на ноги. Мне бы самому уделять внимание ребенку, да воспитывать уже, наверное, поздно. Сам где-то упустил, а теперь пожинал горькие плоды.

Домой я вернулся лишь в восьмом часу вечера. Мечтал принять душ и лечь отдохнуть. Машина Саши была на месте, а в доме витал аппетитный запах еды. По долгу работы питался я преимущественно в ресторанах, но сегодня куда-то ехать не было ни настроения, ни сил.

Я прошел на кухню и застал у плиты Яну. Она стояла с ложкой в руках, и смотрела на меня своим сияющим взглядом.

– Добрый вечер, Кирилл Сергеевич. Ужинать будете?

Я покосился на сковороду, в которой тушилось мясо, и отрицательно качнул головой.

– Нет. Как прошло обследование? Вы были с Сашей в клинике?

Яна расплылась в улыбке и, отложив ложку, вытерла руки о фартук.

– Да мы были. Все хорошо. Спасибо.

– Пока не говорят пол ребенка?

– Предварительно сказали, – на кухне показался Саша, подошел к Яне и обнял ее за талию, поцеловав в макушку. – У тебя будет внук.

Яна резко отвернулась.

– Отличная новость.

Саша стал что-то нашептывать ей на ухо и гладить бедра, и смотреть на это мне было странно и отчего-то неприятно. Я вышел с кухни, раздумывая над тем, чтобы остаться ночевать у Лены.

22

Яна

Жить у Кирилла было странно и неловко. Во-первых, любые мои попытки купить продукты, прибраться или что-то приготовить мгновенно осекались хозяином дома. Он вежливо, но твердо говорил, что для этого у него есть люди, которым он платит зарплату, а мне лучше отдыхать и почаще бывать на свежем воздухе.

Мне его забота была приятна, и одновременно я чувствовала себя нахлебницей. Саша-то его сын, а я? Думать о том, что Кирилл – отец моего ребенка, я себе запретила. Он же ясно дал понять, что жизнь устраивает его такой, какая есть, и навязывать ему нежеланное отцовство я не собиралась. Меньше всего мне и моему малышу нужны были косые взгляды и шепотки о том, что я намеренно забеременела от богатого мужчины, чтобы обеспечить себе будущее. Это мой ребенок, я сделаю все, чтобы он купался в любви, которую заслужил.

– Доброе утро, Яна. Ты почему так рано встала?

Кирилл появился на кухне, заставив меня вздрогнуть и смущенно отвести глаза. Промокшая от пота футболка перекинута через плечо, спортивные шорты открывали косые мышцы живота. В доме есть спортзал, и пару раз я видела, как Кирилл туда заходил тренироваться. Теперь понятно, откуда у него такое тело.

Открыв дверцу холодильника, он достал бутылку воды и стал жадно пить. Как я ни старалась, не могла оторвать от него глаз. Вдруг явственно представила, что у моего малыша будут точно такие же черные, чуть вьющиеся волосы и миндалевидный разрез глаз. По крайней мере, с внешностью отца моему ребенку повезло.

Раздавшийся звонок вернул меня на землю. Кирилл приложил телефон к уху и поздоровался:

– Доброе утро, Лен. Да… Спал хорошо.

Я смотрела в его удаляющуюся мускулистую спину и приняла твердое решение съехать из этого дома. Беседка на улице и готовые обеды – это прекрасно, но я так не могу. Каждый раз, натыкаясь на Кирилла, я ощущала муки совести. Я себя не понимала. Я всей душой была привязана к Саше, но это не мешало мне трепетать при виде его отца. К тому же каждый раз при упоминании Лены внутри неприятно сводило. Я устала от самой себя. Если я хочу забыть Кирилла и строить новую счастливую жизнь, мне нужно держаться от него подальше. Надо будет поговорить с Сашей как можно скорее.

Саша появился дома поздно вечером. Рассеянно поцеловал меня в щеку и сразу же уединился в кабинете со своим отцом. Вышел спустя час в приподнятом настроении, обнял меня и стал качать в руках, как маленькую девочку:

– Янусь, дела вроде на лад идут. Отец контракт подкинул шикарный. Если все получится, ты и малыш ни в чем не будете нуждаться.

Я закрыла глаза и вздохнула. Ну вот как мне не стыдно сердиться на Сашу? Он ни на секунду не перестает думать о ребенке, несмотря на то, что тот ему чужой. Да, у него был сложный период, но Саша его преодолел и вновь стал тем человеком, которого я знала: добрым, чутким, заботливым.

– Саш, – я погладила его руку. – Я тут подумала… Давай съедем от твоего отца. Я квартиру подыщу получше. У меня кое-какие сбережения есть…

Саша меня перебил.

– Тебя папа напрягает?

– Нет, – поспешила ответить я, чтобы он не подумал, что Кирилл меня как-то обидел. – Просто на чужой территории мне жить некомфортно. Свое все же привычнее.

– Давай сделаем так, малыш, – улыбнулся Саша. – Я сгоняю в командировку, подпишу контракт, и потом сделаем все, как ты захочешь. Неделю всего потерпеть.

– Ты едешь в командировку? – от неожиданности я дернулась.

Саша кивнул.

– Не переживай, малыш. Папа пообещал, что за тобой присмотрит.

Я не успела ему ответить, потому что в этот момент в комнату постучали. На пороге стоял Кирилл. Он оценивающе пробежался взглядом по рукам Саши, поглаживающим мой живот, и посмотрел мне в глаза. В них на секунду мелькнуло что-то странное, неожиданное, отчего у меня перехватило дыхание.

– Спускайтесь на ужин, – произнес он. – Ты, Яна, наверное, голодна?

– Я рассказал ей про командировку, пап, – подал голос Саша. – Ты ведь присмотришь за моей малышкой, как обещал? – он засмеялся и шутливо чмокнул меня в висок. – Скоро мы от тебя съедем, не волнуйся.

– Я вроде бы вас не выгонял.

– Мы с Яной так вместе решили. У тебя своя жизнь, у нас своя. Глядишь, Лена к тебе переедет, братишку или сестренку заделаете.

– Ерунду не говори, – холодно отрезал Кирилл.

– Папа не любит детей, – усмехнулся Саша, когда дверь за его отцом захлопнулась, и развернул меня к себе. – Мама всегда говорила, что если бы не случайность, я бы не родился.

Мне не хватало воздуха. Разговоры о возможных детях Кирилла выбивали меня из колеи.

– Уверена, что это не так. Отец тебя любит. Это видно.

А про себя подумала, как, наверное, Саше больно было такое слышать. И зачем Инга ему такое сказала?

23

Яна

– Мне не хочется, чтобы ты уезжал, – произнесла дрогнувшим голосом, наблюдая, как Саша собирает чемодан.

Паника захлестывала меня с головой, когда я думала о том, как мы с Кириллом будем существовать на одной территории. Совладать с собой не всегда получалось, особенно когда мы находились наедине.

– Неделя пролетит быстро, малыш. Мне правда нужно, – оправдывался Саша. – Ты пока отдохни, развлекись, погуляй по магазинам. Мне отец аванс на карточку перечислил, я тебе оставлю, трать в свое удовольствие.

– Спасибо, но это лишнее…

– Не нужно спорить, Ян, – посмотрел на меня с легким упрёком Саша. – Не хочу, чтобы ты и ребёнок нуждались в чем-либо. Я хочу реабилитировать себя в твоих глазах.

Я шумно вздохнула и всё же приняла карту.

– Малыш, прошу, улыбнись хотя бы. Как доеду, сразу напишу тебе. Выше нос!

Саша притянул меня к себе, его губы накрыли мои. Поцелуй был ласковый, нежный, вот только я почему-то ничего не чувствовала. Не могла понять, что со мной не так. Наверное, гормоны шалили.

Чуть отстранившись, повернула голову и увидела направляющегося к нам Кирилла. Он снова видел, как мы целовались, и эта мысль заставляла меня смущенно покраснеть.

Отец с сыном вышли из дома, а я отправилась на кухню, чтобы приготовить себе завтрак. Есть совершенно не хотелось, но ребёнку внутри меня требовалось хорошо питаться.

Когда я услышала тяжелые шаги за спиной, то вздрогнула. Саша уехал, и теперь мы с Кириллом остались вдвоем. Шаги остановились в метре от меня, и дышать стало сложно. Я на секунду прикрыла глаза, затем сделала над собой усилие и повернулась. Кирилл смотрел на меня пытливо, пристально.

– Приготовить для вас завтрак? – я с трудом выдавила из себя слова.

В горле застрял колючий комок, который мешал говорить. Взгляд Кирилла прошелся по моему лицу, шее и ключицам. Мне хотелось сквозь землю провалиться. По телу прокатилось горячее тепло, и живот скрутило.

– От завтрака откажусь, потому что тороплюсь, – произнес Кирилл. – Сегодня домработница попросила выходной. Закажи ужин. Я приеду в восемь.

Язык прилип к нёбу, и я коротко кивнула в знак согласия. Про себя я решила, что приготовлю ужин сама.

* * *

Весь день я пыталась отвлечь себя от ожидания предстоящего совместного ужина. Мне же не обязательно сидеть с ним за одним столом и вести светские беседы? Достаточно просто накрыть на стол и уйти к себе, чтобы не чувствовать смятение. Мне нельзя волноваться и вредить малышу.

К половине восьмого на столе стояла утка по-пекински и овощной гарнир. На десерт я испекла свой фирменный яблочный пирог. Он получился очень мягким и румяным.

Послышался щелчок входной двери, и я чуть не подскочила. Кирилл вернулся с работы. Заметалась по кухне, поспешно сняла с себя передник и поправила волосы. Хотелось бить себя за это по рукам, но желание выглядеть красивой перед отцом Саши пересиливало.

– Здравствуй, – к моему изумлению, на пороге показалась Лена. Она была одета в обтягивающее короткое платье, которое подчеркивало красивые изгибы и оголяло грудь. Лена была красивой и изящной, словно с обложки журнала.

– Здравствуйте, – кивнула ей. – Кирилл ещё не вернулся с работы.

– Знаю, – бросила она и прошлась по кухне. – Подожду его в доме.

Она взяла со стола стакан апельсинового сока и сделала несколько глотков, оставляя по краям следы своей алой помады.

– Я вижу, ты то одного Стоцкого окучиваешь, то другого. Совместный ужин, утка, десерт. Свечей не хватает.

Я ошарашенно моргнула. Она казалась мне приветливой и милой, когда мы познакомились с ней.

– Ужин – это просто ужин. Кирилл попросил меня приготовить, – произнесла в ответ.

– Да-да, конечно, – усмехнулась Лена. – Поняла, у кого бабок больше, и решила переметнуться под шумок, пока Сашка в командировке.

– Что вы себе позволяете? – почувствовала, как становятся пунцовыми щеки.

– Вот только хочу тебя огорчить, Яна, – будто не слышала меня Лена. – Кирилл мой. Я заработала право быть его женщиной. Поэтому по-хорошему прошу, не мешайся под ногами, не то я тебя уничтожу. Поняла?

Из коридора послышались шаги, и через пару секунд в дверном проёме гостиной показался Кирилл. Он посмотрел на меня, на накрытый стол и слегка улыбнулся уголками губ. Перевел взгляд на Лену и явно удивился её присутствию.

– Что ты здесь делаешь? – нахмурился он.

– Решила привезти тебе документы по «Техстрою», – весело произнесла она и, подойдя к нему вплотную, коснулась щеки губами. – Позволишь присоединиться к вам за ужином? Еды тут на всех хватит.

24

Яна

Первым моим прорывом было сослаться на недомогание и уйти в нашу с Сашей комнату, но слишком велико оказалось желание испортить Лене вечер после того яда, что она выплеснула на меня. Я никак не посягала на её личную территорию под названием «Кирилл», хотя могла бы это сделать. И даже имела на это право, учитывая, что ношу под сердцем ребенка мужчины.

– Яна, очень вкусно, – похвалил меня Кирилл и улыбнулся. – Спасибо.

Лена неотрывно смотрела на мужчину через столик. Возможно, из-за приглушенного освещения ее глаза казались равнодушными и отчужденными. «Нет у нее никаких чувств к нему», – промелькнуло в мыслях. Мне было некомфортно находиться в их обществе, и я хотела поскорее вернуться к себе в комнату. Кирилл же напротив вел себя раскованно, умело поддерживал беседу и ободряюще мне улыбался. Надо было признать, что со стороны Лена и Кирилл выглядели красивой парой.

– А где ты работаешь, Яна? – Лена наклонилась через столик и взяла Кириллу за руку, словно заявляя свои права на мужчину.

– Я переводчик. А вы? – я вскинула голову и натянула вежливую улыбку.

– Юрист. Работаю на Кирилла. Кстати, Кир, дорогой… – низкий женский голос был пропитан чувственной хрипотцой. – После тендера твое предложение полететь отдыхать в силе?

Мои щеки покраснели. Неужели он не замечает, что его спутница весь вечер пытается поставить меня на место? И она лишь видимость делала, а милой не была ни капли! Неужели за привлекательной внешностью он не видит ее сути?

– Сделка еще не оформлена, – спокойно проговорил Кирилл. – Когда контракт будет подписан, а формальности урегулированы, вернемся к этому вопросу. Вечером посмотрю документы, которые ты привезла.

Внезапно его телефон зазвонил. Извинившись, он вышел из-за стола.

Испепеляя меня взглядом, Лена положила на стол руки с длинными, похожими на когти хищной птицы наманикюренными ногтями.

– Должна тебя предупредить, милочка, поберегись. Своего я не отдам. А то, что ты здесь… – она кивнула на сервированный мною стол, – еще ровным счетом ничего не значит. Кириллу не нужны серые мышки, и вкусным ужином его не удивить, – едкий и презрительный тон, каким это было сказано, не оставлял сомнений: она знает, о чем говорит. – Надеюсь, ты поняла?

– Не понимаю о чем вы, Лена, – я встала из-за стола и принялась собирать посуду. – Я живу с Сашей. Он сейчас в командировке, а я просто люблю готовить. К тому же у нас с Сашей будет скоро ребенок. Так что, не переживайте.

Кирилл вернулся на кухню и, заметив, что я едва перебираю ногами, перевел взгляд на Лену. День выдался эмоционально тяжелым, и этот час в обществе подруги Кирилла лишил меня последних моральных сил.

– Не стоит, Яна. Иди отдыхать. Лена сейчас все уберет. Спасибо за ужин, – поблагодарил он еще раз.

Губы девушки зловеще сжались. Кажется, что мои слова не возымели на нее должного эффекта. Мы обе видели, что Кирилл весь вечер не сводил с меня глаз.

– Как закончишь, я сам отвезу тебя домой, есть разговор, – бесстрастным голосом сказал он Лене.

Я застыла с тарелкой в руках. Мне хватило нескольких секунд, чтобы осмыслить слова Кирилла. И в чем-то я была ему благодарна, что он закончил мою вечернюю пытку, а я сейчас останусь одна. Как он только проводил в ее обществе все вечера? Развернувшись, я направилась наверх, чтобы не мешать Лене проявлять заботу о своем мужчине. Хотелось бы мне посмотреть, как она будет с таким маникюром убирать посуду. Не все же такими ноготками спины любовников скрести.

Кирилл и Лена уехали спустя десять минут. Я переоделась и решила немного расслабиться, приняв ванну. Время пролетело незаметно. Мы поговорили с Сашей, и я включила телевизор, собираясь посмотреть кино, как вдруг за дверью послышались шаги. Я замерла, ощущая напряжение в каждой клетке. Кирилл остановился у моей комнаты. Я проглотила нервный комок и выдохнула лишь тогда, когда дверь в его спальню с грохотом закрылась. Шумоизоляция в доме должна была быть хорошей, но я почему-то слышала его перемещения по комнате, а потом все стихло.

25

Яна

Весь следующий день я провела на мамском сайте, где такие же беременные, как я, делились тем, как справляются с токсикозом, плохим сном и паникой перед предстоящими родами. Кирилл уехал рано утром и до сих пор не появлялся, а потому я могла спокойно перемещаться по дому без боязни столкнуться с ним и снова начать краснеть.

В обед позвонил Саша и с энтузиазмом рассказал о встрече с австрийцами. По его словам, ужин прошел хорошо, и на днях они подпишут контракт, после чего он вернется домой, и мы начнем подыскивать квартиру. С деньгами проблем теперь не будет, так он пообещал.

К вечеру я спустилась на кухню, чтобы приготовить ужин. Растущий аппетит все чаще давал о себе знать, но я ему была даже рада. Мой врач говорил, что мне следует хорошо питаться и набрать вес, потому что с килограммами у меня проблемы.

Когда стрелка часов стала приближаться к семи, я заторопилась. С волнением стала посматривать на духовку, где румянилась курица, то и дело одергивала края рубашки. В это время домой возвращался Кирилл, и я начала нервничать.

Он появился как раз в тот момент, когда я вынимала из духовки противень. Остановился посреди кухни и улыбнулся уголками губ, как умел только он. Его улыбка была теплой, словно он любовался.

– Здравствуй, Яна. Я же просил тебя не готовить.

Я пожала плечами.

– Захотелось именно курицу. Не мне, – я указала на живот. – Моему малышу.

– Ты уже чувствуешь, как он пинается? – неожиданно спросил Кирилл.

– Нет. Это случится позже, на пяти месяцах где-то. По крайней мере, на форумах так говорят.

Повисла пауза, и я поспешила ее разрушить:

– Может быть, поужинаете? На гарнир есть рис. Вы такое едите?

Кирилл усмехнулся.

– Я, по-твоему, только икрой питаюсь? Поужинаю, если ты составишь компанию. – И сразу пояснил: – Не люблю есть один.

Я растерялась. С одной стороны, мне не хотелось оставаться с Кириллом наедине, а с другой, страшно хотелось кушать. К тому же отказываться было бы невежливо. Кирилл мне ничего плохого не сделал. Даже напротив, решил проблемы Саши, любезно предоставил безопасное жилье.

Я кивнула и, развернувшись, стала раскладывать еду по тарелкам. Руки немного дрожали.

Кирилл вернулся на кухню без пиджака, рукава идеально белой рубашки по локоть закатаны. Ну почему же он такой красивый, что хочется замереть и любоваться? Широкие плечи, волевой подбородок и взгляд, уверенный, умный, ироничный.

Я поставила тарелки, села напротив.

– Раз вина тебе нельзя, то будем пить сок, – Кирилл поднялся и достал из холодильника запотевшую бутылку.

Я невольно застыла, когда он остановился рядом со мной и стал наливать сок в стакан. Кажется, что я даже ощущала исходящее от него тепло.

– Чем занималась весь день? – Кирилл отрезал небольшой кусок курицы и тут же меня похвалил: – Очень вкусно. Ты умница.

Внутри стало тепло. Приятно, когда мужчина, избалованный ресторанной кухней, хвалит твою стряпню.

– Сидела на форуме. Читала про роды и протекание беременности. Вряд ли вам интересно.

– Ну почему же, – он потянулся за соком и поднес стакан к губам. – Речь ведь идет о моем внуке.

Я закашлялась, так что из глаз потекли слезы. Его внук.

– Ты в порядке, Яна?

Я вытерла щеки и улыбнулась.

– Да, простите. Не в то горло попало.

Мы продолжили ужин, который проходил на удивление легко и приятно. Кирилл рассказывал мне о новом проекте, связанном с информационными технологиями, и про поездку в Новую Зеландию. Мне же просто нравилось его слушать. Голос у него был красивый. Низкий и глубокий. Меня он успокаивал.

Внезапно в животе что-то остро кольнуло, так что я вытянулась струной. От внезапного спазма меня парализовало.

– Яна, что с тобой? – забеспокоился Кирилл. – Ты побледнела.

Я открывала и закрывала рот, не в силах вымолвить ни слова. Меня обуяла паника. Только не ребенок. Боль в животе – это плохо.

– Мне больно, – просипела я.

От страха по щекам потекли слезы. Я ведь уже лежала в больнице. Не хочу, чтобы все повторилось. Встала со стула, руку положила на живот и стала успокаивающе его поглаживать. Пальцы дрожали.

Кирилл подошел ко мне, заглянул в глаза.

– Тсссс, малышка, успокойся. Очень больно? Я сейчас вызову врача. Не волнуйся, хорошо?

Он коснулся пальцами моих мокрых щек.

– Ну, чего ты плачешь, Ян?

Я задышала глубже. Паника начала отступать, а вместе с ней уходила боль. Низ живота отпустило, словно разжались тиски. И я снова заплакала, на этот раз от облегчения.

– Я так испугалась… Подумала, что малышу снова что-то угрожает… Что я снова его не уберегла.

Мне вдруг стало тепло, и через мгновение я поняла, почему. Кирилл меня обнял. Я уткнулась носом в его рубашку и вцепилась в его плечи. Хотелось черпать его спокойствие, дышать его запахом.

– Девочка совсем разволновалась, – приговаривал Кирилл, качая меня в руках.

Его тело было горячим и твердым, от соприкосновения с ним слезы сами высыхали. Находиться в объятиях отца моего малыша, когда ему грозила опасность, казалось таким правильным.

– Успокоилась? – Кирилл ласково провел рукой по моим волосам и чуть отстранился. Его лицо находилось совсем близко, чувственные губы находились на уровне моих глаз.

– Не знаю, – прошептала я, чувствуя, как утяжелилось дыхание.

– А кто знает? – голос Кирилла стал ниже, более хриплым.

Я шумно вздохнула, и в следующую секунду мир завертелся у меня под ногами, потому что я ощутила прикосновение его губ к своим.

26

Яна

Кирилл целовал глубоко и жадно, словно куда-то спешил. Зарывал пальцы в распущенные по плечам волосы и ласкал мой рот, выбивая из груди тихие стоны. Было неожиданно остро и горячо. По телу разливалось тягучее тепло, которое ускользало в низ живота. Однажды мне уже было так хорошо. В тот день, когда мы познакомились с ним.

Умом я понимала, что поступаю неправильно, но тело отказывалось мне подчиняться. Сердце сходило с ума и заходилось в бешеном ритме. Оттолкнуть Кирилла я уже не могла.

Я ответила на поцелуй несмело и с опаской. Провела пальцами по твердым плечам и почувствовала, как напряглись мышцы. Мы оба ходили по тонкому льду, готовые провалиться с головой в холодную воду.

Кирилл был возбуждён. Я чувствовала это бедрами и, к собственному стыду, тоже безумно его хотела. Особенно когда его руки скользнули по спине вниз, на секунду сжав ягодицы.

– Яна…

Поцелуй резко прервался, стало холодно.

Я нехотя открыла веки, возвращая себя в суровую реальность. Серые глаза Кирилла сейчас были темными и бездонными, а сам он выглядел будто разгневанным.

– Не знаю, как так вышло… – хрипло произнес он и шагнул назад.

Я и сама не понимала, как так вышло. Осознавала только одно – меня влекло к этому мужчине, но нам с ним быть не суждено. Всё слишком.

– Я поступил, как подонок, Ян. Та ночь дала о себе знать… И ты плакала. Прости. Большее не повторится.

Я опустила взгляд на кафельный пол, до боли закусила губу. Было невероятно гадко на душе от собственной слабости. Воздуха на просторной кухне катастрофически не хватало. Слёзы уверенно подбирались к глазам, но больше всего на свете мне не хотелось, чтобы Кирилл меня жалел.

Я кивнула в знак того, что услышала, развернулась на сто восемьдесят градусов и поспешила в свою комнату.

– Ян, подожди… – услышала голос Кирилла, но остановиться не могла.

Мне хотелось остаться наедине с собой, смыть это чувство стыда. Во что превратилась моя жизнь? Что я делаю?

Дверь в спальню я закрыла на замок. Так было спокойнее и надежнее.

Легла на кровать, скрутилась в клубок. Эмоции оглушали, сердечный ритм никак не приходил в норму. Я ведь все решила. По возвращению Саши мы съедем из дома Кирилла. Малыш будет только моим. Ну и что с того, что его отец не хочет его. Я дам ему столько любви, сколько он заслуживает. Тогда что сейчас произошло?

Заслышав шорох в коридоре, я замерла. Поднимался Кирилл. Его шаги приближались с каждой секундой и стихли рядом с моей дверью. Во рту пересохло. Не подходи. Не подходи. Не подходи, пожалуйста.

Раздался тяжелый вздох, и шаги возобновились. Хлопнула дверь в конце коридора. Кирилл ушел.

Я встала с постели, умыла лицо холодной водой. Хотела лечь в постель, но услышала во дворе шум мотора. Отодвинув штору, я увидела, что Кирилл стоит посреди двора и разговаривает по телефону. Наверное, звонил ей. Лене. Кивнул, щёлкнул брелоком и открыл дверь автомобиля.

С ноющим чувством в груди я смотрела, как его автомобиль скрывается за воротами. Он оставил меня в доме одну.

27

Кирилл

– Давно не виделись, Кирилл. Как Саша? Как девушка его?

Находиться в одном доме с Яной после случившегося было невыносимо. Я давно обещал Сергею позвонить и встретиться, и вот сегодня это время пришло.

С появлением Яны меня неожиданно стало тянуть домой, и эта тенденция мне не нравилась. Стоило ей задержать на мне взгляд, как голову посещали нелепые мысли. Не покидало ощущение, что в ее глазах горят воспоминания о той ночи. Или мне лишь так казалось? В любом случае находиться с ней на одной территории было все сложнее, а после сегодняшнего поцелуя и вовсе невыносимо.

– Да нормально все. Спасибо тебе еще раз. Я тогда у Голубевых заметил неладное, спрашивал у сына о проблемах, но он молчал до последнего, пока не стало поздно. Оперативно ты сработал. Без тебя бы так быстро не нашел этих отморозков.

– А с девушкой что? – поинтересовался Сергей. – Яна, правильно?

Я усмехнулся. А что с ней будет? Поженятся они с Сашей через месяц-другой, а я дедом стану. Ведь об этом же я мечтал? Чтобы сын остепенился, а я мог не переживать о том, что моя компания останется без преемника.

– С ней тоже все хорошо, – я перевел взгляд на бокал с виски в руках. – Живет пока у меня.

Надо было водителя вызывать. Не планировал я пить этим вечером. Много чего не планировал, как и целовать невесту сына. Ошибка на ошибке и промах на промахе, а по итогу – желание взять паузу и улететь. Куда? Да хоть в Новую Зеландию снова. Разом избавиться от проблем. Иногда это самый лучший выход из тупиковой ситуации.

– Сам как? – ухмыльнулся я, заметив, что к нам приближалось милое создание в белом расклешенном платье. Эту девушку я вижу с Сергеем впервые, и то, как он смотрел на нее, намекало на то, что она не просто любовница на одну ночь.

Сергей перевел взгляд на свою спутницу.

– Как видишь, – кивнул в сторону девушки. Приглядевшись, я заметил округлившийся живот. – Отцом скоро стану.

Я не то чтобы поразился, скорее, удивился. Сергей почти мой ровесник, и надо же, станет отцом. Я привык считать, что в нашем возрасте и при нашей занятости дети непозволительны. По крайней мере, я о них не думал с самого появления Саши.

– Надо бы собраться на днях всей компанией, как в старые добрые времена. Что скажешь? Я на даче организую шашлыки, и все дела? – предложил Сергей. – Будешь? Ждать вас с Леной?

– Да, – отозвался я, все еще думая о том, что, куда бы я ни уехал, от себя и своих мыслей не сбежать.

Домой я вернулся в два часа ночи. После выпивки немного отпустило. Вся эта гонка, бесконечные проекты на работе, переговоры полностью отнимали мое время, и я уже забыл, когда вот так расслаблялся и разговаривал не о делах.

На втором этаже возле спальни сына остановился. Усилием воли подавил очередное желание открыть дверь и проверить, все ли с ней хорошо. Сегодня я начал думать, что пригласить Яну пожить в свой дом было плохой идеей.

Утром я по обыкновению поднялся по будильнику, принял душ и спустился вниз. Яна уже встала и готовила завтрак на кухне. По дому разносился аромат приготовленной пищи.

– Доброе утро, – она обернулась, заметив меня, и быстро опустила глаза. Заправила локон за ухо, отвернулась к плите. – Завтракать будете?

– Нет.

В кармане пиджака завибрировал телефон. Увидев имя бывшей жены на дисплее телефона, я нахмурился. Что ей понадобилось от меня в такой ранний час? Деньги на карточке закончились?

– Да, – ответил я, не сводя с Яны взгляда.

– Кирилл, привет, – нежным голосом прощебетала она. – С твоим рабочим графиком и бесконечными разъездами я звоню, чтобы напомнить тебе о моем дне рождении. Саше дозвониться, кстати, я не могла. Хочу пригласить вас на ужин, поэтому, раз уж дозвонилась до тебя, то передай ему, что жду их с Яной в семь вечера у себя дома. По-семейному посидим, отметим. Ты приедешь, может быть, вместе с ними? – в голосе было столько надежды и радости.

Я потер переносицу. Ну, конечно. День рождения Инги. Совсем вылетело из головы.

– Поздравлю, Инга. Саша сейчас в командировке. Я передам твое приглашение Яне.

– Сын наш весь в работе, – вздохнула она. – Устает, наверное. Я уже заказ в ресторан сделала. Приезжайте тогда с Яной. Мы же будущая семья, а она мать нашего внука.

– Яна, – окликнул я девушку. – Инга приглашает тебя на свой день рождения. Как ты на это смотришь?

Она застыла, глаза удивленно округлились.

– Она рядом? – фальцетом переспросила бывшая супруга. – Они с Сашей сейчас живут у тебя?

– Да.

– Ну, хорошо… – протянула Инга. – Вдвоем с Яной? Значит… – она осеклась, а я как наяву представил вытянутое лицо бывшей. – Так вы сейчас с ней вместе, в одном доме, пока Саша в командировке?

– Да. Что-то не так, Инга?

– Нет-нет, Кирилл. Все нормально. Хорошо, буду вас ждать. Приезжайте.

Инга отключилась, а я вновь взглянул на Яну. Она выглядела растерянной. Я ее понимал.

– У Инги сегодня праздник. День рождения. Она пригласила нас к себе на ужин. Ты как? Поздравишь будущую свекровь? Или мне одному к ней заехать после работы?

– Да… Я… конечно… – запинающимся голосом произнесла Яна. – Но у меня нет подарка и…

– Об этом не беспокойся. Моя помощница выберет. Заеду за тобой в половине седьмого.

28

Яна

– Спасибо, – поблагодарила я Кирилла, когда он помог мне выйти из машины. Руку сразу же одернула и спрятала в карман брюк. След от его ладони тлел на коже.

– Недолго посидим, а потом я отвезу тебя домой, Яна. – На мой вопросительный взгляд Кирилл пояснил: – Появились дела, поэтому ночевать останусь в городе.

Я кивнула, думая о том, что он все делает правильно. Мы оба знаем, что ночью никаких дел у него быть не может, и он просто не хочет ночевать со мной в одном доме. В любом случае скоро ему не придется этого делать. Мы с Сашей уедем.

Инга Владимировна открыла дверь сама и, рассыпавшись в улыбках, обняла Кирилла. Для сегодняшнего вечера она приоделась: приталенное, явно дорогое платье, профессиональный макияж, укладка и шлейф утонченного парфюма, в котором она щедро меня искупала, обняв.

– О, да ты поправилась, Яна, это чувствуется, – сказала она, отстранившись. – Пора уже тщательнее подбирать одежду. Пока живот сильно не вырос, окружающие будут думать, что ты просто налегаешь на еду.

И засмеялась своей шутке.

Я покраснела и украдкой взглянула на себя в зеркало. Я, что, правда выгляжу так, словно вдруг резко перестала следить за собой? Из-за беременности я свела косметику к минимуму и одежду теперь выбираю комфортную, из натуральных тканей… Но неужели контраст настолько разителен?

Я нервно убрала прядь волос за ухо и проследовала в гостиную за именинницей. Кирилл шел позади. Он тоже думает, что я плохо выгляжу?

Там нас ждал сюрприз. Я отчего-то полагала, что мы будем одни, но за столом сидели еще два человека: женщина лет сорока в элегантном пиджаке и в массивных украшениях и девушка, блондинка, на вид очень симпатичная.

– Знакомьтесь, – подала голос Инга Владимировна. – Это Лена, моя близкая подруга, а это ее дочь Софья. Кирилла никому представлять не нужно. Лена, Софья, это та самая Яна, девушка Саши.

Я улыбнулась гостям и с вожделением уставилась на стул, отчаянно желая на него сесть. Очень уж пристально они меня разглядывали, словно оценивали. Все же нужно было чуть больше внимания уделить макияжу и платье выбрать наряднее. Я ведь думала, что мы будем совсем одни.

Кирилл поприветствовал женщин, помог мне сесть и сам занял место по соседству. Сейчас я была ему за это благодарна, потому что взгляды напротив заставляли чувствовать себя неуютно. Хотелось поддержки.

– Так как поживает Саша? – неожиданно спросила Лена, адресуя вопрос мне. – В последний раз, когда он к нам заезжал, поговорить толком не получилось. Он куда-то торопился.

– На работу, – вставила ее дочь. – Кирилл Сергеевич, он же сейчас у вас работает?

Я непонимающе на них уставилась. Откуда они так хорошо осведомлены о жизни Саши? И когда он к ним заезжал?

– Софья и Саша встречались, – подсказала молча наблюдающая за происходящим Инга. – Мы с Леной даже думали, что породнимся. Сейчас дружат. Они с детства друг друга знают. Можно сказать, вместе росли.

– Да, Саша работает у меня, – произнес Кирилл медленно и, как мне показалось, с предупреждением. – Удивлен такой осведомленностью, Софья. Если мне не изменяет память, ты и мой сын встречались от силы два месяца.

– Давайте выпьем, – тонко пискнула Инга и, с опаской поглядывая на Кирилла, схватилась за бокал. Остальные тут же последовали ее примеру.

– Тебе сок, Яна? – негромко уточнил Кирилл, склонившись ко мне. – Апельсиновый?

Я была ему так благодарна, что на глаза навернулись слезы. Гормоны, наверное. Для чего Инга устроила весь это цирк? Для чего рассказывать мне о Сашиных бывших в его отсутствие? Она за что-то на меня злилась?

– У Яны с Сашей будет ребенок, – с ироничной улыбкой продолжил Кирилл, наливая в стакан сок. – Инга скоро будет бабушкой.

Мать Саши дернулась и поджала губы. Кажется, слово "бабушка" ей не понравилось. Я даже угрызений совести от своей лжи сейчас не испытывала. Слишком обрадовалась, что Кирилл поставил ее на место.

Остаток вечера прошел относительно спокойно. Я чувствовала молчаливую поддержку Кирилла, а потому мелкие уколы Инги и ее подруги были мне не так страшны. Они пытались расспрашивать меня о том, читаю ли я специальную литературу по воспитанию детей, и переглядывались, когда я сказала, что пока не собираюсь бросать работу. Кажется, меня осуждали.

Когда пришло время убирать со стола, я поднялась, чтобы помочь. Софья же как ни с чем не бывало продолжила сидеть на месте, обсуждая со своей матерью предстоящую поездку во Францию.

– Инга Владимировна, а куда поставить грязную посуду?

Мать Саши резко развернулась на каблуках и впилась в меня глазами.

– Что у тебя с Кириллом?

Я застыла.

– Ничего…

– Не ври. Я не первый день на свете живу и своего мужа знаю. Ты пытаешься его соблазнить, пока Саша в командировке? Очень удобно, ведь вы живете в одном доме. Может быть, ты уже спишь с ним?

Мне не хватало воздуха. Почему она так со мной разговаривает? Потому что мечтает его вернуть?

– Вы ошибаетесь, – просипела я. – И не смейте так со мной говорить. Кирилл меня защитил, потому что вы и ваша подруга явно хотели сделать мне больно.

– А может, и ребенок этот не Сашин, – вдруг задумчиво произнесла Инга, разглядывая мой живот. – Может, ты его где-нибудь нагуляла и решила привязать им моего сына, чтобы прибрать к рукам деньги Кирилла?

– Мне не нужны деньги Кирилла! – задохнувшись от возмущения, выпалила я.

Она зло сощурила глаза.

– Это мы проверим. Когда Саша вернется, я буду убеждать его и Кирилла провести тест ДНК.

29

Яна

– Здравствуйте! Я звоню по поводу аренды квартиры…

– Уже сдали, девушка, – сказал приятный женский голос.

Жаль, квартира была и правда хорошей. Относительно недалеко от метро и не за все деньги мира. К тому же в том районе, где я жила раньше.

Следующая моя попытка тоже не увенчалась успехом. Недорогое опрятное жилье разбиралось, словно горячие пирожки. Нужно было сидеть весь день на телефоне и действовать быстро.

Щёлкнув по фотографии, я внимательно рассмотрела следующую квартиру. Она была двухкомнатной, с огромной лоджией, к тому же на первом этаже. Достаточно удобно, учитывая то, что скоро у меня родится ребёнок, а лифт часто может быть неисправным. Цена только кусалась, но если не шиковать, то вполне можно было позволить себе такую.

Я набрала номер, услышала длинные гудки. Трубку сняли.

– Здравствуйте. Я звоню по объявлению аренды квартиры. Она ещё свободна?

– Да, свободна, – дружелюбно ответил собеседник.

Я не могла поверить своей удаче.

– Я могу приехать посмотреть?!

Мысленно я уже представила, как буду жить там. Готовить нам с Сашей завтраки, гулять с малышом в парке, расположенном совсем рядом. И детский сад есть на соседней улице, почти рай. А главное, что там не будет Кирилла.

– Приезжайте, только предварительно наберите меня, – сказал арендодатель.

Довольная собой, я спустилась на первый этаж, на кухню, готовить себе ужин. Всё складывалось не так уж плохо – осталось вместе с Сашей утвердить квартиру, внести предоплату и съехать от Кирилла. Я больше не стану вздрагивать от его внимательного взгляда, больше не буду бояться его присутствия и близости. Да и ему станет легче, что мы с Сашей переедем. Не маленькие уже, чтобы жить с родителями.

В коридоре щёлкнула входная дверь. Я отложила нож, прошла в прихожую. На пороге стоял Саша.

Я взвизгнула от радости и бросилась ему на шею.

– Привет, малыш, – он поцеловал меня в висок, погладил по спине. – Как ты тут без меня.

– Саш, а я нашла для нас квартиру! – затараторила я. – Собиралась поехать туда на такси, потому что не знала, что ты приедешь.

– Только без меня съезди, ладно? Я устал после перелёта.

– Да, конечно. А если тебе не понравится?

– Я полностью доверяю твоему вкусу, Ян.

Я встала на носочки и прильнула к его губам. У нас все будет хорошо. Саша правда любит меня, мы переедем и будем счастливой семьей.

– М-м, вижу, что соскучилась, – пробормотал Саша, отвечая на поцелуй. – Я тоже, малыш. Очень.

Его рука соскользнула ниже талии, сжала мое бедро, и стала задирать платье.

– Саш! – я замотала головой, пытаясь высвободиться. – Не сейчас и не здесь. Это дом твоего отца… не могу я так… К тому же врач…

– Его здесь нет, значит, можно, – перебил Саша. – Я соскучился.

Он прижал меня к стене, стал целовать шею, спускаясь ниже. Я понимала его – запрет на интимную жизнь совершенно не входил в планы молодого здорового мужчины.

Когда я вдруг увидела в дверях Кирилла, то попыталась сморгнуть видение. Его лицо был каменным. Во рту пересохло от волнения, тело стало ватным и тяжёлым, даже отталкивать Сашу уже не получалось.

В серых глазах Кирилла промелькнуло что-то, что заставило моё сердце болезненно сжаться… Горечь? Разочарование? Неприязнь? Нет, что-то новое и совершенно другое, но что именно я пока понять не могла.

– Добрый вечер, – произнёс он, откашлявшись.

Саша отстранился и повернулся к отцу.

– О, пап? Ну привет!

– Пока вы живёте в моем доме, у меня есть небольшая просьба, сын, – голос его стал холодным и чужим. – Занимайтесь этим в своей спальне за закрытыми дверями. Я могу приехать домой не один.

– Прости, пап. Ты прав, прости.

Саша почесал затылок и попытался улыбнуться отцу, чтобы сгладить неловкий момент, но тот даже не думал улыбаться в ответ. Прошёл мимо нас, обдав запахом туалетной воды, и закрылся у себя в кабинете.

30

Яна

Я пила чай и представляла наш первый с Сашей день на новой квартире. Мечтала, что скоро наконец смогу ощутить себя прежней собранной Яной, которая не будет испытывать неловкость от встречи с Кириллом и вздрагивать от каждого его обращения и взгляда.

Саша рано уехал на работу, а я позавтракала и, поднявшись наверх, принялась за дело. Настроение было отличным, я негромко напевала себе под нос и складывала вещи в сумку, думая о том, что скоро все обязательно наладится.

Спустя час на мой телефон раздался звонок. Я несказанно обрадовалась. Звонила мама.

– Привет, доченька! Как дела? Я скоро собираюсь в отпуск. Помнишь, наше место – пляж на Мамайке? Хорошее местечко, просто чудо! Ты там любила бегать голышом по берегу, помнишь?

Мама негромко рассмеялась, а я тоже не смогла сдержать улыбки. У меня было прекрасное и счастливое детство. Мы хоть и жили небогато, но в чем я никогда не испытывала недостатка, так это в родительской ласке и любви.

– И ты хочешь меня пригласить? – догадалась я.

– Да, я подумала, что мы давно нигде не были, очень соскучились по тебе. Может быть, вы с Сашей присоединитесь, Ян?

Насчет поездки я была не уверена, потому что лишних денег на это не было. Сегодня я заплачу за аренду жилья, и мы останемся на мели. Просить у Саши что-то сверх трат, которые мы запланировали в этом месяце, было неудобно.

Я взяла шкатулку в руки, где хранились сбережения, чтобы их пересчитать. Открыла крышку и не поверила своим глазам. Она была пуста. Хотя еще на днях там лежала приличная сумма денег.

– Яна, детка, ну что молчишь? Что думаешь?

– Мам… – я растерянно смотрела в пустую шкатулку, мысли путались. – Мы, наверное, не сможем. Давай, когда ты вернешься, я приеду на пару деньков? По-другому пока никак.

– Жаль, дочка, – шумно вздохнула мама. – Как твое самочувствие?

– Все хорошо, мама, – как можно спокойнее ответила я, но внутри уже поднялась волна гнева.

Кроме Саши, некому было взять деньги. Может быть, он сделал мне сюрприз и вместо работы поехал на квартиру, чтобы договорится об аренде и заодно заплатить? Но зачем взял так много?

– Ты не пропадай, звони. Береги себя, дочка.

– Жду фотоотчет с моря, – я попрощалась с мамой и разъединила связь.

Подошла к кровати и дрожащими руками набрала номер Саши. Он не отвечал. Что за привычка игнорировать мои звонки, когда он так необходим? Ведь это все, что у нас было, все накопления… Оставалось лишь немного наличности в кошельке. Даже на такси не хватит.

Я набрала Сашу еще раз, но он не отвечал. Спустилась вниз, чтобы налить себе воды и успокоиться. «Ничего страшного не случилось», – говорила я себе под нос, но на меня неумолимо накатывал страх. В день похищения я также не могла до него дозвониться. Слезы сами собой покатились из глаз.

– Яна? – услышав спокойный и уверенный голос Кирилла, я обернулась.

Он нахмурился, очевидно, заметив мокрые дорожки на моих щеках.

Я так сильно погрузилась в свои мысли, что даже не заметила его возвращения.

– Что случилось? Ты встревожена, – он подошел ко мне.

Сказать? Признаться? Чувствуя, как он рассматривает меня, я вдруг поняла, что он не уйдет, пока не вытрясет из меня правду.

– Сегодня мы договорились съехать от вас. Арендодатель ждет денег, у меня были небольшие накопления на чёрный день, но они пропали, а Саша не отвечает…

Я закрыла глаза, так было неловко втягивать во все это Кирилла. Но я была в полной растерянности. А вдруг он и в самом деле сейчас вносил платеж? Или был занят, к примеру, важным делом?

– Он должен быть сейчас на переговорах, я приехал за документами, которые он забыл. Зачем вы собрались съезжать? – он нахмурился. – Разве я гоню вас?

– Так надо, – тихо проговорила я и отвернулась от Кирилла. – Это наше обоюдное решение. К тому же я уже собрала вещи.

– Тебе в твоём положении сейчас ни к чему эти переезды. Меня дома почти не бывает. Вы правда хорошо подумали? В чем причина? – в голосе Кирилла появились требовательные нотки.

– Я не могу оставаться жить в вашем доме. Пробовала, но не могу. Мне тяжело. И вы понимаете, почему. Так будет лучше для всех. Мне будет спокойней на квартире. Отдельно от вас и вашей опеки.

Несколько секунд Кирилл сканировал меня тяжелым взглядом, а потом коротко кивнул.

– Скинь мне реквизиты для оплаты. С Сашей я сам поговорю, – он развернулся и направился к лестнице.

Поднялся наверх, а через пять минут спустился, держа в руках чёрную папку. Он скрылся за выходными дверями, а я опустилась на стул, смахивая слезы. Все я делала правильно. Нельзя нам было жить вместе. Он еще потом мне спасибо обязательно скажет. Но почему же так больно?

31

Яна

Я битый час расхаживала по комнате, не в силах заставить себя успокоиться и сесть. Часы показывали начало одиннадцатого вечера, на столе остывала индейка, которую я торопливо готовила в расчете на то, что Саша, как и обещал, приедет домой пораньше. Я не меньше десяти раз набирала его номер, но всякий раз он был недоступен. От противоречивых мыслей и предчувствий меня стало трясти. Вдруг он попал в аварию? Вдруг разбил телефон? А что если он у той девушки, Софьи? Вдруг все это время, что я мучаюсь угрызениями совести за тот поцелуй с Кириллом, Саша мне изменяет?

А еще меня съедало беспокойство за то, что Саша снова увлекся азартными играми. Успокаивало лишь то, что деньги из шкатулки он вернул, сказав, что ему срочно потребовалась крупная сумма для рабочих нужд, а ждать одобрения бухгалтерии было долго. Я не хотела обижать его подозрениями, а потому и расспросами донимать не стала. Мы ведь только съехались, а недавно даже ездили вместе в детский магазин присматривать коляску для будущего малыша. К чему пытаться строить отношения, если я не буду ему доверять?

Я присела на диван, руку по привычке положила на растущий живот, чтобы малыш не волновался вместе со мной. Но кто бы успокоил меня? Сашин рабочий день заканчивался в шесть вечера. За четыре часа могло все что угодно случиться.

Я злилась на себя за то, что не догадалась записать телефон Назара и Макара – его друзей. Они наверняка в курсе, где он. Может быть, они вместе пошли в бар после работы? Сегодня все же пятница. Неужели Саша мне не доверяет и думает, что я была бы против его развлечений? Я ведь понимаю, что ему непросто подстраиваться под мой "беременный" режим. С момента нашего переезда прошел уже месяц, а я с каждым днем становлюсь все более вялой. Веселиться меня тянуло все меньше – чаще хотелось спать.

Вот и сейчас веки были тяжелыми, но сна при этом ни в одном глазу. Да и как тут уснуть, зная, что Сашу неизвестно где носит.

Когда часы показали половину одиннадцатого, я, обезумев от волнения, решила позвонить Кириллу, хотя дала себе слово никогда этого не делать. Он наверняка должен знать людей, с которыми может проводить время его сын.

Расстояние не мешало мне вспоминать об отце Саши. Пару раз он мне даже снился, и мы целовались. Я списывала это на гормоны. От них все вверх дном.

Я слушала гудки и сжимала трубку от отчаяния. Мне было одновременно страшно услышать его голос, но я понимала, что сейчас Кирилл мой единственный шанс не сойти с ума от неизвестности. К тому же он умел удивительное свойство меня успокаивать.

Гудки сменяли друг друга, но трубку Кирилл не брал. Я бросила телефон на кровать, обняла себя руками. Он на меня обижен? Не желает разговаривать? Я вспомнила его прощальный взгляд и съежилась сильнее. Так меня жизнь наказывает за ложь?

Кирилл не перезвонил мне и через время, поэтому я сделала то, чего и вовсе не хотела. Набрала номер Инги Владимировны. Она отвратительно себя вела со мной на свой день рождения, но сейчас ведь речь идет не обо мне.

– Слушаю, Яна, – ее голос сочился язвительностью. – Чем обязана твоему звонку в столь поздний час?

– Инга Владимировна, у меня к вам есть просьба. Саши долго нет. Обещал вернуться после работы, а теперь его номер недоступен. Я места себе не нахожу. Не могли бы вы дать мне телефон кого-то из его друзей? Может быть, они знают.

В трубке повисла пауза, после чего мать Саши назидательно изрекла:

– Я сама найду своего сына. Нечего панику разводить. Бизнес – дело такое. Бывают форс-мажоры.

И повесила трубку.

32

Кирилл

Самолет из Вены с шумом соприкоснулся со взлетной полосой родного Шереметьево. Я поймал кокетливый взгляд молоденькой стюардессы и усмехнулся про себя. Нет уж, хватит с меня двадцатилетних приключений. Без последствий они редко проходят.

В последние недели я все чаще ловил себя на мысли, что думаю о Яне и, к моему сожалению, совсем не как о будущей жене сына и матери внука. Даже на совещании нет-нет, да и всплывали ее глаза: голубые, прозрачные, беззащитные. В Вене тоже не получалось о ней не вспоминать, ведь в этом городе все и случилось. Мы с ней познакомились и провели вместе ту роковую ночь. Переиграть бы все, да слишком поздно.

Для себя я решил, что вмешиваться в жизнь сына не буду. Отец должен быть мудрее, взрослее. Яна достойная девушка, и вместе они будут счастливы. У меня же есть Лена. Пусть глаза у нее не такие, как у Яны, и на вещи взгляд более материальный, но для тех отношений, которые мне нужны, она как нельзя лучше подходит. Истерик не закатывает и всегда знает, чего хочет.

На входе в зону прилета я достал телефон, собираясь сказать водителю, чтобы подъезжал к входу, но звонок Инги меня перебил. Я невольно нахмурился. В последнее время бывшая жена начинала меня напрягать своим поведением и посягательствами на личное пространство. Наш поезд давно ушел.

– Да, Инга.

– Кирилл, срочно нужно поговорить, – выпалила она.

– Говори.

– Ты где сейчас? Сможешь заехать?

Я вздохнул.

– Говори по телефону. Я никуда не поеду. С самолета и хочу добраться поскорее до дома.

– Наш сын. Вчера мне позвонила… эта… – Инга брезгливо фыркнула. – Его якобы девушка, потому что его потеряла. Я нашла Сашу через Назара. Забрала его из бара. Он был пьян.

Ее голос дрогнул.

– Кирилл, ты знал, что наш сын играет? Вчера он проиграл огромные деньги. Уверена, это ее влияние. Из-за нее.

Я потер лицо. Яна здесь не причем. Он снова взялся за старое. Хотелось рвать и метать.

– Да, я знаю об этом Инга. Где он? Я подъеду и сам с ним поговорю.

– Спит у меня в гостиной. Но это еще не все, Кирилл, – бывшая жена сделала паузу. – Пока я везла Сашу домой, язык у него развязался. Он признался, что ребенок Яны не его. Она его нагуляла, представляешь? Вот мелкая дрянь. Теперь ты понимаешь, отчего он так себя ведет? Это она его довела, разбила ему сердце…

Я перестал ее слышать.

33

Яна

В прихожей щелкнула входная дверь, заставив меня резко оторвать голову от подушки и сесть. Семь утра. Поспать сегодня не получилось, потому что дурные мысли то и дело лезли в голову. Я попыталась успокоить себя тем, что Саша занят работой и поэтому не может ответить, но сердце утверждало, что это не так. Он не соизволил даже перезвонить или написать сообщение. Этого было бы достаточно, чтобы не волноваться. Не перезвонила и Инга Владимировна.

Накинув халат, я вышла в прихожую и увидела Сашу. Наверное, мысленно я надеялась на раскаяние в его глазах, но увидела совсем не это. Его взгляд был встревоженным… Взъерошенные волосы, мятая рубашка и легкий запах алкоголя. Не знаю, где он пропадал этой ночью, но явно не был занят делами, как утверждала его мать.

– Привет, малыш, – произнес Саша, слабо улыбаясь.

– Привет, – облокотилась о дверной косяк, машинально погладила живот.

Не волноваться не получалось, хотя мой малыш не заслуживал этого. Он должен был расти в спокойствии, а в итоге всю беременность меня преследовал стресс.

– Прости, что не перезвонил и не написал, – продолжил Саша. – Телефон разрядился.

Он снял обувь и направился ко мне. От него за версту несло перегаром, и единственное, что он вызывал у меня сейчас, это тошноту. Разве так я представляла себе нашу совместную жизнь? Я зажмурилась, чтобы не расплакаться… Нет, конечно же, не так.

– Я волновалась, – произнесла дрогнувшим голосом. – Не спала всю ночь… Ты же знаешь, что мне нельзя нервничать…

Глаза Саши лихорадочно блестели, над губой выступили капельки пота. Я чувствовала, что произошло что-то ужасное, но пока не могла понять, что не так.

– Ян, тут такое дело… Не могла бы ты одолжить мне немного денег?

Сердце громко ухнуло и провалилось в пятки. Неужели он вновь влез в долги из-за азартных игр? Не хотелось в это верить, но какое еще может быть объяснение?

– У меня нет денег! – вскрикнула я. – Ты же знаешь, что я откладывала их на рождение ребенка, но они пропали.

– У тебя есть на карте, – напомнил Саша.

– Мне ещё многое нужно купить… Не хочу, чтобы мой сын в чем-нибудь нуждался.

– Я потом всё-всё верну, – Саша предпринял попытку меня обнять. – У ребёнка будет всё необходимое, обещаю. Это… в последний раз.

Я посмотрела в его покрасневшие глаза… Один раз я уже поверила ему, но больше такой глупой быть не имела право. Хотя бы ради своего малыша.

– Ян, если я не верну деньги…

– Меня опять выкрадут? – выпалила я.

Дыхание сбилось, сердце застучало чаще.

– Я сделаю всё, чтобы обезопасить тебя.

Он говорил это так уверенно, но я больше не могла ему верить. Всему есть предел, и мой наступил именно сегодня.

– Прости, я не могу.

Саша понуро вздохнул, но не стал перечить. Принял душ, выпил кофе, переоделся. Заглянул ко мне в комнату, попутно набирая пальцами сообщение.

– Ян, отлучусь ненадолго. С отцом переговорить нужно.

Я слабо кивнула, а едва услышала, как закрывается входная дверь, кинулась к шкафу. В этот момент мною руководили лишь эмоции и страх за ребёнка, которого я ждала и уже всей душой любила. Я достала из шкафа чемодан, смела с полок вещи… Мне было до ужаса страшно, что, раз Саша опять залез в долги, то бандиты снова за мной придут, и мой малыш пострадает. Я должна была это предотвратить.

Я застегнула молнию и вызвала такси. Я не уходила от него, нет… Убегала, пока была возможность. Пока ещё можно было предотвратить страшное. Вытащила чемодан на улицу и оглянулась по сторонам, словно преступница, проверить, не наблюдал ли кто за мной.

Когда автомобиль тронулся, я не могла перестать смотреть на подъездную дверь… Я так мечтала о том, что буду счастлива здесь. Было жалко даже не денег, потраченных на аренду квартиры, а собственных, так и не исполнившихся надежд.

Взглянув на экран телефона, нажала кнопку «Выключить». Знала, что впервые в жизни поступаю правильно. Так, как давно должна была поступить.

34

Кирилл

– Что значит пропала, Саша? – я нервно потер двумя пальцами переносицу. – Конечно, я не знаю, где Яна. Ты у подруг ее спрашивал? У матери?

– Ладно, я просто спросил. Вдруг она тебе что-то сказала, – в динамике послышался удрученный голос сына. – Сами разберемся.

– Что случилось? – я только сейчас вдруг понял, что не задал главного вопроса.

Мне казалось, что между сыном и Яной все хорошо, а их отношения более чем серьезные, что они скоро сыграют свадьбу и у них родится сын, мой внук. Но одна за другой новости наводили на мысли и подсчеты, что это мог быть вовсе не мой внук, а сын? Какой у нее был срок беременности? Но с другой стороны… Она бы призналась. Не стала молчать. Ведь какой безответственной нужно быть, чтобы такое скрывать?

– Пап, ничего. Разберемся, – с нажимом произнес Саша.

– Мне вчера звонила Инга. Сказала, что ты ночевал у нее и у тебя снова проблемы. Ты взялся за старое? Яна поэтому ушла?

– Па-а-п, – протянул Саша и тяжело вздохнул. – Не вернулся я ни к чему такому. Просто с парнями загуляли. Дело молодое…

– А ребенок? Ты сказал матери, что Яна беременна не от тебя.

– Ну да… Не мой это ребенок. Но какая разница? Я готов его воспитывать, и Яну люблю. Поможешь, пап, найти ее? Она собрала вещи и ушла, даже не дала мне ничего объяснить…

Сказав Саше, что помогу, я бросил телефон на стол. Потер пальцами виски и уставился в одну точку. Да нет… Быть такого не может! Неужели она была беременна от меня? Выяснить это я мог только одним способом: найти ее и прижать к стенке. В прямом смысле этого слова, потому что иначе правды от нее не добиться.

Кажется, прошел час, когда я решил позвонить знакомому, чтобы найти информацию о Яне. Мать ее жила где-то в Подмосковье? Скорее всего, она поехала к ней, раз денег у нее было мало, а живот уже был прилично округлившимся. В голове не укладывалось, зачем ей надо было скрывать от меня, что я отец?

Я набрал Сашу, но тот, оказывается, лишь на словах переживал и искал свою пропавшую девушку. В трубке слышались веселые голоса его друзей. Зачем она ему была необходима? О какой любви он говорил?

Вечером я вернулся домой позже обычного и решил отложить все поездки до утра. Адрес местонахождения Яны я выяснил, но, прежде чем давать его Саше, решил сам поговорить с девушкой и прояснить ситуацию.

Поужинав, уже собрался лечь в постель, как на телефон пришло сообщение от Лены. Она прислала мне свою фотографию, точнее ту часть, которую едва прикрывала ажурная ткань бюстгальтера. Не прошло и минуты, как раздался звонок:

– Кирилл, дорогой… – в динамике послышался ее ласковый голос. – Я соскучилась. Твои частые командировки и работа… Я уже начинаю забывать, как ты выглядишь, – томно говорила она, но я сегодня так устал, что никак не воспринимал ее игру.

Весь вечер думал о Яне и о том, что, возможно, мог быть отцом ее ребенка. В таком случае это меняло все. Мой ребенок не будет расти, не пойми где, мотаться по съемным квартирам. И его мать, соответственно.

– Приедешь, Кирилл? Или я к тебе? Твоя молодежь ведь съехала от тебя? Тебе понравился мой новый комплект?

– Не особо рассмотрел, – честно признался я. – Сегодня встретиться не получится, Лен.

Завтра утром я собирался навестить Яну и поговорить с девушкой, а сейчас хотел отдохнуть.

– Вечером после рабочего дня тебя наберу.

– Кирилл…

– Спокойной ночи, Лена, – с нажимом произнес я и выключил телефон.

Ни о чем другом думать был не в состоянии, как о предстоящей встрече и разговоре с Яной.

35

Яна

Я лежала в своей комнате и думала о том, что нельзя было быть такой наивной и доверчивой.

Саша ведь опять меня обманул, снова начал играть… Почему я столько времени не замечала очевидных вещей? И как теперь смотреть в глаза Кириллу? Ведь рано или поздно мне придется набраться решимости, чтобы признаться ему в том, что это он отец моего ребенка…

– На тебе лица нет, ну что случилось? – испуганно проговорила мама. – С Сашей поругались? Ты надолго?

– Мы с ним расстались, мам. И я не хочу об этом говорить. Пока поживу с тобой, а потом видно будет, – я погладила живот и закрыла глаза.

Какой же наивной я была. Думала, что у нас Сашей все будет хорошо, что он и в самом деле любит меня. Но и я тоже хороша, вздумала строить отношения на лжи. А в итоге что? Работу потеряла, в Москве мне теперь не выжить на эти копейки. И еще приехала к маме, повесив на нее заботу о себе и своем будущем ребенке.

– Давай, ты сейчас встанешь, позавтракаешь, и мы пойдем во двор? Вам нужно подышать свежим воздухом, а я заодно займусь огородом. Составишь мне компанию?

– Хорошо, – без особого энтузиазма отозвалась я и отвернулась к стене.

Аппетита как такового не было. Кое-как, через силу я позавтракала, затем привела себя в порядок, облачилась в легкий сарафан и вышла с мамой во двор.

– Дочка, ты мне почти не рассказываешь ничего… Это точно ребенок Саши? – я перевела на нее ошарашенный взгляд. – Ну, просто он вот так отпустил вас? И не попытался вернуть? Ты уже второй день здесь, а он тебе даже не позвонил ни разу…

– Я сбежала от него и не сказала, куда. Телефон я выключила. И это не ребенок Саши, – я смотрела стеклянными глазами перед собой, понимая, насколько ужасно это звучит.

Если мне маме было стыдно признаться, то что уж говорить про самого Кирилла, который к тому же ни капли не мечтал стать отцом…

– А кто его отец? Или ты не знаешь, кто… – она громко охнула и прикрыла рот рукой.

– Знаю, мама.

Сказать больше я не успела, потому что в этот момент возле нашего дома притормозила большая черная машина. Сердце провалилось в пятки, и я ощутила сильное головокружение. А когда из автомобиля вышел Кирилл, так и вовсе подумала, что лишусь чувств.

Он уверенным шагом подошел к воротам и открыл дверь. Мама мельком взглянула на меня и кажется, поняла все по одному взгляду на мое бледное лицо.

– Добрый день, – поздоровался Кирилл, не отводя от меня глаз, а я затаила дыхание, не в состоянии сделать вздох и выдох. – Я Кирилл Сергеевич, отец Саши, – он представился моей матери. – Яна, я приехал с тобой поговорить…

На мгновение наступила такая зловещая тишина, что мне показалось: сам воздух дрожит от напряжения.

36

Яна

Мои конечности парализовало. Хотелось потереть глаза, чтобы убедиться, что мне не показалось, и из машины действительно вышел Кирилл. Я не понимала, как… Как он меня здесь нашел? Никто не знал, что я нахожусь у мамы. Ни одна живая душа, кроме нее самой.

Наши взгляды пересеклись, и сердце отчаянно заколотилось. Кирилл выглядел рассерженным, суровым. Серые глаза, которые обычно теплели при виде меня, сейчас казались стальными.

– Ты… Вы… Здравствуйте, Кирилл Сергеевич… – от волнения мой голос сбился.

Мама непонимающе крутила головой и явно не знала, что сказать.

– Мам, это отец Саши… – промямлила я и осеклась, потому что Кирилл оказался так близко, что я ощутила аромат его туалетной воды.

– Здравствуйте, – сдержанно поздоровался он с мамой и вновь перевел взгляд на меня. – Нужно поговорить, Яна.

Я обхватила себя руками. О чем бы он ни хотел со мной побеседовать – я это выдержу. Я пыталась его предупредить, что Саша сорвался, хотела обратиться за помощью, но он мне не ответил и не перезвонил. Что мне было делать? Дрожать за хлипкой дверью съемной квартиры в ожидании, когда за мной придут, чтобы снова сделать заложницей? Я будущая мать, мой долг – позаботиться о малыше. Его кровному отцу он не нужен, а в Саше я обманулась и точно решила, что у нас ничего не будет. Лучше воспитывать малыша одной, без поддержки, чем жить в постоянном страхе, зная, что не можешь положиться на человека. Я со всем справлюсь сама.

– Хорошо, – я оглянулась на маму, которая понимающе опустила глаза и скрылась за дверью дома. – Можем пройти на веранду, Кирилл Сергеевич.

Напряжение, исходящее от него, было сложно игнорировать, поэтому я ускорила шаг. Я не буду тушеваться и чувствовать себя виноватой за побег. Я ничего не должна их семье.

Кирилл остановился в метре от меня, и я в очередной раз поразилась, сколько гнева было в его взгляде. Отчасти поэтому я начала говорить первой. Чтобы не дать себя запугать.

– Я не собираюсь извиняться за свое исчезновение. Не знаю, в курсе вы или нет, но Саша вновь увлекся азартными играми и проигрался. Я не могла рисковать ребенком. И я вам звонила… Вы не ответили. Мне пришлось заботиться о себе самой.

– С моим сыном вопрос я решу, – холодно отчеканил Кирилл. – Я здесь по другому поводу.

Спину прошиб озноб, хотя я сама не понимала почему. Я ведь ничего плохого не сделала.

– Слушаю, – просипела я.

– Мне достоверно известно, что отец твоего ребенка не Саша. Я приехал, чтобы узнать, кто? И не уйду, пока ты не скажешь правду.

У меня закружилась голова, перед глазами потемнело. Нет, нет, нет. Как он узнал? Откуда? Невозможно… Никто не знал, кроме Саши.

– Не молчи, Яна, – вдруг рявкнул Кирилл. – Отец я? Я посмотрел результаты твоих анализов. По срокам все совпадает. Если ты, конечно, еще с кем-то в это время не встречалась.

Он словно отвесил мне пощечину. В моей жизни было всего трое мужчин. Моя первая любовь Вадик, с которым мы встречались в университете, Саша и он. Вернее, всего одна ночь с ним.

– Оставьте при себе ваши предположения, – дрожащим голосом произнесла я. – Да, отец вы. Довольны?

Лицо Кирилла побледнело, и он несколько раз моргнул. Отступил. Потер лоб.

Внутри вдруг что-то болезненно сжалось. Я много раз представляла, как бы все было, если бы Кирилл узнал правду, но в моей фантазии это никогда не выглядело настолько ужасно. Этот обычно спокойный и уверенный в себе мужчина сейчас выглядел совершенно растерянным.

– И ты молчала? – хрипло спросил он. – Так долго? Выдавала моего ребенка за внука? Ты вообще собиралась мне рассказать? По твоему плану Саша должен был воспитывать своего брата или сестру как отец?

Его слова звучали ужасно, и по всему я выходила злодейкой. Всех обманула в собственных интересах. На деле это было не так. Все слишком запуталось. Я встретила Сашу, влюбилась и распланировала с ним будущее, не скрывая правды. Я понятия не имела, что Кирилл и есть его отец, а сам Кирилл постоянно подчеркивал, что дети ему не нужны. Как было поступить правильно, не потеряв при этом гордость?

– Все не так. Саша с самого начала знал правду. Я ничего не скрывала, даже предлагала ему меня бросить. Он сказал, что не может без меня и отказался. Я думала, у нас все получится, и понятия не имела, что ты его отец. Когда я увидела тебя на том ужине, я чуть с ума не сошла. Хотела рассказать… – я умоляюще взглянула на Кирилла. – Правда хотела… Но ты всегда давал понять, что не хочешь становиться отцом. Я ведь спрашивала… Я не хотела просить, не хотела навязывать то, что тебе не нужно. Мой ребенок заслуживает быть любимым, даже если у него будет лишь один родитель.

И расплакалась.

Кирилл смотрел на мои слезы, сжав челюсть, и мне оставалось надеяться, что он хотя бы постарается меня понять.

– Твоему поступку нет оправданий, – процедил он наконец. – Ты обманывала всех вокруг, притворяясь искренней. Я думал, ты… – он оборвался, тяжело задышал. – Сейчас ты поднимешься в дом, попрощаешься с матерью и сядешь ко мне в машину.

– Для чего? – испуганно пискнула я.

– Думаешь, я позволю тебе и дальше вести себя так, как взбредет тебе в голову? С этого дня ты будешь жить в моем доме, по крайней мере, пока мой ребенок не родится. А дальше я решу.

37

Кирилл

Сейчас я пожалел, что приехал за рулем сам, без водителя. Состояние было то еще. Я даже не помнил, когда в последний раз настолько терял контроль над эмоциями. Мысли путались, за дорогой было сложно следить.

Не каждый день узнаешь, что в свои сорок три станешь отцом, и тем более о том, что твоего ребенка носит невеста сына. Теперь уже бывшая невеста сына, но сути это не меняет.

Наши с Яной взгляды случайно встретились в зеркале заднего вида, и она поспешно спрятала глаза.

Даже удивительно, что еще пару дней назад эта девушка казалась мне едва ли не идеалом: добрая, наивная, честная, ее мне хотелось защищать от всего мира. А она, оказывается, все это время лгала мне в лицо. Жила под крышей моего дома, позволяла навещать себя в больнице, когда жизни моего сына или дочери грозила опасность, разговаривала со мной о своей беременности и даже словом не обмолвилась о том, что отец ребенка я. А если бы Саша не напился и не проболтался Инге? Если бы не оказался игроманом, и Яна не решила от него сбежать? Они бы поженились, и мой ребенок получил отчество Александрович? Носил имя своего брата? А меня, черт возьми, записали бы в деда? О чем она думала? Как можно так легкомысленно исковеркать судьбы сразу троих людей? Мой ребенок никогда бы не узнал настоящего отца, мой сын по незнанию воспитывал бы своего ближайшего родственника, а я бы остаток жизни ходил в идиотах.

Неужели боялась так сильно, что собиралась совершить настолько тяжкое преступление? Да, я не хотел детей, да и с чего мне их хотеть? Вся моя жизнь глубоко завязана на работе и перелетах, с Леной у нас отношения без обязательств. Но совсем другое дело, когда этот ребенок уже есть. Растет, дышит, борется за жизнь. Я никогда не снимал с себя ответственности за сделанное, и сейчас бы, разумеется, не стал. А Яна, которую я считал мужественной и не по годам взрослой, повела себя, словно бестолковая малолетка. Лишила меня права на отцовство по собственной прихоти, потому что ей слова мои не понравились.

На что она собиралась растить моего ребенка? На копеечные декретные? Сбежала, чтобы лишить еще не родившегося человека достойного будущего из-за своей трусости? Это, в ее понимании, мать, которая желает счастья своему отпрыску? Что она собиралась сказать моему повзрослевшему ребенку? "У тебя нет папы, потому что он как-то разговоре посмел упомянуть, что не хочет больше иметь детей?"

– Вы не имеете права меня ни к чему принуждать, – подала голос Яна. – Я еду с вами только потому, что не хотела скандала с мамой.

Я крепче сжал руль.

– Очень жаль. Ты должна ехать со мной, потому что тебе не все равно, как будет расти ребенок, которого ты носишь. Во что будет одеваться, чем будет питаться, в каком университете будет учиться? Будет ли он счастлив, в конце концов? Думала ты об этом когда-нибудь?

– Я сбежала, потому что хотела защитить его от кредиторов Саши. Хотела спокойно родить.

– А дальше что будет, подумала? После родов? Или ты сразу хотела выйти на работу, чтобы его содержать?

– У меня есть кое-какие сбережения, – промямлила Яна.

– И сколько? Хватит до того, как ребенок пойдет в садик? Вряд ли. Значит, кинула бы его на поруки своей матери и пошла зарабатывать? Лишила его своей заботы, лишь бы не сказать его настоящему отцу о его существовании? Или предполагалось, что твоя мать будет за все платить?

– Вы все переворачиваете…

– Нет, Яна, не переворачиваю. Ты понятия не имеешь, сколько всего нужно ребенку и как тяжело его растить. Когда родился Саша, Инга сидела в декрете, и я на двух работах вкалывал, чтобы их содержать. В годик пневмонией заболел. Нужны были деньги на лекарства, не говоря уж о бессонных ночах и сидения в больницах. С ребенком ни в чем нельзя быть уверенным. Но ты об этом, конечно, не думала, потому что тебе была важна твоя гордость. Просить ничего не хотела и откровенно струсила. Запомни, Яна. Хороший родитель действует в интересах ребенка в первую очередь, а потом уже в своих.

Яна побледнела, закусила губу. Я серьезно когда-то думал, что у нас с ней может получиться? Молодая взбалмошная девчонка. Думает, что поступает по-взрослому, а что это такое – понятия не имеет.

– И как все сейчас будет? – тихо спросила Яна.

– Сначала съездим вместе к врачу. Пусть подтвердит, что ребенок в порядке. Выберешь себе комнату в доме. Как я уже сказал, пока мой сын или дочь не родится, будешь жить у меня.

– А потом?

– А потом документально заверим обоюдную опеку над ребенком.

– Почему документально… я бы и так разрешила.

– Потому что я тебе больше не доверяю, Яна.

До дома мы ехали молча, лишь когда ворота стали разъезжаться, Яна вновь заговорила:

– Я подумала, что вы захотите лишить меня ребенка.

Я закрыл глаза, поморщился.

– Я никогда бы не стал рушить жизнь ни в чем не повинного человека, тем более собственного ребенка, из мести или страха. В этом мы с тобой отличаемся.

38

Яна

Уезжая из Москвы, я думала, что не вернусь в нее, как минимум, еще несколько месяцев. И никак не ожидала приезда Кирилла и всех его последующих слов. Это стало для меня полным шоком.

Но все его эмоции и слова я заслужила. И в глубине души была с ним согласна: мне не следовало так долго скрывать от него правду. Это все привело к ужасным последствиям. Еще даже худшим, чем рисовало воображение. Если бы могла отмотать время назад, то рассказала бы ему все тогда в ресторане, когда Саша привел меня знакомиться со своими родителями. Отозвала бы в сторону и вывалила всю правду, чтобы мы вместе искали выход из сложившейся ситуации. Именно это мне и следовало сделать. Так бы поступил любой здравомыслящий человек. Но я испугалась. Неужели в глазах Кирилла я навсегда останусь безответственной дурочкой? Если бы в тот вечер в Австрии могла предвидеть исход нашей ночи, то не пустила бы его на порог своего номера, чтобы не чувствовать сейчас всего этого шквала эмоций и противоречий. Я не думала о будущем, а после всех слов и рассуждений Кирилла мне было еще больше не по себе.

Всю оставшуюся дорогу до дома Кирилла я молчала и не поднимала своих глаз. Отвернулась к окну и невидящим взглядом смотрела за сменяющимися картинками за окном. Как бы тяжело не было находиться с ним рядом, но будет лучше остаться на эти месяцы до рождения ребенка с ним под одной крышей, а после попрошу Кирилла о раздельном проживании. Главное, что он не собирался лишать меня моего малыша. Все остальное я переживу.

Машина въехала во двор и остановилась у дома. Кирилл вышел на улицу. Открыл дверцу и взял мою сумку, даже не удостоив взгляда. Я понимала, что нам обоим необходимо было время, чтобы успокоиться и прийти в себя. Видела и чувствовала, что он был на взводе, потому что отчасти испытывала те же эмоции. Но былого не вернуть.

У меня отекли ноги от долгого нахождения в одной позе. И в целом, я ощущала потребность полежать и выпить воды. Я выбрала ту же комнату, в которой мы жили с Сашей, когда Кирилл вызволил меня из плена и привез в свой дом.

У двери в комнату я слегка пошатнулась.

– Яна, все нормально? – спросил Кирилл, а я подняла на него растерянный взгляд.

– Не знаю… Мне не очень хорошо. Так бывает, когда я сильно перенервничаю, – слабым голосом отозвалась я.

Заметив, как на лице Кирилла отразилось нечто вроде тревоги, я отвернулась и направилась к кровати. Несмотря на его заботу, вряд ли этот мужчина простит меня за мою ложь и в чем-то даже окажется прав. Я ведь тоже не смогла простить Сашу, хотя он обещал мне завязать с игрой.

– Кирилл, – я позвала его, когда он уже был в дверях. – Я не хотела тебя обманывать. Понимаю, что это все звучит, как оправдание, но…

– Не нужно, Яна. Поговорим позднее. Отдыхай. Я распоряжусь, чтобы ужин тебе принесли в комнату. Завтра съездим в клинику. Хочу убедиться, что с ребенком все хорошо.

Я ощутила новый укол разочарования. Раньше мы ужинали с Кириллом за большим столом в гостиной, а сейчас… Теперь я буду у него нечто вроде пленницы без права голоса?

Кирилл вышел из комнаты, а я осталась одна и, закрыв глаза, лежала так какое-то время в постели, думала обо всем, что произошло. Из плюсов лишь было то, что Кирилл не отказывался от отцовства, не уходил от ответственности и обещал помогать, а из минусов… Кажется, я навсегда потеряла доверие этого человека и выглядела в его глазах девушкой с низкими моральными принципами.

Но все это я переживу. Главное теперь было доносить малыша до положенного срока и благополучно родить.

Всю ночь я беспокойно спала, ворочалась с бока на бок. Проснулась вся в испарине, а когда села, то почувствовала головокружение. Еще с вечера я поставила будильник на телефоне, чтобы собраться в клинику.

Я вдохнула и выдохнула несколько раз, мне потребовалось время, чтобы спустить ноги на пол и еще какое-то время, чтобы дойти до ванной комнаты.

Именно там меня и нашел Кирилл, лежавшую на полу. Его голос доносился до меня, словно из-под толщи воды, а красивое мужское лицо я видела, будто его показывали по телевизору с сильными помехами.

Он взял меня на руки и отнес обратно в постель. Кажется, кому-то звонил и с кем-то разговаривал по телефону. Туман в голове понемногу рассеялся, мысли стали яснее. Я повернула голову в сторону мужчины и позвала его.

– Яна… Как ты себя чувствуешь? – в голосе мужчины отчетливо слышалась тревога, а глаза с беспокойством бегали по моему лицу.

– Все в порядке, – тихо отозвалась я. – Это всего лишь обморок…

– И часто такие… обмороки случаются? – он внимательно разглядывал меня, а я начала раздражаться, что он забеспокоился обо мне, лишь когда нашел лежащей без сознания на полу.

– Нет, наверное я плохо спала ночью… Сейчас со мной все в порядке. Мы можем ехать к врачу.

– Исключено. Я вызвал его на дом. Тебе нужно больше отдыхать и хорошо питаться. Все же я правильно сделал, что забрал тебя с собой, – сказал он и поднялся с кровати, отошел к окну и снова кого-то набрал.

Я покачала головой и тяжело вдохнула, но тут же пожалела об этом, потому что все еще чувствовала головокружение.

Да, Кирилл испытал вчера сильное потрясение, когда узнал о своем отцовстве, но и я испытала не меньшее, когда он приехал за мной и забрал к себе.

39

Яна

Доктор приехал через несколько часов после того, как я потеряла сознание. Взял анализы, послушал сердцебиение ребёнка специальным датчиком, померил давление. Оно оказалось пониженным, поэтому мне было рекомендовано дробное питание и много свежего воздуха. А также чай, чёрный или зелёный.

У дома Кирилла свежего воздуха было достаточно. Я любила сидеть на просторной веранде в кресле-качалке и читать книги о беременности и детях, отключившись от реальности и не думая о будущем. Сейчас на первом месте стоял наш с Кириллом ребёнок. Наш сын. И всё, что я делала, только ради него.

Стоцкий днями пропадал на работе. Возвращался домой слишком поздно, поэтому мы почти не пересекались. Когда виделись, то перебрасывались парой дежурных фраз. Наверное, это было к лучшему. Нам нужно было остыть, смириться с тем, что вскоре на свет появится человек, который навсегда свяжет нас.

Солнце закатывалось за горизонт, на небе собирались грозовые тучи. Я захотела вернуться в дом, потому что летнее тепло сменилось прохладой, как вдруг услышала телефонный звонок. Это был Саша. С того момента, как я уехала, он больше не звонил. Наверняка были проблемы поважнее.

– Слушаю, – сняла телефонную трубку.

– Здравствуй, Ян. Ты сейчас где?

– Это имеет какое-то значение? – ответила вопросом на вопрос.

Сердце учащённо забилось. Мне стало страшно, что однажды он приедет в дом Кирилла, увидит здесь меня и разозлится за то, что всё это время я обманывала его, скрывала, кто на самом деле отец моего ребёнка.

Когда я только узнала о своем положении, Саша спросил меня, собирается ли отец принимать участие в воспитании малыша? Я тогда ответила, что нет, не собирается никогда. Разве я могла тогда предположить, что всё так повернется в моей жизни?

– Послушай, Ян. Я знаю, что был неправ, но мне без тебя чертовски плохо. Не справляюсь я.

На душе было тяжело, ведь, несмотря на негатив после его выходок, между нами были и счастливые моменты.

– Извини, Саша, я больше не могу рисковать собой и будущим ребенком, – произнесла как можно твёрже. – Всё зашло слишком далеко.

Услышала на другом конце провода разочарованный вздох. Не знаю, что происходило в жизни Саши, но мне стало его на секунду жаль. Надеюсь, что Кирилл и Инга занялись проблемами сына. Мне же оказалось не под силу поставить на правильную дорогу зависимого человека.

– Знаю и понимаю тебя, – продолжил через время Саша. – Отец записал меня к психотерапевту, мне кажется, что я начал потихоньку справляться с собой.

– Рада за тебя, – крепко прижала трубку к уху, почувствовав, как слёзы душат меня изнутри.

Всё же нас с Сашей слишком много всего связывало, и его судьба была небезразлична мне, несмотря на то, что собственное решение расстаться в этот раз как никогда было твёрдым.

– Яна, я хотел бы знать… После того, как я пройду полное лечение, есть ли у меня хотя бы один шанс на то, что однажды ты меня простишь?

Я часто задышала в телефонную трубку и не смогла вымолвить ни слова. Саша понял меня и решил не давить. Попросил прощения и отключился, пообещав перезвонить ещё завтра. Я не знала, отвечу ли ему, но пожелала приятного дня и попрощалась.

Услышала шаги в доме – это вернулся Кирилл. Сегодня он рано, потому что обычно Стоцкий приезжал домой после десяти, а сейчас на стрелках часов только семь вечера. Поднялась с кресла-качалки, вошла в дом и последовала на второй этаж следом за ним.

Дверь его комнаты с грохотом захлопнулась. Я подумала, что он пришел домой без настроения, хотела было вернуться к себе, но затем осмелела и вошла в его спальню. Нам нужно было поговорить.

Первое, что бросилось мне в глаза – торс Кирилла. Он как раз снял себя рубашку и стоял по пояс обнаженный.

У него широкие плечи, идеальный торс и крепкие руки со вздутыми венами. Я ощутила, как внизу живота становится горячо, и стыдливо отвела глаза. Попыталась отругать себя за слабость и за мимолётные мысли о нашей близости, но затем сама оправдала себя. Он всё же красивый мужчина, а я хоть и не его, но женщина…

– Что-то хотела? – спросил Кирилл.

Судя по тону, с которым он со мной говорил, Стоцкий всё ещё не простил меня. Не знаю, как мы будем вести диалоги и приходить к совместным решениям, когда родится ребёнок, но это будет необходимо. По крайней мере, я уже пытаюсь.

– Мне звонил Саша.

Кирилл нахмурился, надел на обнаженное тело футболку и подошёл ближе. Его серые глаза налились чернотой. Наверное, тема сына была для него острой и болезненной.

– Он больше не потревожит тебя, – произнес строгим тоном. – Саша сейчас проходит лечение у специалиста, а на территорию коттеджного посёлка ему вход воспрещен.

– Он знает о том, что я здесь?

– Нет, я как раз собирался ехать к нему для разговора, – ответил Кирилл.

– Возможно, до окончания лечения не стоит говорить ему о нас? Думаю, эта информация может подействовать на него негативно, и Саша опять сорвётся.

Кирилл замолчал. Внимательно посмотрел мне в глаза, опустился ниже и очертил взглядом губы. Во рту всё пересохло, а язык прилип к нёбу, потому что перед глазами начали всплывать кадры нашего последнего поцелуя. В тот момент он тоже смотрел на мои губы, когда ещё во мне не разочаровался.

– Ты права, Яна, – ответил Кирилл всё тем же строгим голосом. – Дождусь окончания его реабилитации.

40

Кирилл

– Здравствуй, пап, – Саша пожал мою руку в знак приветствия и опустился в кресло.

Обстановка в клинике, куда я отправил лечиться сына, была, мягко говоря, удручающая, но мне говорили, что здесь лучшие специалисты в городе, которые достаточно быстро вытаскивали зависимых людей из ямы.

Горько усмехнулся, посмотрел в беззаботные глаза сына. Мне было сложно признаться даже самому себе, что мой единственный ребёнок имеет игровую зависимость. Думал, что всё пройдет само собой, но чем больше денег он проигрывал, чем больше проблем создавал, тем отчётливее я понимал, что самому ему не выбраться.

Упустил? Наверное. Не думал даже, что за взрослым двадцатитрехлетним парнем нужно присматривать, как за маленьким. Я всегда много работал, чтобы Саша ни в чём не нуждался, но всё свободное время, которое удавалось выкраивать, посвящал только ему. Говорил, рассуждал, водил в парк, на концерты и в кино. Думал, что между нами доверительные отношения, но оказалось, что не настолько.

– Как тебе здесь?

– Да нормально, вроде, – равнодушно пожал плечами сын.

– Прикрыть твою задницу вновь помог Сергей. Долги, естественно, тоже пришлось погасить мне.

– Спасибо, пап. Я все верну, обещаю, – вздохнул Сашка.

– Вернешь. После выписки станешь работать на меня по двадцать четыре часа в сутки, чтобы времени даже вздохнуть не было, не говоря уже про игру.

– Понял, – проворчал себе под нос. – Пап, скажи, ты Яну нашёл? Я звонил ей, но она так и не сказала о своем местоположении.

Саша выглядел таким безрадостным и поникшим, что в данный момент у меня язык не повернулся бы сказать ему правду. Всё лечение и правда могло застопориться, а для меня было важно, чтобы он полностью вылечился, сконцентрировавшись на себе и своей зависимости, а не на том, что его отец и бывшая девушка теперь живут вместе и будут воспитывать общего ребёнка.

– Нет, я её не нашёл, – ответил с раздражением. Злился не на него, а на себя больше. – Забудь о ней, мой тебе совет.

– Не могу, пап. Мне кажется, я ни к кому и близко похожего не чувствовал.

Отвёл взгляд в сторону, сжал пальцы в кулаки. Если бы мы с Яной с самого начала сказали ему правду, всё было бы менее болезненно. За эти месяцы он привык к ней, возможно, влюбился. Она красивая и соблазнительная девушка, поэтому я прекрасно его понимал и ощущал себя ещё гаже при этом.

– Я попросил её дать мне шанс… Яна не ответила однозначно, поэтому я воспринял это как надежду. Мне нужно её найти, понимаешь, пап? Найти и вымолить прощение.

Отрицательно мотнул головой и поднялся с места. Разговоры о Яне ставили меня в тупик, а также злили и приводили в недоумение. Неужели на ней свет клином сошёлся?

Из клиники вышел на взводе. С силой ударил кулаком о бетонную стену, пытаясь успокоиться. Ни черта не помогало, нужно было снять накатившее на меня напряжение немедленно, и на этот случай у меня всегда был вбит в телефонном справочнике номер Лены.

Завёл автомобиль, выехал на центральную улицу и, немного подумав, набрал её номер. Она сняла трубку сразу же, словно ждала моего звонка у телефона.

– Ты сейчас где?

– Кирилл, тебя здороваться не учили? – кокетливо произнесла Лена.

– Адрес назови.

– Да дома я, дома, не кипятись! – поспешила ответить. – Ты сегодня слишком возбужден, Кирилл, но это даже к лучшему.

К лучшему или нет, но всё время, которое я потом провел в квартире Лены, меня то и дело преследовал образ Яны.

41

Яна

Время, проведенное в доме Кирилла в полном одиночестве, толкнуло меня на отчаянный шаг. Я взяла в руки телефон и набрала его номер.

– Яна? – мне показалось, в голосе Кирилла промелькнуло беспокойство. – Что-то случилось, ты плохо себя чувствуешь? – спросил он.

– Нет-нет, – тут же заверила я его. – Я бы… хотела немного погулять в парке, – тихо произнесла и поджала губы. Это было довольно смелое предложение с моей стороны, потому что я видела, что Кирилл в последнее время всячески старался избегать со мной встреч, и я даже понимала почему, но мне было невыносимо жить в таком напряжении. – У меня к тебе разговор.

Мы мало общались, совсем не проводили время вдвоем, а в те вечера, когда Кирилл находился дома, то закрывался в кабинете или уходил спать. Разговора, как такового, у меня к нему не было, я просто устала от этого отчуждения и стены между нами. Если не попытаться все исправить, то с появлением ребенка все только усугубится. Я сама наделала ошибок, и в моих возможностях попытаться наладить общение с отцом моего ребенка. Просто дружеское общение. Большего мне ничего от Кирилла было и не нужно.

В трубке послышалось долгое молчание, а затем Кирилл произнес спокойным голосом.

– Хорошо, к семи я буду дома. Можем съездить в парк или сходить в кафе.

Я расплылась в широкой улыбке, чувствуя внутри радость, потому что была уверена, что Кирилл мне откажет, сославшись на занятость. Мне казалось, разговор и время, проведенное вдвоем, поможет нам найти хотя бы еще одну точку соприкосновения, помимо малыша.

На прогулку я выбрала свободный сарафан. Мой живот уже был внушительных размеров, и это была единственная вещь в моем гардеробе, в которой я не выглядела, как дирижабль. Я нанесла немного макияжа и подкрасила ресницы.

Кирилл приехал в семь вечера, как и обещал. Мы бы вполне могли остаться дома и поговорить, но я была уверена, что спустя десять минут он бы поднялся к себе в кабинет, и на том бы наше общение закончилось.

Он открыл для меня дверцу внедорожника, подождал, когда я в него заберусь, и сам сел за руль.

– Как ты себя чувствуешь? – спросил он, а я посмотрела на него смущенным взглядом. – Выбрала место?

В такие моменты, когда он дольше обычного смотрел на меня и так щурился, я почему-то вспоминала о той ночи.

– Все хорошо, Кирилл, спасибо. Я бы хотела немного прогуляться в парке.

На самом деле я уже всерьез задумывалась о том, чтобы найти удаленную подработку, потому что сидеть днями без дела было откровенно скучно. Домработница убиралась в доме, я лишь готовила ужины для нас с Кириллом и, собственно, все мои дела были сейчас сведены к минимуму, потому что врач прописал мне покой.

Всю дорогу до центра мы молчали. Точнее я молчала, а Кирилл разговаривал по телефону о работе.

– Извини, Яна, – он положил телефон в карман пиджака, припарковал машину и повернул голову в мою сторону. – Идем?

Погода сегодня стояла замечательная. Раньше я часто любила после рабочего дня приходить в парк, а сейчас даже и не вспомнить, когда выбиралась куда-то погулять. Все перевернулось вверх дном в моей жизни за какие-то несколько месяцев. Я открыла дверцу и вышла на улицу, вдыхая вечерний воздух полной грудью. Кирилл тоже выбрался из машины и заблокировал замки.

– О чем ты хотела поговорить? – спросил он, когда мы медленно шли по аллее.

Несколько секунд я молчала, а потом все же заговорила:

– Кирилл… – украдкой посмотрела в его точеный профиль и, собрав в кулак всю свою решимость, продолжила. – Возможно, будет лучше, если мы с ребенком будем жить где-нибудь неподалеку? В таком случае мы могли бы не мешать твоей личной жизни. Лена может все понять не так. И Саша… Ему сейчас не нужны эти эмоциональные всплески. Впрочем, как и всем нам. Обещаю, что всегда буду на связи, а ты после рождения малыша сможешь приходить к нам в любое время.

Кирилл нахмурился, провел рукой по гладко выбритому подбородку и тяжело вздохнул.

– Исключено. По крайней мере, до родов, – его голос звучал мягко и ровно, но решимость, которую я в нем уловила, заставила меня внутренне содрогнуться. – Твой недавний обморок. Врач сказала, что такое может повториться, а я тогда очень сильно испугался за вас с ребенком. Ты же предлагаешь, чтобы я отправил тебя жить одну на съемную квартиру и без присмотра. В случае недомогания или обморока, кто будет с тобой рядом? Есть у тебя такой человек?

Такого человека у меня не было, и Кириллу это было хорошо известно.

– Да, возможно ты прав, – согласилась я.

Но находиться в доме Кирилла, видеть его каждое утро и вечер, и при этом чувствовать пропасть между нами было психологически тяжело.

– Как Саша? Он звонил мне на днях, но я не ответила его звонок…

– С ним все будет хорошо, Яна. Я приложу для этого все свои усилия, – твердо проговорил Кирилл, и я верила ему, что так оно и будет.

Вот только даже если Саша вылечится от игромании, то я уже все равно быть с ним не смогу.

Мы почти час ходили по зеленым улочкам и разговаривали на отвлеченные темы. Кирилл рассказывал про свои путешествия и места, которые мечтает посетить, а я с замиранием сердца слушала его голос и хотела, чтобы этот вечер не кончался. Мне было впервые так легко на душе с того дня, когда он привез меня в свой дом, забрав от мамы.

Мои ноги устали и гудели от напряжения, а низ живота начал ныть. Я попросила Кирилла присесть на лавочку, но он предложил пройти еще несколько метров до кафе. А пока я делаю заказ, он вернется за машиной и подъедет к зданию, чтобы мне не идти обратно.

Я сидела за столиком и пила охлажденный безалкогольный коктейль, ждала Кирилла и просто наслаждалась этим вечером, когда рядом со мной возникла женская фигура.

– Яна, – Инга Владимировна смотрела на меня сверху вниз. – Добрый вечер! Вот уж не ожидала тебя встретить, – в ее голосе и намека не было на дружелюбие.

Она опустила глаза к моему животу, а я накрыла его ладонью, словно защищаясь от ее пронзительного и недоброго взгляда. Натянув улыбку, я поздоровалась в ответ. То, что мама Саши невзлюбила меня, я поняла не сразу. И по своей наивности думала, что все мамы так придирчиво относятся к выбору своих сыновей. Но ведь я искренне заботилась о Саше и по-настоящему верила, что мы сможем стать крепкой и дружной семьей. Я честно пыталась ему помочь, поддерживала его и не давила на него. Наверное, не было ничьей вины в том, что Саша скатился до уровня игрока и увлекся азартными играми. Интересно, а женщина вообще была в курсе Сашиных проблем, или Кирилл ее отгородил от этих новостей?

Инга Владимировна перевела взгляд на стол и заметила, что на нём стояли две тарелки. Я сделала заказ и ждала Кирилла. Он уже должен был подойти с минуты на минуту, и я очень хотела, чтобы он задержался, а его бывшая жена не увидела нас вдвоем.

– Ты в курсе, что у моего сына из-за тебя проблемы? – она сузила глаза, а мне еще больше стало не по себе от ее тона. Значит, Кирилл никого и ни отчего не отгородил. – Хороша же невеста, – хмыкнула она. – Пока Саша пытается вернуться к обычной жизни после того, как ты сбежала от него, пока разыскивает через знакомых и друзей, ты живешь вполне себе сытой и беззаботной жизнью. Это все ты виновата, что он пошел не той дорогой. Будь ребенок его, он бы так не переживал! – набросилась на меня Инга с обвинениями.

От всех ее слов мне сделалось так гадко на душе. Ведь я ни в чем не была виновата! Особенно в том, что Саша пристрастился к азартным играм. И что бы она сказала, когда узнала о моем похищении? И о том, что Кирилл решал все проблемы ее сына большими денежными суммами? А куда она смотрела все это время? Почему только отец должен был отвечать за промахи своего сына?

– Инга, – я вздрогнула, услышав голос Кирилла, и резко повернула голову в его сторону. Кровь отхлынула от лица, и я сильно побледнела. – Добрый вечер, – сухо поздоровался он с бывшей женой, пробежался глазами по моему лицу и нахмурился.

– Ты… – она удивленно выдохнула, а ее губы скривились. – Так вы… А Саша…

– Давай без домыслов, – твердо произнес Кирилл. – Ты, кажется, уже пообщалась с Яной? У нас с ней тоже серьезный разговор.

Кирилл как ни в чем не бывало сел за стол напротив меня и как будто потерял всякий интерес к своей бывшей супруге, пока мое сердце бешено стучало в груди. У меня не было и капли подобного самообладания, которое было у мужчины.

42

Яна

– Яна, – позвал меня Кирилл, заметив, что я притихла и не пыталась поднять к нему своих глаз.

Я ковыряла вилкой заказанную еду и не могла запихнуть в себя ни кусочка. После встречи с Ингой на душе остался неприятный осадок. Какое Инга имела право говорить мне все эти вещи и в чем-либо упрекать? Я была виновата лишь в том, что испугалась и сразу не рассказала Кириллу о своей беременности. А ведь из-за Саши и его долгов сама могла потерять своего ребенка. Но никого, кроме себя, в этом не винила. Сама долгое время не замечала, что у Саши проблемы, верила, что это просто ошибка, а он исправится.

– Ты тоже считаешь, что я виновата? – я посмотрела в глаза Кирилла и выдержала его долгий взгляд.

В мерцающей прозрачной глубине его глаз что-то промелькнуло, но лицо по-прежнему оставалось непроницаемым.

– Нет, Яна, я так не считаю.

– Она ведь теперь расскажет все Саше, и его лечение и помощь специалиста окажутся напрасными…

– Я поговорю с Ингой. Это не то, о чем тебе нужно сейчас переживать, – спокойным голосом произнес он. – Ты не прикоснулась к еде, – заметил Кирилл, а я опустила глаза к тарелке.

Весь вечер я ловила на себе его долгие и задумчивые взгляды. Мне почему-то показалось, что он беспокоился за меня. Даже в машине несколько раз спросил, все ли со мной в порядке. Я чувствовала себя хорошо, но только на сердце было неспокойно.

Этим утром я почувствовала странный прилив бодрости и сил, несмотря на то, что погода за окном была пасмурной и хмурой. Я позвонила маме и, поговорив с ней, спустилась в гостиную, чтобы позавтракать. В интернете я нашла себе подработку: подтягивала детей по английскому языку. Оказалось, что долго сидеть без дела – это не про меня, а посещение клиники и врача не такое уж и развлечение.

После занятий с детьми я планировала немного почитать в библиотеке Кирилла. В погожие и солнечные дни мне нравилось гулять и проводить время в саду или у бассейна, но сегодня с утра накрапывал дождь, и небо было затянуто темными тучами.

Я привыкла, что Кирилла часто нет дома, и не хотела думать, что это все из-за меня, из-за того, что мы живем теперь с ним под одной крышей. К моему удивлению, сегодня он приехал рано, еще около получаса назад я услышала шум подъехавшей машины.

Закончив занятия со своим учеником, я направилась в библиотеку, выбрать себе какую-нибудь книжку на вечер. Застыла у высоких стеллажей, и долго рассматривала названия, пока не остановилась на одной, заинтересовавшей меня. Подтащила стремянку к нужному стеллажу и встала на ступень. Потом еще на одну и дотянулась рукой до нужной книги, но вдруг почувствовала сильное головокружение. Перед глазами все потемнело, я инстинктивно схватилась руками за края лестницы. Все случилось так быстро, что я даже не успела испугаться.

– Яна, – услышала встревоженный голос Кирилла совсем рядом. – Все в порядке?

– Мне нехорошо, – слабо пискнула я, и тут же ощутила его сильные руки на своем теле.

Он подхватил меня, словно я была пушинкой, и прижал к себе, а у меня перехватило дыхание. Я замерла и открыла глаза, слушая, как гулко стучит мое сердце в груди.

– Я хотела достать книгу… Внезапно все закружилось перед глазами…

Я не помнила, чтобы кто-нибудь еще так же прижимал меня к себе. Я пока не знала, как именно это назвать, но вцепившись в эти сильные руки, окружившие меня жарким кольцом, дрожала и была не в состоянии отвести своих глаз от мужского лица.

– Тебе уже лучше? – я коротко кивнула, а он поставил меня на ноги.

Большой палец его руки, не спеша скользнул вдоль моего лица, и замер там, где под кожей часто-часто бился пульс. Резкие черты его лица вдруг стали напряженными, когда темные глаза опустились на мои губы, а в следующую секунду Кирилл наклонил голову и поцеловал меня. Поцелуй был таким долгим и сладким, что у меня снова закружилась голова, и я обняла руками мужские плечи, мечтая, чтобы это мгновение не кончалось никогда.

43

Яна

День не задался с самого утра, потому что на душе было ощущение чего-то нехорошего. Оно тихонько скребло где-то изнутри, мешая готовить и гладить детскую одежду, которую я заказала в интернете…

Шевеления ребенка ощущались отчётливо, сынишка, как никогда, вел себя буйно. К счастью, за это я могла не переживать. На последнем УЗИ неделю назад доктор сказал, что ребёнок весит уже три килограмма и соответствует сроку. А самое главное, никаких отклонений нет. Кирилл волновался об этом моменте больше всего и трижды после осмотра переспросил меня об отсутствии патологий.

Возможно, переживал из-за возраста. Ему сорок три, но выглядит он значительно младше. Подтянутый, молодой, красивый, ведёт здоровый образ жизни. Неужели он даже в мыслях мог предположить, что с ребёнком могло быть что-то не так? Усмехнулась про себя, удивляясь тому, что не только у беременных могут быть причуды.

Дату родов мне поставили через пять недель. В этот период сынок во мне будет развиваться и расти, радуя своими пинками и отчётливыми телодвижениями. Когда он родится, наверняка мне будет сильно этого не хватать.

После обеда позвонила мама. Мы разговорились, и тревожные мысли ненадолго покинули меня.

– Ты уверена, что мне не нужно брать отпуск на тот момент, когда родится ребёнок? Я могла бы помочь, Яна.

– Не стоит мам, я справлюсь, – ответила ей.

– Отец ребёнка станет помогать тебе? – спросила встревоженно. – Я правда волнуюсь, как ты там одна…

– Станет. Мы пришли к перемирию, всё хорошо.

– Помирились? – восторженно воскликнула мама, приняв всё совершенно иначе, чем я хотела ей объяснить.

Внизу живота внезапно сильно потянуло. Поднялась с постели, прошлась по комнате, прижимая трубку к уху. Для родов ещё рано – у меня всего тридцать пять недель, да и сумки не полностью собраны… Нет, не оно. Точно рано. Это должно быть тренировочные схватки начались. Девушка Юля из женской консультации рассказывала, что ее они тревожили ещё в двадцать пять недель.

– Я рада за вас, Яночка, – моё молчание мама приняла за согласие. – Ради ребёнка стоит попробовать возобновить отношения, если не всё потеряно…

Не всё потеряно… Казалось, что между нами с Кириллом огромная пропасть, особенно в возрасте и социальном статусе. Даже удивительно, как мы сошлись в ту ночь? Физическое влечение было просто ошеломительным, но общаться с ним в бытовом плане после этого оказалось невероятно сложно. Наверное, как и ему со мной.

Сейчас мы почти не встречаемся. После нашего спонтанного поцелуя Кирилл улетел на две недели в Новую Зеландию. Потом вернулся на два дня и вновь улетел в Питер на какой-то важный экономический форум. На похожем форуме восемь месяцев назад мы с ним и познакомились…

Я не спрашивала, когда он вернется, а Кирилл не считал нужным отчитываться передо мной. Мы взрослые люди и друг другу ничего не обещали, понимая, что нас связывал только общий ребёнок.

Кирилл оставил мне банковскую карту для личного пользования и попросил при любых недомоганиях и непредвиденных ситуациях звонить ему.

Поговорить с мамой нормально не получилось. Я отложила телефон на тумбу, вошла в ванную, открыла краны. Читала, что вода помогает снять тонус матки. Перешагнула через бортики и прикрыла глаза. Схватки постепенно утихали, а это означало, что ещё не время, зря я паниковала.

На ночь выпила две таблетки но-шпы, совсем успокоившись. Жаль, что ненадолго. Сквозь сон почувствовала, как низ живота вдруг пронзила боль. Такая острая и отчётливая, что было сложно пошевелиться и даже вдохнуть.

Открыла глаза и резко села на кровати как раз в тот момент, когда в животе раздался щелчок. Теплая жидкость потекла из меня, пачкая простыни и одежду. Неужели это всё? Отошли воды? Так рано началась родовая деятельность?

От нахлынувшей паники совсем не могла соображать: стала в суматохе собирать вещи, набирая номер скорой помощи. Скинула вызов, вспомнила требование Кирилла в непредвиденных ситуациях звонить ему и нашла в телефонном справочнике знакомый номер.

Аппарат абонента выключен или находится вне зоны доступа сети…

Услышав стандартный ответ, нажала отбой и бросила телефон на кровать. Ощутила, как страх расползается и медленно парализует моё тело. Нужно было действовать быстро и точно, брать ответственность за рождение ребёнка только на себя.

44

Яна

Попыталась успокоиться и сделала глубокий вдох. То, что телефон Кирилла выключен, не смертельно. Рождение ребёнка – нормальный и естественный процесс для каждой женщины. К тому же несколько месяцев назад я и вовсе собиралась быть матерью-одиночкой. Я должна собраться и взять себя в руки.

Вспомнила, что в обменной карте лежит визитка доктора, с которым буду рожать. Неделю назад мы заключили контракт в частном госпитале «Аист». Кирилл сказал, что его сын должен родиться в хороших условиях и заплатил за ведение беременности и роды немыслимую сумму денег. Я не сопротивлялась, конечно же. В моем положении это было бы глупо.

Вбила в мобильный номер доктора и нажала кнопку «Вызов». Трубку сняли уже на втором гудке.

– Здравствуйте, Тамила Андреевна. Я, кажется, рожаю, – произнесла на одном вдохе. – Отошли воды, и живот схватывает.

– Рано, – подытожила Тамила Андреевна. – Но деваться некуда – будем рожать. Ты уже вызвала скорую?

– Нет, решила позвонить вам.

– Напомните, Яна, роды партнёрские?

Мы с Кириллом никогда об этом не говорили, поэтому я ответила отрицательно. Мы вообще с ним мало говорили о будущем. Оно было каким-то туманным и пока непонятным для меня. Как он представлял наше дальнейшее проживание, когда наш сын вырастет и станет замечать отстраненность между родителями?

– Хорошо. Жду вас, Яна. Удачной дороги.

В госпитале я оказалась через час. Испуганная и измученная. Схватки начали накатывать на меня каждые десять минут и напоминали пытки.

– Не волнуйся, у нас лучшие неонатологи, – утешила меня Тамила Андреевна, когда я спросила её про ранний срок родов.

На душе было тревожно, но после слов доктора я немного успокоилась. В этой клинике действительно было лучшее оборудование и врачи, поэтому волноваться не стоило.

Очутившись под аппаратом КТГ, ощутила всю прелесть схваток, когда даже встать было нельзя. Ёрзала на кушетке, стиснув зубы, и тихо стонала. Ощущение было такое, словно мне ломают кости и пережимают внутренности.

По виску медленно катились капли пота, я закрывала глаза и молилась о том, чтобы мои муки поскорее закончились, и сынок появился на свет. Время, казалось, стояло на месте. Стрелки часов показывали только двенадцать часов ночи, схватки напоминали нескончаемый поток боли. Они выжимали из меня все соки и жизненные силы.

Когда дверь в родзал открылась, я даже голову не повернула. В клинике было много персонала, меня постоянно кто-то проведывал и спрашивал, как дела. Первым делом почувствовала запах… Знакомый запах древесного парфюма с нотами цитрусовых. Обернулась и на секунду замерла. Это был Кирилл… В бахилах и медицинском халате поверх дорогого делового костюма.

Несколько раз подряд моргнула, пытаясь убрать перед глазами видение. Картинка не исчезла, потому что Кирилл был реальным и всё ближе приближался ко мне, сильнее хмурясь.

– Привет, – поздоровался, взглянул на датчики, словно что-то в этом понимал. – Как ты, Ян?

– Привет. Всё нормально. А ты… ты же был в Питере? – согнулась напополам под изумленный взгляд Кирилла.

Мне вновь было больно, но в этот раз я не кричала. Мы и правда никогда не договаривались с ним о партнёрских родах, но сейчас появление Кирилла казалось таким естественным, что ни капли меня не смущало. Наоборот, придавало сил и уверенности в том, что всё будет хорошо. Он решит, он поможет, в случае чего. Этот ребёнок для него неожиданный, но это не означает, что он нежеланный.

– Когда ты звонила, я как раз летел в самолёте. Вышел, увидел звонок от доктора и примчал в клинику. Твой телефон уже не отвечал.

– Да, я оставила его где-то в сумочке.

В этот момент схваткообразная боль накрыла меня с головой. В ушах нескончаемо звенело, из груди непроизвольно вырвался обессиленный крик. Кирилл неожиданно подошел близко-близко, взял мою руку и слегка сжал. Отпустило, помогло. Тепло его рук согревало, время возобновило движение, и нам оставалось только ждать на свет появления сына.

– Когда я скажу – тужься, – произнесла Тамила Андреевна.

Как и обещала доктор, вокруг меня было полно персонала, даже крошечный кювез стоял у стенки на случай, если ребёнок самостоятельно не задышит. Я верила, что мы обойдемся без него, но всё же так на душе было гораздо спокойнее.

Кирилл стоял у изголовья кровати. Я просила его выйти из палаты и сказала, что справлюсь сама, но он настоял на личном присутствии. Наверняка волновался о сыне…

Сделала так, как попросил доктор. Вложила в потуги много сил и зарычала от раздирающей изнутри боли. Ребёнок продвигался к выходу, я это ощущала.

– Слабо, Яна. Ещё.

Последовала вторая потуга. Слёзы катились по щекам, перед глазами всё плыло, кто-то из персонала смочил тряпку и положил мне на лоб.

– Не теряем сознание, работаем, Яна. Малышу и так несладко.

Ощущала себя двоечницей, потому что никак не могла понять, что от меня хочет доктор. Хотелось кричать им всем, что не могу! Кусала губы до крови, не справлялась, сдавалась, но совесть скребла изнутри и напоминала о том, что сыну тоже сложно.

Теплая рука коснулась головы, провела по волосам. Увидела силуэт Кирилла и закрыла глаза. Он, должно быть, не ожидал, что я окажусь такой слабой. Захотелось доказать ему, что я могу, да и приятные поглаживания по волосам придавали силы.

– Ещё раз, Яна, – скомандовал доктор.

Вложила в потугу больше, чем максимум. Всё, что у меня было, последние капли.

Услышала тоненький писк и не могла поверить своему счастью. У меня получилось? У нас получилось!

– Ты молодец, Яна, – сказал негромко Кирилл, слегка улыбаясь.

Он наблюдал за сыном и за мной, за каждым движением докторов, которые прослушивали сердцебиение ребёнка и осматривали его.

Малыш был смешным и пухлощёким, несмотря на небольшой срок беременности. Темные волосы, как у отца, закрытые глазки и фиолетовая кожа. Я обессиленно улыбнулась, почувствовала, как сердце наливается теплом, как щиплет глаза от слёз и протянула к малышу руку. Пуповину между нами перерезали, а его самого почему-то унесли, даже не дав мне притронуться.

– Мы заберем ребёнка на обследование, Яна, – произнесла доктор-неонатолог. – Легкие совсем слабые, будем наблюдать.

Она скрылась за дверью родовой палаты вместе с ребёнком, оставляя меня и Кирилла в недоумении и с тяжелым грузом на сердце.

45

Кирилл

Я отец. Снова. Эта мысль не давала мне покоя вторые сутки. Мешала отвечать на звонки и сосредоточится на работе. Я думать ни о чем не мог, кроме маленького розового тельца малыша, издававшего крики, и измученного, но одновременно счастливого лица Яны. У нас с ней родился сын.

Тогда, после родов, я не успел его толком разглядеть, а вчера наблюдал за ним через стекло палаты, где его будут держать до тех пор, пока врачи не скажут, что с его легкими все в порядке. Он похож на нее, но волосами и смуглой кожей явно пошел в меня.

– Привет, – я закрыл за собой дверь в палату и посмотрел на Яну, которая переводила взгляд с моего лица на цветы, которые я держал в руке.

– Привет, – она улыбнулась одними губами, но получилось у нее плохо. Я знал, что она волнуется за нашего сына и, судя по запавшим глазам, совсем мало спит.

Я положил цветы на подоконник, сделав пометку сказать медсестре, чтобы принесла вазу, и сел рядом с Яной.

– Как ты?

– Нормально… – она пыталась говорить твердо, но не справилась, и ее лицо жалобно скривилось. – Ты говорил с врачами? Они ничего мне толком не объясняют… Говорят, что с нашим сыном все будет в порядке, но я…

Из ее глаз покатились слезы.

– Он такой маленький… И я так хочу о нем заботиться.

Я нашел ее руку и сжал.

– Врачи ничего от тебя не скрывают, Яна. С нашим ребенком все будет в порядке. «Аист» – это лучшая клиника в столице. И я только что говорил с доктором. Если ты не веришь ему – поверь мне. Я тебя когда-нибудь обманывал?

Яна вытерла слезы и, шмыгнув носом, помотала головой. В этот момент все наши былые разногласия вдруг потеряли значение. Я понял, что сейчас больше всего хочу лишь одного: чтобы с сыном все было в порядке, а ещё, чтоб она улыбнулась.

– С ним все будет хорошо. Просто нужно быть сильной и немного подождать.

Яна сжала губы и кивнула.

– А глаза у него твои, ты видела?

– Цвет еще изменится, – в ее голосе прорезались теплые нотки. – Мне кажется, что он вылитый ты. Волосы темные и брови такие же.

– Да нет. Очень похож на тебя, к счастью. Было бы непростительно, если бы наш сын не унаследовал красоту своей мамы.

Яна замерла, распахнула глаза. Удивилась? Я ничего такого не сказал. Мама у нашего сына и впрямь красавица.

– Спасибо, – еле слышно прошелестела она, опуская взгляд. – Как тебе, кстати, имя Гриша?

Гриша? Григорий. Мне нравится.

– Ему подходит. Стоцкий Григорий Кириллович?

Яна улыбнулась, на этот раз широко и искренне.

– Звучит внушительно. Ему идет твоя фамилия.

Я тоже так думал и в очередной раз удивился, как резко поменялась моя жизнь. У меня родился сын. Впору дедом становиться – а тут стал отцом. Пеленки, первый зуб, ветрянка, первый день в школе. Сейчас все это уже не представлялось таким ужасным, как раньше.

– Ты питаешься хорошо, Яна?

Она покраснела.

– Не было аппетита… из-за волнения.

– Тебе нужно есть, – я понизил голос до строгого. – Восстанавливаться после родов и готовиться кормить нашего ребенка. Ты ведь хочешь, чтобы Гриша был здоровым?

Я достал из пиджака телефон.

– Давай закажу тебе что-нибудь из ресторана. Что хочешь? Мясо, рыбу, овощи?

– Мне многое нельзя, поэтому не надо, – Яна накрыла мою руку своей узкой ладошкой и отвела мобильный в сторону. От соприкосновения с ее теплой кожей кровь забурлила сильнее. – Ничего не нужно. Здесь отлично кормят. Я съем и суп, и второе, обещаю.

Телефон ожил в руке, завибрировал. Звонила моя помощница, значит, дело срочное. Укол сожаления все же пронзил грудь, уходить так рано не хотелось. Мне нравилось сидеть рядом с ней и разговаривать о маленьком человеке, который нас объединяет.

Приложил трубку к уху:

– Я сейчас перезвоню.

– Дела ждут, да? – Яна понимающе улыбнулась.

Я кивнул и поднялся.

– Я тебе позвоню, как освобожусь. И ты звони в любое время.

46

Яна

– У кого такие красивые глазки? У Гриши? У кого такой красивый носик? У моего сынули, да?

Сын улыбнулся мне беззубым ртом и поморщился, и в этот момент я полюбила его еще сильнее, если такое вообще было возможно.

Я понятия не имела, откуда появился этот странный мурлыкающий тон и почему из меня беспрестанно сыплются нежные, немного нелепые фразы. Знала только одно: остановиться я не могу. С тех пор, как Гришу привезли в палату, сказав, что его здоровью ничего не угрожает, мне открылся новый, более счастливый мир. Мир, в котором я почувствовала себя мамой самого прекрасного малыша на свете.

К счастью, Гриша быстро добирал нужный вес, и за несколько дней, проведенных рядом со мной, стал весить, как любой здоровый младенец. Глядя на него, я не могла поверить, что когда-то без него жила. Все разногласия с Кириллом, проблемы с Сашей и агрессия Инги стали казаться мне сном. Будто это случилось в прошлой жизни.

– Смотри, кто к нам пришел, – я развернула личико Гриши к двери, откуда на нас смотрел Кирилл. В руках он держал огромный букет цветов и улыбался.

Появление на свет нашего сына изменило наши отношения, и всякая напряженность между нами исчезла. Кирилл мог приехать в обед или после работы и подолгу сидел рядом с нами. Иногда брал Гришу на руки и осторожно гладил темные завитки волос у него на лбу. Весь медперсонал был уверен, что мы с Кириллом счастливая семья, а санитарка Люба всякий раз, когда уносила из палаты очередной букет, который он заменил новым, говорила, что завидует тому, как он на меня смотрит. Я только вздыхала. Люба думала, что Кирилл в меня влюблен, но это не так. Все это он делает лишь ради своего сына.

– Он сегодня в хорошем настроении, – заметил Кирилл, заглядывая в улыбающееся лицо Гриши.

– Он хорошо покушал.

– А ты? – Кирилл посмотрел на меня цепким взглядом, от которого я немедленно смутилась. Из-за беременности и наших проблем я стала забывать, как он умел на меня действовать.

– Я тоже. Я же тебе обещала.

Кирилл улыбнулся, и мое сердце затрепетало совсем как раньше.

– Умница.

– Хочешь его подержать?

Затаив дыхание, я смотрела, как он прижимал к себе Гришу и осторожно придерживал ладонью его голову. И почему я боялась, что Кирилл не примет своего сына? Как я могла такое подумать? Из него выйдет замечательный отец.

– Я говорил с врачом, – сказал Кирилл, отрывая взгляд от розового личика. – Он сказал, что никакой угрозы здоровью Гриши больше нет, и завтра вы можете вернуться домой.

Я застыла. К этому я не была готова. Здесь, в клинике, мне было комфортно, и я забыла о том, что ждет меня за ее дверями. У меня нет работы, нет жилья и нет ясности в отношениях с отцом моего ребенка.

– Ты почему побледнела? – спросил Кирилл, не сводя с меня глаз.

Я закусила губу.

– Просто поняла, что не успела подумать, как устроить свою жизнь за пределами клиники.

– Тебе не о чем волноваться, – спокойно произнес он. – Вы с моим ребенком ни чем не будете нуждаться.

"Даже в твоей любви"? – захотелось спросить мне, но я, разумеется, промолчала.

Телефон Кирилла, который он стал предусмотрительно ставить на беззвучный режим, завибрировал у него в брюках.

Заботливо придерживая Гришу, он посмотрел в него, нахмурился и тут же убрал обратно. Я знала, кто ему звонил. Это была Лена.

Внутри все сжалось. Неужели я его ревную? Разве у меня есть право? Кирилл не мой мужчина и не мой муж. У нас общий ребенок, но на этом все. Мне нельзя выдумывать то, чего нет, и строить планы.

– Как тебе цветы? – не переставая покачивать Гришу, Кирилл указал глазами на принесенный букет. – Я заказал те, что не вызывают аллергию.

– Красивый, – машинально ответила я. – Но тебе не нужно каждый день приносить мне новые.

Кирилл вопросительно приподнял брови.

– Это еще почему?

– Думаю, Лене это может не понравиться, – громко выпалила я и отвернулась к окну, чтобы он не видел моего покрасневшего лица. Я понятия не имела, что со мной происходило. Наверное, гормоны.

Телефонная вибрация возобновилась, и тогда я, не выдержав, развернулась, чтобы забрать Гришу из рук Кирилла.

– Вижу, тебе нужно срочно поговорить. Не стесняйся.

Кирилл молча передал мне сына, но, судя по его окаменевшему лицу, мои слова и действия не вызвали у него восторга.

– Раз ты так настаиваешь, я поговорю, – сказал он и, достав телефон из кармана, приложил его к уху. – Подожди пару секунд. Я тебе перезвоню.

Он погладил Гришу по щеке и, не оборачиваясь, вышел из палаты. Я зажмурилась. Конечно, разговаривает со своей Леной. Ну и пусть.

47

Яна

– Я подумала, что малышу будет приятно увидеть нашу общую фотографию, когда он подрастет.

День выписки я очень ждала и мечтала покинуть стены роддома. И наконец он наступил. Конечно, теперь предстояли новые трудности, но рядом с сыном все теперь казалось мне по плечу. А Кирилл… я и подумать не могла, что он будет таким заботливым и чутким отцом. Он каждый день нас навещал, а когда держал на руках нашего сына и смотрел на него любящим и нежным взглядом, что-то внутри меня замирало, и тяжело было сделать вздох.

– Конечно, – он взял сына на руки, и мы встали в зоне для фотографий. – У меня для вас снаружи тоже есть небольшой сюрприз, – он повернулся ко мне и улыбнулся, а фотограф попросил нас не двигаться и сделал несколько снимков в этот момент.

Я воспользовалась услугами фотографа при роддоме. Это вышло случайно, я не планировала ничего такого, но увидела рекламу и поняла, что хочу общий снимок.

Мы вышли на улицу, погода стояла солнечная и теплая. У меня внутри тоже все ликовало от счастья. Кирилл держал на руках голубой сверток, нашего сына, который стал для меня самым бесценным сокровищем в мире. И как я раньше жила без этого маленького человечка?

– Готова? – спросил Кирилл, а я посмотрела в сторону его машины и заметила возле нее водителя с огромной связкой голубых шаров в руке. – Запустим на счет три?

– Ты волшебник… – выдохнула я, перевела на него глаза полные восхищения, и несколько слезинок скатились по моим щекам.

После родов что-то со мной происходило. Я стала очень сентиментальной, и чуть что глаза были на мокром месте. Может быть, со стороны это и выглядело умилительным, но я начинала переживать, а вдруг это никогда не пройдет?

Задрав головы вверх, мы смотрели, как шары поднимались в небо. Я и подумать не могла, что Кирилл окажется таким романтиком.

– Ну что, теперь можно и домой?

Я кивнула и забралась на заднее сиденье, Кирилл вручил мне сына и сел рядом. Машина плавно тронулась с места, а я ощущала в душе столько легкости и счастья, словно минутами назад мы не шарики выпустили в небо, а мои страхи и переживания, которые доставляли мне много волнений. Теперь они улетели от меня далеко прочь. Меня смущало лишь то, что нам теперь снова придется жить с Кириллом под одной крышей. Возможно, когда малыш окрепнет, я снова заведу с ним разговор о раздельном проживании. К тому же ни Саша, ни Инга еще не знали, что он стал отцом, и это я родила ему сына… Об этом думать было неприятно, но я научилась блокировать эти мысли. Сейчас для меня был важен только мой ребенок и его благополучие.

– Я заказал на вечер из ресторана еды. Посидим вместе? – предложил он.

– Если только втроем, – тут же отозвалась я. – Кажется, сынок ни на минуту не хочет со мной расставаться.

Гриша часто просился на ручки, и ему нравилось спать на них. А еще он без конца просил грудь. Педиатр сказала, что, возможно, ему не хватает молока, и, может быть, придется докармливать его смесью, а мне бы этого очень не хотелось.

– Конечно, втроем, Яна. Куда же мы теперь без него? – он с нежностью посмотрел в крохотное лицо нашего малыша, а затем перевел на меня взгляд. – Ты бы хотела показать его маме? Я распоряжусь на днях, чтобы ее привезли. У меня как раз будет командировка, а вы спокойно проведете день или два вдвоем? Как тебе идея?

– Спасибо, Кирилл! – я была ему очень благодарна за поддержку и за все, что он для нас с сыном делал.

Пусть между нами были серьезные недопонимания, но я надеялась, что теперь все это осталось в прошлом.

Машина въехала во двор, и Кирилл, открыв дверцу, снова взял сына на руки. Я была готова, что в комнате, в которой я жила до родов, будет стоять кроватка, но что там пройдет мини-ремонт и окажется столько всего для малыша, не ожидала. Стены были окрашены в голубой оттенок, а в углу расположилась детская кроватка и кресло качалка. Появился пеленальный столик и электрокачели.

– Боже… – выдохнула я, осматривая всю эту красоту. – Это… у меня просто нет слов, – я взглянула в довольное лицо Кирилла и снова обвела комнату глазами, не веря в то, что такое возможно сделать за такой короткий срок.

– Мне хотелось создать для вас максимально комфортные условия. На комоде лежит визитка с номером няни. Это проверенный человек. Если тебе будет необходимо куда-либо отлучиться или съездить в город по делам, ты всегда можешь обращаться к ее услугам.

– Я сама…

– Яна, – перебил меня Кирилл. – Малышу нужна здоровая, выспавшаяся и счастливая мать. Ты, конечно же, все можешь сама, но не стоит отказываться от помощи, когда ее предлагают. Ты не обязана обращаться к ее услугам двадцать четыре на семь. Но она всегда будет рада помочь.

– Спасибо, Кирилл, – я протянула руки, потому что Гриша зачмокал губами и начал кряхтеть. – Я покормлю его и спущусь.

Кирилл задержал на мне взгляд, и мое сердце забилось где-то в районе горла. Что-то изменилось между нами после родов. Неужели общий ребенок так сильно нас сплотил? Он вышел из комнаты, а я положила Гришу на кровать, распеленала его и дала ему грудь. Водила пальчиком по маленькому и аккуратному носику, смотрела, как он жадно сосал грудь, и улыбалась. Как мало нужно было для счастья! Всего лишь ощущать тепло маленького тельца, видеть красивое личико и знать, что твой ребенок в безопасности и здоров.

48

Яна

– Пойдем попрощаемся с папой, – произнесла малышу и взяла его на руки.

Не знала, что можно любить кого-то настолько сильно, но Гриша подарил мне это новое чувство. Не думала, что с появлением крошечного человечка в своей жизни, смогу ценить и благодарить бога за каждую секунду, что мы вместе.

Кирилл улетал утренним рейсом на какую-то важную встречу с финнами. Я волновалась, как буду справляться без него, ведь до этого момента мы делили обязанности по уходу за ребёнком поровну. Кирилл с легкостью мог сменить Грише подгузник, уложить спать и выйти с ним на прогулку. Он приезжал пораньше с работы и часто звонил мне на мобильный, интересуясь сыном. Купание вообще стало его обязательным ритуалом. Кирилл был опытным родителем, я же только училась обращаться с новорожденным малышом.

Гриша по обычаю потянул кулачок в рот и прижался к моей груди, вызывая внутри тепло и прилив нежности. Все новоиспеченные мамы справлялись со своими детьми, и я обязательно справлюсь. Это заложено в нас на уровне инстинктов. Все будет хорошо.

Кирилл стоял в прихожей и пересматривал документы. Я не знала, зачем он улетает, но по частым телефонным разговорам, которые он вёл в моем присутствии, догадывалась, что его компания должна заключить важный многомиллионный контракт.

Кирилл оторвался от бумаг, сложил их в кейс и перевел взгляд в мою сторону.

– Волнуешься?

– Есть немного, – ответила.

Казалось, он читал меня по глазам: каждую мою эмоцию и порой необоснованные страхи.

– У тебя есть номер няни, – напомнил без капли укора. – В крайнем случае звони мне, я прилечу первым же рейсом, как только смогу.

– Нет, что ты! – произнесла испуганно. Понимала, что для него этот контракт важен. – Я справлюсь. Тем более мама должна на днях приехать. Ей осталось только с работы отпроситься.

Кирилл протянул руки к сыну. Взял его к себе, нежно прижал к груди, поцеловал в макушку… Гриша казался таким крошечным в сравнении с ним. В объятиях Кирилла он обычно затихал быстрее, чем в моих, но я никогда не ревновала. Наоборот, радовалась тому, что у моего сына есть такой замечательный отец.

Невольно улыбнулась и встретилась взглядами с Кириллом. Он смотрел на удивление тепло и с легкой улыбкой. Передал Гришу мне в руки, ещё раз поцеловал на прощание сына и тихо произнес:

«Я буду скучать», – почему-то глядя при этом мне в глаза.

* * *

Во время отсутствия Кирилла я справлялась. Купать ребёнка, правда, было не совсем удобно в одиночку, но потом я приловчилась. Волновалась только, что молока всё меньше прибывало в груди, и Гриша часто капризничал, но педиатр сказал, что это нормальное явление, и я успокоилась.

В день, когда к нам приехала погостить мама, я заказала для неё такси и на скорую руку приготовила ужин с десертом. Теплые заботливые руки гладили мою спину и вселяли уверенность и спокойствие. Впервые увидев внука, мама сразу же сказала, что Гриша больше похож на отца. В младенчестве я была другой, она даже фото с собой привезла, чтобы мне показать.

– Как ваши отношения с Кириллом? – спросила вкрадчивым голосом, когда мы чаевничали на кухне.

Сын мирно спал в своей комнате. Его размеренное дыхание я могла наблюдать через экран видеоняни.

– Всё хорошо, – ответила уклончиво.

Мне не хотелось, чтобы мама думала, что её дочь несчастна. Я счастлива быть матерью замечательного ребёнка, а любимой женщиной обязательно почувствую себя чуть позже… Возможно, даже с Кириллом. Мне бы этого хотелось, наверное… Попробовать наладить контакт, ради нас, ради Гриши. Сейчас у нас неплохо получалось играть в семью. Не было между нами напряжения, витавшего в воздухе. В остальном, время покажет, что будет дальше, как сложатся наши отношения.

На следующий день мама осталась в доме готовить обед, а я переложила Гришу в коляску и вышла с ним на улицу. Сегодня стояла теплая солнечная погода, и я намеревалась провести максимально много времени на свежем воздухе. После длительных прогулок сын крепко спал и меньше капризничал.

Открыв калитку, выкатила коляску на ровный асфальт. В коттеджном посёлке были идеальные дороги, а ещё чистый воздух, которого не сыщешь в городе.

– Ты? – услышала истеричный знакомый голос позади себя.

Медленно повернулась и обездвижено застыла на месте, увидев Лену.

49

Яна

Понемногу придя в себя от неожиданного столкновения, я с достоинством кивнула.

– Здравствуйте, Лена.

Я слишком хорошо помнила о нашей последней встрече, чтобы вложить в тон хоть сколько-нибудь расположения и тепла. Эта женщина до глубины души была мне неприятна.

Лена цепко оглядела меня с ног до головы и впилась взглядом в коляску. Мне мгновенно захотелось спрятать сына, закрыть его собой. Я не хотела, чтобы она смотрела на Гришу, словно и правда могла ему как-то навредить.

– Что ты до сих пор здесь делаешь? – не удосужившись скрыть неприязнь, спросила она. – Обивать порог Кирилла смысла не имеет – он в командировке, а купить жилье в этом секторе ты вряд ли можешь себе позволить.

Наверное, мне стоило быть умнее и ничего не пояснять этой женщине, но эмоции и ревность, которая одолевала меня так долго, взяли надо мной верх.

– Обивать порог Кирилла мне не придется, потому что у меня есть ключи от его дома. – И, глядя на то, как вытягивается лицо Лены, добавила: – Кирилл сам попросил нас с сыном пожить у него.

Лена выглядела так, словно ее ударили по лицу, я мгновенно пожалела о сказанном. Как не больно признавать, но вмешиваться в дела Кирилла и Лены я не имела права. И почему он сам ей ни о чем не сказал? Ему стыдно признаться, что мы вдвоем воспитываем сына?

Впрочем, мое сожаление улетучилось, потому что уже через секунду Лена злобно заверещала:

– На его жалости ты долго не уедешь, голубоглазая овца. Решила выклянчить себе деньжат и расположение, подсунув ему внука? Не выйдет. Пройдет максимум месяц до того, как запах подгузников и детский ор ему наскучат. Скажу тебе по секрету: Кирилл терпеть не может детей.

Мне хотелось опровергнуть каждое ее слово. Сказать, что Гриша – сын Кирилла, и вовсе не внук, и что нам не нужны его деньги. И то, что она сильно ошибается, утверждая, что он не любит детей. В своем ребенке Кирилл души не чает.

Эти слова уже готовы были слететь с языка, но я себя остановила. Я не стану ничего ей пояснять. Почему он поставил меня в такое положение, что приходится чувствовать себя неловко перед Леной?

– Кирилл от Гриши ни на шаг не отходит, и каждую свободную минуту предпочитает проводить с ним. Вы точно уверены, что хорошо его знаете? Сдается мне, я знаю его лучше.

Накрашенные глаза Лены вспыхивают огнем.

– Что ты можешь знать о нем, сопливая деревенщина? Тебе просто повезло в один прекрасный день попасться под ноги простофиле Саше, который тебя обрюхатил. В этот коттеджный поселок тебя и на пушечный выстрел не пустили бы, если бы не он. Я знаю таких, как ты. Корчите из себя невинность, глазки в пол, а сами рыщете в поисках куска пожирнее. Мое тебе последнее предупреждение: держись подальше от Кирилла. Этот мужчина мой.

От ее слов мне хотелось плакать. Какая же она грубая, злая, желчная. Как бы я не презирала человека, я бы никогда не позволила себе наговорить столько гадостей и так его обидеть.

– Если этот мужчина ваш, то почему он не сказал вам, что мы живем в его доме?

– Пытаешься поставить меня на место, деревенщина? – повысила голос Лена и шагнула вперед. – Лучше меня не зли. Ты ведь в курсе, что Кирилл заезжает ко мне каждый день? И с утра, и в обед? Он зависим от моего тела, – она эффектно обвела ладонями свои грудь и бедра. – Стоит мне проявить немного изобретательности и приласкать его так, как он любит, Кирилл о тебе и этом орущем сосунке и не вспомнит.

Она бросила на меня победный взгляд и усмехнулась уголками кроваво-красных губ. Мы обе знали, что сегодня она победила, потому у меня не осталось слов. Губы и руки дрожали. Лена умело била в самые больные точки. Давила на мои ревность и страх, что когда-нибудь Гриша станет Кириллу не нужен, заставляла меня представлять, что они делают вдвоем за дверями спальни.

– Вижу, ты все поняла. Вот и умница, – улыбнулась Лена и предприняла попытку заглянуть в коляску.

Я сделала шаг вперед и закрыла Гришу собой. Никогда эта змея не увидит моего сына.

– Тигрица-мамочка, – фыркнула она, отступая назад. – Не слишком-то и хотелось.

Достала из сумки телефон и деловито поводила пальцем по экрану, набирая чей-то номер.

Я развернулась, чтобы поскорее уйти в дом и получить хотя бы мизерный шанс в ближайшее время прийти в себя, но в этот момент Лена снова меня окликнула:

– На твоем месте, я бы начала паковать вещи. Уходить самой не так позорно, как когда тебя выгоняют.

50

Кирилл

Припарковав машину во дворе, я направился в дом. Все мое время сейчас занимала работа и Яна с сыном. Я, как безумец, несся к ним из командировок и офиса. Старался нигде не задерживаться, чтобы побыть вместе лишний час. Сегодня у меня получилось освободиться пораньше с работы, я заехал в магазин, чтобы купить Грише какую-нибудь игрушку. Яна часто наблюдала за нами с сыном с таким умилительным выражением на лице, что у меня в груди все сжималось.

– Привет, – я заметил Яну в гостиной.

Она даже не улыбнулась. Укачивала малыша на руках, смотрела перед собой отрешенным взглядом, упорно делая вид, что не замечает меня. Даже невооруженным взглядом было видно, что она сильно напряжена и чем-то расстроена.

– Привет, – все же отозвалась и мельком взглянула в мою сторону.

Я положил игрушку на журнальный столик и подошел к ней. Взглянул на Гришу и расплылся в улыбке. Такой он был крошеный и красивый. Глазами так точно походил на Яну. Как уж тут не испытывать нежность и не торопиться домой?

– Как прошел день? Вы уже поужинали? – я поднял глаза и встретился со стеклянным взглядом чем-то недовольной мамочки.

– Кирилл… – она поджала губы, а затем вскинула подбородок и прожгла меня решительным взглядом. – Я хочу от тебя переехать, – в голосе послышалась твердость.

Я свел брови к переносице и впился внимательным взглядом в ее лицо. Вот так новости…

– Поясни, – спокойным голосом попросил я. – Чем тебя не устраивает мой дом?

– Все здесь нас с Гришей устраивает, но я больше не хочу жить с тобой. Речи не шло о том, что мы останемся здесь надолго? Ты можешь видеться с ребенком, приезжать к нему, но…

– Но? – спросил я, когда повисла пауза, ничего не понимая, испытывая странное раздражение внутри от одной только мысли, что Яна захотела жить отдельно.

Рано или поздно это должно было случиться, но почему так внезапно?

Яна сделала шаг, но запнувшись об ножку журнального столика, слегка покачнулась. Я подхватил ее под локоть, а она оказалась настолько близко от меня, что я вдохнул легкий аромат, который исходил от нее, такой приятный и естественный, что ощутил еще больше раздражение, что так на нее реагировал.

– В твоем доме прекрасные условия, но мы загостились, – я совсем не привык к тому, что она была такой резкой.

Я отпустил Яну, не сводя с нее пристального взгляда. И едва сдерживался сам, чтобы не повысить голос, вытряхивая из нее причины такой стремительной перемены в ее настроении.

– Что случилось? Ведь еще вчера тебя все устраивало.

Я не спускал с нее глаз и ждал ответа.

– Нет, Кирилл. Не устраивало. То есть в плане комфорта все на высшем уровне, но только не морального. Я не хочу мешать ничьей личной жизни и больше не готова встречаться с твоими любовницами. Нам с сыном спокойнее будет жить вдали от всего этого.

– Лена приходила? – догадался я, и по выражению лица Яны понял, что так оно и было.

Уже хоть что-то. Только вот что бывшей любовнице понадобилось у меня дома, когда мы давно с ней спокойно все обсудили, и я сказал, что между нами отношения закончены? Приходила убедиться, не завел ли я себе новую пассию?

– Сейчас пришла Лена, потом придет Инга, а там и Саша решит вернуться, чтобы пожить в твоем доме… Если мы съедем от тебя с Гришей, так будет лучше для всех, – Яна сверкнула на меня глазами, а я тяжело вздохнул и схватился двумя пальцами за переносицу. – Я не гонюсь за твоим достатком и ребенком привязывать тебя к себе не собираюсь. Мне было неудобно заговаривать о переезде все это время, потому что ты и так много делаешь для нас, но больше так продолжаться не может…

Последние несколько дней я прилагал немалые усилия, чтобы выбросить Яну из головы, убеждал себя, что она просто мать моего ребенка, но чем больше проводил с ней время, тем сильнее привязывался к ней и Грише. Давить на нее в этой ситуации я не собирался, как и проявлять открыто своих чувств. Захотела понюхать самостоятельной жизни, решила все? Пожалуйста! Будет ей отдельное жилье и спокойствие.

А этот разговор, в какое бы русло сейчас его не направить, так или иначе, ни к чему не приведет, потому что я сам был на взводе, и мне необходима была передышка.

– Утром я позвоню риэлтору и решу вопрос с вашим новым жильем, – я снял с себя пиджак, развернулся и направился на кухню.

Достал из холодильника бутылку минеральной воды и пошел наверх. От хорошего настроения не осталось и следа. Я собирался принять душ и сделать один звонок, чтобы узнать от Лены, зачем она приходила и что ей понадобилось у меня в доме в мое отсутствие.

51

Яна

– Сейчас, малыш, потерпи!

После того, как мы переехали в квартиру, купленную Кириллом для сына, Гриша никак не мог привыкнуть к тому, что прежде, чем оказаться на улице, нужно приложить для этого чуть больше усилий, чем в частном доме. Теперь мы живем в новенькой новостройке на пятом этаже. Отсюда открывается прекрасный вид на город, рядом находится живописный парк, в шаговой доступности сад и школа. Кирилл постарался найти максимально комфортное жилье для нас, хотя покупка квартиры меня очень удивила.

Когда, наконец, вышла из подъезда, то вздохнула с облегчением и покатила коляску в сторону небольшого уютного парка, который располагался неподалеку.

Погода стояла просто отличная. Дул легкий ветерок, светило ласковое солнышко, а Гриша постепенно закрывал сонные глазки, погружаясь в сон и предоставляя маме возможность спокойно посидеть на лавочке, читая книгу.

Мне было грех жаловаться, ведь всё сложилось точно так, как я того хотела: с Кириллом мы больше не жили. В новенькой квартире было спокойно и тихо, я могла не беспокоиться о том, что однажды в дом Стоцкого нагрянет Лена, Инга или очередная любовница, которая укажет мне на моё место. Я всегда чувствовала себя временной гостьей в его доме…

Остановив коляску в тени, села на лавочку и достала книгу, пытаясь сосредоточиться на тексте. За ту неделю, что мы жили с Кириллом раздельно, он навещал нас несколько раз, напоминая мне о том, что за мной всё ещё осталось право нанять няню, как только я этого захочу. Но я не хотела. Заботиться о ребенке вместе с Кириллом у нас получалось достаточно слаженно.

Гришка тянулся к отцу, несмотря на нежный возраст. Бывало, он плакал в моих руках несколько часов подряд, а я, падая от бессилия, не знала, что с ним делать. Но как только приезжал Кирилл и брал сына на руки, тот мгновенно затихал. У них была особая ментальная связь… Без лишних слов, на уровне мыслей и чувств.

Сегодня Кирилл пообещал проведать сына. Соскучился, наверное. Улыбнулась украдкой и закрыла книгу. Можно выделить для себя как минимум два часа и прогуляться по магазинам, но почему-то меня не тянуло убегать из дому. Лучше займусь уборкой и приготовлю ужин. Вдруг Кирилл будет голоден?

Мне почему-то сильно хотелось увидеть его. Взглянуть в теплые серые глаза, понаблюдать, как он будет играть с сыном. Ласковое тепло медленно растеклось по телу и ускользнуло куда-то вниз живота, вызывая состояние, приближенное к эйфории… Тут же укорила себя за эти мысли. Не стоило строить никаких иллюзий на его счёт, потому что наше влечение осталось далеко в прошлом. Кирилл ясно дал понять, что нас с ним связывает только родительство.

Два прогулочных часа пролетели так быстро, что я и опомниться не успела, когда проснулся Гриша. Мило потянулся, зевнул и выпустил изо рта пустышку. Положила книгу в сумочку и быстрым шагом покатила коляску в сторону дома. Если не успеть вовремя покормить сына, боюсь, что он закатит истерику на всю улицу.

Шла торопливо, покачивая коляску и с улыбкой разговаривая с малышом. Свернула к воротам нашей огражденной новостройки, поправила пустышку во рту у Гриши и почувствовала прикосновение к своему плечу.

Обернувшись, непроизвольно вздрогнула. Рядом со мной стоял Сашка и открыто улыбался.

– Здравствуй, Яна, – произнес негромко, пристально глядя мне в глаза.

– Привет, Саш.

Он перевел взгляд в коляску, а мне тут же захотелось закрыть сына от него. Казалось, что ещё секунда, и он поймет, на кого похож мой малыш.

– Какими судьбами в этом районе? – он окинул взглядом элитные постройки.

– Живу здесь, – почувствовала, как густой румянец заливает щёки.

Саша понимал, что подобное жилье арендовать здесь я не смогла бы, не говоря уже о покупке, но больше вопросов по этому поводу не стал задавать.

В коляске заворочался малыш. Тихонько хныкнул и выгнул спинку. Это тот самый момент, когда действительно пора отправляться домой.

– Смешной, – кивнул, глядя в коляску Саша. – Как назвала?

– Григорий. Гриша.

Сашка наверняка он подумал о том же о чем, и я… Этого ребёнка мы могли бы растить вместе. При этом варианте Кирилл никогда бы не узнал о том, что у него есть сын, а я продолжала бы жить во вранье, которое с каждым днём съедало бы меня всё больше… Внутреннее содрогнулась от этих мыслей, потому что Кирилл стал действительно идеальным отцом для Гриши.

– Саш, ты прости, но мне нужно идти. Гришку пора кормить и подгузник менять.

Попробовала отъехать немного вперед, но Саша вдруг взял меня за руку и болезненно сжал.

– Яна, я хочу всё вернуть.

Я не могла смотреть на него, потому что в этот момент из-за его плеча увидела Кирилла…

52

Кирилл

Кого я не ожидал увидеть, подъехав в дому Яны, так это Сашу, вцепившегося в ее руку. Судя по всему, мой старший сын все еще не расстался с мыслью о том, чтобы вернуть свою бывшую девушку. Так больше продолжаться не могло.

– Здравствуй, Яна – поздоровался я, подойдя ближе. – И ты, Саша.

При моем появлении Яна порозовела и опустила глаза, а вот сын смотрел на меня с явным удивлением.

– А ты чего здесь делаешь, пап?

– Я приехал к Грише и Яне. Ты, вижу, тоже.

Взгляд сам неумолимо переполз на коляску, где спал мой младший сын. Я представил, как прижимаю его к себе, вдыхаю сладкий младенческий запах, и мне сразу захотелось улыбнуться. Он такой маленький, а я уже по нему скучаю.

– Ты уже знаком с ним? – растерянно проговорил Саша, кивнув на коляску. – Откуда? Почему вы с Яной общаетесь?

Я почувствовал, как во мне закипает раздражение. По своей безответственности сын заставил беременную Яну спасаться бегством от возможного покушения кредиторов, и ни разу после этого не поинтересовавшись ее жизнью. Не узнай я по случайности, что Гриша мой сын, Яне, возможно, пришлось бы рожать его в убогой клинике без должного присмотра. Саша создавал лишь проблемы, когда ей нужна была поддержка, и сейчас как ни в чем не бывало хочет отмотать время назад.

– Кирилл приходит навещать Гришу, – подала голос побледневшая Яна. – Он помогал нам с клиникой… и вообще…

Раздражение усилилось, и я поморщился. Почему ей так нравится что-то утаивать и скрывать? Не проще ли сказать правду?

– Вы давно гуляете? – обратился я к ней.

Яна с облегчением закивала.

– Да, да, мы с Гришей уже собирались пойти домой.

– Тогда идите. Я скоро поднимусь. Если сделаешь кофе – буду благодарен.

Взгляд Яны заметался между мной и застывшим Сашей, но она послушалась и покатила коляску к дому. Поговорить со своим старшим сыном я собирался без свидетелей.

Саша провожал Яну потерянным взглядом, и от этого зрелища на душе становилось все тяжелее. Удивительно, что я так много вкладывал в его воспитание, а он вырос настолько инфантильным. Я бы хотел, чтобы он встретил девушку, с которой узнает, что такое настоящая ответственность, но не могу позволить, чтобы ей стала Яна. Она мать моего сына, и она мне слишком дорога.

– Что ты хотел сказать мне, пап? – Саша повернулся ко мне.

– Во-первых, хотел узнать, где ты столько времени пропадал и почему не отвечал на мои звонки.

– Решал свои проблемы, – с вызовом произнес Саша.

– Игровые? И как? Решил?

– Если хочешь читать мне лекции о правильном поведении, то не нужно, – огрызнулся сын. – Ты лучше сам ответь, для чего ты к Яне ездишь. Не староват?

Я усмехнулся. Маленький обиженный мальчик. Далеко Саше еще до зрелого мужчины.

– Может, в машину ко мне пойдем? Обсудим кое-что.

– А здесь нельзя? – не переставал хорохориться сын.

Ну, здесь – так здесь. Неподходящее место для преподнесения новости, но разве таковое в нашей ситуации вообще имеется?

– Гриша мой сын, Саш. В свидетельстве о рождении указана моя фамилия. Он твой родной брат.

В течение нескольких секунд Саша молчал и хлопал глазами, а я просто ждал. Не каждый день приходится ему такое слышать. Он ведь на Яне жениться хотел и собирался воспитывать Гришу как своего. Конечно, ему нужно время, чтобы осмыслить новость.

– Что ты сказал? – переспросил.

– Гриша мой сын. Мы с Яной были знакомы еще до вашей встречи и провели вместе одну ночь. О том, что ребенок мой, я узнал практически перед родами, благодаря тебе. Ты, будучи пьяным, проболтался матери, что он не твой. Я сопоставил факты.

Саша молчал, его грудь тяжело поднималась. Я знал, что сейчас ему непросто.

– И вы оба молчали… – прохрипел он наконец. – Лжецы.

– Я уже объяснил тебе, что находился в неведении, как и ты, а Яна была слишком напугана и растеряна. Она не знала, как тебе рассказать.

Хотя и сам не одобрял поведение Яны в прошлом, но не мог позволить Саше на нее нападать. И без того она от него натерпелась.

– А ты… Как ты мог? – он впился в меня покрасневшими глазами. – Как ты мог с ней переспать?

– Мне жаль, что тебе пришлось об этом вот так узнать, но наша связь с Яной случилась до вашего знакомства, и извинений приносить мне не за что. Просто так вышло.

– Тебе не стыдно смотреть на таких молодых?! – вдруг выкрикнул Саша. – Ты еще и за моей спиной наверняка к ней подбивал клинья!

– Прекрати кричать и свои нелепые домыслы оставь при себе. Я бы никогда не встал между тобой и Яной. Ты сам все испортил.

Саша тер лицо ладонями и тяжело дышал. Нужно было его успокоить.

– Поехали в кафе, посидим, – тронул его за руку. – Не нужно нам ссориться. Ты хотя бы понял, что у тебя братишка появился?

Саша оттолкнул мою ладонь и отшатнулся.

– Не смей меня трогать! Я что, просил у тебя братика? Ненавижу тебя! Ты мне жизнь сломал! Ненавижу… – и под недоуменные взгляды прохожих он быстро зашагал прочь.

53

Яна

– Вот так, мой хороший, не плачь, – я прижала к себе малыша, поглаживая его по спинке, и подошла к окну, выглядывая во двор.

Гриша который день сильно капризничал и совершенно не хотел, чтобы его спускали с ручек. У него прорезывались зубки, иногда поднималась высокая температура, а я сильно уставала и мало спала по ночам, потому что он без конца просыпался. На улице он становился спокойнее и даже мог поспать, но если бы я знала, что сегодня встречусь с Сашей, то отложила бы нашу прогулку с сыном.

Заметив, что машина Кирилла стояла во дворе, я немного успокоилась. Наверное, они еще разговаривали с Сашей, и потому он не поднимался наверх? Когда дверь в прихожей открылась, то я испытала что-то сродни облегчению. Мне почему-то казалось, что визиты Кирилла после нашего переезда станут реже, но он очень часто навещал нас с сыном и заботился о нас. А как же его встречи с Леной?

Кирилл замер в дверном проеме. Его лоб прорезала вертикальная складка, глаза были темными, несколько мгновений он смотрел на нас хмурым взглядом. Напряжение Кирилла отчасти передалось и мне.

– Вы… поговорили? – тихо спросила я, не спуская с него глаз.

За эти дни я успела хорошо узнать Кирилла и могла предположить, что изворачиваться, лгать или придумывать невнятную ерунду он бы точно не стал. А это значит, что уже вечером мне позвонит Инга и будет кричать гадости в телефон. Или что еще хуже – приедет лично.

– Да, – отозвался он. – Я сказал ему правду.

Наверное, я сильно побледнела, потому что Кирилл протянул руки, и взял нашего сына.

По мрачному выражению его лица я могла только представить, какой у него остался осадок на душе после этого разговора, но он держался ради меня. Мне и самой была крайне неприятна вся эта ситуация. Но скрывать от Саши правду тоже было неправильно.

– Я приготовлю кофе, – отвернулась от Кирилла, вспомнив о его просьбе.

Подошла к кофемашине, чувствуя, как к горлу подступил ком. Дрожащими руками засыпала зерна и нажала пуск. Между нами повисла тишина, пока я разглядывала Кирилла с сыном на руках. Мне бы хотелось сказать ему, что все будет хорошо, но и сама точно не была в этом уверена. Зато я отчетливо поняла в этот момент, что хочу быть рядом с этим человеком. Только пока между нами было столько всего… Разве это возможно?

– Как он отреагировал?

– Как обиженный ребенок. Посчитал, что я отобрал у него любимую игрушку, сказал, что ненавидит меня и ушел. Я надолго сегодня не задержусь. Мне нужно будет поехать к нему и поговорить.

– Да, конечно, – я поставила перед Кириллом приготовленный напиток.

Тревога за Кирилла и Сашу и за их последующий разговор поселилась глубоко в сердце. Ну почему все было так сложно? А если теперь эта правда скажется на наших отношениях с Кириллом, и он не захочет нас больше навещать?

Выдавив из себя понимающую улыбку, я взяла Гришу обратно и отошла к окну, наблюдая за Кириллом. Таким серьезным я его еще никогда не видела.

– Как поговоришь с Сашей, может быть, вернешься? – предложила я, даже не надеясь на положительный ответ.

Кирилл задержал на мне пристальный взгляд. Он уже полностью взял себя в руки и допил кофе, а мне же хотелось положить Гришу в манеж, чтобы вцепиться пальцами в рубашку мужчины и никуда сегодня не отпускать.

– Может быть, никуда не поедешь, и останешься с нами? Пусть Саша остынет. Поговорите с ним завтра? – с надеждой спросила я.

– Мне нужно ехать, Яна. Я позвоню позже, – он поднялся и подошел к нам с сыном.

Поцеловал его в макушку, положил свою сильную и тяжелую ладонь мне на талию, смотря в глаза.

А что если Саша поставит его перед выбором? Что будет тогда? Долгое время я не показывала своих чувств Кириллу, боясь быть высмеянной им, и только сейчас вдруг поняла, что как прежде в наших отношениях ничего не будет, а Кирилл попросту может от нас отдалиться или вовсе перестанет приезжать.

На секунду его взгляд потеплел, но глаза были грустными.

– Мне нужно ехать, – сказал он, развернулся и вышел из кухни.

Спустя мгновение я услышала, как за ним захлопнулась входная дверь, а я устало опустилась на стул и устремила взгляд в одну точку. Кирилл обещал позвонить. А он всегда выполнял свои обещания. Нужно лишь немного подождать. Может быть, мне стоило сказать ему о том, как мы с сыном привязались к нему за эти дни? Сказать, что я не хочу, чтобы он уходил, потому что боюсь, что он больше не вернется?

54

Яна

Гриша никак не желал укладываться спать. Всё хныкал у груди, не закрывал глазки. Это было совсем на него не похоже. Обычно после купания мне требовалось не так много усилий, чтобы его уложить.

Силы были на исходе, к тому же присутствовало волнение из-за того, как проходит встреча отца и сына. Кирилл сказал, что Саша был явно не в восторге от новости, что у него родился брат, и это было логично.

Обессиленно опустилась на край кровати, качнула детскую колыбельку. Это я была во всем виновата… Кирилл и Саша могли вполне заслуженно меня презирать и ненавидеть.

Непрошеные слёзы опалили щёки. Словно почувствовав, что мама не в духе, малыш утих и прикрыл глазки. Тихо качнула детскую кроватку, боясь дышать и делать резкие движения. Прошла секунда, другая, я с облегчением вздохнула и вытерла рукавом слёзы. Возможно, Кирилл прав, и мне действительно нужна няня? В последнее время нервы совсем ни к черту.

Поднялась с постели и, переодевшись в тонкую ночную сорочку, легла на кровать. Страшные картинки со встречи сына и отца проплывали перед глазами. Надеюсь, что Саша всё же простит меня и Кирилла и не станет винить его в случившемся. Он, правда, здесь ни при чем. Кирилл не знал, что позже у нас с его сыном завяжутся отношения, прервать которые у меня не хватит моральных сил.

Гриша вновь заворочался в кроватке. Зажмурила глаза, боясь того, что он проснётся. Сын начал хныкать и через несколько секунд зашёлся в истошном плаче. Голова кружилась от усталости, на стрелках часов было почти два часа ночи.

Послышался тихий стук входной двери, и вначале мне показалось, что я ослышалась. Стук повторился, Гриша расплакался ещё сильнее. Вышла в коридор вместе с сыном и, посмотрев в дверной глазок, обмерла. У двери стоял Кирилл, сунув руки в карманы брюк.

Тут же открыв замок, впустила его в квартиру. Он выглядел неважно. Был явно злым и чем-то расстроенным.

– Здравствуй. Впустишь?

– Конечно, – кивнула. – Не думала, что ты приедешь.

Кирилл снял с себя обувь, помыл руки и тут же взял сына. В его объятиях Гриша моментально умолк и ни разу не заплакал, даже когда отец занес его в детскую и прикрыл за собой дверь.

Из комнаты не доносилось ни звука. Я подошла к окну в гостиной, посмотрела на ночной город и обняла себя за плечи. Все мои вещи остались в шкафу детской комнаты, поэтому я стояла посреди гостиной в одном шёлковом одеянии.

Кирилл вышел ко мне спустя несколько минут. Я слышала за своей спиной его тяжелые шаги и каждый раз вздрагивала.

– Он уснул, – произнес совсем рядом со мной, вызвав табун мурашек по коже.

– Спасибо. Ты встретился с Сашей?

– Нет, я его не нашел, – ответил уставшим голосом и сделал ещё один шаг ко мне.

Я так и стояла, глядя в окно и боясь сдвинуться с места.

– Думаешь, что он заново начал играть?

– Я ничего не думаю, Ян. Он давно уже взрослый мальчик.

Вибрация его голоса прошлась по плечу. Встрепенулась, когда поняла, что нас разделяют всего несколько сантиметров свободного пространства. Его рука коснулась моего плеча, пальцы отодвинули вниз тонкую лямку сорочки.

– Кирилл… – шумно вздохнула, когда его губы коснулись моей кожи.

По телу прокатилось давно забытое тепло желания и возбуждения. Кирилл резко повернул меня к себе лицом и посмотрел в мои глаза. Он не видел там испуга, я это знаю. Только взаимное влечение, которое остановить никому не было под силу.

Его губы тут же впились в мои, а ладонь легла на талию и скользнула ниже. Кирилл глушил мои стоны своими поцелуями, а я молилась только о том, чтобы он не сожалел об этом позже и прямо сейчас не останавливался.

55

Яна

Мне не верилось в происходящее, но губы Кирилла нежно ласкали мою кожу, я задыхалась от переполнявших меня эмоций. Почувствовала, как жаркая волна захлестнула меня, охватив пламенем каждую клеточку тела. Рука, обвивавшая мою талию, медленно скользнула вверх и дотронулась до моей шеи.

– Ты точно этого хочешь? – спросил Кирилл, оторвавшись от меня.

Я молча кивнула и опустила руки ему на грудь. Под своими ладонями я чувствовала, как гулко стучит его сердце. Он так же сильно хотел между нами близости, как и я?

Кирилл поднял меня на руки и понес в спальню. Все мои переживания и волнения остались позади, а в эту минуту я мечтала только об его настойчивых прикосновениях. Он был ненасытным, но пытался сдерживать себя. Только я слишком долго ждала этого момента, чтобы поддаться голосу разума и остановить его. Со всей страстностью я отвечала на его поцелуи, крепко обвила его шею руками и прильнула к нему, желая большего.

– Ты такая красивая… – голос его звучал глубоко и взволнованно.

Его губы проложили мокрую дорожку по шее вниз, а мое тело сотрясла сильная дрожь. Я безумно желала большего, и принялась медленно, пуговичка за пуговичкой, расстегивать его рубашку. Он нетерпеливо сбросил ее с себя, когда я дошла до конца.

– Кирилл… – выдохнула я, когда он, избавив меня от одежды, опрокинул на кровать.

Потемневшими глазами он смотрел на меня сверху вниз таким взглядом, словно я отдавала ему сейчас нечто драгоценное в своей жизни. И мне больше не хотелось думать о том, что будет завтра, будем ли мы снова вместе после проведенной ночи, я просто наслаждалась этим моментом.

С обрывающимся, летящим в бездну сердцем, я вдруг поняла, что люблю этого мужчину.

Он наклонился ко мне, нежно прикусил губами мочку моего уха, а я почувствовала, как тело пронзили сотни электрических разрядов. Я задохнулась, ловя губами воздух, а он тихо засмеялся.

– Ты такая отзывчивая… – прошептал он.

Его руки, уверенные и ласковые, гладили мое тело. Кирилл нагнулся, а его горячие и влажные губы коснулись моего соска, и меня сотрясло новой волной дрожи. Все вокруг кружилось в каком-то тумане. Мускулы на его спине напряглись, пока он продолжал мучить меня жаркими прикосновениями своего рта. А я тихо стонала под ним и молила о большем.

Я потерялась во времени, не знаю, во сколько мы уснули с Кириллом, но проснулась, когда мне послышалось, что плачет ребенок. Резко сев в кровати, я заметила, что Кирилла уже не было рядом. Он ушел? Но почему ничего не сказал мне перед своим уходом?

Сладко потянувшись, я направилась в детскую к сыну, но не обнаружила Гришу в кроватке, зато услышала его плач с кухни. Кирилл всегда был ласков с ребенком, но сегодня утром я впервые услышала в его голосе такую нежность… Неужели он стеснялся при мне проявлять свои чувства к ребенку?

Замерев в дверном проеме, я наблюдала, как Кирилл пытался успокоить малыша и при этом рассказывал ему о наших планах на день, о том, что мы будем гулять в парке, и он сам вечером уложит его спать и расскажет сказку.

– А меня с собой возьмёте на прогулку? – спросила я, не в силах сдержать улыбки.

Кирилл, услышав мой голос, повернулся ко мне, а я подошла к ним и обняла. Этот запах двух любимых мужчин я бы могла вдыхать бесконечно!

– Доброе утро, – он поцеловал меня в волосы.

Он обнял меня в ответ. Я указала глазами на стул.

– Я сейчас приготовлю нам всем завтрак, а потом… Ты и правда хочешь провести с нами весь день?

– Почему нет, Яна? – Кирилл вопросительно поднял брови вверх, смотря на меня внимательным взглядом.

Я ничего не ответила, расплылась в улыбке и снова его обняла. Как же мало нужно было для счастья. Мне хотелось порхать по комната от легкости, которая была сейчас у меня внутри. Ведь прошлая ночь – это своего рода гарантия, что Кирилл больше не исчезнет из нашей с Гришей жизни?

Позавтракав, я собрала сына на прогулку, и мы спустились к машине Кирилла. Наверное, для него, как и для меня, вчерашняя ночь была не меньшим откровением и переломным моментом в наших отношениях.

– Я подумал, может нам съездить втроём куда-нибудь на отдых? Как ты думаешь? – спросил он, когда мы присели на лавочку в парке.

Гриша заснул в коляске, а мы разговаривали о путешествиях. Я сильно удивилась этому предложению от Кирилла, но очень хотела отправиться куда-нибудь всем втроем.

– Я уточню у педиатра, можно ли ему лететь, – прижалась к мужчине, все еще не веря, что все между нами происходит по-настоящему, и мы теперь вместе.

Но всему хорошему свойственно быстро заканчиваться. Телефон Кирилла разлился звучной мелодией, а сам он нахмурился, когда взглянул на дисплей. Какое-то нехорошее предчувствие шевельнулось во мне. Он ответил на звонок. Его беседа долгой не была, но я слышала, что звонила ему женщина и даже догадывалась, кто это был.

– Я скоро буду, Лена, – он мельком взглянул в мою сторону. – Спасибо, что позвонила.

У меня внутри все содрогнулось после ее звонка и слов Кирилла, что он сейчас пойдет к ней. Неужели эта ночь… Господи, какая же я глупышка! Намечтала и нафантазировала себе всего… Придав лицу невозмутимое выражение, я отвернулась от Кирилла, скрывая от него боль в своих глазах.

56

Кирилл

– Мне нужно отъехать по делам, – я обнял Яну за плечи. – Посмотри на меня.

Она не сразу подняла на меня свои большие глаза, но все же сделала так, как я попросил.

– Ты едешь к ней?

Я протянул руку и погладил ее пальцем по подбородку, разглядывая красивое лицо.

Мне снова хотелось впиться поцелуем в эти пухлые губы, вернуться домой и провести остаток дня вместе с ней и сыном, но я слишком переживал за Сашу, чтобы пустить все на самотек и не поехать сейчас к нему.

Звонок Лены был очень кстати, вчера я так и не нашел сына, а нам нужно было с ним поговорить.

– По делам, Яна. Между мной и Леной уже давно ничего нет. Она вчера нашла Сашу в клубе. Мне нужно его забрать. Я приеду вечером. Помочь тебе поднять коляску наверх?

– Нет, – она покачала головой. – Мы еще немного погуляем, – в ее голосе послышались грустные нотки.

Да, в наших отношениях было не все гладко, много трудностей, но теперь, как никогда, я был уверен в том, что делаю все правильно.

Спустя час я подъехал к дому Лены и поднялся наверх.

– Здравствуй, проходи, – она тут же открыла дверь в свою квартиру и пропустила меня внутрь.

Я не раз бывал у неё в гостях, поэтому, не снимая обуви, прошёл по длинному коридору в сторону гостевой комнаты. В том, что Саша находился именно там, я был уверен.

Чувства внутри меня мешались со скоростью света: раздражение, обида, непонимание, боль… Казалось, что с месячным Гришей справиться гораздо проще чем со взрослым Сашей, который только и делал, что косячил.

Час назад Лена позвонила и сообщила о том, что обнаружила моего сына в ночном клубе. Пьяного и расстроенного. Она привезла его к себе, потому что адрес квартиры Сашки не знала, а сам он был не в состоянии его назвать и без конца повторял, как мантру, что не нужно везти его к отцу.

– Чай? Кофе? – предложила Лена. – Саша все ещё спит, не торопись.

– Давай кофе, – устало ответил, сворачивая на кухню.

Лена предложила легкий завтрак из яиц, но я вежливо отказался, думая о том, что мне делать с сыном дальше? Привязать его на цепи, чтобы не сбегал? Выпороть ремнем? Самому сходить с ним к психологу? В сложившейся ситуации я сам виноват. Сашка любит Яну, но дело в том, что я тоже к ней неравнодушен. Рядом с ней по-домашнему спокойно и уютно, она нежная и чувственная, наши эмоции оказались взаимны, а еще у нас общий ребенок.

– Прости, что ночью не позвонила. Решила, что ты спишь, – произнесла Лена, когда поставила рядом со мной чашку крепкого эспрессо.

– Спасибо. Я бы приехал даже ночью.

– Выглядишь уставшим. Ты много работаешь? – Лена остановилась позади меня и осторожно опустила руки на плечи. – Кирилл, я…

– Не надо, – я повернулся к ней лицом, перехватывая кисти рук.

Лена – красивая женщина, даже очень. Сейчас я не вспомню, сколько длились наши ни к чему не обязывающие отношения, но им наступил конец. На два фронта играть не в моих правилах.

– Лен, между нами все кончено. Помнишь?

Лена коротко всхлипнула, пытаясь сдержать накатившие слёзы.

– Помню, Кирилл. Тем не менее, мои чувства к тебе никуда не делись. Ты сейчас… с ней?

– Это имеет какое-то значение?

– Ты говорил, что не собираешься в сорок с хвостиком строить серьезных отношений.

– Говорил, – тяжело вздохнул. – Но не зарекался.

Лена опустила ладони на мои плечи, в ее глазах блестели слезы. Это были последние отчаянные попытки меня удержать. Безнадёжные попытки, я бы сказал.

– Перестань, Лен. Ты красивая женщина и обязательно встретишь того самого мужчину.

Она ничего не ответила, лишь горько усмехнулась и отвернулась от меня.

В дверном проёме показалась светлая, взъерошенная голова сына. Саша плотно поджал губы и прошел на кухню в одних брюках.

– Ты везде, я смотрю, успеваешь, – произнес, глядя на нас с Леной. – Яне ребенка сделал, по утрам к любовнице.

– Ребенка? – удивленно выдохнула она. – Разве…

– Собрал свои шмотки и мигом на выход, – процедил я ледяным тоном.

Лена переводила свой ошеломленный взгляд то на меня, то на Сашу. Но ни перед кем отчитываться я не собирался. Вчера я потратил три часа, чтобы найти сына. Его телефон не отвечал, а дружки понятия не имели, куда он делся.

– Да, – он заметил, с каким удивлением Лена хлопала своими длинными ресницами. – На старости лет папа решил, что мне нужен младший братик. Только в мамы для него выбрал мою любимую девушку.

Саша скривил лицо, взял из холодильника минеральную воду и, сделав несколько глотков, вышел из кухни.

Появился спустя минуту в дверном проеме в чёрной толстовке и кепке. Лена выглядела так, словно ей дали прожевать кислый лимон.

– Я готов. Отвези меня домой.

– Спускайся к машине. Сейчас приду, – ответил ему.

– То есть вот так, да, Кирилл? Ей ребенка, а мне отставку?

– Наши отношения с самого начала были построены на сексе, Лена, – устало выдохнул я, не понимая, что она хотела мне сейчас предъявить.

Ее фантазии о будущем всегда шли вразрез с моими. О семье я не заговаривал с ней. И сам об этом не думал до недавнего времени.

Попрощался с Леной, еще раз поблагодарил её за звонок и вышел из квартиры.

– Пристегнись, – произнёс сыну, забираясь на водительское место.

В салоне разило перегаром. Кажется, Саша вчера здорово перебрал. Разогнал машину до максимальной скорости, бросив взгляд на каменное лицо сына.

– Чтобы ты не думал, я не желаю тебе зла, – коротко взглянул в его сторону.

Он злобно усмехнулся, заёрзав на кожаном сиденье.

– Не желаешь, но спишь с той, кого я любил.

– Саша…

– Закроем тему, ладно? Мне и так фигово после вчерашнего.

57

Кирилл

Я сбавил скорость и мельком посмотрел в сторону сына. Он делал вид, что меня в машине нет.

– Саша, как бы ни горько было все это сейчас слышать, но я принял решение остаться с Яной.

– Ты меня не слышишь? – зло огрызнулся он в ответ. – Я не хочу об этом знать! Чего ты ждешь от меня? Чтобы я принял твоего нового ребенка? Ходил с ним по воскресеньям гулять, пока ты будешь работать над появлением еще одного? Настоящие отцы поддерживают своих детей, а не поступают так, как сделал ты…

Я крепко сжал руками руль.

– Послушай меня, сын, – мне потребовалось собрать всю волю в кулак, чтобы произнести следующие слова ровным и спокойным голосом. – Ваши отношения с Яной зашли в тупик не из-за меня. Ты оглянись вокруг! Тебе никто не делает зла! Это ты зависишь от игр и спиртного, совершаешь ошибку за ошибкой и ждешь, что все проблемы исчезнут сами собой. Ее похитили из-за твоих проблем, могли серьезно навредить ей и ребенку. Если бы я тогда не вмешался, не подключил Сергея, страшно представить, чем бы все закончилось! У всех в молодости бывают ошибки. Я уверен, что впереди у тебя блестящее будущее, но нужно собраться с духом. Ты мне не безразличен, Саша. Да, меня часто не было рядом, я много работал. Но ты мой сын, и всегда им будешь. В том, что у вас с Яной ничего не получилось, моей вины нет. Как и в том, что у нас с ней возникли чувства друг к другу. Яне с Гришей нужна поддержка и спокойствие. Ты не можешь этого им дать. Разве к близким людям, которых любят, так относятся?

– Меня не трогает твоя исповедь! Я всегда хорошо относился к Яне, пока она водила меня, как осла за нос. Вы оба водили!

– У всякого терпения есть границы, Саша. И мои ты вот-вот нарушишь, – угрожающе произнес я и строго на него посмотрел.

Саша отвернулся к окну, его грудь часто вздымалась и опускалась. У меня сердце разрывалось на части, потому что я прекрасно понимал все, что он чувствовал в это мгновение, но будущего у них с Яной не было.

– На днях я подписываю договор с австрийцами. Наша компания открывает филиал в Вене. Мне нужен там свой человек. Поедешь?

– Чтобы не мешать твоей личной жизни? – усмехнулся он.

– Я это предложил не потому, что ты мне мешаешь, а потому что это прекрасная возможность взяться за ум, начать карьеру, завязать с прошлыми привычками, которые ведут тебя в тупик. Со своей стороны я обеспечу тебе поддержку и буду рядом, помогу советами… Проблема в том, нужно ли это тебе? Ты винишь меня в своих бедах. Но я ни в чем не виноват. Как и ты, я имею право на чувства.

Саша недовольно хмыкнул и кивнул на тротуар.

– Останови, мы уже почти у дома. Я хочу немного пройтись. Хватит на сегодня разговоров.

– Подумаешь над моим предложением?

Я включил поворотник и прижался к обочине.

– Не знаю. Мне и в самом деле нужно подумать, пап, – уже спокойнее произнес Саша. – Не только о твоем предложении, а вообще.

Я не стал больше настаивать, решил дать сыну время, чтобы он понял, что я не хотел разрушить его жизнь.

Высадив Сашу, я развернул машину и направился к Яне с Гришей. Но на середине пути мне позвонили из офиса, чтобы я приехал подписать важные документы.

– Кирилл Сергеевич, ваш кофе, – секретарша заглянула в мой кабинет.

Я поблагодарил помощницу, размял затекшие мышцы шеи, покрутив головой из стороны в сторону, и отложил бумаги в сторону. Наверное, я поторопился предложить Яне отправиться всем вместе на отдых. Меня ждали две напряженные рабочие недели, да и вопрос с Сашей оставался открытым.

Подняв запястье, я взглянул на часы и взял телефон в руки. В офис я заехал буквально на два часа, а провел здесь почти весь день.

Набрав номер Яны, я сделал глоток кофе и снова окинул фронт проделанной работы.

– Привет, как вы там? – она ответила так быстро, словно весь день ждала моего звонка.

– Гриша только недавно проснулся после дневного сна, а я… Мы тебя ждем на ужин. Я приготовила жаркое, как ты любишь… Ты ведь приедешь? – в ее голосе послышались неуверенные нотки.

– Буквально еще час или полтора, – я задержал взгляд на стопке бумаг на столе. – Конечно, я приеду к вам.

– Тогда мы тебя ждем, – я не видел ее лица, но знал, что она сейчас улыбается. – И… – она на секунду замешкалась. – Ты нашел Сашу? С ним все в порядке?

– Да, я поговорил с ним. Все в порядке, Яна, – заверил ее, хотя сам был в том не совсем уверен. Но пусть она не забивает себе голову этими проблемами, мы с Сашей сами разберемся.

– Хорошо. Мы тебя ждем, – повторила она и выключила телефон.

Я посмотрел перед собой уставшим взглядом. Нужно будет попросить помощницу сделать мне еще один кофе, потому что, если Яна думала, что наш вечер ограничится одним только ужином, то это не так.

По дороге домой я все же позвонил секретарше и попросил ее забронировать билеты на море для трех человек. Как завершу дела с австрийским филиалом, сразу отправимся на отдых. А пока пусть Яна привыкает к мысли, что мы теперь вместе, а я никуда не исчезну из их с Гришей жизни.

58

Яна

– Как думаешь, брать запасную упаковку подгузников для Гриши? – спросила задумчиво.

– Ян, в Испании продаются подгузники. Там всё есть, не волнуйся, – успокоил меня Кирилл.

– Ты прав. Просто я впервые лечу за границу с сыном.

– Я буду рядом с вами двадцать четыре часа в сутки, – произнес без капли раздражения. – Ты можешь смело на меня положиться.

Кирилл захлопнул крышку чемодана, который я наполнила вещами, и подошёл ко мне вплотную. Приподнял пальцами подбородок, с вызовом посмотрел в глаза. Я знала, что означает этот взгляд, наполненный желанием и похотью. Он хотел меня, а я желала его, да только времени на сборы оставалось все меньше и меньше, поэтому я нехотя отстранилась.

– Кирилл, если ты будешь меня отвлекать, мы точно никуда не полетим, – произнесла шутливо.

Он усмехнулся и стал помогать паковать Гришкины вещи. Сын рос не по дням, а по часам: настоящий богатырь с пухлыми щёчкам и отменным аппетитом, поэтому одежду на отдых я тоже брала с запасом. На последнем осмотре педиатр дала добро на перелёт и не увидела в нашем предстоящем отдыхе ничего опасного, того, что могло бы грозить двухмесячному ребёнку. Кирилл был прав: я не одна и могу всецело на него положиться. Он отличный отец для Гриши, порой куда более собранный и трезвомыслящий, чем я.

– Расскажи, как там Саша? – спросила его. – Он уже прилетел в Вену?

Кирилл слегка нахмурился и замер. Тема старшего сына все ещё давалась ему с трудом. Между ними с Сашей по-прежнему были сложные отношения и много обид, но Кирилл старался это преодолеть, встречаясь и разговаривая с сыном на нейтральной территории. А недавно Саша сказал Кириллу о том, что готов взять на себя ответственность и переехать в Вену, возглавив филиал компании.

– Да, уже в Австрии, – отвечает Кирилл. – Арендовал квартиру, ходит на работу. Пока хвалят, а дальше увидим.

Я не стала лезть к нему в душу, потому что видела, что Кириллу пока сложно давать прогнозы о будущем сына. Слишком много ошибок наворотил Сашка, играя в азартные игры, но мне искреннее хотелось для него счастья.

Испания встретила нас слепящим солнцем и знойной жарой. Кто бы мог подумать, но наш шумный малыш весь перелет спокойно проспит у меня на ручках, изредка просыпаясь, чтобы присосаться к груди.

– Боже, здесь чудесно, Кирилл! – толкнула дверь виллы, которую мы арендовали, и вышла на задний двор.

С ума сойти! Отсюда до Средиземного моря всего несколько шагов!

Сняла с себя обувь, вышла на террасу, вдохнула свежий солёный воздух и, прищурившись, подставила лицо солнечным лучам.

– Можешь искупаться, Ян, – услышала себе в спину голос Кирилла. – Я пока побуду с Гришей.

Благодарно улыбнувшись ему, шагнула вперед, обжигая ступни горячим песком. Хорошо, что предварительно я надела на себя купальник, поэтому, скинув летний сарафан и оставив его на берегу, вошла в теплую прогретую воду.

Тело становилось невесомым, волны уносили вперед, а мелкие брызги попадали на лицо. Я медленно гребла руками, ощущая какое-то особое блаженство, пока не почувствовала, как болят мышцы во всем теле. Свернула назад, удивилась, когда увидела на берегу Кирилла и Гришу. Малыш мирно сидел на руках у отца и крутил головкой в разные стороны.

Кирилл смотрел, как я выхожу из воды, заставив меня покраснеть. Его взгляд блуждал по моему телу, по лицу, груди, талии, бедрам. Захотелось прикрыться, потому что после родов прошло не так много времени, и я чувствовала, что мне ещё далеко до идеала.

– Не закрывайся, – произнес Кирилл хриплым голосом, словно интуитивно чувствуя, что именно это я и собиралась сделать. – Ты красивая…

Ближе к вечеру, когда Гриша крепко уснул, мы вышли на просторный балкон виллы и залюбовались пейзажем. Казалось, что всё это происходит не со мной. Сон или параллельная реальность… Хотелось ущипнуть себя и в то же время хотелось, чтобы эта эйфория никогда не заканчивалась.

Кирилл подошел ко мне сзади, коснулся губами макушки. Теплые шероховатые ладони скользнули под шелковую майку и погладили живот. Я тихо охнула и выгнулась навстречу, ощутив на своей шее влажную дорожку из поцелуев.

– Кирилл, нас могут увидеть… – прошептала, прикрывая глаза.

– Кто, Ян? – усмехнулся. – Это наша вилла, наша территория. Расслабься.

Он резко повернул меня к себе, запустил ладонь в распущенные волосы и приблизил свои губы к моим губам. Не целовал, только смотрел с каким-то вожделением и особым блеском в глазах, опаляя горячим дыханием и заражая своим безумством.

– Моя, – произнес, прежде чем впиться в мои губы.

Мир перед глазами закружился, и чтобы устоять на ногах, я обхватила Кирилла за плечи. Его поцелуи пробуждали во мне женщину, делали живой, настоящей, способной получать и дарить удовольствие. Оторвалась лишь на секунду, коснулась колючей щетины на его лице, облизала губы.

– Скажи, что я сейчас не сплю?

Кирилл улыбнулся, обнажая белоснежные зубы, и только крепче прижал меня к себе.

59

Яна

Десять дней отдыха пролетели как один. Я так привыкла по утрам просыпаться в мужских объятиях, готовить завтрак для нас, а вечерами гулять всем вместе во дворе… Почему нельзя было остаться в этом мгновении? Так хотелось сохранить эту беззаботность и легкость в наших отношениях с Кириллом. Мне казалось, что по возвращению в Москву, все между нами изменится в худшую сторону. Или вдруг он решит, что ему будет лучше одному…

– О чем задумалась, Ян? – окликнул меня Кирилл и положил свою большую руку на мою ладонь. – Дай угадаю… Не хочешь уезжать? – мягкая улыбка тронула его губы.

– Здесь так хорошо, – я шумно вздохнула и опустила глаза.

Мне казалось, что он читал меня как открытую книгу. Неужели он и в самом деле знал о моих мыслях? Или все было написано на моем лице? Я вдруг вспомнила, как мы встретились с Кириллом в первый раз, и ощутила, как стало тесно в груди. Он сразу пленил меня своей мужественностью и красотой. Разве могла я перед таким устоять? Это было невозможно тогда, а сейчас и подавно.

Кирилл сжал мою ладонь.

– Ян, – позвал он. – Посмотри на меня.

Я подняла голову, и наши глаза встретились. Я и сама не могла понять, почему сейчас грустила. Наверное, после хорошего секса всегда так бывает? Мы с Кириллом не высыпались, и я пожалела, что отказалась в последний момент от услуг няни. Сейчас бы она очень пригодилась.

– В Москве мой дом ничем ни хуже этой виллы, хотя климат… – задумчиво протянул он. – На острове будет получше. Скоро зима… Думаю, что до нового года выберемся еще куда куда-нибудь. Ты где мечтаешь побывать? – в его голосе было столько легкости и беззаботности, что я сразу же прониклась хорошим настроением Кирилла.

– Мне все равно, – я пожала плечами, а сама расплылась в игривой улыбке. Поднялась на ноги и подошла к Кириллу. Села ему на колени и обвила его шею руками. – Лишь бы с тобой. Всегда с тобой, – тихо сказала я, смотря в его красивые глаза, которые искрились нежностью и теплом.

Я поцеловала его в губы и знала, что за этим смелым проявлением чувств с моей стороны могло последовать, но сейчас мы завтракали, а Гриша в любой момент мог проснуться… К тому же между нами и без того была близость пару часов назад. Я не знала, откуда взялся этот голод, но мне было мало мужских ласк. Хотелось, чтобы Кирилл всегда смотрел на меня такими влюбленными глазами и не выпускал из своих сильных рук.

– Все же думаю, что в следующую поездку нам нужно будет взять няню или твою маму, – он сжал мою талию руками, смотря мне в лицо потемневшим взглядом.

Я поерзала на его бедрах, чувствуя степень его возбуждения, и снова прильнула к нему. Одна только мысль, что я и Кирилл теперь вместе, вызывала восторг, и мне хотелось кричать на весь остров от счастья, широко расставив руки в стороны. Мне еще никогда не было так хорошо и умиротворенно внутри.

* * *

Через три дня нас ждал самолет. Москва встретила хмурой и дождливой погодой. Я прижала к себе сына и взглянула в сторону Кирилла. Возвращалась я почему-то с тяжелым сердцем, хотя причин грустить совершенно не было. На выходе из аэропорта водитель Кирилла взял наши вещи и загрузил в багажник. В салоне я немного расслабилась, а когда поняла, что машина едет в сторону дома Кирилла, с удивлением посмотрела на мужчину. Почему он вез нас к себе домой, а не на квартиру, которую недавно купил для нас с сыном?

– Завтра распоряжусь, чтобы перевезли ваши вещи обратно… – сказал он с улыбкой на губах, заметив, как вытянулось мое лицо.

Вцепившись пальцами в его руку, я не могла вымолвить и слова, пока он задумчиво смотрел на меня. Это ведь означало, что… Господи!

– Яна? Ты согласна? Это ведь естественно, что люди, которые испытывают чувства друг друга, имеют общего ребенка, живут вместе. Или…

– Без или, – выдохнула я и почувствовала, как сбилось дыхание, а в груди образовался комок. – Конечно, я согласна, Кирилл… – я осеклась, потому что не могла подобрать нужных слов и просто потянулась к нему и крепко обняла.

Если бы он не сделал шага навстречу, сама бы я никогда на это не решилась. Но теперь я просто так от своего счастья не отступлюсь! Никому не позволю вмешаться в нашу жизнь!

Кирилл улыбнулся, заметив, каким потрясенным взглядом я смотрела на него в эту минуту.

– Я даже и не смела думать о таком.

Еще на острове я дала себе обещание не торопить Кирилла ни с какими решениями, а просто наслаждаться нашим времяпровождением.

– Ты в курсе, что ты самый лучший мужчина на свете? – я поцеловала его в уголок губ.

– Уверена? – он перевел глаза на сына, который лежал в переноске рядом со мной. – Вчера вечером я отчетливо слышал – эти же самые слова ты нашептывала ему, когда кормила грудью.

– Тогда вы два моих самых лучших мужчины во всем мире! Потому что я не представляю себя без вас.

60

Яна

– Я могу приехать, если тебе нужна моя помощь, – произносит мама в телефонную трубку.

– Не нужно, мамуль. У нас всё хорошо, мы справляемся. Вместе справляемся. А Гришка… знаешь, он совсем беспроблемный ребёнок.

– Сплюнь! – засмеялась мама. – Я рада, Ян, что у тебя всё сложилось с Кириллом… Он достойный мужчина, который свою семью не обидит.

Мы закончили наш разговор на теплой ноте как раз в тот момент, когда из детской кроватки раздался тонкий писк. Гриша никогда истошно не плакал. Только хныкал и тихонечко пищал, словно маленький котёнок, привлекая к себе внимание родителей.

Одновременно с тем, как я поднялась с кресла, в комнату зашла няня. Она молода, но достаточно образованна, с примерными рекомендациями и стажем. Кирилл всё же настоял на её присутствии в нашем доме. Впрочем, для меня это оказалось только плюсом. Теперь я чувствовала себя гораздо спокойнее, не дергалась по каждому поводу и могла выделить время на себя, чтобы оставаться красивой для своего мужчины.

– Всё хорошо, Арина, – кивнула няне. – Я покормлю Гришу.

– Если что-нибудь будет нужно, я внизу, – произнесла няня.

Она взялась за ручку двери, намереваясь выйти из комнаты.

Послышался резкий звонок во входную дверь, заставивший меня вздрогнуть. Обычно Кирилл открывает замок собственными ключами, но в прошлый раз он забыл их в офисе. Возможно, именно сегодня случилась такая же ситуация.

– Арина, если не затруднит, откройте, пожалуйста, двери.

– Хорошо, сейчас, – произнесла няня и удалилась из детской.

Я опустилась на кровать и приложила малыша к груди. Прошла минута, вторая, третья… Обычно Кирилл первым делом заходил в детскую после того, как тщательно вымывал руки, но в этот раз его долго не было. Сынок выпустил изо рта сосок и блаженно прикрыл глазки. Я осторожно переложила его в кроватку и на цыпочках вышла из детской, направляясь к лестничному пролёту.

– Я как раз тебя искала, – услышала себе в спину.

Повернувшись, заметила Ингу, бывшую жену Кирилла и мать Саши. Женщина медленной, но уверенной походкой направлялась в мою сторону и смотрела на меня как-то хищно и дико, словно я её добыча.

– Что вам нужно? – спросила как можно твёрже.

Нужно было убедиться в том, что это точно Кирилл и только потом открывать двери. Моя беспечность сыграла со мной злую шутку. Инга – тот человек, которого я хотела видеть меньше всего на свете.

– Хотела спросить, как тебе живется, Ян? – она подошла почти вплотную и ткнула в меня пальцем. – Вижу нормально. А сыну моему нет! Саша до сих пор страдает и никак не может оправиться от предательства любимой девушки и родного отца. Он в депрессии!

– Кирилл сделал всё, что мог для него, – ответила Инге. – Думаю, что ваш сын не обделён.

Она коряво усмехнулась и сделала шаг навстречу.

– Небось, тоже на наследство Кирилла рассчитываешь?

У меня тут же перехватило дыхание. Я никогда не задумывалась об этом, потому что Кирилл был живым, здоровым и точно не собирался отправляться на тот свет, чтобы задумываться о вопросах наследства.

– Послушайте, я сейчас же вызову охрану, если вы не уберетесь из нашего дома! – почти прокричала в сторону Инги.

– Мне плевать, Яна, – прошипела она сквозь зубы. – Думаешь, раз родила наследничка Кириллу и ублажаешь его в постели, то можешь командовать в этом доме? Да кто ты такая?!

– У вас уж точно никаких прав находиться в этом доме нет, – произнесла, чувствуя, как горят от негодования щёки.

В этот момент больше всего на свете я боялась, что эта неуравновешенная женщина может что-нибудь сделать нашему с Кириллом сыну. Нужно было всего лишь вернуться в детскую, взять телефон и позвонить охране, либо же нажать тревожную кнопку на первом этаже.

– Ах ты, дрянь! – вскрикнула Инга и, упершись ладонями в мою грудь, грубо толкнула.

Я пробовала не потерять равновесие, но оказалось, что отступать уже некуда. Попыталась ухватиться руками за воздух, но у меня ничего не вышло – я чувствовала, что падаю со ступеней второго этажа.

Вскрикнула от боли, когда поняла, что значит кубарем лететь вниз. Я ударялась рёбрами о твёрдые ступени и закрывала ладонями лицо. Напоследок у меня потемнело в глазах от пронзившей затылок рези.

Последняя и сильная мысль, которая пульсировала у меня в голове: пусть всё будет хорошо с моим Гришей.

61

Кирилл

Окинув присутствующих в кабинете быстрым взглядом, я поднялся из кресла. Совещание близилось к завершению. Я уже порядком утомился слушать отчеты замов, а тут еще няня звонила третий раз за последние пять минут. Такое на моей памяти случалось впервые, значит, вопрос был безотлагательным.

– Да, – я ответил на звонок.

Подошел к окну и уставился напряженным взглядом на проезжую часть.

– Кирилл Сергеевич, – всхлипнули в трубке. – Яна… Приезжайте… Прошу вас… – она уже плакала навзрыд, а у меня все оборвалось внутри. – Она не приходит в себя, а скорой все нет…

– Что случилось? – стараясь сохранять спокойствие, спросил я, но беспокойство внутри только нарастало.

– Приходила какая-то женщина… Я ее впустила… Простите, я не знала…

Меня вдруг окатило волной раздражения.

– Успокойтесь и внятно все объясните! – рявкнул я, выходя из себя, а сам уже направился вон из кабинета.

Лена была на месте, а охрана у дома была предупреждена, чтобы ее не пускали даже на территорию двора. Оставалась Инга. Но ей что понадобилось? Захотела лишиться месячного содержания? Забыла мои угрозы?

– Я вызвала скорую… Приезжайте… – снова заплакала няня, глотая обрывки слов.

Я сбросил звонок, понимая, что не добьюсь от нее никакого вразумительного объяснения и набрал Яну, но услышал длинные гудки. Тогда я набрал Инге. Спустя минуту она все же соизволила мне ответить.

– Кирилл… – голос бывшей жены дрожал, и я понял, что не ошибся в своих догадках.

– Что ты сделала? Ты сейчас у меня дома?

– Кирилл, я не хотела… Правда… Все случилось неожиданно…

– Что ты сделала? – прорычал я в трубку, с силой дергая ручку двери на себя. – Если с ее головы хоть один волос упадет, я клянусь, засажу тебя в тюрьму! Или лучше в дурку! Я ведь предупреждал тебя, чтобы ты не лезла в мою жизнь? – Инга молчала, а я все больше терял терпение. Хотелось вырвать руль, крушить все вокруг.

– Мы немного повздорили с Яной… Она упала с лестницы. Я не виновата! Она сама…

– Дрянь, – выплюнул я и выжал педаль газа в пол. – Оставайся на месте. Чтобы не смела сбегать. Все равно найду, и только хуже будет. Что с ней? Ты вызвала скорую?

– Она без сознания, я вызвала скорую. Я правда не хотела, Кирилл… Прости! – только в голосе и тени сожаления не было. Дрянь!

Я сбросил звонок и на всех парах помчался домой, моля бога, чтобы все обошлось. Маневрировал в потоке машин и едва не создал аварийную ситуацию на дороге. Все мои мысли занимала Яна, а перед глазами стояла картинка, как она лежит на полу без сознания. Надеюсь, няне хватит мозгов вытереть слезы и отправиться к ребенку.

Вбежав в дом и увидев распластанное тело на полу, я почувствовал, что у меня земля ушла из-под ног. Еще никогда я так ни за кого не переживал в эту минуту, как за нее. Склонившись над ней, я прощупал пульс. Было страшно к ней прикасаться. Она выглядела такой хрупкой, маленькой, беззащитной… И в том, что происходило сейчас, была моя вина. Не уберег, не досмотрел…

– Кирилл… – Инга появилась в гостиной, а я поднял на нее взгляд полный ненависти и боли.

– Молись, чтобы с ней ничего не случилось.

По дороге домой я вызвал знакомого врача, позвонил в полицию. Инге ничего не сойдет с рук. Не после такого.

– Яна, девочка моя… – я аккуратно похлопал ее по щекам, но она никак не отреагировала. Мне хотелось взять ее на руки, самому лететь в больницу, но я боялся ее трогать и причинить еще больший вред.

Впервые я чувствовал бессилие и страх такой силы.

– Рассказывай, что произошло, – потребовал я.

Инга стояла рядом и сильно дрожала, смотря безумными глазами на плоды содеянного. Я едва сдерживался, чтобы не схватить ее за шею и не начать душить. Но сдерживался, как мог. Стоит только приступить, и я точно знал, что не остановлюсь. Внутри было столько отчаяния, что хотелось кричать во весь голос.

– Я… Она сама упала! Я лишь приходила сказать, что из-за нее у Саши снова проблемы…

– У Саши все хорошо, Инга! Все отлично. Он руководит моим филиалом в Австрии. Зачем ты приходила? Что тебе было нужно? – я наступал на нее, пока она не уперлась спиной в стену. Мой кулак впечатался в стену рядом с ее лицом. Я никогда не бил женщин, не поднимал руку на слабых, но сейчас бы разбил ей лицо. И не сожалел об этом ни капли.

Инга громко вскрикнула, закрыла руками лицо, а я услышал звук подъехавшей машины с мигалками и как будто пришел в себя.

Скорая забрала Яну, она так и не пришла в сознание, я сильно переживал, что и вовсе не придет. Дождался полицейских, сдал им на поруки свою бывшую жену, чтобы они выяснили все и завели на нее дело, и направился в больницу.

В регистратуре я узнал у медсестры, где найти Яну и ее лечащего врача. Словно в тумане, поднялся на третий этаж, остановился у кабинета и постучал. Приоткрыл дверь и зашел внутрь. Если с моей маленькой что-то серьезное или она больше никогда в себя не приедет… Нет, эти мысли следовало гнать как можно дальше.

– Присаживайтесь, Кирилл Сергеевич, – доктор указал глазами на стул, листая заключения и анализы Яны.

Я почти два часа провел в коридоре, ожидая вердикта врачей. Яна в себя по-прежнему не пришла и сейчас находилась в реанимации. Сам я никогда в той не бывал, но понимал, что будь с малышкой все хорошо, ее бы уже перевели в обычную палату.

– Что с ней? Не томите…

– Состояние стабильно тяжелое. Травма головы… Ушибы… Гематома… – он листал бумажки, а мне казалось, что он намеренно медлил. Нервы и без того были на пределе.

Меня дома маленький ребенок ждал. И не меня одного, но и свою мать, которая еще кормила его грудным молоком. Я не просто засужу Ингу, я ее уничтожу после такого!

– Вывих плеча… – медленно перечислял мужчина.

Может быть, он и в самом деле издевался надо мной?

– Когда она придет в себя? – доктор посмотрел на меня как на умалишенного.

– Организму нужно время, – еще немного, и я вконец разочаруюсь в самом лучшем лечебном центре Москвы.

– Я могу ее увидеть?

– Да, конечно. Только недолго. Думаю, она скоро придет в себя. Но мы введем ее в искусственный сон, чтобы понаблюдать за травмой головы.

– Все так серьезно? – я сглотнул огромный ком в горле.

– Ваша жена крепкая девушка. Будем надеяться на лучшее.

Яна не была мне женой, но как только ей станет лучше и она вернется домой, обязательно выйдет за меня и сменит свой статус.

62

Яна

Я открыла глаза и испугалась, увидев незнакомую обстановку. Белые потолки, такие же выбеленные стены, твёрдая кровать. Попыталась пошевелиться, как вдруг почувствовала сильную пронизывающую боль в затылке. Услышала противный писк над ухом и, повернув голову, обнаружила, что подключена к аппаратам. Боже, я в больнице.

Стала судорожно вспоминать, что случилось, но у меня плохо получалось. Как только я начинала прокручивать в голове сюжет из своей жизни, то виски начинало ломить с утроенной силой. Вспомнила только, что к нам приходила Инга. Она злилась на меня и Кирилла, кричала и выглядела агрессивной. Инга столкнула меня с лестницы и осталась в доме с моим сыном. Громкий крик, вырвавшийся из моей груди, заставил датчики пищать ещё громче, а голову буквально раскалываться на части. Сейчас ничего не имело значения, только жизнь и здоровье моего сына.

В палату тут же ворвалась медсестра, пухлая немолодая женщина с короткими вьющимися волосами.

– О, Господи! Вы меня напугали, Яна! На минутку отошла, а вы уже пришли в сознание.

– Где мой ребёнок? – спросила, прикрывая глаза.

От боли с трудом различала сказанные медсестрой слова. Это было невыносимо, но я должна была знать.

– Я… я не знаю, – ответила она, пожимая плечами. – С вами был муж, а затем он уехал, попросив за вами присмотреть. Велел только, в случае чего, звонить ему.

– Позвоните, – произнесла, стискивая зубы. – Прошу вас, позвоните.

Медсестра удивилась моей настойчивости, но достала телефон из кармана халата и стала искать там номер Кирилла. Я не стала говорить, что он не мой муж. Какая, в конце концов, разница, если единственное, что меня волнует – это мой Гришка. Послышались длинные гудки, а затем строгий голос Кирилла.

– Здравствуйте, Кирилл Сергеевич, Вы просили позвонить, когда ваша жена придёт в себя, – защебетала медсестра. – Так вот, она уже в сознании.

– Она… она может говорить?

– Да, как раз звоню по её просьбе.

Холодный металл коснулся уха. Облизала пересохшие губы, прокашлялась, потому что в горле образовался плотный комок, и тут же спросила, больше всего на свете боясь услышать, что Инга что-то сделала моему малышу:

– Что с Гришей?

– Яна… Яна, ты правда пришла в себя, – вздохнул Кирилл. – С сыном всё хорошо, не волнуйся. Он с твоей мамой.

Я начала плакать. Слёзы катились из глаз, а в груди уже растеклось облегчение от сказанных им слов. После слёз я начала смеяться. Громко, путаясь в своих эмоциях и ощущениях. Мне было горько и радостно одновременно. Горько, потому что, несмотря на счастливый исход, я нахожусь в больнице. Радостно, потому что все мои родные и близкие целы и невредимы.

– Я скоро приеду, Ян. Уже в дороге. Тебе что-нибудь привезти? – спросил Кирилл бодрым голосом.

– Ничего не надо, – ответила, успокоившись. – Только приезжай, пожалуйста.

После разговора меня накрыла сильная усталость, и я вновь уснула беспробудным сном. Открыла глаза, когда за окнами было темно, а Кирилл сидел в кресле и смотрел на меня. На тумбе стоял букет алых роз – они сразу же бросились мне в глаза.

– Красивые, – слабо улыбнулась и попыталась привстать.

Кирилл поднялся с места и коснулся волос. Нежно провел пальцами по лицу, глядя на меня каким-то особенным взглядом…

– Лежи, пожалуйста. Тебе пока нельзя вставать.

– Ладно, – согласилась с ним. – Расскажи, как там Гришка.

Лицо Кирилла озарила добрая улыбка. Так было всегда, когда он заговаривал о сыне.

– Капризничает, не хочет есть из бутылочки. Приходится изворачиваться и кормить из ложечки, только чтобы поел.

Моё материнское сердце болезненно сжалось. Медсестра сказала, что я была без сознания целых два дня. Грудь при этом сильно болела, но организм был напичкан медпрепаратами, и кормить было нельзя. Увы.

– Доктор сказал, что чуть позже можно будет наладить лактацию, – сказал Кирилл, словно уловив мой депрессивный настрой. – Это не самое главное сейчас.

– Ты прав. Скажи, что стало с Ингой?

Брови Кирилла тут же нахмурились, а губы сжались в тонкую линию. Казалось, что будь она рядом, он удавил бы её собственными руками. Впрочем, у меня были такие же ощущения. Столько мучений и боли она принесла всем нам.

– Она в СИЗО, Яна, – ответил Кирилл твёрдым голосом. – Не волнуйся, Инга получит своё по максимуму.

63

Яна

Меня часто клонило в сон последние две недели, которые я провела в больнице. До сих пор я ощущала слабость, но желание вернуться к сыну, было настолько велико, что я безропотно выполняла все указания врачей. Лежала, практически не вставая, полноценно питалась и не давала эмоциям взять надо мной верх, запрещая себе нервничать. Особенно тяжело было сохранять спокойствие по вечерам и ночам, когда тоска по сыну становилась нестерпимо сильной, и от этого чувства хотелось выть в подушку.

Кирилл меня навещал каждый день. Сначала в дверях появлялся красивый букет цветов, а после он сам. К концу десятого дня я начала отдавать цветы медсестрам, потому что мне было жалко выкидывать эту красоту, но ставить ее уж оказалось негде. И сколько бы его ни просила не приносить цветы, он был непреклонен. Его нежность и забота в эти дни трогали меня до глубины души. Так еще никто за мной не ухаживал.

В один из дней меня посетил следователь, он написал заявление с моих слов, а я поставила подпись, решив, что Инга должна ответить за свои злодеяния. Это не моя вина, что в ее голове был такой беспорядок. Как она только посмела вредить мне? Чем я это заслужила? Тем, что влюбилась в Кирилла? Наверное, мои чувства к мужчине были искренне и глубже, чем ее, потому что у меня даже в мыслях не возникало умышленно причинить боль любимому человеку. А если бы я погибла? Инга об этом не подумала? Или она, ослепленная злостью и жаждой получить наследство, шла убить Гришу? Но теперь пусть она думает о своих ошибках и корысти в тюрьме! Это даже к лучшему, что Саша сейчас был в Австрии. Находясь вдали от такой заботы матери, он быстрее придет в себя. Я верила, что у него все еще сложится, пусть и не сразу, но все будет хорошо.

– Яна, – в дверях появился Кирилл с сумкой в руках.

Сегодня я наконец-то покину казенные стены этой, пусть даже и отличной клиники, отправлюсь домой к сыну и любимому мужчине! Я так соскучилась по нашим вечерам, по своему маленькому комочку. Так хотелось прижать сына к груди и никогда больше не отпускать!

– Ты переодевайся, собирай вещи, а я пока схожу к главному врачу, хорошо?

– Спасибо, Кирилл, – я подошла, обняла его и поцеловала в щеку, вдыхая приятный и знакомый аромат духов.

Даже не верится, что все осталось позади. Что я чувствовала себя хорошо. Два раза в год мне теперь необходимо было посещать клинику и наблюдаться у специалиста, но все это мелочи.

Кирилл ушел, а я быстро собрала вещи, переоделась и направилась на пост к медсестре Марии Сергеевне – чудо-женщине, которая проводила со мной все время в те первые дни, когда мне было запрещено вставать. Я сердечно поблагодарила ее за помощь, и как раз в это время в коридоре появился Кирилл.

Вместе мы спустились на лифте вниз. Я держала его за руку и чувствовала себя маленькой счастливой девочкой, которую пришли забрать родители. Наверное на Ингу мне не следовало злиться, потому что она, сама того не ведая, сплотила нас с Кириллом, а мы оба осознали свою любовь друг к другу, когда едва не потеряли кусочек этого счастья. Он очень изменился за эти дни. Придя в сознание и увидев его взгляд… Я поняла, что мое сердце теперь навсегда с ним, чтобы не случилось.

– Ты, наверное, ждала, что я привезу Гришу? – спросил он, заметив, как погрустнело мое лицо, когда я села на заднее сиденье, не обнаружив там детской люльки. – Он спит. Я не стал брать его с собой, – Кирилл забрался следом и обнял меня. – Еще полчаса, родная. Потерпи. Сегодня у нас праздничный ужин, а потом мы с сыном весь вечер твои, – заверил он меня, целуя в висок.

– Только вечер? Я хочу больше, – потянулась к нему и оставила на губах нежный поцелуй.

Мы, словно два влюбленных подростка, всю дорогу до дома целовались на заднем сиденье машины. В какой-то момент я даже пожалела, что с нами был водитель. Не то чтобы я стеснялась проявлять свои чувства к Кириллу перед другими, но то, что происходило между нами в это мгновение, было только наше, не для чужих глаз.

– Яна… – Кирилл хрипло оторвал меня от себя, возвращая на место. – Я же не железный, малышка…

Я вспомнила наше чудесное время на острове. Так хорошо было бы снова уехать из серой Москвы в тепло.

– Я люблю тебя, Кирилл. Спасибо тебе за все, – я положила ему руку на колено и сжала его, с благодарностью, смотря ему в лицо.

Наш путь друг к другу был очень долгим, сложным, но я бы прошла его снова, зная, что в итоге он будет смотреть на меня такими же влюбленными глазами, и мы будем вместе, несмотря ни на что.

– Взаимно, моя хорошая, – он улыбнулся, а у меня все ликовало в груди от выражения его лица в такие мгновения. Словно я была особенная для него.

Машина въехала во двор. Кирилл, открыв дверцу, подал мне свою широкую ладонь.

– Ну что, готова, принцесса?

– К чему? – рассмеялась я. – Ты сделал в доме ремонт в мое отсутствие и превратил свой особняк в замок?

– Почти угадала, но… А впрочем, сейчас все увидишь сама.

– Ты заинтриговал меня… – я шла следом за Кириллом, сгорая от любопытства.

Даже представить было сложно, что же он там такого придумал?

– Яночка! – мама с Гришей на руках направилась нам навстречу, заметив нас издалека.

Они гуляли на улице, сынок только проснулся и выглядел заспанным и недовольным. Я взяла его из маминых рук, прижимая к груди. Господи, я думала, что умру от тоски по своей крохе! Это такая пытка расставаться надолго с маленьким смыслом своей жизни… Какое чудо, что с ним все в порядке.

– Как ты подрос, мой сладкий… – я прижалась губами к его лобику, мне хотелось зацеловать каждый миллиметр его тела. – Больше никогда мама тебя не оставит, слышишь?

– Яна, – тихо позвал меня Кирилл, когда мы направлялись в дом. Поглощенная сыном, я не могла на него насмотреться. – Я раньше думал, что уже слишком стар, чтобы заводить детей, но, видя твою искреннюю любовь, как ты растворяешься в сыне… Должен признать, что погорячился с этими мыслями.

– Что? – я даже остановилась и подняла голову, смотря в улыбающееся лицо Кирилла.

– Мне кажется, будет здорово, если у нас будет настоящая семья…

– Кирилл… – я непонимающе смотрела на него, чувствуя, как не в силах унять дрожь и волнение в голосе.

– К тому же ты не в том положении, чтобы отказывать мне. У нас общий ребенок…

Кирилл подтолкнул меня к входу, я переступила порог дома, оказавшись в красиво украшенной гостиной. Так обычно люди готовились… к свадьбе? Он сейчас серьезно?

– Ты делаешь мне предложение? – выдохнула я.

– Предложение, Яна? – улыбнулся Кирилл. – Я ставлю тебя перед фактом. Считай, что у нас выездная регистрация, а у тебя новая страница в жизни и статус замужней женщины буквально… – он поднял руку. – Через час. Ну, максимум полтора.

– Кирилл… Это… – я жадно хватала ртом воздух, не понимая до конца, что это реальность.

Такого я не могла представить даже в самых смелых мечтах!

– Да или нет, Яна? Отменить все можно в два счета.

– Да… Да! Конечно, да! Я хочу быть твоей женой!

Кирилл обнял нас с Гришей и запечатлел на моих губах страстный поцелуй.

– Тогда иди наверх. Мама поможет тебе приготовиться к регистрации, а я звоню в ЗАГС и сообщаю, что у нас все в силе, и мы ждем от них человека.

Эпилог

Яна

– Тук-тук, не занят?

Я заглянула в кабинет Кирилла после его разрешения. Муж сидел в высоком кожаном кресле и сосредоточенно работал за ноутбуком.

– Нет, уже заканчиваю, – пробормотал себе под нос. – Проходи, Яна.

Примерно полгода назад муж стал работать удалённо, чтобы иметь возможность двадцать четыре часа в сутки находиться рядом. Прошёл не один месяц моей реабилитации после травмы головы. Первое время меня мучили сильные боли и бессонница, да и Гриша часто спал беспокойно. Кирилл отмахивался и говорил, что уже устал впахивать в офисе, но я-то знаю, что он перешёл на удалёнку только ради нас с сыном.

– Я хотела поделиться новым достижением Гриши, – улыбнулась мужу. – Посмотришь?

– Да, конечно, – он тут же захлопнул крышку ноутбука и встал из-за стола.

Наш малыш нервничал, находясь в манеже, но как только увидел отца, протянул к нему свои ручки и радостно улыбнулся, обнажая восемь крошечных зубиков.

Недавно мы отметили сыну годик. Позвали только самых близких людей. Кирилл пытался пригласить в гости Сашу, но он деликатно отказался. Думаю, ему было непросто принять тот факт, что его мать оказалась в тюрьме. Инге дали два года ограничения свободы. С тех пор, как суд вынес приговор, прошло без малого полгода, и за это время Кирилл и Саша ни разу нормально не поговорили.

Первое время я рвалась отозвать заявление из полиции и сделать так, чтобы дело замяли, но Кирилл останавливал меня. Он твердил, что Инга обязана ответить за свои поступки не только передо мной, но и перед законом. Человек переступил грань, которую нарушать ему никто не давал права.

Со временем я остыла и перестала чувствовать себя виноватой. Возможно, за два года, проведенных в местах лишения свободы, Инга осознает всю чудовищность собственной ошибки и больше не станет вести себя столь агрессивно по отношению к другим людям.

Я забрала у Кирилла сына и поставила его на ножки. Отпустила сразу одну руку, затем другую и радостно взвизгнула, когда ещё раз убедилась, что наш сын начал ходить! Гриша шёл самостоятельно по направлению к отцу. Немного пошатывался со стороны в сторону, но равновесия не терял. Я волновалась, что нашему сыну исполнился год, а он ещё не ходит. Консультировалась со многими врачами, но все как один заявляли, что наши сын здоров и просто физически не готов. Но сейчас, наконец, этот час настал!

Кирилл присел и словил Гришку у манежа. Малыш утопал в объятиях отца и радостно смеялся при этом. Украдкой заметила восторженный вид мужа. Обычно он никогда не показывал свои истинные чувства, но в этом случае сдержаться было невозможно!

– Он ходит, Кирилл! Наш малыш теперь ходит!

– Ну вот, зря только волновались, – муж бросил на меня короткий взгляд и слабо улыбнулся, потому что волновалась из нас двоих больше я.

Его родительство было более зрелым и выдержанным, чем моё, ведь Кирилл меня гораздо старше и опытнее, да и сын у него не первый.

В кармане мужа начал вибрировать телефон. Кирилл протянул мне ребёнка, посмотрел на экран и снял трубку. Несмотря на то, что динамик работал не в полную силу, я слышала каждое слово, произнесенное собеседником.

– Здравствуй, пап, – прозвучал голос Саши.

– Привет.

– Как твои дела?

– Всё хорошо. Ты как?

Несмотря на то, что, начиная разговор, Кирилл сильно хмурился, сейчас его лицо с каждой секундой становилось добрее и расслабленное. Сколько раз он пытался поговорить со старшим сыном начистоту? Несколько сотен. А тут вдруг Саша сам позвонил отцу и как ни в чем не бывало спросил, как дела у отца.

– Поговорим по видеосвязи?

– Давай, – соглашается муж.

Спустя минуту, включив камеру, Кирилл сидел на диване в гостиной и разговаривал с сыном об общих делах в Австрии, о погоде, настроении, выборах и обо всём на свете. Мне казалось, если это не примирение, то определенно путь к нему. Оставшись без матери, Саша почувствовал себя одиноким и вспомнил, наконец, что у него есть отец, который тоже его любит.

– Ты покажешь мне его? – спросил Саша.

– Кого?

– Гришу, конечно.

Я подошла ближе и протянула ребёнка отцу. Сын стал дёргать отца за волосы и уши, а затем услышал посторонний голос и заинтересованно перевёл взгляд в камеру.

– Забавный, – подал голос Саша после долгого молчания. – На тебя похож, но больше на Яну.

Разговор не получился долгим, потому что к Саше пришли посетители. Кирилл отключил телефон и улыбнулся, а затем поделился со мной тем, что у старшего сына наконец появилась девушка, и сейчас они стали жить вместе. И чем чёрт не шутит, может со временем, Саша остынет и привезёт её знакомить к нам в гости? Заодно и с Гришей познакомится.

Муж притянул меня к себе, коротко коснулся губами виска и прошептал о том, что сильно любит. После моей травмы он стал говорить это гораздо чаще, не упуская ни единой возможности, чтобы поцеловать меня при этом или прикоснуться.

– Я тоже люблю тебя, – ответила мужу. – И хотела сказать тебе ещё одну новость.

– Говори, – напрягся Кирилл.

– Кажется, у нас будет ещё один маленький, Кирилл, – погладила пока плоский живот.

– Сегодня просто день сюрпризов, Яна. Уверен, у нас будет ещё один сын.

– Ещё чего, – наигранно надула губы и сложила руки на груди. – В этот раз мы заберём с роддома девочку. Маленькую Надежду.