Шут королевский

Глава 1

Пустота, звенящая пустота и более ничего. Сознание растворено в эфире мироздания и только на грани реакции органов чувств я регистрирую некую активность. Но всё так далеко от меня, что даже не заслуживает и толики внимания. Однако этот шум усиливается и начинает раздражать, отвлекая от действительно важного занятия. Я пытаюсь отследить мелькающие передо мной красивые вспышки. Каждая из них мгновением раньше была сгустком некой субстанции. Их было бесчисленное множество. Они имели различные форму и цвет, но все были удивительно красивыми. Эти, несомненно живые создания, играли друг с другом и совершали самые немыслимые кульбиты. Но, к сожалению, каждое из них совершало следующее действие. Мгновенно разгонялись и исчезали в красочной вспышке света.

Сначала я начал улавливать шум, он ассоциировался у меня с тем, как шумит ветер в кроне раскидистого дерева. Потом к нему добавилось птичье многоголосье. Затем я стал различать свет, его насыщенность нарастала и я застонал, прикрыв глаза. Проморгавшись, стал рассматривать окружающую меня действительность.

Я сижу на лавочке, что притулилась к вязам, растущим на небольшой алее. Напротив лавки жидкий ряд деревьев и замученного кустарника сирени. Небо хмурое, неприветливое. Прохладный ветерок заставил меня обхватить себя обеими руками. Метрах в двадцати слева алея упирается в четырёхэтажное длинное здание. Справа пустырь, который обрамляют старые акации. Мои мысли лениво регистрируют все эти подробности. Но я ещё не отошёл от того красочного мира, где пребывал несколько минут назад и этот мне категорически не нравится. Я оглядел себя, на мне непонятного болотного цвета комбинезон и грубые рабочие ботинки. Зачем-то посмотрел на кисти рук, будто это мне чем-то поможет. Руки как руки, длинные артистические пальцы, чистые ладони без мозолей и ссадин. Ногти короткие и аккуратно пострижены. Вдалеке показались две девушки, я на автомате отслеживаю новое для меня событие. Дамы торопливо прошли мимо, ветер подгоняет их в спину, заставляя быстрее шевелить ногами. Девчата стрельнули глазами в мою сторону и засмеявшись чему-то своему быстро забежали в здание.

Этот живой звук вдруг разбудил во мне что-то новое. Такое ощущение, что камень, закрывавшие моё сознание стронулся с места, и сейчас покатился с нарастающим ускорением. Будто плотину прорвало, меня накрыло образами о том, кто я есть. Вот только что у меня не было понятия, кто я такой. Даже не задумывался об этом и вдруг пришло понимание и вся моя жизнь промелькнула передо мною. Будто гениальный режиссёр перематывает киноленту в ускоренном режиме. От дикой боли я видимо отключился.

Пришёл в себя на том же месте. Не знаю даже сколько время я уже сижу на этой лавке.

Итак, я Валентин Моисеев, недавно разменял седьмой десяток. Родился в далёком 1963 году в Казахстане, учился как и все советские школьники. Чтобы не идти в армию поступил в институт, благо с мозгами вроде всё в порядке. Окончил, женился, родился сын. Всей семьёй строили планы на будущее, собирались купить машину, благо у тестя имелся капитальный гараж. Неплохая родительская дача за городом требовала свой автотранспорт. Тесть предлагал взять «Москвича 412», тот больно подходящий для дачных дел. Я же мечтал о восьмёрке, на худой случай планировал купить с рук шестую модель «Жигулей». Как раз знакомый продавал.

А тут грянул ошеломительный 1991 год и перепутал всем гражданам некогда большой и дружной страны все планы. Сначала Павловская реформа обнулила все мои сбережения, я опасался держать их в сберкассе. Потом вообще мы проснулись и с удивлением узнали, что страны больше нет. Есть самостийный Казахстан. Правда никто, включая его власти не понимал, что с этой самостийностью делать.

А там пошло-поехало, наступили бандитские девяностые. Если раньше у народа на руках были деньги, но пустые полки магазинов гнали всех на рынок. То сейчас ситуация стала диаметрально противоположной. Бабушки облизывались на бананы, украшающие прилавки магазинов, а купить внучку могли только одну штуку раз в месяц. Всего полно, а денег нет. Предприятия встали разом, мой завод ещё трепыхался, но лучшие кадры уходили торговать на рынок. Кто чем, кто вёз с московских барахолок китайское и турецкое шмотье. А кто продавал скоммунизденное с завода. Ну если был конечно доступ к чему полезному. Лично я делал ножи и всякий инструмент для дома. Отдавал на реализацию соседу, тот торговал на зелёном рынке. Так и жили.

А когда тесть с тёщей решили уезжать в Германию, то я долго не думал. Вру, конечно, переживал. К этому времени у меня ещё остались в городе три моих женщины. Папа умер в прошлом году, остались мама с сестрой и бабушка. Правда как раз они жили относительно неплохо. У бабушки и мамы неплохие пенсии, мама ещё продолжала работать в музыкальной школе, а сестра в музучилище. А заодно она преподавала итальянский язык в театре музкомедии. Единственная группа населения, кому не задерживали выплаты, были пожалуй пенсионеры. Спасибо тогдашнему президенту Назарбаеву.

А вот моя супруга Инга, оказалась на голодном пайке. Она окончила наш мединститут и с помощью отца устроилась врачом-кардиологом в обкомовскую поликлинику. Тогда это было очень круто, а сейчас всем резко стало не до бюджетной медицины.

— Игорёк, надо валить отсюда. Вот вчера Сашке в школе одноклассник сказал убираться в свою «Рассею». Он, конечно, мал для таких разговоров, но значит дома от родителей слышит.

Вот тогда я и задумался. Всё стремительно катится в пропасть. Наверное, когда-нибудь устаканится. Ну мне с Ингой, наверное, судьба стоять на рынке. А сын, какое будущее его ждёт? Не станет ли он здесь человеком второго сорта?

Это и подвигло меня согласится. Дело в том, что Инга у меня чистокровная немка. Её родителей, совсем ещё молодых, вывезли в Казахстан с Поволжья. Но они и тут неплохо устроились. Отец дорос до директора горного техникума, мама участковый врач. Инга пошла по её стопам, а вот я всю жизнь отработал на машиностроительных заводах. Начал с мастера и дорос до зама начальника большого цеха. В принципе меня тут держат только мои женщины. Но может мне удастся их тоже перевезти в спокойную Европу?

После того, как мама погладила меня по голове и сказала, — езжай сына. А мы уж тут сами. Здесь прошла вся жизнь, здесь соседи, знакомые врачи. Пенсию платят вовремя, ты только приезжай к нам иногда, — и тут мама отвернулась, чтобы не показать слёзы.

Всем табором и поехали. Уже объединённая Германия поначалу приняла нас весьма скромно. Определили нас в бывший советский военный городок возле восточногерманского Лейпцига. Но позже нам удалось перебраться в Баварию. Так вскладчину взяли дом. Тесть с тёщей получили приличное пособие по старости, их младший сынок пошёл доучиваться на инженера-электронщика. Инга удачно прошла собеседование и её взяли на стажировку врачом-кардиологом в местную больницу. Поначалу почти ничего не платили, но потом она получила полную ставку и мы вздохнули с облегчением.

А вот у меня не всё так прекрасно складывалось. Работал кем придётся, помогал в слесарной мастерской, собирал выброшенные телевизоры и прочую электронику, чинил их и сдавал в магазинчик знакомому немцу. Потом удалось найти хорошую работу механиком на заводе, где делали фарфор и посуду.

Первое время мне дико не хватало общения на родном языке. Были убогие передачи на русском языке по телевизору. Я даже нашёл библиотеку, где можно было взять почитать книги.

Это было время, когда кроме зарубежных писателей типа Стивена Кинга и Сидни Шелдон расцвели и наши российские авторы. Фантасты, работники фэнтезийного жанра, любовные романы и боевики. Мы погрузились в миры Романа Злотникова, Александра Бушкова, Сергея Лукьяненко, Дарьи Донцовой и многих других. Вал русскоязычной прозы захлестнул неокрепшие умы сограждан. Читал и я, уходя от непростой реальности.

И чем лучше шли дела у Инги на работе, её даже повысили, тем хуже у меня. Ну, мои родственники как-то быстро влились в местное общество. Да и язык они знали с детства. А вот мне он не даётся так легко. Вроде ходил на курсы немецкого. Объясниться на улице смогу, не более. На работе тоже никакого продвижения. Всегда я зарабатывал больше жены и содержал свою семью. А сейчас её зарплата втрое против моей. Ну и началось. Любимая тёща подзуживает дочь, вот Инга и пилит меня. Укоряет небольшой зарплатой. Я и раньше не был в тёплых отношениях с её родителями, а сейчас совсем хреново стало.

А когда Сашка закончил школу и пошёл учиться дальше, мы решили развестись. К этому времени тесть умер и, по-моему, у Инги наметился роман с завотделением на работе.

Видимо наши чувства не выдержали проверку временем и трудностями. После развода я снимал двухкомнатную квартиру в спальном районе Мюнхена. Нормальная немецкая семья предпочтёт снимать дом, а в подобных местах живут не совсем благополучные. Те, которые получают социальное жильё от государства. Зато мне не нужно долго добираться до работы. Немцы трудяги и рабочий день начинается очень рано. А вот вечерами я буквально умирал от скуки. Книги стали для меня особым миром, позволявшим уйти от незавидной реальности.

Вот тут я и увлёкся писательством. Познакомился в интернете с одним интересным человечком, который и сподвиг меня на эту стезю. Поначалу было сложно. И тут дело не в том, чтобы написать толковую вещь. Для того, чтобы её опубликовать и издать в бумаге — нужно проделать длинный путь. И всему надо учиться самому. А если писать в стол, то не надо и начинать.

Незаметно меня увлекло писательство и всё свободное время я посвящал новому занятию. Это стало моей отдушиной, моим хобби. Раз в неделю встречался с сыном. Как правило это было на нейтральной территории. К себе не звал ввиду непрезентабельности района.

Сашка вымахал высоким и симпатичным парнем. У него уже есть девушка, немка. Мы познакомились, даже вместе прогулялись в парке. Ничего так, симпатичная и уважительная.

Бывшая супруга долго не горевала, быстро выскочила замуж за того коллегу. Счастья им и любви до гроба.

А вот у меня не особо с этим делом. Изредка встречался с одной молодой особой. Она с сыном приехала из Албании и убирала в нашем доме. Познакомились и стали встречаться. Ну так, без обязательств. И без особых острых эмоций. Возможно Анита рассчитывала на меня, планировала сойтись и вместе вести хозяйство. Возможно, но я этого не хотел.

Неожиданно в сети познакомился с одной интересной дамочкой. Схлестнулись мы на почве книг. Она тоже поклонница фантастики и альтернативки. По началу просто общались по выложенным главам моей очередной книги. Потом начали дружить в личке и наконец она приехала ко мне в гости.

Николь родители вывезли во Францию в трёхлетнем возрасте. Она работает в крупной маркетинговой компании и довольно успешна. Упакована неплохо, свой дом, машина… Девушка на пятнадцать лет младше меня, но это не помешало нам познакомиться поближе.

По началу я был уверен, что у нас нет особых перспектив. Но неожиданно для себя взял отпуск и поехал к ней погостить. В Лионе я прожил две недели, и мы договорились, что стоит попробовать жить вместе. Сначала она переехала ко мне. Благо женщина могла работать и удалённо. Через пару месяцев я принял её предложение перебраться к ней.

Николь мне нравилась как женщина и вообще с ней можно о многом поговорить. На русском она говорит довольно бегло с забавным акцентом. Но это не мешает нам обещаться во всех плоскостях.

Ну я и прикинул, что меня держит тут в Германии? А в Лионе у Николь большой дом, доставшийся от родителей. Да и она пообещала помочь с работой.

Жить во Франции мне понравилось больше. Люди проще и нет этого швабского педантизма. Я устроился работать на небольшую швейную фабрику техником и в общем меня всё устраивало.

Писать не переставал и даже удавалось зарабатывать какие-то копейки.

— Сколько, сколько? — это Николь узнала о том, сколько в России может заработать удачливый автор.

— Тысячу долларов, если раскрученный? А как же они живут на эту тысячу.

— Ну так и живут, наверное.

Живя рядом со мной Николь много мне помогает. Ведь книги надо многократно вычитать, потом заказать обложку и сидеть вечерами, занимаясь продвижением своих шедевров. Лично я этим не занимался, поэтому особых дивидендов мне книги и не приносили. Но знаю от коллег, что для тех, кто занимается писательским творчеством серьёзно, тысяча долларов вполне достойная сумма. А если есть подработка, то вообще прекрасно.

— Игор, — Николь изначально произносила моё имя с жёстким раскатистым «Р».

— У нас писатели — очень уважаемые люди.

Дальше Николь поведала мне и привела примеры того, как французские писатели, издав несколько книг, становились весьма состоятельными людьми.

Я пытался с нею спорить, доказывая, что автор и писатель — разные вещи. А она меня опускала на землю грешную и долбила фактами.

В одном она права, количество писателей в стране напрямую зависит от количество читающих. Ну если, к примеру арабы или азиаты не читают, то откуда у них взяться писателям. Не на пустом же месте последние появляются. Любой автор, это читатель со стажем. И когда у него слова и мысли перестают помещаться в голове, он стремится излить это на окружающих. Иногда получается.

Так вот, если верить логике Николь, если я буду писать на французском и о Франции, то меня ждёт грандиозный успех.

Мои сомнения сразу разбивались ещё на подступе. История страны подробно изложена и в книгах, и в интернете. Конечно, здесь мне не обойтись без Николь. Она будет моим переводчиком.

Я воспринял это как некое развлечение и согласился. Дело в том, что Николь неугомонная любительница перчика. Она постоянно в поисках приключений. И меня за собой таскает. Прыжок с парашютом и дайвинг на 30 метров — это детский лепет на лужайке. А вот банджи-джампинг с высоты 70 метров — это уже серьёзно.

Наша первая совместная книга называлась «Королевский шут». Франция 17-го века, гламурный двор Людовика XIV и попаданец из нашего времени. Это моя любимая тема. Я здорово поизголялся в своё время над российскими императорами, заставляя их с помощью попаданцев совершать не свойственные им поступки.

Написал книгу я всего за три месяца. Дольше сидел и собирал информацию. А вот дальше мне оставалось только носить Николь кофе. Ведь помочь ей мне было нечем. Но моя подруга сама увлеклась процессом перевода. А это очень непросто передать язык и дух оригинала. В итоге у нас ушло два года. Потом мы предложили книгу издательству. Нам отказали, тогда Николь стала посылать наш труд в менее известные издательства. Сработало одно небольшое, находящееся в Марселе. Мою книгу опубликовали в электронном виде. И через полгода вдруг поступило коммерческое предложение издать книгу в бумаге небольшим тиражом.

Один знакомый журналист за небольшой презент в виде стола в ресторане написал рецензию в благосклонном виде. Ну, на мой взгляд там были излишние подробности про моё советское прошлое, но результатом стало предложение на довольно крупный тираж.

А когда на мой счёт поступила первая серьёзная сумма в 5000 евро, мы на радостях решили с Николь устроить себе отдых.

Моя женщина давно хотела посетить столицу испанской Астурии Овьедо. Где-то там в горах есть одно чудесное озеро, которое она очень хочет облазить со всех сторон.

Сказано, сделано. Как опытная путешественница, Николь помогла мне собраться в дорогу. Самолёт до Мадрида, а там поезд до Овьедо. Нам удалось снять чудесный домик на окраине города. До моря всего двадцать минут на машине.

Три дня мы просто отдыхали, гуляли по тихому городу и пробовали местные кулинарные изыски. Здесь рыба и морепродукты стоят сущие копейки. И всё свежайшее, прямо час назад бегало по океанским просторам.

А на четвёртый день мы взяли машину на прокат и покатили в природный парк Пикос-де-Эуропа. Именно там на высоте 1000 метров находятся озёра Лагос-де-Ковадонга. А нам нужно одно конкретное. К нему мы добрались уже под вечер. Но, учитывая позднее время суток решили вернуться сюда утром, а пока спустились ниже к небольшой гостинице, где и взяли номер с видом на луга с пасущимися коровами.

Утром встали готовые к подвигу и после завтрака отправились в поход. Мы вооружились треккинговыми палками и небольшими рюкзачками. До цели путешествия всего три километрами по живописнейшей природе испанской Астурии.

Несмотря на свой возраст, шестьдесят один год стукнул, я довольно бодр и иду сразу за Николь. При этом поглядываю на её крепкую фигурку и подумываю, как же мне с нею повезло. Николь сорок пять, а не скажешь. От силы можно дать тридцать с хвостиком. Только лучики под глазами выдают возраст.

— Игорь, сфотографируй меня на этой скале, — подруга энергично махнула в сторону скального выступа. Она быстро взобралась наверх, а я вытащил сотовый и попытался сделать снимок.

Нет, солнце засвечивает. Вообще хорошие фотографии получаются рано утром и вечером. А сейчас яркое солнце Астурии делает кадр белёсым. Хотя, если я обойду скалу справа и заберусь с другой стороны, то может и получится.

Через несколько минут я уже карабкался на склон горы. Достав телефон, на секунду заинтересовался непонятным свечением под левой рукой. Такое ощущение, будто часть скалы выкрасили серебряной краской и она бликует под лучами солнца. Вот только никак не могу выбрать удачный ракурс, чтобы заснять это непонятное явление. Глаза видят, а снимок не получается. Пришлось подобраться поближе.

Внезапно накатило чувство дурноты, меня бросило в жар. Всё, больше я ничего не помню, как обрезало. Миг и я сижу здесь на лавке и отупело смотрю на свинцовое небо и редких прохожих.

Глава 2

— Пахолков. Ты что оглох, Пахолков? Я к тебе обращаюсь. Пахолков, что же ты за паразит такой, утюг у меня взял и исчез на полтора месяца. А возвращать кто будет? Пушкин? И зачем мне твой студенческий? Я что из своего кармана выплачивать потерю буду? Ну что ты молчишь?

Что эта тётка от меня хочет? Её лет сорок пять, невысокая и крепко сбитая. Стоит в сером демисезонном плаще, уперев руки в бока. Такое ощущение, что собралась меня избить. Или испепелить взглядом.

— Ребята, Хвостенко, идите сюда, — это она подтянула спешащих куда-то студентов.

— Вон ваш сокурсник объявился. Разберитесь с ним по-соседски. Если сегодня же он не вернёт мне утюг, то я завтра же пожалуюсь в деканат. И удержу всё с него в тройном размере.

Я тупо смотрю на приблизившихся ребят. Обоим лет семнадцать-восемнадцать. Один высокий с кучерявыми волосами и аккуратными усиками. Второй пониже, форма глаз говорит о наличии в нём азиатской крови.

— Лёха, ты что ли? Ну привет, пропажа. Ты куда исчез? Ты в порядке?

Да не в порядке я, совсем не в порядке. Растерян и замёрз. Не уверен, что даже смогу ответить. Рот свело в судорогу. Только лупаю растерянно глазами.

— Э, да ты совсем готовченко. Заболел что ли? — меня подхватили под руки и потащили ко входу в здание. Дальше я помню только фрагментарно, меня протащили мимо бдительной вахтёрши наверх по лестнице. Потом ключом открыли дверь в комнату и наконец-то я оказался в каком-то помещении.

Мою слабую тушку сгрузили на кровать и наконец-то от меня отстали.

Я видимо уснул, потому что пришёл в себя вполне отдохнувшим и бодрым. Вот только дико хотелось пить и желудок буквально сводило от голода. Осматриваю комнату. Три койки, у каждой по тумбочке, в углу рядом с дверью умывальник. Вешалка у входа и всё. Довольно аскетично. У окна стол, за которым сидят оба моих знакомца. Один что пишет, другой просто развалился на стуле и смотрит в окно.

Кряхтя встал и подошёл к умывальнику. Забрызгав одежду, наконец-то напился. Вытерев губы, обернулся. Оба смотрят на меня со странным выражением.

— Лёха, ты наверное заболел. Может скорую вызвать?

В ответ я отрицательно махнул головой. Мне только скорой не хватало.

— Парни, есть что пожрать? А то у меня кишка с кишкой хороводы водят.

В ответ те оживились и вскоре со стола были убраны все учебники. Вместо них вскоре на столе гордо нарисовалась банка бычков в томате и пачка печенья.

— Во, всё чем богаты, — сказал тот, что повыше.

М-да, негусто. Тем более, что эти решили тоже присоединиться к пиршеству. Следом на стол водрузили бутылку портвейна с коричневой этикеткой. Мне смутно она знакомая. Ба, да это же знаменитый портвейн три семёрки или по-простому бормотуха. То есть креплёный напиток крепостью 18 оборотов. Достойная замена водке.

Мои товарищи быстро подготовили сцену. Соорудили нечто, типа бутербродов. На каждую печенюжку водрузили по две полуразваленные рыбки из банки и набулькали по полстакана портишка. Но выпить мы не успели. Внезапно открылась дверь и ввалились ещё трое лихих и нагловатых хлопцев. Начался балаган, меня активно хлопали по плечам, выкрикивали нечто дружеское, а я тоскливо смотрел на свою закуску. Я не хотел пить, но вряд ли мне дадут просто уничтожать скудную закусь и не выпивать при этом.

Первая доза скользнула в желудок, вызвав лёгкий рвотный рефлекс, и следом пошёл бутербродик. Тут же сходу пошла следующая доза. В итоге через полчаса я уже мало чего соображал. Только переводил взгляд с одного на другой.

— Лёха, берегись. Твоя Ленка вышла на тропу войны. Ей уже стуканули, что ты нарисовался, жди визита.

Ещё минут через десять я не выдержал и мой организм сдался. На пустой желудок принять полтора стакана алкоголя, это лихо. Позже ещё притащили бутылку «Таласа» и я завалился на кровать, сознание улетело на перерождение.

Пробуждение было сложным, в глаза нагло светил солнечный лучик. Но проснулся я от того, что отлежал правую руку. Продрав очи, почувствовал, что лежу на кровати не один. Сзади ко мне прижалось тело, и чья-то нога по-хозяйски придавила мой живот. С трудом выпростал ноги и сумел сесть. Односпальная панцирная кровать явно не предназначена для отдыха вдвоём. Но, к моему счастью, я спал не с мужиком. Незнакомая девица пускала слюни, некрасиво открыв рот. Байковое одеяло оказалось на полу, и я смог рассмотреть ту, с кем делил ложе. Лицо мне незнакомо, но девице не больше двадцати. Соответственно тело без признаков целлюлита и других возрастных дефектов. Трудно сказать о фигуре в таком положении. Одна грудь скрыта подушкой, зато вторая вызывающе смотрит розовым соском в прямо мне в лицо. Лифчик странноватой формы валяется у меня в ногах. Из одежды на даме только партизанские синие трусики. Решив, что хватит беззастенчиво рассматривать девушку, я встал. На мне одни семейные трусы серого цвета. Зато мой комбез валяется недалеко от кровати. Комната похожа на нашу. Те же три кровати-односпалки с тумбочками и стол. Слава богу в комнате кроме нас никого нет. Одна кровать аккуратно застелена, другая несёт следы поспешных сборов. Скомканное одеяло и дурацкая пижама в котятах и собачках. Поспешно одевшись, я тихо прикрыл за собой дверь.

Минут десять искал свою комнату. Оказывается, проснулся я на втором этаже общаги, а живу на четвёртом. К моему счастью или наоборот к несчастью, на лестнице моё тело встретила вчерашняя тётка.

— Пахолков, хорош, нечего сказать. Ты почему мне вчера не занёс утюг? Ты что же думаешь, я за тобой бегать буду? Как бы не так, я жалобу на тебя написала в деканат. Пусть там тебя пропесочат как следует.

От её противного скрипящего голоса у меня разболелась голова. А скорее всего это последствия вчерашний возлияний. Но зато тётка проводила меня до комнаты и даже открыла мне дверь, сопроводив меня словами, — совсем допился до чёртиков, даже не помнишь свою комнату. А ключ поди потерял? Учти, за утерю штраф трояк.

Я зашёл в комнату и сморщился от запаха вчерашнего пиршества. На столе лежали остатки еды и гордо возвышались две бутылки из-под вина.

— Ну, ты долго стоять в дверях будешь? Утюг неси.

Я растерянно оглянулся. А где же тут может быть утюг? Разве что тут, я только сейчас заметил небольшой встроенный шкаф у входа. Распахнув, обнаружил там верхнюю одежду, несколько пар обуви и в самом деле небольшой утюг.

— Этот?

— Этот, этот. Превратили понимаешь общежитие в балаган.

Я не стал дослушивать женщину и попытался закрыть дверь. Это вызвало ещё большее возмущение, но в конце-концом мне в руку сунули серую корочку и дама гордо удалилась, покачивая полными бёдрами.

Фух, наконец-то я остался один. Самочувствие и так не в зюзю, а тут ещё эта завхозиха. Добравшись до своей койки, я буквально рухнул в неё. Полежав минут десять, понял, что уже не усну. Мешал спёртый воздух, да и остатки пиршества тоже его отнюдь не озонировали. Тогда решил прибраться. Собрал и вынес остатки праздника. Открыв форточку, запустил внутрь свежий воздух. Так, теперь можно и попытаться узнать, кто же я собственно такой.

А вот это сюрприз. На студенческом билете вытеснены буквы. КПТИ, внутри моя фотка и расшифровка названия учебного заведения. Карагандинский политехнический институт. Не знаю, даже как отнестись к тому факту, что я уже окончил его в 1986 году. Вот только специальность другая. Я поступил на электромеханический факультет, а тут автодорожный.

Так, значит я и есть Пахолков Алексей Николаевич, 1962 года рождения. То есть этот парень на год старше меня. Тот факт, что я не в своём теле я уже принял как данность. Стоит только посмотреть на мои худые ноги и впалый живот. Я-то всегда был плотного телосложения, в институте занимался штангой, ну и фигуру имел соответствующую. С возрастом нарос жирок, превратив меня в весьма представительного мужчину солидных габаритов. А этот какой-то дрыщ-задохлик.

Так, теперь проверим тумбочку. Я выложил всё на кровать. Здесь штаны синего цвета, похожи на джинсы, но ткань более мягкая. Пара футболок, несколько трусов, носки и треники с вытянутыми коленями. Есть вязанный свитер с оленями. Всё, а вот, ещё сумочка из плотной ткани. Чем она меня порадует?

Так, проездной студенческий билет за март месяц за 2.50, оправленный в толстое оргстекло. Зачётная книжка. Вот она мне поведала побольше. Тут зачёты за три семестра, значит я на втором курсе? Паспорт, где на меня смотрит фотография незнакомого парня. Пролистав, обнаружил омскую прописку. Странно, почему я учусь в Караганде, если прописан в Омске. Зелёная трудовая книжка с двумя записями. Принят и уволен, в связи с поступлением в ВУЗ.

Здесь же кошелёк, в котором одинокий трояк бумажкой и семьдесят копеек мелочью. Не густо.

Семейное положение — холост, уже радостно. Не хотелось бы обнаружить чужих спиногрызов и стервозную жену. Все, а ещё обувь, больше похожая на дебильные кроссовки. Простая негнущаяся подошва и матерчатый верх. По размеру вроде моё.

В верхнем ящике зубная щётка с тюбиком зубной пасты «Поморин» и бритвенным станком «Нева». Тут же расчёска и полотенце. Последнее сомнительной свежести, но мне просто дико захотелось помыться. Поэтому я скинул свой комбез, взял свежую майку с трениками и пошёл искать ванную комнату. Логика подсказала, что искать нужно в стороне, противоположной лестнице.

Ну вот и она родимая, слева отсек с несколькими открытыми уборными кабинками, а справа две лавки и четыре открытые душевых кабинки. В одной явно сломан кран, в другой вода еле бежит, зато третья оказалась вполне исправной.

Учитывая, что в утренние часы общага пуста, мне никто не мешал. Я полчаса попарился под горячими струями, пытаясь смыть внутренне напряжение. Меня не отпускало чувство холода, который, казалось, проморозил меня насквозь. А когда почувствовал, что вроде отпустило, вытерся и подошёл к разбитому большому зеркалу, что приклеено к стене.

На меня смотрит худой парень, лет двадцати, может моложе. Я не любитель самолюбования, но тут простоял минут пять, внимательно изучая доставшееся тело.

Рост где-то 183, в прошлой жизни я был сантиметров на пять пониже. Парень светлой масти, волосы длинные. Их цвет ближе к медовому, глаза светло-коричневые, лёгкие скулы, губы чётко очерченные. Впечатление неоднозначное, лицо красивое. Не смазливое, не приторное, а красивое. В это понятие входит целый набор внешних признаков. Это и разрез глаз, и форма носа, и губ. Длина ресниц и ещё куча всего того, чем нас награждают родители и природа. Лично я имел простоватое лицо, уши лопушками и сломанный в случайной драке по глупости нос. Красавцем я никогда не был и девчонки сами на меня не вешались. Приходилось предпринимать определённые усилия и изобретательность.

А сейчас я вижу лицо, которое имеет некую притягательность, хочется в него всмотреться попристальнее. Из той же серии тело. Нет ничего атлетического, типа широких плечей и выпуклых грудных мышц. Бицепс не топорщит майку, шея не намекает на недюжинную силу. Но не всё так просто. На первый взгляд парень худой, но если присмотреться, то заметны мышцы. Просто они сухие, поджарые без намёка на жирок. Парень похож на стайера, у которого всё отдано выносливости.

Вернувшись в комнату, решил расчесать волосы. С ними надо что-то делать, я не люблю такие длинные лохмы. Однозначно, надо навестить парикмахерскую. Я нашёл на столе зеркало и с помощью него привёл голову в порядок. Высохший волос стал русым с золотинкой. А вот при солнечном свете цвет глаз теперь ближе к зелёному. Трансформер какой-то, ей богу. Не скоро я привыкну к своей внешности.

Теперь мне очень захотелось есть, но и выходить на неприветливую улицу неохота. Тем более у меня из одежды ни хрена кроме странного комбеза. Но рядом, насколько я помню, студенческая столовка. Одевшись, я выскочил на улицу. Покрутив головой, сориентировался. Получается, что общага находится рядом с кинотеатром Ленина. Если дворами, то столовка в пяти минутах ходьбы.

Но меня жёстко обломали. Студенческие столовые устроены по типовому проекту. Два зала внизу и два на втором этаже. Один из нижних — диетический зал.

— Мы закрыты, приходи в 12.00. Не видишь что ли часы работы?

А значит, откроют к окончанию второй пары. Ну, логично. Зато буфет открыт. Я взял два жаренных пирожка с печёнкой и стакан чаю. За всё удовольствие отдал 18 копеек. Не сказать, чтобы наелся досыта, но однозначно червячка заморил.

Когда пришли парни, я лежал на кровати и гипнотизировал потолок.

— О, Лёха, да ты молоток. Убрал вчерашний срач. А мы с Серёгой сегодня проспали, еле на пару успели. Кстати, кураторша сказал тебе зайти в деканат, сношать будут за прогулы.

Я внимательно слушаю и изредка спрашиваю. Но долго скрывать своё незнание невозможно. А тут как по заказу тот что повыше спросил:

— Лёшка, а что с тобой приключилось? Ты сильно похудел, походу скинул килограмм тридцать. Не меньше. Ты же тогда после праздников домой вроде собирался и пропал с концами. Почти сорок дней прошло.

Ну, вроде как мне подсказку кинули. Ею и воспользуемся.

— Да, только до дому я не доехал. Заболел, в Павлодаре сняли с поезда и отвезли в больничку. А там пролежал всё это время, вот три дня как выпустили.

— А что случилось то? — парни выглядят озабоченными, вроде адекватные попались.

— Да вроде менингит, врачи сами толком не поняли. Что-то с головой, но сказали, что я ещё легко отделался. Дали таблетки попить и наказали беречься полгода от переохлаждений.

— Ни хрена себе, серьёзная болячка. У нас соседский пацан подобную прихватил, так он потом на инвалидной коляске ездил.

— Да, невесело. Потому и похудел. Но то полбеды, другое хуже, — я сделал артистическую паузу, парни напряглись.

— У меня с памятью проблемы. Врачам не говорил, чтобы не запрятали в дурку. Но вот я даже забыл ваши имена. Лица помню, а как зовут нет.

— Ничего себе, а как ты учиться собрался?

— Не знаю, надеюсь, что память будет возвращаться.

В дверь сунулся сосед, но его грубо вытолкали взашей.

Пришлось нам знакомиться по новой. Женя Хвостенко, тот, что повыше. Он оказывается староста нашей группы. Серёга Уркунов, это второй мой сосед по комнате.

Парни местные, в отличии от меня. И я таки из Омска, перевёлся сюда в начале второго семестра. Причины парни не знают.

Вообще иметь место в общаге считает крутизной. Дело тут в проводимых дважды в неделю дискотеках и признаках взрослой жизни. Девчонки живут на втором этаже, парни на третьем и четвёртом. На первом административные помещения. Среди женского состава попадаются любители выпить и потусоваться с пацанами. Поэтому городские им в чём-то завидовали. Я-то это помню по студенческим временам. Комнаты давали только тем, кто жил на определённом расстоянии от города. Например, Женька из Сортировки, а это значить, что ему с автостанции пилить полтора часа. Серёга вообще деревенский, он с совхоза им. Свердлова. Ну а я к тому же с другой республики, но сейчас это значения не имеет.

Мы проговорили до вечера, а после плотного ужина в столовке я завалился спать. А парни умотали на гулянку. Но я взял с них честное пречестное, что они не проговорятся о моей болезни.

С утра я решил не ходить в институт, сегодня суббота. Завтра выходной, вот в понедельник прийду в себя и пойду сдаваться декану.

Парни умотали около восьми утра, разбудив меня шумом. Ну и я решил больше не ложиться, лучше проветрю мозги. Внезапно так захотелось движения, тело просто требовало скинуть излишнюю энергию. Это жгучее ощущение меня немного напугало, но я напялил треники, свитер, обул кроссовки и бегом спустился вниз.

Вокруг сквера, где расположен кинотеатр идёт асфальтированная дорожка. Вот по ней я сделал три круга бегом в хорошем темпе. Рабочий люд уже приехал на работу, студенты тоже умотали на занятия, поэтому прохожих было совсем мало. Я приметил небольшую спортивную площадку. Здесь расположено школьное поле, где пацаны гоняют в футбол. А среди деревьев кто-то оборудовал неплохое местечко для тренировок. Турник в центре, брусья и что-то похожее на шведскую стенку. К сожалению, я тут не единственный. Два парня занимались на турнике. Вернее, больше болтали, чем занимались. Они делали по подходу, а потом щупали друг у друга бицепсы. Вот дурачки.

Я же подошёл к брусьям, они в принципе не хуже турника, если знать как правильно отжиматься. Я знал. Тело под легким углом, ноги сведены и неторопливо со вкусом я начал опускать и подымать тело. А когда почувствовал усталость, спрыгнул. Помахал руками, сделал наклоны.

А неплохое тело мне досталось, гибкость отменная. Может парень раньше гимнастикой занимался? Я спокойно при сведённых ногах ладонями доставал земли.

— А на турнике также слабо? — я не обратил внимание, что соседи по площадке внимательно наблюдают за мной.

Ну да, возраст. Сейчас важно показать свою крутость в физическом плане.

Я подождал пока парнишка закончит свои десять подтягиваний. При этом последние он делал, извиваясь всем телом. А когда оба вопросительно посмотрели в мою сторону, я сделал шаг к турнику.

Легко уцепился и повисел немного, привыкая к перекладине. Когда тело заняло строго вертикальное положение начал подтягиваться, стараясь подбородком подняться выше перекладины. При этом я не частил, изучая возможности нового тела. После пятнадцати подтягиваний решил пошалить и сделал выход силой. В таком положении на вытянутых руках и застыл в верхней точке, а потом сорвался на вращение. Сделал три оборота солнышком и спрыгнул. С непривычки содрал кожу на ладонях, но меня порадовала та лёгкость, с которой дались упражнения.

— Не хило, спортом занимаешься?

— Да не, так для себя немного. Больше бегаю.

— А, ну так приходи. Мы здесь обычно вечером, часов в пять собираемся. Так, для здоровья с парнями встречаемся. А по воскресеньям в 8.00 футбол. Хочешь приходи.

Глава 3

На этом мы расстались, а я побежал в общагу. После душа понял, что мне требуется нормальный завтрак. И если столовка ещё закрыта, то я знаю, где можно сытно и недорого поесть. А заодно Караганду посмотрю.

Оказывается, что туфли и серая демисезонная куртка, висящие в прихожей, принадлежат мне. Так что я не совсем босяк, а только частично.

Выйдя из общаги, я повернул к институту. Основной учебный корпус никуда не убежал, стоит там же. Через площадь высится здание обкома партии. Но я перешёл на другую сторону и проигнорировав подошедший автобус, пошёл не торопясь к центру города. Погода отличная, немного свежо, но солнечно. Весна уже вступила в свои права, на деревьях распускаются почки и проклюнулась свежая травка. Но осталась ещё грязь от стаявшего снега.

Спускаюсь по Бульвару Мира, слева на пересечении с улицей Гоголя должен проживать мой давний дружок, Олежка Тунгусков. Под его домом расположено «Авиаагентство», где и работает его мамаша. Интересно бы увидеть его. Дальше по левую сторону театр «Станиславского», а с моей стороны большой гастроном. Ради интереса зашёл и прошёлся по магазину. В хлебном отделе вкусно пахнет выпечкой. Тут не только хлеб, есть и баранки. Секундная слабость и я поборол в себе желание купить парочку и сразу съесть. Не будем портить аппетит.

Дальше я перешёл по переулку на улицу Ленина. А вот и салон «Новобрачных», ещё пять минут ходьбы, и я вышел на площадь Гагарина. Сюда выходят учебные корпуса медицинского института и геологический музей. А вот и нужное мне здание. Пятиэтажная громадина института «Гипрошахт», а в полуподвальчике расположилась «Блинная». Любимое место вечно голодных школяров и нищих студентусов. Здесь можно вполне недорого и сытно поесть.

Несмотря на утренние часы есть небольшая очередь, я дождался своей и сделал заказ. Равнодушная молоденькая кассирша выбила мне две порции блинчиков с мясом и стакан какао.

Найдя место у окна, я с удовольствием начал есть. Это первая моя нормальная трапеза в новом теле. Никто на меня не смотрит, все заняты своими важными делами. Подумав, взял ещё порцию блинчиков с мёдом и чай.

Вот теперь я сыт, довольно погладив себя по животу я задумался. Перейдя дорогу, нашёл свободную лавочку в сквере и устроился на ней. С этой точки удобно наблюдать за проходящими людьми и машинами на проезжей части. Вот перебежали дорогу школята. Это они смылись с урока, сейчас навернут по порции блинчиков и гордые своим рискованным авантюрным поступком вернутся в школу.

А вот девчонки в плащах торопятся на пару. Судя по белым халатам, мелькающим при движении под плащами — это медички.

Неторопливо прогуливается с собачкой пара пожилых людей. Движение автотранспорта непривычно мизерное. Личных автомобилей совсем мало. В основном общественный транспорт и служебный. Вскоре мои мысли потекли в сугубо рациональную сторону.

Я оказался в другом теле и, возможно, это надолго. Что произошло со мной там, в испанской Астурии я не знаю. У меня абсолютно нет информации на этот счёт.

На моё счастье, я оказался в своём родном городе и учусь в своём институте, который я уже, вроде как, окончил 38 лет назад. Да, давненько это было. И я многое позабыл. Многое, но не всё. Но у меня есть три проблемы.

Первая — это незнание обстановки в институте на новой для меня специальности.

Вторая — не понимание кто я такой и какая у меня была личная жизнь до этого? Кто мои родители и почему я очутился почти за тысячу километров от дома?

Ну и на закуску, у меня нет денег. Трояка хватит от силы на неделю. Стипуха мне пока не светит, её не платят неуспевающим и прогульщикам. Обратиться за помощью к родителям, так я их не знаю. А вдруг я детдомовский. Или разругался с предками в пух и прах.

Проблемы серьёзные, но решаемы. Главное не паниковать, первым делом нужно восстановиться в институте. Я не хотел его бросать, иначе да здравствует Советская армия и бессмысленное прозябание 2–3 года в её доблестных рядах. У меня всегда вызывало улыбку заявления тех, кому пришлось отслужить. Особенно мне нравились вот эти шедевры, «Кто не служил, то не мужчина», «Армия — школа жизни».

Может быть, были ребята, которые приобретали в армии нужные специальности. Это в основном деревенские. Ничего позорного нет, в том, чтобы отдать долг Родине. Но это для меня, это просто потерянные для жизни года. Когда сверстники уже перешли на третий курс института, ты только гордо в парадном прикиде с шикарным дембельским альбомом под мышкой возвращаешься домой в надежде, что все девки твои и ждут не дождутся на перроне ж/д вокзала.

Правда, если ты не хочешь пыхтеть пять лет в институте и потом жить на зарплату мастера или младшего научного сотрудника, то послужить-таки придётся.

С утра я вместе с ребятами отправился в институт. Только у них первая пара во втором корпусе, а мне в главный. Народ торопится и разбегается по аудиториям, а вот я иду не торопясь, изучая надписи на дверях. Пришлось даже спросить, где находится деканат АДФ.

В приёмной сердитая девушка-секретарь на секунду отвлеклась от своей игры на печатной машинке, потом скорчила недовольную физиономию и нырнула в кабинет декана.

На табличке значится его имя — «Декан АДФ Свечников Алесандр Трофимович».

В приоткрытую дверь слышу приглушенный разговор, потом девушка вернулась и недовольно буркнула мне, — заходи.

При этом принялась раздражённо накручивать диск телефона.

Декан оказался мужчиной средних лет. Ранняя залысина и тени под глазами говорили о том, что он сильно страдает на ниве просвещения.

— А, Пахолков! Явился не запылился. Ну рассказывай, какими путями к нам?

Мне не с руки сориться с этим желчным мужичком. От него зависит, продолжу я обучение или вернусь домой. А раз уж я приехал сюда, значить были причины.

— Александр Трофимович, заболел я. В Павлодаре пролежал полтора месяца, вот недавно только сбежал.

— В Павлодаре? А чего не в Алма-Ате или не в Ленинграде? - съязвил тот.

Ну я и преподнёс скорректированную обкатанную версию своего заболевания.

— Угу, а что и справочка имеется?

— Откуда? Говорю же сбежал, не хотели выписывать.

— Заливаешь ты мне, Алексей, — потом декан встал и прошёлся вдоль кабинета.

— Хотя, помню тебя осенью на картошке, ты сейчас сильно похудел.

— Так и я о чём. Килограмм тридцать скинул за время болезни.

— Ну не знаю, Пахолков. У тебя задолжности по предметам и ваш куратор жалуется на тебя. Дисциплинка хромает у Вас батенька. Да и на лекциях мешаешь преподавателям. Из общежития вот телега на тебя пришла.

Блин, вылазит мне боком чужая расхлябанность.

— Ладно, я вижу, что ты изменился. Давай так, к весенней сессии ты должен погасить задолжности. Я допускаю тебя к учёбе, но смотри. Одна жалоба на тебя и полетишь со свистом из института.

Фух, ну с этим хоть разобрались. Тут же в коридоре переписал расписание занятий нашей группы. Завтра первой идёт семинар «история партии», самый нужный в жизни предмет. Без него просто никуда.

Утром заварили с помощью маленького кипятильника в банке чай. Пока он заваривался, одевались. Потом торопливо сбежали по лестнице вниз.

Аудитория маленькая, на семинаре присутствует только наша группа. Серёга сразу утянул меня на третий ряд к окну. А Женька важно сел на первом ряду с журналом посещаемости, как знаком своей власти. В аудиторию входили одногруппники и приветствовали меня. Как я понял, Лёха Пахолков тут довольно популярная личность. Серёга объяснял мне кто есть кто, а я постарался запомнить. В группе 26 человек, среди них всего четыре девчонки. Внешне они не ах, поэтому парни к ним и не лезли. Ну а девы, в свою очередь, делали вид, что их интересуют исключительно подружки. В группе несколько старшаков. Это те, кто поступили после армии. Таковых пятеро. Остальные наши одногодки, то есть окончившие школу два года назад.

Молодая женщина преподаватель быстро вошла в класс. Я даже не ожидал, что она сразу обратит внимание на мою особу:

— О, какие люди к нам пожаловали. Сам Пахолков собственной персоною. Каким ветром к нам? Или решил за ум взяться?

— Серый, а чего это она на меня вызверилась? - пригнулся я к соседу за разъяснением.

Серёга тоже шёпотом поведал, что я постоянно шпынял молодую женщину, задавал идиотские вопросы и регулярно срывал ей занятия.

Ага, да я ещё та сволочь. Пользовался её неопытностью и подымал за счёт этого свою самооценку. Или самоутверждался таким способом. Ненавижу таких типусов.

На сегодняшнем занятии я не дыша сидел как мышка и преданно ел глазами прохаживающую вдоль окна преподавательницу. А она рассказывала про четвёртый съезд РСДРП. При этом молодая женщина подозрительно отслеживала мои действия. Видимо привычно ожидала подлянки. А когда пара кончилась, она попросила меня остаться.

Стараясь не пялиться на симпатичные выпуклости, оттягивающие её кофточку, я скромно устроился напротив неё.

Женщина сердито переложила несколько тетрадей и наконец посмотрела на меня, — Пахолков, я не знаю, где ты шлялся, но у тебя задолжности с конца февраля. На занятия ты не ходил, и мне просто интересно, как ты собираешься получать зачёт по итогам семестра?

Мне показалось лучшей тактикой показать себя на контрасте. Если я был самовлюблённой хамоватой личностью, то сегодня одену маску воспитанного пацана, пришибленного непростыми обстоятельствами.

— Алёна Дмитриевна, я просто провалялся в больнице всё это время. Деканат в курсе дела, поэтому и допустил меня к занятиям. Если возможно, подскажите пожалуйста, как подготовится к зачёту.

Мне даже самому захотелось прослезиться от своих слов. Молодая и неопытная женщина не смогла сопротивляться опытному шестидесятилетнему специалисту по человеческим отношениям. Она несколько минут выискивала в моём лице насмешку. Но я смотрел так, что кот из мультика про Шрека, заплакал бы от зависти к моим артистическим способностям.

Её лицо неожиданно смягчилось и передо мне оказалась просто симпатичная молодая и немного наивная особа.

— Ну, прости Лёша. Я же не знала, что ты серьёзно болел. Давай тогда так. Я дам тебе материал, который ты мне должен будешь сдать до середины мая. Тогда я поставлю тебе зачёт. Ты можешь зайти на кафедру после четвёртой пары? Я подготовлю список тем.

Я поблагодарил преподавательницу, заверил её в своём усердии и побежал на следующую пару, которая должна начаться уже через три минуты.

Блин, а мне ещё бежать во второй корпус.

На мое счастье, сейчас лекция по высшей математике и присутствует весь поток, то есть все три группы. Лектор не мешал нам с Серёгой шептаться об одногруппниках и вообще об учёбе.

Такое ощущение, что лектор работает исключительно на себя. Он увлечённо рисовал на доске формулы, доказывая заковыристую теорему Коши. А народ занимался чем угодно, но только не математикой. Девчонки по соседству мазюкали друг друга тенями для глаз. Пацаны играли в морской бой, на задних рядах особо отвязанные даже рубились в карты. Ну а Серёга посвящал меня в мир одногруппников. Сам Уркунов по окончанию учёбы собирается вернуться в родной совхоз, где его отец трудится начальником мехмастерских. Ему уготована должность главного механика или завгара.

Женьке Хвостенко повезло больше, он из небедной семьи. Его маман заведующая универмагом, поэтому Евгений всегда хорошо одет. Зачастую в импорт. Я узнал за эту пару, вкратце кто чем дышит. Отдельная тема про меня родимого. Судя по всему, я был из породы баловней судьбы. Язык подвешен неплохо. Серёга уверяет, что девки ко мне липнут со страшной силой. А ещё я играл на гитаре и знал много современных песен. В сентябре на уборке картошки я был очень даже популярен, благодаря этой самой гитаре.

Кстати, а что-то я её не видел в комнате. Серёга ответил, что я сам её унёс накануне отъезда. Может отдал кому-нибудь?

Учёба тоже мне давалась легко, у меня были способности к черчению и мою курсовые всегда приводились в пример. Не за содержание, за оформление. Это, кстати, информация немаловажная, надо подумать на предмет возможной подработки.

После второй пары наступил длинный перерыв, и все рванули в столовую, что рядом с учебным корпусом. Я тоскливо пошебуршил в кармане мелочью и попытался отговориться отсутствием аппетита. Но выручили ребята. Оказывается, желающие сдавали деньги на комплексное питание. Платили через студенческий профком сразу за весь семестр, обходилось значительно дешевле. К сожалению, я не участвовал в этом мероприятии. Но один наш одногруппник, родом из Балхаша, вынужден был уехать по семейным делам. Вот я вместо него и поел. Теперь как минимум на десять дней у меня есть полноценные обеды.

В комплекс входила тарелка супа, порция мяса с гарниром, пирожок с непонятным содержимым и компот. Не ресторан, но вышел я вполне довольный. Вроде жизнь понемногу налаживается.

И какой идиот после сытного обеда поставил физкультуру. Я попёрся в спорткомплекс.

Да, давненько я тут не был. Вестибюль, кабинеты завкафедрой и начальника спортклуба «Буревестник». Раздевалки и вход в большой зал. Обычно тут натянута волейбольная сетка, но сейчас вместо неё сеть для большого тенниса. Малый зал встретил меня стойким запахом пота. Здесь когда-то и я занимался штангой. По-прежнему сиротливо стоит помост, в углу громоздкий универсальный тренажёр и несколько скамей для жима лёжа.

Переодевшись в чмошные треники и неудобные кроссовки, я дал себе слово найти нормальную спортивную форму. Мне нравилось заниматься зарядкой по утрам, но для этого нужна соответствующая одежда.

Из нашей группы присутствовала только половина. Все, кто занимался в спортивных секциях, были освобождены от занятий в общей группе. Допустим Серёга с Женькой ходили вечерами на волейбол. Ещё был популярен настольный теннис и бадминтон. И, конечно, имелись сачки, которые приносили справки об освобождении от занятий.

Смутно знакомый тренер вывел нас на улицу и дал команду пробежать пару кругов вокруг футбольного институтского поля.

Я думал, что съеденный обед полезет назад, но вроде ничего. Через несколько минут я с удовольствием сделал три круга и начал разминку. В это время остальные полубежали, полушли по асфальтированной дорожке.

— Привет, бегом занимался? — ко мне подошёл средних лет тренер в синем спортивном костюме и секундомером на груди.

— Нет, просто люблю бегать.

— Понятно, меня зовут Сенькин Владимир Алексеевич. Я тренер по лёгкой атлетике и предлагаю тебе записаться в нашу университетскую группы. Как смотришь на это?

— Ну, не знаю. А как часто ваши занятия?

— Тренируемся мы в лёгкоатлетическом манеже, два раза в неделю. С 17.00 по два часа. Если хочешь, приходи завтра. Захвати только подходящую одежду.

— Я подумаю. Просто я недавно болел и ещё не пришёл в форму.

Вообще-то я не собирался тратить время на спортивные секции. Но вечером Серёга Уркунов меня убедил просто сходить и посмотреть.

— Лёха, зря отказываешься. Раз уж Сенькин пригласил, то лучше соглашайся. Он серьёзный мужик. Если у тебя покатит, то будет подкидывать спортивную форму. А осенью вместо стройотряда или картошки поедем на спортивную базу в лес. В этом году нашу волейбольную команду обещали в полном составе туда отправить. Ну кто сессию сдаст, конечно.

Я недолго думал и на следующий день пошёл на первую тренировку.

Женька презентовал мне свою старую спортивную сумку, куда я и закинул спортивку. Манеж находился в парке, сразу за новым зданием цирка.

Переодевшись, потащил сумку с вещами на беговую дорожку. Наши институтские уже здесь, Сенькин прохаживается и разговаривает с высоким и крепким парнишкой. Увидев меня, сразу отправил на пробежку, сумку я оставил около него.

Пять кругов трусцой даже не заставили сбить дыхание. Потом я вместе с ребятами позанимался растяжкой, мы повисели на шведской стенке. Рядом стоят знакомые мне отечественные тренажёры на несколько групп мышц.

Прыгуны и спринтеры отправились приседать со штангой. Наиболее продвинутые ставили сотку блинов и с помощью товарищей приседали.

— Алексей, сегодня посмотрим, к чему ты тяготеешь. Давай с ребятами на 200 метров.

После тренировки шли назад все вместе. И дойдя до цирка начали разделяться. Я в одиночестве пошёл на остановку к ЦУМу, но вспомнив, что проездного у меня нет, пошёл пешком напрямки.

Тренировка, конечно, слабенькая, и великого спринтера из меня сразу не получится. В спринте работают белые крупные волокна мышц, особенность которых — быстрое сокращение, то есть взрывная сила.

У спринтеров и питание, и тренировки особые. Они работают с большими весами. А вот середняки и бегуны на длинные дистанции больше работают со своим весом. Если короче, то наматывают километры, вырабатывая выносливость. Мне кажется, что последнее мне ближе. Да и тренер сказал, что на следующей тренировке я присоединюсь к ребятам, которые бегают 800 и 1500 метров.

Через два дня мы с двумя парнями выбежали на кросс по парку. Шеф отправил нас сразу на пробежку, через полтора часа мы вернулись.

Мне трудно сказать определённо, но пока бежали, немного познакомились. Саня занимается три года и специализируется на средних дистанциях. Ертай всего второй год занимается бегом, но шеф говорит, что у него талант. Так вот, когда мы подбегали к манежу, ребята заметно умотались, а вот я совсем свеженький. Мог бы спокойно ещё столько же пробежать.

Мне приходится оставаться после занятий и тащиться на отработку. Благо, не все преподаватели были особо принципиальные. Некоторые просто предлагали поработать на благо кафедры. Ну, здесь глупо отказываться. Как правило приходилось перетаскивать столы, скоблить полы и красить пошарпанные аудитории. Таких как я отработчиков немало.

Самое интересно произошло на военной кафедре. Она находилась на Фёдоровке, на самой окраине города, рядом с Фёдоровским водохранилищем. Нас заставили ремонтировать гараж.

Какие-то балбесы из курсантов, находясь в дежурстве по парку, решили покататься на ЗИЛ-130. Благо ключи висели на доске у дежурного. Вот они завели самосвал, и начали двигать тяжёлую машину вперёд и назад в пределах гаража. Ну, малёхо не рассчитали и долбанули задницей стену. Рядом в классе по соседству шло занятие по артподготовке. Какое же было удивление у преподавателя майора, когда он живописно рассказывал о случае в полку, в его бытность службы на китайской границе. И вот он, размахивая руками, передавал свои эмоции, когда узкоглазые агрессоры обстреляли нашу территорию. Студенты сидели, открыв рты и вдруг сильный удар, угол класса разошёлся и все остолбенело уставались на огромную трещину.

Случился изрядный скандал, виноватые автоматически попали в число тех, кто занимался ремонтом класса. Ну и моя милость в том числе, как злостный прогульщик.

Ленинский субботник прошёл как положено. Группа почти в полном составе собралась у второго корпуса. По всему городу транслировали бравурные песни о том, что Ленин всегда молодой. А лично мне это придало хорошего настроения. Сразу вспомнил молодость и все пикантные моменты, связанные с этим праздником. Народ терпеливо ждал, когда самые упёртые закончат убирать мусор, граблями и мётлами наводить порядок на отведённом нам участке. Погода просто прекрасная, выходной день, что ещё нужно, чтобы достойно отметить праздник? Наиболее прогрессивная часть уже намыливалась отмечать день рождение вождя, другие просто хотели побыстрее слинять домой.

Я же оказался в третей когорте. Бухать желания нет, а дом у меня — это комната в общаге. Правда намечается один интересный вариант. Некая девчонка с факультета ТСП (сварщики) предложила перекантоваться у неё. Там собираются любители пошуметь и попортить соседям настроение. Понятие не имею, было ли у меня с ней нечто-то общее. Но в целом девчонка симпотная, а торчать одному весь вечер скучно. Пацаны на выходной сваливают домой, оставляя меня одного.

Вот же ядрёна вошь, ведь практически не пил. Так, приголубил стакан вермута. Но на хрена я решил повыделываться?

Девчонка жила на 26-м квартале в доме, где расположено известное в некоторых кругах кафе «Аэлита». Родаков дома не было, собрались её одногруппники. Я никого не знал. Сначала всё шло пучком, сели за стол. Честно говоря, я отвёл душу. Соскучился по домашней еде, и весьма нескромно накинулся на снедь. Потом включили магнитофон, и мы устроили танцы, пригасив свет. Хозяйка квартиры Ольга, которая меня и пригласила, активно прижималась ко мне всеми своими женскими особенностями. При этом вызвав некую неловкость в определённой части моего организма. Я даже начал подумывать, куда бы её уволочь, дабы скинуть излишнее напряжение.

Неожиданно народ стал требовать от меня спеть.

Чёрт, я же и забыл, что вроде умел играть на гитаре и петь. Когда притащили семиструнную гитару, я струхнул. Народ немного подпил и требовательно стал требовать исполнения «пластилиновой вороны».

Ситуация патовая, у меня в руках абсолютно незнакомый инструмент и народ уже напевает слова из известного советского мультика «А может и ворона…»

Я просто положил руку на деку, как пальцы вдруг ожили. Правая рука прошлась по струнам, а левая сообразила аккорд.

Дальше мы истерично напевали знакомые песни, благо народ знал слова. А мне оставалось только не мешать рукам действовать автономно. На песне группы «Карнавал» вернулись Ольгины родители и мы оперативно разошлись.

До общаги двадцать минут неторопливым шагом. Я решил проветрить голову. От выпитого слегка мутило. Подушечки пальцев с непривычки немного саднят. Мои пальцы явно не привыкли к такому издевательству. Наверное, я нерегулярно играл. И вообще очень непривычное чувство, когда тело действует автономно от мозга.

Не меньше непоняток с моими успехами в беге. Тренер выставил меня в кроссе на дистанцию три километра, и я пришёл первым, выбежав из 10 минут. В официальном забеге участвовали студенты ВУЗов нашего города. И это, между прочим, результат II взрослого разряда. Не знаю, насколько хорош результат, но шеф возбудился. Правда, как я понял, бежали не легкоатлеты, а непрофильные спортсмены.

Из положительного, он подогнал мне спортивные трусы и майку с символикой «Буревестника». А также шиповки со сменными шипами и ключом для них.

Вот сейчас я медленно бреду домой и пытаюсь понять. Что же со мной приключилось и какие ещё сюрпризы мне принесёт моё новое тело?

Глава 4

Двухкилометрового диаметра шар малой торговой станции третьего поколения висел на дальней орбите обитаемой планеты. Космическая станция относилась к проекту «Верно-3». Эти станции уже не используются в системах Содружества. Но их очень любят использовать в дальнем Фронтире торговцы, пираты и всяческие сектанты. В первую очередь за надёжность. Станция собиралась из стандартных модулей за короткое время. Она была совместима с другими модулями более современных поколений, за что и получила такое распространение.

Раз в три часа станция делала оборот вокруг планеты. Та относилась к земному типу и в своё время её заселила древняя раса «Сеятелей». Последнее упоминание о встречах с её представителями относится к третьему тысячелетию после Большой Войны. Тогда гуманоидная цивилизация, населявшая этот рукав галактики, столкнулась со смертельным врагом, расой инсектоидов. Паукам не нужна была территория, им нужна была пища для размножения.

Разумные гуманоиды тогда победили, но война практически разрушила цивилизацию. На её останках и возникло Содружество независимых государств. Постепенно они восстановили свои позиции, а паукообразные исчезли в глубинах вселенной. А вот следы «Сеятелей» встречались часто. Эта удивительная раса считала своим долгом проводить терраформирование безжизненных планет и создавать на них разумную жизнь. Подобные планеты находили не только в далёком Фронтире, но и в неисследованных уголках космоса.

Планете Z+3141 даже не стали присваивать собственное имя, только цифровой код. Но на ней тоже нашли жизнь. Гуманоидная цивилизация достигла уровня производства стали. По человеческим меркам это раннее средневековье. Исследовательский корабль выбросило в этой системе из-за сбоя в системе гипердвигателя. Его могло выбросить в пылевой туманности или среди метеоритного поля. Но видимо боги были на стороне отважных.

Пока шли ремонтные работы на корабле, учёные сбросили на планету бот с научным оборудованием. Исследование планеты показало наличии на одном из континентов стратегических залежей особо ценной руды. Минерал «вестелий» относился к группе, редко встречающихся свободном состоянии в природе. Как правило минералы существуют в виде соединений. А тут обнаружили залежи чистого минерала. Его уникальность в свойствах сверхпроводимости. То есть область применения его необычайно широка. Это и в системах гиперсвязи, и в движках, позволяющих совершать перемещения космических аппаратов в гиперпространстве, и в вооружении космических кораблей.

Сразу несколько крупнейших корпораций изъявили желание поучаствовать в разработках недр этой планете.

Но правительство Аратана, чей корабль и обнаружил планету, решило не разрушать привычный уклад жизни аборигенов и вести добычу щадящими средствами. Параллельно научные экспедиции приступили к изучению местной цивилизации. Таким образом космическая станция и стала единственном форпостом цивилизации в этом регионе.

Добыча велась скрытно, а местных феодалов элементарно подкупили благами сверхцивилизации. Князья и царьки, на чьей территории обнаружили ценный минерал, получили доступ к технологиям цивилизации, которая опережала местную на несколько тысячелетий.

Медицинские капсулы возвращали им молодость и здоровье, а также их близким. Для корпораций это были всего лишь незначительные затраты энергии и медицинских картриджей, а также труд квалифицированных медиков. А для аборигенов — к ним спустились полубоги и царьки охотно разрешали вести разработку недр на своей территории. Ну, это те, кому повезло родиться на залежах ценного материала. В последнее время популярным стало заказывать у пришельцев из космоса необычных слуг. Это могли быть совершенные воины, идеальные любовницы или гениальные музыканты.

— Рантиса, мне не нужны эти два куска перемороженного мяса. Ты можешь закрыть заявку для нашего великого и несравненного Навусранасоха VI? Этому придурку захотелось иметь в своей свите могучего воина, способного сокрушить всех его врагов. Нужно заложить в проект способность к пирокинезу, дабы он мог поражать врагов огнём. Это обязательное условие. Остальное по стандарту лёгкого планетарного десантника.

Девушка склонила голову и получив разрешение вышла.

Проклятый Босх. Начальника научной секции Рантиса ненавидела всеми фибрами своей души. Она, медик шестого ранга, вынуждена сидеть на этой вонючей станции и терпеть его придирки. И всё из-за незначительного служебного проступка, который поставил крест на её планах переселиться на столичную планету. Всего лишь не углядела сопроводиловку к направлению раненного офицера флота. Вместо стандартной процедуры лечения она направила его на излечение по курсу для элиты. Аудитор обнаружил нарушение и затраченные на это дорогостоящие картриджи повесили на неё.

Да всё бы ничего, но этот лейтенантик чем-то насолили контр-адмиралу восьмого флота республики. Наверняка переспал с его блудливой жёнушкой. Вот рогоносец и обозлился. Рантиса же просто попала под раздачу.

Здесь на станции она находится уже третий цикл. И если бы не общество Эйгера, главного инженера ремонтных доков, то она бы просто сошла с ума. С мужчиной она встречалась раз в несколько дней и это придавало ей силы жить дальше. Надо продержаться в этой дыре ещё два цикла. И тогда прощай проклятая система, её ждёт цивилизация с её благами.

С этими порталами, созданными таинственными «Сеятелями», учёные так и не смогли разобраться. Эта раса заселяла безжизненные куски камня, оставляя на них свои маяки. Вот с этих то маяков иногда и приходили подобные сюрпризы. Недавно на планетарном маяке, с небольшой разницей во времени, пришли два сигнала о сработке портала. Группа научников эвакуировала из портальной зоны два тела. Одно было изуродовано, целым остался только мозг. У другого наоборот, необратимое повреждение лобных долей мозга при относительно небольших повреждениях тела.

Оба тела поместили в анабиозные ванны. Утилизировать их не даёт пункт седьмой декларации о правах гуманоидов. А вот Босх придумал, как использовать обе тушки с пользой для дела.

Шестой ранг медика позволяет проводить любые операции с органикой. А тут всего лишь операция по замене мозга.

Ещё на подходе к медсекции Рантиса начала отдавать приказы через нейросеть. Шустрые меддроиды приступили к подготовке двух медкапсул для операции. Она займёт пять часов, собственно, всё сделает искин медсекции. Главное разработать проект. На него у девушки ушёл ещё один час. Это с учётом небольшого отдыха. Напоследок она проверила последовательность хирургического вмешательства и лечения врождённых и приобретённых заболеваний. После завершения операции по замене мозга, кибердоктору предстоит совершить плановые внедрения модификаторов в тело. Это абсолютно стандартная процедура по линейке подготовки планетарных десантников. Укрепления костного каркаса, двухкратного увеличения мышечной массы, укрепление кожного покрова и многое другое, включающее заливку стандартных обучающих баз. В дополнение остаётся только внедрение небольшого источника питания и вывод через пальцы энерго каналов, позволяющие производить выплеск пламени.

От работы девушку отвлёк вызов, — привет, Эйгер. Ты уже освободился?

Сегодня Рантису пригласил её друг, провести время в стационной зоне отдыха. Там открыли новый ресторан, можно посидеть и забыть про невезение, преследующее девушку последнее время.

Закончив дела, она скинула команду искину начать процедуру подготовки для операции и вышла из медсекции. Надо ещё привезти себя в порядок, на друга сегодня у девушки особые планы.

— Ну ты видел это сучку? Вон опять побежала на случку со своим хахалем.

Два молодых парня сидели в рабочей столовой и лениво ковыряли свои порции, полученный из дешёвого пищевого синтезатора.

— Везёт же этому придурку, такую девку захомутал.

— Точно, а помнишь, как она меня отшила. А я ведь всего лишь поинтересовался её настроением.

— Да она с такими как мы не общается. Говорят её сослали на станцию за ошибки в работе.

— Да какие там ошибки, скинул медискину задание и иди спать.

— Не скажи, там всё завязано на страховке. Ежели, допустим, она у тебя не покрывает восстановление конечностей, то ты получишь всего лишь протезы.

— Вот сволочи, совсем наплевать на таких как мы.

Оба парня трудились техниками на станции. Только один станционным, а другой специализировался по ремонту малых судов.

— Слушай, а давай ей подосрём. Я слышал краем уха, как наш главный научник поручил ей восстановление чье-то тушки. Она уже слиняла и медсекция пуста.

— А как мы туда попадём и кто даст нам доступ к кибердоктору?

— Не боись, я же станционнщик, у меня есть допуск ко многим помещениям. А медискин туповат, медкапсула рассчитана на то, что к ней получит доступ примитивный дикарь. А мы то с тобой не дикари.

Вскоре оба деятеля успешно попали в стерильное помещение медсекции.

— Ни хрена себе, посмотри, что происходит.

— Да, меня сейчас вырвет.

За стеклом медкапсулы наноботы разобрали человеческое тело, оно напоминает препарированный кусок мяса и сейчас продолжается операция.

Один из шутников подошёл к монитору. Там горела индикация проходящих процессов. Периодически меддроиды оживали и меняли картриджи с необходимой органикой и лекарствами.

— Прикинь, здесь точно всё для идиотов. Вот сейчас из этого куска мяса выращивают крутого бойца, посмотри.

Они оба с интересом стали изучать меню модификаций.

В самом деле пиктограммы давали представление о происходящем.

— Вы действительно хотите внести изменения в проект, — надпись на экране запульсировала красным.

— Конечно хочу, слышь, сейчас мы этой суке устроим свидание.

Оба заржали, — давай меняй вот этот пункт, прикинь — это оказывается «Воин света». А в натуре обычный тупой громила -десантник.

— Жми сюда, выбирай это чучело. И название подходящее, «Шут королевский». Прикинь, она его подымет, а там вместо здоровяка со стальными мышцам, шут с длинным носом и ушами как у пурко волосатого. Представляешь морду этого дикаря, когда его бодигард, который должен пачками врагов ему под ноги укладывать, вдруг начнёт перед ними танцевать церемониальный танец. Ведь по окончании операции искин медсекции зальёт болванке гипнопрограммой необходимый знания. Вот этот получит знания, как смешить народ.

Смеясь, парни ещё потыкали в незнакомые значки и подтвердив зелёной кнопкой изменения вышли из медсекции.

Сразу после их ухода ожил меддроид и начал менять расходные картриджи на другую линейку.

— Как же это? Что это такое? — Увиденное на экране медкапсулы заставило Рантису окончательно проснуться. Вчера она неплохо провела время со своим дружком и на ночь осталась у него. А утром сразу направилась к медсекции. Медискин приветливо отчитался о выполнении всех задач. Смутил только отчёт о расходных материалах, девушка недоумённо просмотрела перечень. Потом подошла к капсуле и активировала открытие защитного стекла.

— Что это за шутки. Это совсем не мой проект, — медик быстро проверила логи и ход операции. Ну да, кто-то вмешался на этапе внесения модификаторов. И на выходе вместо здоровяка десантника с огненной дланью у неё в капсуле спит худой парень.

В панике Рантиса связалась со своим другом. Эйгер ответил сразу и терпеливо выслушал девушку, — так, успокойся. Криками здесь не поможешь.

— Эйгер, да меня Босх с дерьмом смешает. Он только и ждёт от меня малейшей ошибки. А тут значительный перерасход расходных материалов и наш местный тиран получит вместо воина, обычного шута.

— Подожди, а этот организм ещё живой?

— А что ему сделается, оперативное вмешательство такого рода давно отработано до мелочей.

— Ну тогда добейся нужного результата. Нет, десантника уже сделать не получится. Сделай так, чтобы это тело хотя бы могло нормально двигаться. А я подумаю, что можно сделать.

Постепенно девушка успокоилась и дала задание искину провести полное обследование лежащего внутри организма. Вскоре перед нею лежал отчёт.

Ну, хоть тут всё в порядке. Конечно, этот задохлик не похож на грозного нагибателя вселенной, но работа сделана качественно.

Проект значительно изменён. Теперь в тело внедрены даже более качественные материалы. Костяк должен был стать прочнее на 70 % за счёт специальных добавок. А сейчас кости полностью заменены на искусственные. В результате они вышли легче и прочнее. Мышцы в основном синтетические, нервные волокна тоже заменены на искусственные. В целом такое ощущение, что это проект летающего человека. Он потерял не меньше 30% веса, связки стали прочными и эластичные, что должно позволить ему легко гнуться во все стороны. Кулаком ломать пластобетон он не сможет конечно, но в принципе получился просто шустрый такой индивидуум. При операции его организм избавился от своих болячек и теперь парня можно назвать полностью здоровым.

— Ну, показывай красавца, — Эйгер отпросился у начальника, сказав, что плохо себя чувствует и ляжет в медкапсулу пролечиться.

— М-да, урод конечно. Ты можешь его поднять?

— Думаю да, как только пройдёт действие лекарств, он очнётся. Но я не представляю, что у него с мозгами. Мы же получили два трупа, а что сейчас предстанет перед нами — не понятно.

— Ладно, я тут захватил для него обычный десантный комбинезон, надо же его одеть. Не в больничном же отправлять. Давай, подымай его.

Когда поднялась рука и выдернула голое тело из недр медкапсулы, Рантиса вздрогнула. На неё смотрят два глаза и в них нет разума, вернее он как у только что родившегося ребёнка. Мужчина попытался встать и не удержался на мокром полу, упал.

— Так, давай его помоем, что-ли. А то он весь в этом липком растворе.

Комбинезон Эйгер подогнал по фигуре пациента, — ну всё. А что это он у нас качается и руками машет?

— Не знаю, наверное остаточные рефлексы. Сейчас, подожди.

Девушка метнулась в соседнее помещение и после недолгих поисков нашла искомое. Это был её старый браском. Подросткам нельзя ставить нейросеть до достижения 18 лет. И для обучения используют подобные браскомы. Он служит органайзером и личным помощником. Рантиса его использовала для прослушки музыки и просмотра видеоконтента. У неё там была собрана довольно приличная коллекция. И ещё на браском в отдельную папку девушка скинула информацию с того накопителя, что был обнаружен в одежде одного из пострадавших. Рванину утилизировали, а древний накопитель Рантиса оставила из любопытства. Там была музыка, поначалу даже было интересно смотреть странные клипы, потом надоело. Примитивно, без привычных эффектов. Но всё это девушка скинула на свой старый браском.

Подойдя к парню, медик осмотрела его уши и вытянув руку прикрепила к мочке одну клипсу браскома. Другую приложила к основанию черепа. Парень дёрнулся, да это не очень приятно в первый раз. Ничего, зато он сразу перестал бессмысленно покачиваться. Значит браском занял его мозг чем-то познавательным. Сейчас идёт подстройка продвинутого девайса под индивидуальные особенности организма.

Подумав, она сунула во внутренний карман комбинезона брусок лазерного голографа. Эта игрушка для создания голограмм увлекала её в детском возрасте. Он был привязан именно к этому гаджету, поэтому нет смысла его оставлять себе.

Дальнейшее было делом техники. Передача грозного воина заказчику состоялась недалеко от рабочего портала маяка, откуда и прибыли некоторое время назад две некондиционные тушки. Ну и по «чистой случайности» этот «воин света» оказался совсем близко к рабочему контуру. И сработала идея Эйгера.

Ведь если портал сработал на два этих тела и перебросил их на другой конец галактики, то почему бы ему не сработать на них ещё раз.

Серебристая вспышка и капризный князёк растерянно смотрит на растаявший силуэт. Ну, как говорится бог дал, бог взял. Кто он такой, чтобы противится всевышнему. Знать, прибрал к себе своё создание.

А вечером любовники отмечали удачно проведённое дельце. Начальство съело вариант с глюкнутым порталом древней расы и закрыло дело, списав расходы в статью непредвиденных.

— Как думаешь, куда его забросило? В место исходной отправки?

— Да кто же это знает, я вообще не уверен, что этот парень вернётся в живом виде. Портал явно барахлит, — мужчина ещё секунду подумал, а потом улыбнулся:

— Да, слушай, я вычислил твоих обидчиков с помощью системы наблюдения. Их было двое, низкоранговые техники из тех, кто всем и всегда завидуют. Предлагаю тоже с ними немного пошутить. Как думаешь, красавица, если у них СБ чисто случайно обнаружит нечто запрещённое. К примеру, контрабанду с планеты. Им понравится?

— Надеюсь, займись этими шутниками. Тогда я почувствую себя отомщённой.

Глава 5

Как нельзя остро встал вопрос с деньгами. Если обедами меня кормили, то ужином угощали соседи по комнате. Серёга привозил после побывки из дома картошку и банки с засолками. А Женьке мать давала по несколько палок сырокопчёной колбасы. В магазине покупали баклажанную икру и мы устраивали пиршество. Ввиду того, что я падал товарищам на хвост, готовку я без напоминаний брал на себя. Можно было готовить на общей кухне, где имелось две электроплиты. Но они плохо грели и постоянно нужно было следить за продуктами, чтобы голодные собратья не утащили. На этот случай у нас имелась в комнате своя маленькая электроплитка. Вот и сейчас я почистил картошку и лук. Покрошил в сковородку, порезав предварительно сало вместо масла.

После еды Женька начал прихорашиваться на свиданку. У него была подружка первокурсница. Я её видел, невысокая и очень симпатичная. Судя по всему, у них всё весьма серьёзно и дело идёт к свадьбе.

— А что, Жека парень видный. Да и маманя у него вон какая крутая. Я бы тоже себе красотулю не хуже отхватил с такими родичами, — Серёга философски пригорюнился, подойдя к окну.

Вообще Уркундий парень по-крестьянски обстоятельный. Его по окончанию института уже ждёт неплохая должность в родном совхозе. Этого он особо и не скрывает. С учёбой у него тоже всё нормально. Серёга обладает талантом сдавать устные экзамены. Даже не зная толком вопроса, он так шустро начинает отвечать, цепляя тему на тему, что преподаватели торопятся поставить ему заслуженную четвёрку и отправить с богом из аудитории. Но вот с девчонками его шустрость куда-то пропадает, поэтому он и завидует Женьке.

— Раньше классно было, к нам постоянно в комнату девчата лезли. Ты играл на гитаре, все пели и было весело. А сейчас, ты Лёха какой-то скучный стал. И гитару свою профукал. Как у тебя, кстати с крышей, память не вернулась?

— Ну, потихоньку возвращается. Серый, ты мне лучше скажи, где у нашего брата студента есть возможность подработать? Ну там, вагоны разгружать или ещё чего.

В прошлой жизни я пока учился, жил с родителями и особо не нуждался в деньгах. Свою стипуху в 50 рублей иногда оставлял на карманные расходы, а чаще маме отдавал. Но мне светит получить первую стипендию аж в новом учебном годы. Я получу в октябре за сразу три месяца. А вот как протянуть с начала мая до первых чисел октября — ума не приложу. Обратится к родственникам в Омске — не вариант. Я вообще на каникулы возвращаться домой не собираюсь. Это у ребят проканала моя версия с болезнью, а родители сразу меня раскусят. Не-е, лучше быть от них на расстоянии.

Серёга спрыгнул с подоконника и бухнулся на кровать, — не, вагоны не вариант. Там с твоей комплекцией после болезни делать нечего. Да и как ты собираешься учиться с утра, когда ночью будешь ломаться на разгрузке? Ты лучше к Марату из первой группы обратись. У тебя вроде трудовая книжка имеется?

— Да, я же почти год отработал до института.

— Ну вот, у Марата тоже имеется. Так он устроился сторожем во вневедомственную охрану.

Так по протекции парня с параллельной группы я лихо устроился в эту почтенную контору. Полная женщина в милицейской форме с сержантскими погонами быстро меня оформила и провела беседу:

— Алексей, значиться первое время буду тебя кидать по разным объектам. Потом, когда освободится место, будешь работать постоянно на одном. Девок во время дежурства не водить, водку не пить. Не то сразу у меня вылетишь. Да ещё в твой институт сообщу.

Я заверил женщину, что сам спортсмен и пить мне тренер запрещает, а к женщинам испытываю стойкое предубеждение.

Женщина улыбнулась мне и отправила восвояси.

Работа — ночь через две, график скользящий. В первый выход меня отправили в контору, имеющую отношение к энергосбыту. Всю ночь мимо шастали работники, а я кемарил за столом у входа. Дважды звонила Анастасия Петровна, та тётка-сержант. Я бодро отчитался, и она довольная отключалась. Вторая ночь вышла удачнее, я охранял какую-то контору поспокойнее. Все работники ушли и я закрыл дверь.

Чёрт, как есть охота, но из еды только чайку можно похлебать. Прикольно оказалось, что через стенку находится небольшой кинотеатр. Я упросил контролёршу пустить меня без билета. Показывали «Зимнюю вишню», я смотрел его в прошлой жизни. Неплохой фильм, жизненный. После сеанса пошёл спать.

Так и покатилась моя ночная жизнь, у меня были все условия для занятий. На носу зачётная неделя и мне ещё нужно получить допуск от декана. А он, к сожалению, мужчина.

Я заметил, что женский пол на меня реагирует своеобразно. В прошлой жизни мне тяжело давалось общение со слабым полом. Внешность далеко не как у Алена Делона, да и богатой палитрой обольщения не обладал. Чтобы мне подойти к даме, требовалась соответствующая подготовка. Желательно наличие компании, где количество парней равнялось количеству девчонок. При этом предварительно нужно было разогреться, но так, без фанатизма. Ну и главное, это настрой. Конечно удача, само собой. Если девчонке я не нравился, она быстро отделывалась от моего общества. Оставляя при этом болезненные шрамы на не таком и высоком самомнении.

А вот Лёха, который Пахолков, явно обладает некой харизмой. Я сам не знаю, откуда у меня взялась эта лёгкость в общении с дамами самых разных возрастов. От десятилетней сеструхи товарища, до нашей вахтёрши бабы Вали. Все при виде меня, и женщины и девчонки -улыбаются, а ведь я ничего не изобретаю и не напрягаюсь. Так, дружеский кивок, ироничная гримаса, вовремя предложенная крепкая рука и у меня получается добиться для себя полезных преференций.

Все женщины преподавательницы, по предметам которых у меня были долги, мне их списали. Просто так, вошли в тяжёлое положение.

А историчка Алёна Дмитриевна при моём очередном посещении для сдачи темы, вообще провела рукой по моим волосам. Это было довольно неожиданно, тем более что грива отросла до плеч и доставляла мне определённые неудобства. Но на парикмахерскую денег пока нет, а предложения Серёги подстричь меня ручной машинкой я отверг. Этот аппарат напоминает мне машинку для стрижки баранов. К тому же он цепляет волосы и делает только один вид модельной причёски, для призывников, то есть весьма короткую.

С мужиками я тоже нахожу общий язык, то эффект не такой яркий. Некоторых наоборот раздражаю. Вот и декан нашего факультета Александр Трофимович придрался к моей битловской причёске. Думает, что я хипую. А у меня элементарно денег на жратву.

Зато когда я получил на руки 75 целковых в кассе, где обслуживалась вневедомственная охрана, то почувствовал себя на седьмом небе.

Первым делом зашёл в кафе корейской кухни «Парус», что в нашем парке им.«50-летия ВЛКСМ» и заказал большую порцию кукси. Налопался до отвала и осознал себя полноценным человеком. Прогулялся по центральной части парка и зашёл в «Дом Быта», что рядом с ЦУМом. Там отстоял небольшую очередь и сел к парикмахеру. Женщина средних лет возмутилась моим желанием подстричься под канадку:

— Девки, вы посмотрите на этого умника. Он такой волос загубить хочет короткой причёской.

— Ну а что мне косу отпускать теперь.

— Косу не косу, а уродовать тебя не буду.

В итоге меня подстригли за 25 копеек и заодно побрили, взяв за это удовольствие ещё 21 копейку. Но гулять так гулять. Мне сделали редкую модельную стрижку, аж три мастера рядом с креслом крутились, делая из меня красавчика.

Да, на меня смотрело уже привычное лицо молодого парня. Не скрою, оно мне нравится больше предыдущего.

Выйдя из парикмахерской, я задумался. Никак не решался навестить своих родителей. Боялся до ужаса, а вдруг я соприкоснувшись сам с собой аннигилируюсь. Читал в фантастике, что нельзя встречаться с самим собой. И тот факт, что я в другом теле, не очень утешал. И вообще, я откладывал это момент как мог.

Время пять вечера, если не отец, то мама и бабушка точно должны быть дома. Вздохнув, я решительно завернул за угол, прошёлся вдоль входа в ЦУМ. Оставив слева гостиницу «Казахстан», я перешёл проспект Советский. А вот и площадь Ленина, где стоит гранитный вождь мировой революции кубической непритязательной формы. Сюда, как и к памятнику «Вечный огонь», молодые после регистрации в ЗАГСе приносили цветы, делая этакий круг почёта. Ну, такая традиция была в нашем городе. Да и куда у нас особо ехать-то было?

А вот и гастроном, куда я всегда бегал за хлебом и молоком. Этот квартал строили для шахтёров, его так и звали — «шахтёрский». Капитальные кирпичные пятиэтажки строили на совесть. Говорят, что ещё пленные японцы возводили. А вот и карусель с песочницей, где я возился в малом возрасте. Оглянувшись, никого не узнал. Хотя, это же батя Кольки. Моего закадычного дружка. Знакомый мужчина торопится с шахтёрского автобуса домой после смены.

Встреча с этим человеком придала мне смелости, будто заякорила меня, привязав к этому миру.

Вот и мой подъезд, подняв голову попытался высмотреть бабушку через окно. Наш третий этаж, мимо меня проскакала соседка из квартиры напротив. Естественно, не узнала, я же тут чужой.

На звонок открыла незнакомая женщина, — Вам кого?

— Извините, а Моисеевы тут живут?

— Нет, Вы ошиблись дверью.

— Подождите пожалуйста, — женщина собралась закрыть дверь перед моим носом, — а может быть они переехали.

— Переехали? Ну не знаю, мы тут живём с момента, как дом сдали. Извините.

Так, интересно. Выйдя из подъезда, увидел, как к дому подходят наши соседи с первого этажа. Семья Рупп, они этнические поволжские немцы и в войну оба сидели как враги народа. Там же на зоне и познакомились. Дядя Ваня шахтёр на пенсии, бессменный завхоз нашего дома. Он и поле для хоккея заливал, у них хранились ключи от подвала, короче супруги являлись настоящей душой подъезда и безусловно знали всё и про всех жильцов.

— Извините, я ищу семью Моисеевых. Он вроде жили в седьмой квартире. Вы не поможете мне.

— Моисеевы? Нет, не знаю. Это не тот, который в горисполкоме работает?

— Нет, он вроде начальник участка на 22-й шахте, а она учительница музыки.

— Не паря, ты что-то напутал. Я 25 лет отработал на 22-й шахте и такого начальника участка у нас никогда не было.

— Извините, может и в самом деле путаница вышло.

Назад шёл пешком. Я ожидал чего угодно, но не такого. Это что же получается, я в параллельном мире? Неужели моё появление в нём создало новую ветку развития? Вот соседи остались те же, преподаватели в институте тоже, а моей семьи и меня в том числе не существует?

Но я просто так не сдался, зашёл в деканат электромеханического факультета и поулыбался тамошней секретарше. Нет, в группе ГМЭ меня нет и не было.

Не поленился, зашёл в свою СШ № 1, отыскал нашу классную учительницу Валентину Николаевну, — Игорь Моисеев, позапрошлый год выпуска? Нет, ты что-то путаешь.

Точку поставило посещение областной музыкальной школы, где моя мама бессменно отработала 42 года. Её лучшая подруга и завуч школы, Татьяна Владимировна Кузема, заинтересованно на меня посмотрела и сказала, что мне несколько поздно начинать учиться играть на фоно. И не призналась в дружбе с моей мамой.

Постепенно я смирился с тем фактом, что меня в прежней ипостаси в этом мире не существует. Значить нужно врастать полностью в новую жизнь.

Незаметно подошла сессия. В этом году у нас пять экзаменов, благо зачёты все получены и допуск к экзаменам обеспечен.

Не скажу, что мне было легко. Но после первого успешного экзамена я втянулся в привычную студенческую страду. После экзамена день отдыха, желательно активного. Погонять мяч на поле, вечером собирушка с девчонками. А с утра память студента обнуляется от устаревших ненужных данных и освобождается для подготовки к следующему экзамену.

И так весь июнь. А когда наконец зачётка наполнилась до краёв оценками, мы пошли отмечать это выдающееся события в кафе «Маяк». Половина группы подписалась отметить это несомненно важное дело, остальные заторопились разъехаться по домам. Ну это иногородние. У нас почти неделя до начала производственной практики.

Я вместе с пятью одногруппниками попал в первый автобусный парк. Нас устроил автослесарями 3-го разряда и отправили кого-куда, по разным цехам. Лично я попал в аккумуляторный. Бригада в принципе неплохая, тем более я догадался проставиться в первый же день. Купил две бутылки водки и набрал пирожков в рабочей столовке. В принципе от практиканта никто и не ожидает грамотного проставления. Но сразу же мои отношения с коллективом выстроились правильно. Я не чурался грязной работы, а её хватало. К тому же я сразу подошёл к бригадиру и сказал, что вместо положенных двух недель намерен проработать месяц. А ещё не стал скрывать свою материальную нужду. Бригада вниклась в затруднённое положение иногороднего студента и мне дали возможность подкалымить.

Здесь нужно понимать, что в советское время для автолюбителей запчастей в магазинах не было. От слова вообще. В единственном на весь город автомагазине на полках стоял садовый инвентарь и велосипеды. Пусто, голяк. Страждущие маялись, выискивая нужное на станциях техобслуживания. Но там цены были, мама не горюй. Вот и сдохшие аккумуляторы никто не выбрасывал, привозили к нам и в подобные конторы. Свинцовые банки сдавались, чёрные корпуса очищались и подготавливались к повторному использованию. Вот этой грязной работой я собственно и занимался. А потом уже спецы ставили новые пластины, запаивали и заливали свежий электролит. Потом зарядка положенное время и «пожалте на здоровье», с вас четвертной и бутылка водки. Это была стандартная такса и допущены к целованию руки были только хорошие знакомые. А так приходилось ждать месяцами, дежуря у автомагазина.

Мне с аккумулятора шёл трояк, от выпивки я отказывался, уверяя что серьёзно занимаюсь спортом. Ну, народ особо и не напирал, нет так нет.

За смену я подымал по-разному, в среднем 9–15 рублей, что было очень немало. Тем более в моём положении.

После практики народ разъехался, а я планировал поехать в стройотряд. Там ребята за пару месяцев могли заработать вполне реальные деньги. Я не стремился пахать на жаре, а лето выдалось очень жарким. Но куда деваться, одежды и то толком нет.

Подписался я со стройотрядовцами возводить коровник в колхозе. Бригада уже сработанная, не в первый год вместе шабашат. Разместили нас в здании школы, которое пустовало из-за каникул. Поставили в классах койки, питались мы в колхозной столовой, за это с нас потом вычтут. Работа аккордная. Закончим быстрее, уедем раньше. Поэтому вкалывали шесть дней в неделю, а то и воскресенье прихватывали. Я наловчился месить раствор и класть силикатный кирпич.

Мы закончили с коровником к концу августа, ребята решили остаться ещё на месяц, бригаде предложили строить пристройку к конторе. Но я решил заканчивать, по предварительным намёткам я и так заработал около 800 рублей. Хватит, я капитально обгорел на солнце, руки покрылись мозолями и хочется просто отмыться и выспаться.

Летом тренировок по лёгкой атлетике не было. Сессия, практика, каникулы и наконец осенняя уборка картошка. Мне то ехать уже не нужно. Тут на выбор, стройотряд или копание корнеплодов. Были и другие варианты, для спортсменов спортивные сборы или справка от врача по болезни. Но последних очень не любили, и декан потом на них отыгрывался.

А меня отловил тренер Сенькин, — Лёша, а что ты теряешь? Там прекрасное место, прямо в лесу. Утренняя тренировка и после обеда игры. А так никто вас там гонять не будет.

Думал я недолго, питанием буду обеспечен, отдохну малёхо. Тем более бабки от стройотряда будут ещё нескоро. А чем жить в общаге, лучше на чистом воздухе.

Собрались утром перед автобусом. Мы со знакомым парнем попинали мячик на травке, вскоре отдали команду грузиться в подъехавший автобус «Турист».

Набились битком, преподов человек шесть, остальные — великие спортсмены. Ехали не все желающие, был отбор. Но мой тренер является руководителем сборов, так что легкоатлеты в основном поехали все. А вот Серёга с Женькой не попали в состав. Жаль, можно было бы жить в одной комнате.

Глава 6

Лагерь «Политехник» стоит в живописном лесу, что в двухстах километров от города. Этот горнолесной оазис расположен в Каркаралинском районе.

Собственно, там два длинных барака, для мальчиков и девочек соответственно. В комнате по четыре койки. Через утоптанный плац стоят с десяток домиков, где разместились тренера и отдыхающие преподаватели с семьями. В сторонке здание большой столовой с пищеблоком. Готовят повара, я мы должны дежурить. То есть накрывать столы, убирать и мыть посуду.

Удобства, само собой, на улице, но есть баня. А метрах в двухстах, в большом доме с пристройками жил местный сторож. У него приличное хозяйство, огород и полно живности. И наши преподы по вечерам любили занырнуть к Степанычу на огонёк.

Место и в самом деле отличное, стоит отойти на десять метров и уже начинается хвойный лес. На завтрак дали варёные яйца, пшённую кашу и по кружочку сливочного масла. Хлеб и чай без ограничения. Через сорок минут после окончания еды мы выбежали на тренировку.

На плацу разбились по интересам, легкоатлеты в стороне. Мы бежим кросс по лесу. Меня это очень даже устраивает. Шеф наказал, раньше 11.00 не возвращаться. Практически сразу начали отсеиваться шлангующие элементы. Спринтера вообще длительные кроссы не переваривают, поэтому они тихо растворились в лесу.

В итоге нас осталось трое, это Сашка Сардов, который бегает средние как и я. Вот только занимается бегом давно и со вкусом. Сильный парень. Вторым увязался Саня Зайцев с нашей группы, он пытался оправдывать фамилию, но получалось у него откровенно плохо. Дыхалка слабовата. И если мы с Сардовым бежали легко и успевали при этом любоваться лесными красотами, то Зайцев тянулся из последних сил. Тропинка вывела нас к асфальтированной дороге, и мы побежали вдоль неё. Изредка проезжали КАМАЗы в совхоз, что находится километрах в двадцати. Обратно дымили, уже гружёные зерном. Так мы сделали большой многокилометровый круг вокруг лагеря и подбегаем к нему со сторону райцентра.

На финишной прямой мы дали спурт, чтобы сжечь нерастраченные силы. Силуэт Зайцева давно истаял позади и Сардов держится в двух метрах впереди.

Бройлер какой-то, он сумел ещё ускориться и пришёл первым.

Тренер встретил нас с одобрительной улыбкой. Остальной народ занимался фигнёй. Кидали больший камни, кто дальше и прыгали в длину. Гнулись и изображали некоторую активность.

Перед обедом все потянулись к умывальникам. Там скинули пропотевшие майки и омылись по пояс. Проходившие мимо девчонки заулюлюкали и Сашка Сардов демонстративно согнул руки, обозначая в позе Кинг-Конга могучие мускулы. Он и в самом деле неплохо сложен, остальные такой фигурой похвастаться не могли. Правда моська у Сашки подкачала. Типично рабоче-рязанская. Белесые брови, глаза навыкате, нос картошкой, уши лопушком. Но некий мужской шарм у него, несомненно, был.

А вот и мне достались несколько заинтересованных девчачьих взглядов. Но у нас в легкоатлетической группе особо симпатичных девчонок нет. Разве что Наташа Алексеева, которая пошла в метательницы ядра из-за большого роста и очень значительного веса. Эта дама любого поразит своими пропорциями.

А вот среди этих есть милашки, пацаны сказали, что это баскетболистки.

На сборах ещё присутствовали группы волейболистов, лыжников и тяжелоатлетов. Ну и так всякой твари по паре. Одна КМС по настольному теннисы, есть у нас даже фехтовальщица, парень-бадминтонист. Выше КМСа никого не было. В основном народ начал ходить в секции в институте и особых регалий ещё не заработал. Да и не стремятся к этому, после третьего курса побросают.

А после обеда законные полтора часа отдыха и опять тренировка. Но на сей раз лёгкая. Желающие попинать мяч ушли на поле. Наша же группа просто дурачилась, мы делали ОФП и болтали. Вечером обещали дискотеку, вот народ и воодушевился.

Как-то незаметно мы скорешились с Саней Сардовым, тем более что попали жить в одну комнату. Народ пытался покуривать и мечтал протащить спиртное в комнату. А мы с Сашкой оба оказались не великими любителями этих развлечений.

— Лёха, пойдём к баскетболисткам. Меня одна девчонка с нашего потока обещала подстричь. Думаю и тебе не откажет.

Ну вот всегда удивлялся, как это женщины умеют создать уют на пустом месте. Точно такая же комната, как и у нас. Только в другом бараке. Но какие-то коврики на полу, на окна повесили красные занавесочки, даже пахнет в комнате приятно, луговыми пахучими травами. На голую лампочку ухитрились присобачить абажур из зелёной бумаги и теперь в комнате довольно уютно.

Я устроился на свободную кровать и с любопытством оглядываюсь. Здесь находятся пять девчонок. Одна высокая с очень светлыми, почти белыми волосами, не помню, в это время уже была краска для волос? Вот она и оказалась знакомой Сашки. Симпатичная и фигурка точёная, и ведь знает, что хороша. Строит из себя снежную королеву.

Усадила Сашку на стул, набросила полотенце ему на плечи и начала ловко орудовать ножницами и расчёской.

— А у Светки сеструха парикмахер, вот она и научилась, — это на койку, на которую я пристроился, уселась по-видимому её хозяйка.

— Ясно, а я думал талант самоучка.

— Нет, талант у нас Настюха.

Настюха оказалась крупной девушкой с кучерявой шевелюрой. Она не расставалась с гитарой и пыталась что-то бренчать, но получалось не очень.

— Настя, ну хорош уже издеваться над гитарой. Пожалей наши уши, — это возмутилась другая невысокая девчонка. Не знаю как с таким невеликим росточком можно играть в баскетбол. Хотя если в роли разыгрывающей? Светленькая девчонка с мелкими чертами лица неотрывно смотрит на меня. Будто пытаясь вспомнить.

— Слушай, тебя не Алексей зовут? Не ты играл у девчонок в общаге автодорожного?

Я неопределённо пожал плечами. Было дело, несколько раз баловался. Но каждый раз боялся, что руки перестанут играть. Я как бы отпускал их погулять. Если песня была знакомая и народ подпевал, то я увлекался и мог неплохо сбатцать.

— Леха, давай если могёшь, — это Сашка повернул ко мне голову.

Осторожно, как разозлённую гадюку, взял в руки гитару. Провёл по струнам, прислушиваясь к своим впечатлениям. Вроде слушается. Так, а что же исполнить. Пожалуй, подойдёт «Карусель» в исполнении Барыкина и модной ныне группы «Карнавал».

Потом ахреневший от дармовщинки народ заставил меня спеть ещё две песни. На шумок набежали девчонки из соседних комнат и в нашей стало тесно и душно.

— Так, девки, концерт окончен, через полчаса дискотека, вот там и послушаете, — это обиженная и недооценённая Настюха забрала свой инструмент и стала выгонять дармоедов.

— Лёша, а хочешь, я тебе кончики волос подравняю? — эта фраза Светланы застала нас с Сашкой в дверях.

Я растерянно застыл, — иди, чего стоишь. Такая девчонка предлагает.

Сашка съежил похотливую моську бабуина и исчез за дверью. Побежал приводить себя в требуемую для танцев форму.

М-да, это не совсем стрижка. Скорее массаж головы, Света пощёлкала ножницами сзади, а потом провела ладонью по волосам. Как бы проверяя качество, а затем запустила пальцы в мою шевелюру и начала медленно массировать голову. И это её так увлекло, что соседки начали хихикать.

— Вас оставить одних. Мы вам не мешаем? Если что, то можем и выйти, да девчонки? — опять этот противный голос великой гитаристки. А я сам чуть не прибалдел от такого массажа, прямо такой чувственный.

К дискотеке народ приоделся. Спросом пользуется ярко выраженный спортивный стиль и тут вне конкуренции невысокая девчонка теннисистка в мастерке с надписью «Казахстан» и кандидатским значком на небольшой выпуклости груди. А вот мне в этом плане похвастаться нечем, обычный полушерстяной синий костюм, купленный в ЦУМе.

Парни притащили из столовой два стола на которых доморощенный диск-жокей готовит немудрёную аппаратуру. Магнитофон-приставка «Нота — 101», усилитель и пара больших колонок. Но у парня не получалось закоммутировать всё как положено. Наконец пошла музыка. Вперемешку и отечественная, и зарубежная. Народ самоотверженно прыгал под быстрые мелодии, а вот медляки пока не пользовались спросом. Возможно, сказывалось то, что народ ещё не перезнакомился. И на медленные пока все расходились по углам.

Неожиданно мне понравилось танцевать. Никогда не был большим поклонником, а тут прямо тело само отреагировало на музыку. Мне начало доставлять удовольствие пародировать манеру танцевать других ребят. Кто-то закрывал глаза, изображая робота. Кто-то подпрыгивал высоко вверх и по-молодецки приседал.

А когда заиграл красивый медляк кого-то из итальянцев Сан-Ремо, ко мне подошла Светлана. Она была в белом спортивной костюме. Видимо под стать цвету волос. А вот лицо разрумянилось от активных движений. Она вопросительно изогнула бровь, и я отозвался на приглашение.

Ну, танцем это сложно назвать, девушка просто положила голову мне на плечо и покачивалась с закрытыми глазами. Я же с высоты своего роста посматривал на остальных. Народ наконец осмелел, и наша пара не оказалась единственной. Не скажу, что мне было неприятно прикосновение её холмиков к моей груди, контакт был довольно плотный.

Через неделю все наконец-то перезнакомились и даже образовали парочки. Их трудно не заметить. Народ ходил, держась за руки. Это была своеобразная декларация о намерениях. Правда такие союзы зачастую распадались через пару дней. Пацаны и девчонки элементарно не знали, что делать со своей сексуальностью. Вызовом обществу являлся быстрый, как укус змеи, поцелуй. А дальше просто не знали куда руки деть. Это было время, когда девчонка соглашалась расстаться с невинностью только после свадьбы. Те оторвы, что делали это до бракосочетания, считались падшими. Родители, узнавая про этот ужас, устраивали истерики с битьём посуды и вызовом неотложки. А не дай бог беременность, тогда только срочная комсомольская свадьба и недоношенный ребёнок. С контрацепцией было напряжённо. А девки, не испорченные продукцией западной цивилизации и опасных для здоровья медикаментов, беременели буквально с пол-оборота. Они же не пили горстями таблетки от этой напасти, как их сверстницы из будущего. Верхом прогресса были спирали, но их ставили только после родов.

Светлана заявила права на меня открыто. Просто в один из дней желающие записались на дневной поход к пику Комсомола. Идти далековато и группа растянулась на несколько сот метров. Ну Светка и вынырнула откуда-то сбоку, при этом вцепившись в мою клешню. Пришлось тащить её на прицепе. Девчонка гордо смотрела на подружек и заразительно смеялась на мои приколы. Когда стали карабкаться в гору, стало не до локомотивной тяги. Умаялись все капитально, пока взобрались на высшую точку этой горной цепи.

По дороге назад мы отстали. А тут ещё попался в рощице журчащий родник. Вот я и не удержался, скинул футболку и погрузился наполовину в холодную воды. Кроме нас со Светкой никто не стал задерживаться, торопились вернуться к ужину. Девушка категорически отказалась принимать прохладные ванны, только смотрела на мои подвиги. А мне пришлось пожертвовать футболкой и вытереться ею насухо. Светлана незаметно скользнула мне за спину и обняла сзади. Её руки начали гладить меня по груди и животу. С полчаса мы целовались как безумные, но дальше этого дело не зашло.

А 12 сентября — спортивный день, всесоюзный день бегуна и весь лагерь бежал кросс. Мы с Сашкой, естественно, пришли первыми. Причём финишную черту пересекли одновременно, поэтому и поделили первый приз. Трёхлитровую банку томатного сока приговорили вечером с пацанами.

Сборы длились 18 дней и когда народ истосковался по горячей ванне и бабушкиным разносолам, то все начали ныть. Возвращение стало радостным для большинства, но не для меня.

Деньги, заработанные на практике в автопарке, ещё оставались, но просто скучно одному в пустой общаге. Уркундий с Жекой в совхозе, картошку копают. Вернутся в конце сентября или начале октября. Пока не закончат, не уедут. Учёба по идее с третьего октября, но могут задержать, если студенты припоздают с уборкой.

На весь этаж всего несколько таких же неприкаянных, как я. Я даже возобновил пробежки и два раза в день приходил на школьную спортивную площадку. Там у нас уже нарисовалась своя компания. Ребята насиловали турник и брусья. Ну и я вроде как своим стал.

Неожиданно в институте встретил Светлану. Я заходил в штаб стройотряда узнать, когда заплатят деньги. Ответ получил — как только, так сразу, и он меня не вдохновил. Мне нужно прикупить одежду к зиме. Я даже закинул удочку Женьке, и тот пообещал поговорить с маман. Мне позарез нужна зимняя куртка, приличная шапка и сапоги на меху. Его мамаша сидела в своём универмаге на импортном дефиците и могла поспособствовать бедному студенту. Ну естественно, не за госцену, а с переплатой.

Вот в вестибюле главного корпуса я и встретил Свету с двумя подружками. В отличии от меня она местная и живёт совсем недалеко от института, в двух кварталах, на улице Кирова. Мы оба обрадовались встрече и незаметно для себя оказались на улице одни. Не сговариваясь, пошли в центральный парк. До него минут сорок ходу, но время пролетело быстро. Мы болтали и смеялись. Потом покатались на качелях. На летающих лодках Светлана хохотала от того, что ветер задирал её лёгкое платье и она кричала мне, — потише.

Ага, сейчас. Девчонка одной рукой вцепилась в цепь, а другой с переменным успехом боролась за свою честь. Но я успел разглядеть развитые бёдра и белые трусики.

Потом мы ели мороженное в кафе «Бибигуль», что на 45-м квартале и я долгими окольными путями вёл даму домой.

— Слушай, а давай ко мне. Предки уехали, сестра нам мешать не будет. Послушаем музыку, у меня новая пластинка «Зодиака».

Что-то мне идея зависнуть в двухкомнатной квартире, где рядом будет сидеть взрослая девица и вот-вот с работы заявится мама — не вдохновляет. Зато в голову пришла другая здравая мысль.

— Свет, а айда лучше ко мне в общагу. Я один, парни на картошке, у нас тоже музыка имеется.

— Да ты что, у вас же злющая мегера на вахте сидит.

— Баба Валя? Это да, никого не пускает, железная леди. Но у меня есть способ попасть внутрь.

По правилам внутрь общежития может попасть только студент, имеющий пропуск и студенческий билет. Обе вахтёрши и комендант общаги относились к своим обязанностям строго. Но нет таких препятствий, которые не покорил бы вдумчивый студент с толикой фантазии.

На втором этаже жили девчонки и на кухне у них имелся небольшой балкончик. А строго под кухней расположена кладовка кастелянши, где она хранит свои драгоценности, типа постельного белья и одеял с подушками. И, само собой, эта комната была защищена крепкой решёткой.

Вот парни и наладились лазить через балкон. Подпрыгивали или с чужой помощью цеплялись за высокую решётку. Затем забирались по ней и цеплялись за основание балкончика. А дальше уже дело техники.

— Нет, Пахолков, я не полезу на второй этаж. Мне моя юная жизнь дорога. Да и увидеть могут.

— Не боись, мать. Я помогу, не брошу же я тебя на полпути.

Я подсадил девушку, заодно пощупал крепкую попку. Затем ловко сам забрался на балкончик и вытянул болтающуюся как варёная сосиска подругу.

В это время на кухне рукодельничали две знакомые девчонки, они жарили картошку, — Лёшь, а Лёшь. А ты когда нам поиграешь? Вечно всё обещаешь.

А я успел проголодаться, так что запах почти готовой картохи с луком заставил меня пойти на компромисс с собой.

— Ну, не знаю. Я вообще-то собирался пойти с подругой поесть.

— Картошка с сосисками вас устроит?

— Вполне.

— Тогда через двадцать минут приходи в нашу комнату. Только по дороге ни к кому не заглядывай, — девчонка с третьей группы подозрительно окинула Светлану взглядом и мы, смеясь побежали по лестнице наверх.

Вечер, в принципе удался. Нас покормили. Вернее, кормили меня, но и Светке перепало малёхо. А потом пришлось отрабатывать. У меня уже имелся небольшой репертуар из песен отечественных исполнителей.

Потом уже в первом часу ночи держась за руки, как партизаны мы шли ко мне в комнату. Там пили чай, с каменной крепости пряниками. Если отмочить, то в принципе реально разгрызть.

Я долго раздевал девушку, разглядывая подробности при тусклом свете фонаря на улице.

— У тебя кто-то был? — прошептал я ей. Девушку немного била дрожь, и она только отрицательно мотанула головой.

Чёрт, девственница. Это всё меняет. Я уже настроился на качественный секс. Но вот она лежит передо мной голая, прикрывая рукой соски, а другую откинула на подушку.

В результате я не стал портить ей жизнь. Сумел извернуться и воспользоваться опытом из прежней жизни. У меня получилось и самому получить кайф и её заставить застонать от нахлынувшего клиторального оргазма.

А утром проснулся в одиночестве, Светлана уже ушла, даже не попрощавшись. Иди пойми этих девчонок, могла бы и записку написать:

«Так мол и так. Всё было классно, но меня предки ругать будут, поэтому ушла пораньше».

Глава 7

То, что произошло на следующий день, перевернуло всю мою неторопливую жизнь.

Я встретил днём знакомых ребят и мы немного выпили. Взяли портвейна и тяпнули во дворе закрытого из-за позднего времени детсада. Пацаны тянули меня на дискотеку в пединституте. Соблазняли тем, что там пацанов почти нет. Только те, которые будущие школьные преподаватели по НВП. Зато симпатичных девчонок валом.

Ну и не рассчитали. Из закуски на всю бригаду один пирожок с повидлом и пару яблок. Вскоре решили, что на дискотеку мы уже не попадаем. А вот в общаге, в моей комнате можно бы и продолжить.

Да вот беда, какая-то падла заколотила наглухо балконную дверь у девчонок. И как нам надо пронести сумку с бухлом. А на вахте, как назло, кроме вахтёрши ещё и милицейский сержантик отирается.

Ну и я решил рисануться, матерчатую сумку с тремя огнетушителями сунул под мышку, подпрыгнул и уцепился за край пожарной лестницы. Она шла вертикально вдоль угла здания до самого верха. Если долезть до моего четвёртого этажа, то надо только пройти несколько метров по карнизу. По идее эвакуация должна идти через поэтажные балконы. Но они были намертво забиты, зато в душевой на нашем этаже окно всегда открыто.

Парни напутствовали меня как героя, и я начал быстро подыматься по ржавой лестнице. Наверху прикинул расстояние и рывком с лестницы перескочил на карниз. Ну и кто же мог знать, что осадки разрушили кладку, из-под моей ноги выскользнул здоровенный кусок карниза и я ухнул вниз.

Пролетая мимо третьего этажа в панике, тщетно попытался рукой уцепиться за основание балкона. Плотный удар об утрамбованную землю выбил из меня дух, и я отключился.

Очнулся от истерических возгласов. Оказывается, мои напарники оттащили меня на лавку по близости и спорят, кто побежит вызывать скорую. А главное, какую версию согласованно выдвигать. Дело пахнет керосином. Чувак разбился, упав с четвёртого этажа. Выживет или нет — вопрос. А вылетать с института или ещё хуже загреметь в ментовку никто не хочет.

Вскоре мне надоело слушать их ругать, — парни, а чего за крик? Вы меня уже похоронили и делите наследство?

— Лёха, ты как? Лежи, не шевелись, мы сейчас скорую вызовем.

Я прислушался к своим ощущениям, да вроде переломов нет, растяжений тоже. Голова тоже вроде ясная. Может ушибы, вот только от сумки с портвейном несло таким душком. Я сел на лавку и скинул сумку, из-за который и завязался весь сыр-бор.

Прикольно, что разбилась только одна из трёх бутылок. Получается, что я своим телом в полёте прикрыл ценный напиток. Кряхтя, я встал и прошёлся. Пара синяков однозначно есть, но это такая ерунда по сравнению с тем, что могло произойти.

Ночью я переживал произошедшее. Это какое-то чудо. А ещё, когда я летел вниз, мне показалось, что в моей голове кто-то вёл счёт. Ну, будто отсчитывал секунды. Знаете, приблизительно так:

— 5, 4, 3, 2, 1, падение.

И это было очень чётко, не похоже на галюники. До сих помню каждый звук. Это не был привычный мне язык. Не похож также на европейские, по-крайней мере английский, немецкий, французский и испанский можно смело исключить.

Попытавшись про себя повторить услышанные звуки, добился того, что вновь в голове чётко кто-то произнёс новый звуковой ряд. Бля буду, это счёт. Сразу мозги заработали с повышенной нагрузкой от стрессовой ситуации.

Я ещё несколько раз повторил процедуру и каждый раз получал суфлёра в собственной голове.

Утром встал с гудящей головой, спал мало, а сегодня уже начинается учёба.

Слава богу, из-за того, что наши вернутся с картошки только через день, учёбы толком не было. Нас заставили переносить столы на кафедре, из нашей группы были только отказники. То есть те, кто притащил справки об освобождении. Ну и я единственный спортсмен. Весь день я переживал, а вдруг у меня от удара что-то в голове повредилось. Чем тогда объяснить голос в голове. Вечером слинял потихоньку от компании в общаге, сказавшись больным. Какая-то падла уже растрезвонила, что я спланировал на грешную землю аж с четвёртого этажа. Поэтому моя отмазка проканала.

В душе рассмотрел тело. Только на правой руке желтел синяк и бок был поцарапан. Но всё выглядело так, будто пошла вторая неделя после падения.

Улёгшись, закрыл глаза. Мандраж заставил меня встать, чтобы напиться воды из-под крана.

— Жвань, дрань, гмень, — выдал я запомнившуюся прошлой ночью фразу. Секундная пауза и чёткий механический голос опять выдал продолжение звукового ряда.

Нет, я не сошёл с ума. Здесь дело в чём-то другом. Я пробовал выдавать другие звуки, но на них голос отказывался реагировать.

А вот после часа мучений у меня в глазах вспыхнула заставка некой системы. Яркость картинки умерена и комфортна для восприятия. Я ясно вижу некие надписи и пиктограммы. Чем-то напоминает интерфейс сложной программы. Изображение выведено на сетчатку глаза. А может это мой мозг так воспринимает эту картинку. А в реальности информация попадает в определённую долю мозга.

Если я сосредотачивал внимание на определённой папке, то она раскрывалась и являла несколько других. Но определённой системы я не выявил. Ну это как дикаря из племени, затерянного в джунглях Амазонки, посадить за навороченный компьютер. Он также будет с любопытством тыкать пальцем. Но вскоре ему надоест. А мне вот не надоело, но от прыжков по разным разделам и папкам у меня дико разболелась голова в области затылка. Пришлось закрыть глаза и мысленно дать команду отключиться.

Неделю я мужественно выжидал, в надежде, что глюк пройдёт. Было не просто заставлять себя игнорировать тот факт, что я не совсем нормален. Но, к счастью, вернулись наши и наконец-то началась учёба. Пятый семестр обрадовал появлению новых предметов, включая профильные. Народ постепенно отходил от каникул и осенней отработки на полях Родины.

Наши парня на картошке перезнакомились с абитурой и даже отсталые колхозы в лице Серёги, нашли себе пары среди новых первокурсниц. Так Уркундий на перерывах постоянно торчит рядом с плотной девицей, наверное тоже сельская. Надо будет у Женьки поинтересоваться.

А на меня Светка сделала конкретную стойку. Девчонка активно звала вместе обедать. И учитывая, что жила она не далеко, то таскала меня домой. Благо днём никого дома не было, и нам не мешали быстро уничтожать мамин супчик с пирожками. Дома Света менялась. В институте она всегда хорошо и модно одевалась, что в купе с яркой внешностью вызывало явный интерес со стороны сильной половины. А также зависть и неприязнь со стороны женского корпуса. А вот дома она становилась домашней и милой. Правильные черты лица, ровные белые зубки и умение себя подать делали её неотразимой. Да, забыл упомянуть стройную и волнительную фигурку. А вот волосы она зря осветлила. Я посмотрел фотографию в нише мебельной стенки, где Света была сфотографирована с сестрой. Там она банальная шатенка и мне нравится больше.

Девчонка быстро молотит ложкой суп и вопросительно поглядывает на меня.

— Нет, ничего. Просто через пятнадцать минут пара, опять опоздаем.

— А, ерунда, у нас лекция по сопромату и препод даже не смотрит на входящих.

— Везёт, а у нас Егоров по термеху. Минута опоздания и бегом к декану за разрешением. Давай заканчивай стучать ложкой.

С девушкой наедине мы больше не встречались, не было возможности. Всегда рядом находились люди. Серёга с Женькой даже на воскресенье остались в общаге, не поехали домой. У обоих романтические встречи, а дома что? Опять огород или уход за поросятами?

Зато я добился определённого прогресса. Методом тыка определил корневую структуру программы. Понял, куда лучше не лезть. А где можно покопаться. Но от этого понимать я больше не стал. Язык не знакомый. Некоторые папки вели к рабочим файлам, но активировать их я не мог.

Так продолжалось дней пять. Каждую ночь часа по два я посвящал новой игрушке. При всём непонимании содержания я поражался красочности иконок и надписей. Они были объёмные, настолько рельефные и красочные, и в то же время приятны глазу. Больше голова не болела от мельтешения надписей на непонятном языке.

И почему меня раньше не посетила эта гениальная мысль. Ведь движок этой программы понимает мою мыслеречь. Я могу открывать и закрывать папки и путешествую по этому дереву. А почему тогда мне не дать и иную команду. И я мысленно по-русски произнёс, -«Перевести интерфейс на понятный мне язык». На выскочившие две надписи, типа, «да» — «нет». Ткнул левую и оба-на. Передо мной родной русский язык.

Я неверующе рассматривал надписи, боясь сморгнуть, вдруг вернётся старый режим.

«Сохранить новые настройки. Да-нет».

«Конечно же да, родимый ты мой».

До утра я шарился по папкам, пользуясь подсказками помощника. Он по функционалу напоминал мне «Google Assistant». И это меня сильно огорчило.

Я уже сегодня окончательно похоронил гипотезу о вмешательстве высших сил в мое переселение. Ну, была такая потаённая мыслишка, что некие божественные силы уловили моё сознание при гибели тела и решили вмешаться. Типа нельзя такой гениальный разум отпускать на перерождение. Ну и внедрили в специально созданное тело или заселили в подходящее.

Но последние факты говорят, что тут скорее всего, вмешалась более технологически развитая раса. Ничего божественного. Структура этой программы мне вполне привычна и при понимании языка я свободно ориентируюсь в содержимом. Только пока на неком самом низком уровне начинающего юзера. То есть мне разрешили лазить по папкам, не более. Видимо нужно набраться терпения.

Меня в принципе устраивает, что Светлана предъявила на меня права собственницы. Во-первых, есть у меня этакий негативный опыт общения с некоторыми дамами. Они почему-то внушили себе, что я обязательно должен оценить их романтические чувства ко мне. А ещё хуже, когда такие объединялись, и вдвоём или втроём буквально терроризировали меня, поджидая возле общаги или после занятий. А вот эффектное появление Светланы после моей последней пары, когда она чмокнула меня в губы и вцепилась мне в руку, тех просто убило. Сразу и без вариантов. И слава богу, на время от меня отстали.

Ну и второе, девчонка мне в принципе нравилась. Симпатичная, неглупая с хорошим чувством юмора. Ну и немаловажно в этом возрасте, что первая красавица своего курса обратила на меня убогого внимание. Королева снизошла к плебсу. Мне было скучновато вечерами, парни сваливали на гульки или занимались, рисуя курсачи. А я спускался вниз, когда Светка передавала через девчонок приглашение прогуляться.

Наконец-то мне выдали заработанную плату, я был зол на этих воров. Мне насчитали 850 рублей, а на руки выдали только 630. Налоги всякие, включая «на яйца» — за бездетность. С какого-то перепугу в Фонд Мира перечислили без моего согласия. Но учитывая остаток денег от практики у меня скопилась просто огромная сумма.

500 рублей я сразу отложил на одежду, Женька обещал мне что-нибудь приличное. В итоге товарищ притащил американские джинсы «Монтана» и финскую зимнюю куртку «Аляска» с капюшоном, подбитым серым искусственным мехом. Всё моего размера, круть неимоверная, но пока хожу в старой демисезонной куртке. А вот на остаток средств я изредка стимулирую подругу.

Ресторан вечером — это сплошное расточительство. А вот днем, взять комплексный обед и выгулять подругу в помпезной гостинице «Караганда», это в самый раз. Думаю, не ошибусь, если предположу, что девушку сюда никто раньше не водил. Порядочная сама не пойдёт, тем более вечером. Одно плохо, даже днём, на Светку как торпеды на сухогруз, наводятся хачики с рынка. Это денежные дехкане и перекупщики персиков задолбали своей назойливостью. А ведь мы пришли в три часа дня после занятий. Детское время, однако.

Сегодня парни наконец-то сваливают домой и комната в моём распоряжении. Но вот как Светлану уговорить? У нас ведь кроме поцелуйчиков и того прекрасного секса без проникновения, больше ничего не было. Больше того, наши отношения перешли от чисто физической симпатии к дружеским. Поэтому я уже и не уверен в её ответе.

— Свет, а давай купим тортик и посидим у нас. Комната свободна, никто приставать не будет, — Извыныте, дэвушка. Хачу прыгласит на танец, — спародировал я прилипчивого азербайджанца в огромной кепке. Тот был на голову ниже моей спутницы и раза в три старше. Но это не мешало ему испортить нам аппетит.

Светка прыснула, — точно никого с Кавказа не будет? Тогда согласная я. Веди меня, мой рыцарь.

Свежего тортика мы не нашли, зато продавщица посоветовала взять коробку конфет «Птичье молоко», тоже неплохо.

После чая, девушка перебралась ко мне на колени. Но мысли мои были даже не о её роскошных формах. В моей голове неожиданно зажегся свет и активизировалась иконка. При попытке обратится к ней неожиданно заиграла некая мелодия. Нечто непривычное, я даже не смог выделить какой-то инструмент. Больше похоже на электронную музыку. Но однозначно мелодия была печальной. Красивой, трогающей некие струнки моей души. Я увлёкся и ушёл в другой мир. Не знаю, сколько времени я был в трансе. Но пришёл в себя от того, что сидящая на моих коленях Света начала меня тормошить. Она не на шутку встревожена и гладит меня по лицу, вот-вот заплачет. Вот же дурак, напугал подругу. Автоматически заиграла новая мелодия, эта была со словами. Непонятными, но песня тоже впечатлила. Что-то блюзовое.

Я улыбнулся девушке и начал целовать её глаза, налившиеся влагой. Та быстро увлеклась этим важным и нужным делом.

Я идиот, я придурок, мудила. Ну и чего вот сейчас делать? Напротив меня сидит девушка в моей футболке и добивает коробку с конфетами, запивая чаем. При этом она демонстрирует мне свои красивые ровные ножки. На лице гуляет улыбка и девушка вопросительно смотрит на меня, предлагая последнюю конфету.

На меня так необычно подействовала та неземная музыка, что я не удержался и потащил девчонку в кровать. Не помню толком все нюансы, я как будто был под действием наркотика. Прижимал к себе чувственное нежное тело и скользил вдоль него, качаясь на волнах гипнотизирующей музыки. Эффект от контакта с красивой девушкой наложился на чарующую музыку. Ну и всё, теперь можно ожидать бэби.

Музыку я отключил в самом конце, уже после того, как всё случилось. Ну, я же не планировал произошедшего. От силы мечтал ещё раз доставить ей и себе удовольствие вспомогательными методами.

Эта девочка чиста, да и семья у неё приличная. И вот сейчас меня просто убивает этот доверчивый взгляд. Она что не понимает, что завтра я гипотетически могу сказать, — «Девушка, а Вы собственно кто? И что от меня хотите?»

Если ей не так принципиальна её девственность, в конце концов она такая не единственная. Но ведь мы даже не воспользовались презервативами. Да, если честно, я их в аптеке и не видел.

В ответ я улыбнулся и чмокнул её в ротик, перемазанный шоколадом.

Сейчас девушка беззащитна и открыта. У неё теплые карие глаза, которые способны как заморозить в ледяную статую, так и взорваться искрящим смехом. Я видел её в обоих ипостасях.

— Проводить тебя домой?

В ответ Светлана покачала головой, — а можно я у тебя останусь?

— А как же родители? Волноваться не будут?

— Будут, а я позвоню домой и совру, что остаюсь у подруги делать курсовую работу. Они мне доверяют.

Пришлось мне проводить аферу и отвлечь вахтёршу, пока Света звонила с проходной домой.

Спали мы тесно прижавшись друг к другу. А иначе никак, кровать то одноместная.

А утром меня ждало волшебное пробуждение. Светка успела встать раньше меня и сбегать в душевую к девчонкам. И сейчас она буквально домогается меня. Пока я спросонок туго соображал, она оседлала меня и теперь раскачивается на жеребце, выбирая положение и темп, наиболее комфортный ей. Мне только оставалось наблюдать за её эмоциями. А они были прекрасны. Девушка закрыла глаза, упёрлась руками мне в грудь и подняла голову вверх, будто искала там непреложную истину, которая откроет ей путь в неведомое. От этого неторопливого темпа я и сам возбудился. Но не решился ей мешать вести свою игру.

Светлана вдруг издала стон, потом ещё один и сдерживаясь из последних сил вонзила ногти в мою многострадальную грудь. При этом она не оставила мне ни малейшего шанса успеть выйти до момента семяизвержения. Она буквально рухнула на меня, заставляя содрогаться в конвульсиях оргазма.

Глава 8

Всё, в это воскресение мы больше ничем общественно полезным не занимались. Гуляли по осеннему парку, ещё работало колесо обозрения и мы с высоты птичьего полёта пытались высмотреть знакомые ориентиры.

Проводив подругу домой, я вернулся в комнату. Мне нужно побыть одному. Разобраться в отношении к девушке я успею, это не убежит. А вот что вчера случилось у меня на чердаке, мне не понятно.

До поздней ночи я игрался с новыми возможностями. В корневой папке лежали аудио треки. Много, сотни. Они видимо разбиты на жанры. Некоторые прекрасны, но большинство мне ужасно не понравились. Какофония резких звуков. Такое ощущение, что это внеземной хард-рок, после слащавой поп-музыки.

А когда я открыл новую папку, обнаружил там видеоклипы. Вот это уже не только интересно, но и познавательно. Люди там принципиально не отличались от меня, так же две руки, две ноги и голова. А вот разнообразие расовых оттенков чрезвычайно велико. Как и нарядов. В результате у меня опять дико разболелась голова и я отрубился.

На пару проспал, благо была лекция. А лектор никогда не проверяет списки присутствующих. Это работа старост. А вот на семинаре, где сидит только одна группа, такое не прокатит

.

В первый раз получаю стипендию. После обеда Женька с двумя ребятами покрепче занял очередь в кассу. А через час я уже расписался в ведомости, получив свои долгожданные.

— Пахолков, гони взносы за всё лето, — это Татьяна, наш комсорг собирает дань с бедных студентов.

Так, надо ещё забежать в профком, взять проездной. Потом забрать книги в библиотеке. А вечером тренировка.

Я соскучился по движению. С наступлением периода дождей и холодов бегать стало не в чем. Нужен болоньевый костюм и крепкие кожаные кроссовки. Поэтому тренировки в манеже были предпочтительнее.

Народ, истосковавшись по занятиям столпился у штанги. Там несколько человек приседали с хорошими весами, остальные тянулись и висели на шведской стенке.

В этом году у нас пополнение, это первокурсники. Несколько парней и две девчонки. Пока шеф даёт задание спринтерам, я треплюсь с Ертаем и Саней Зайцевым. Сашка Сардов тоже здесь на дорожке, но у него свой тренер. Саня крут и это заметно по его экипировке. Его шеф тренирует от общества «Трудовые резервы», где снабжение намного круче, чем в нищем студенческом «Буревестнике».

Народу на дорожках немало, основная масса серьёзных спортсменов занимаются дважды в день. Утром лёгкая разминка, а вечером основная. Они начинают или в 15.00, или в 17.00, вместе с нами. А уже вечером приходят группы здоровья и не профильные спортсмены.

Мы с интересом наблюдаем, как готовятся прыгуны в высоту. Они выходят на дорожку, где каждый втыкает для себе цветную кнопку. Дождавшись, момента, когда дорожка будет свободна, сосредотачиваются и начинают разбег. Иногда сбиваются и прекращают его. Но чаще прыгают. На удачные попытки мы дружно хлопаем в ладоши.

— Ты не мне поможешь? — ко мне обратилась одна и наших новеньких. Высокая яркая девица держит в руках объёмный мяч, набитый какой-то тяжёлой хренью. Он служит для бросков из разных положений. Вот и сейчас девушка предлагает ассистировать ей.

Обернувшись, убедился, что тренер ещё не освободился, — а, давай.

Разойдясь метров на десять, стали пропуская мяч между выпрямленных ног, резко выпрямляясь, запускать в сторону напарника.

Невольно отметил красоту девчонки. Брюнетка с ярко-синими глазами. Фигура спортивная, но с заметными женскими статями. Девушка раскраснелась и ей это удивительно идёт.

— Так, все ко мне, — шеф тренькнул в свисток, требуя к себе внимание. Я извинился перед девушкой и рысцой подбежал к нашей группе.

Дальше мы бегали отрезки по 200 метров на скорость. Хуже всех пришлось Ертаю. Казах имел своеобразную манеру бега. Он бежал ссутулившись на полусогнутых ногах. Но это не мешало ему показывать хорошие результаты в кроссе на километр. От выбегал из трёх минут, уверенно делая 2.50. А вот короткие отрезки явно не его фишка. Мне тоже не даётся спурт, просто я не тренировал взрывную силу, тягая штангу. Да это для середняка или марафонца и неприемлемо. Каждый грамм мощных мышц на длинных дистанциях надо питать кислородом. Чем больше масса, тем труднее поддерживать заданный темп.

Так покатилась учёба и тренировки. Я возобновил работу в охране и мне даже дали постоянное место. Это было трёхэтажное длинное здание проектного института. Дневная вахтёрша сдавала мне в 18.00 свой пост и я дежурил до 7.00. Что важно, дверь закрывалась и я мог идти спать. Первую ночь как идиот провёл, мучаясь за столом у входа. А потом подобрал ключ от медпункта, где имелся лежак. А иногда меня навещали ребята. В подвале стояли два теннисных стола и ракетки с шариками. Так парни приносили пиво с рыбкой, а потом мы рубились пара на пару в теннис. К семи утра я всех выпроваживал и встречал смену. В общаге я только переодевался, брал сумку и шёл на пару. И ничего, на лекциях не засыпал.

А когда наступила зима и выпал серьёзный снег, меня догнало моё прошлое. Я совсем выкинул из головы, что у меня существовала и другая жизнь. Далеко, в тысяче километров от сюда. Просто мне на вахте передали вызов на главпочтамт. Меня лично приглашают на переговорный пункт, который прилепился сбоку от главного входа. По-видимому, он работает круглосуточно, потому что у меня в корешке указанно время в 21.30.

Отметившись у телефонистки я вышел на улицу. Тут уже столпились такие же ожидающие вызова. Периодически раздражённый женский голос называл фамилию и номер кабинки.

— Пахолков, кабина номер 3, — гнусавый изменённый голос отвлёк меня от тягостных мыслей. Закрыв плотно дверь, я как разъярённую гадюку, взял осторожно трубку.

— Алё, говорите, Омск на связи, — дальше послышались хрипы и вдруг помехи исчезли и на меня обрушился женский голос, — алё, Лёша, алё, ты меня слышишь?

Слышимость хорошая, звук чистый, будто говорившая стоит рядом со мной. Вот только я не знаю, кто говорит.

— Да, привет. Слышу не очень хорошо, говори, — я специально так строю свою речь, чтобы она была нейтральна по отношению к собеседнице.

— Ой, Лешёнька, сынок. Наконец-то это ты. Ты куда пропал, мы же писали тебе и даже вызывали на переговорный пункт в августе. Так ты не пришёл. Сына, ты почему не приехал домой после сессии?

Ну хоть какая-то ясность, значить этот моя родительница и меня ждали домой. Радует, может у меня есть нормальная семья? А я такой весь из себя неблагополучный?

— Мам, да когда бы я приехал? Как сессию сдали, сразу началась производственная практика в автопарке. А потом стройотряд, август и сентябрь работали в колхозе, коровник строили.

Продолжительное молчание заставило меня забеспокоиться. Или обрыв связи или я чего-тот не то брякнул, — алё, девушка, разъединили.

— Говорите, Ваш собеседник на линии, — раздался голос из космоса.

— Лёша, говори, говори. Я просто пыталась представить тебя в стройотряде. Как ты Лёша, тебе денег, хватает, что мы присылаем?

— Да конечно, — похолодел я. Это куда они бабло присылают, на деревню дедушке? Хотя, вот же чёрт. Сейчас можно посылать только по почте. Надо проверить, может в самом деле мне всё это время слали деньги, а я тут нищенствовал.

Видимо закончилось время, потому что мама заторопилась, — сына, на новогодние каникулы обязательно приезжай домой. Мы с папой ждём, да и Иришка тоже.

Назад в общагу шёл задумавшись. Значить всё-таки родители у меня есть, и вроде вменяемые. А вот кто такая Ириша? Надеюсь, что не жена с кучей голодных детишек.

На почту попал только после занятий. Блин, я растерянно держу в руках довольно крупную сумму денег. По предъявлении паспорта мне насуропленная кассирша выдала тонкую пачку сиреневых двадцати пяти рублёвок. Ровно 700 рублей. Это что получается, пока я жил на подножном корме, мне предки каждый месяц подгоняли сотку? Вместе со стипухой это составляет зарплату какого-нибудь бухгалтера в конторе.

Назад плёлся с чувством неопределённости. Я для себя уже решил, что у меня нет семьи и поддержки, а рассчитывать могу только на себя. Но голос этой милой женщины пробудил некие смутные чувства. Она явно переживает за сына, в её голосе я услышал тревогу. На душе стало чуть теплее от осознания того, что я не один в этом новом для меня мире.

Да, я примирился, что это не мой мир, в котором я родился. Это очень похожий, но уже не мой. Что и заставило меня относиться к жизни со всей серьёзностью, помощи то ждать неоткуда.

А теперь вот иду и думаю, как меня примут в этом Омске. Я же там ни разу не был. Адрес имеется в штампике прописки в паспорте, найду. А вот от кого бы мне узнать подробности своей жизни там?

На занятия в институт я приходил, как правило, с тяжёлой головой. До полночи гулял по просторам моей новой игрушки. И через два месяца окончательно разобрался с её содержимым.

Вообще, к моему сожалению, эта действительно просто игрушка. Что-то типа навороченного электронного органайзера. Нам нём хранится огромное количество информации, но в основном развлекательного характера. Я разбил хранящееся содержимое на три группы. Это звуковые треки, видеоклипы и фильмы, а также пока непонятная мне информация. Последняя самая ценная, потому что там могут оказаться знания иной продвинутой цивилизации.

Ну и мне удалось создать три новых папки. Изучая музыку и видеоконтент, я начал всё отсортировывать, отталкиваясь от своих ощущений от просмотра.

Отдельно шло «Избранное», то есть то, что меня поразило или очень понравилось. В другую папку шло то, что я ещё не понял до конца. Ну и вещи, которые чем-то цепляли, но пока не ясно чем именно. А в третью откладывал заинтересовавший меня контент познавательного характера, из которого я мог подчерпнуть сведения об этой удивительной цивилизации.

А откуда сожаление? Так я-то наивный размечтался, что мне в голову засунули навороченную нейросеть, дающую возможности сверхчеловека, полубога. Эта тема популярна в моё время, так называемый жанр литературы, созданный по игрушке на космическую тему «EVE ONLINE». Там нейросети, базы знаний, космическая техника, станции. А также Содружество продвинутых государств и Фронтир, с его пиратами, расами полуразумных инсектоидов и мудрых обезьянок. А мне вместо кристаллического полноценного разума подсунули обычный навороченный калькулятор. Правда я допускаю, что его функционал немного выше и мне удастся создать себе помощника в изучении знаний будущего.

А пока что я воспитывал своего ассистента и привыкал работать с ним по принципу «Google Assistant». То есть я мысленно обращался к нему с вопросом, и если он принимал его, то производил действие. Пока что это выражалось в просьбе обратиться к определённому файлу. И ассистент мгновенно воспроизводил нужное. Я даже на тренировках и во время пробежек включал ритмичную понравившуюся музыку и кайфовал. При этом я отлично слышал происходящее вокруг меня. Ассистент мгновенное принижал при необходимости громкость. Судя по изученному объёму, мне понадобиться пара лет, чтобы ознакомиться со всё доступной информацией.

Наиболее интересными были ролики о природе иных планет, а также съёмки галактики и звёздных систем с разных ракурсов. Качество видео просто изумительное. Голову сносит от этой красоты и осознания того, что это не анимация, а реальные съёмки с космического объекта.

Незаметно подошёл к концу семестр и опять началась зачётная неделя. Мы, как сумасшедшие, носились по аудиториям. У каждого были задолжности, которые нужно было погасить, чтобы получить допуск к сессии. Я в этом плане был типичным середняком и тоже страдал этим комплексом. Тренировки побоку, всё направлено на результат.

Когда я получил зелёный свет на экзамены, то смог немного расслабиться. Теперь можно спокойно начать готовиться к первому экзамену. Со Светкой виделись редко, а про секс я даже и не говорю. Девушка как-то затащила меня к себе домой и вместо обеда принялась лихорадочно раздеваться.

— Светик, ну мы же не кролики, чтобы по-быстрому сношаться. А как же поговорить?

— Лёшка, ну я очень хочу, — и девушка заманчиво крутанулась вокруг оси, демонстрируя свои белые трусики и прочие соблазнительные прелести молодой девушки.

А у меня тревожно забил набат в голове. После того раза я тревожно присматривался к ней, ожидая «приятного» сообщения, что я скоро стану папой. Но, слава богу, мы не залетели.

Ну я не планирую скоро стать отцом. Куда мне семью и детей, если я сам подвешен в воздухе. Ни семьи, ни прошлого, только сомнительное будущее.

Сама Светлана мне в принципе нравилась, но тоже я не представляю себя её женихом или мужем. Мне нравится, когда она рядом, не более. Наверное это не совсем то чувство, которое называют любовью. Видимо у меня атрофирована та часть тела, которая отвечает за эту химию помутнения рассудка. За своей будущей женой Ингой ухаживал и женился скорее по расчёту. Её отец был заметной личностью в нашем городе и сумел пробить нам двухкомнатную квартиру в неплохом месте города на Юго-Востоке.

В дальнейшем мне тоже не повезло влюбиться по-настоящему. Чтобы страдать и мучаться от неразделённых чувств. Даже не знаю хорошо это или я моральный урод. Но меньше всего я хотел разрушить Светкину жизнь. Если она прирастёт ко мне всем мясом, то отдирать нужно будет с кровавыми брызгами и попытками суицида. Я знаю, о чём говорю. И даже не говорю о варианте с наличием общих детей.

Вот я и пытаюсь держать дистанцию. Но отвергнуть девушку показалось мне не правильным, а завалиться сейчас в койку — ошибочным. Поэтому я нашёл Соломоново решение. Удовлетворил её пальцем, девушка немного обиделась на моё нежелание полноценного секса, но нам в самом деле уже было нужно убегать. В целом осадок небольшого отчуждения остался у обоих.

А перед Новым Годом, я случайно попал на новогодний концерт, который подготовили студенты университета. Ну, собственно, ничего особого, обычная самодеятельность. Спеть, прочитать, станцевать и похлопать. Больше похоже на капустник, лично мне понравилось выступление студенческой студии бального танца «Ассоль». Десять пар красиво и синхронно кружили в быстром вальсе, расходясь и образуя оригинальные рисунки. А потом, вышли три их пары и сбацали джайв. Латиноамериканский зажигательный танец меня неожиданно завёл. Так захотелось очутиться на месте этих парней. В отличии от чопорной «стандарты», где работает больше нижняя часть тела — таз и ноги, в «латине» задействовано всё тело, все группы мышц. Я даже пытался представить себя на месте партнёра. Блин, я хочу попробовать. Мне кажется, что если показать мне основные шаги и оставить перед зеркалом, я быстро схвачу рисунок танца.

Но, эта мысль мелькнула и исчезла, как искорка от костра в ночи.

Новый год встречал с нашими в общаге. Изначально планировалось у Светланы, но у неё мама неожиданно попала в больницу с апендицитом, и вся семья дежурила у ней в палате.

Праздник особенно не запомнился, всё как всегда. Оливье, холодец, отварная картошка, шпроты и спиртное. Кто хотел — хорошенько надрался, а я после двенадцати быстро слинял. Погулял по пустой улице, слушая крики радости и поздравлений из открытых форточек. На душе немного грустновато, я вспоминал прошлую жизнь, родителей, бабушку с сестрой. Пробежал по своей жизни и решил, что в принципе ничего очень ценного в ней и не было. Ну, конечно, кроме того, что это была МОЯ ЖИЗНЬ. Ценная, уникальная и неповторимая.

Удастся ли мне сделать так, чтобы под занавес жизни я смог без ложной скромности сказать, — жизнь прожита не зря, — не знаю. Но хочется попробовать. Не хочу тлеть, хочется гореть и зажигать всё рядом.

Глава 9

Сессия невольно отвлекла меня от нелёгких мыслей о поездке домой. Я переживал, что меня разоблачат. Ведь я там буду плавать, как младенец. Мне позарез нужен информатор, который поможет мне не выглядеть молчащим идиотом.

И когда я получил в зачётку заслуженную четвёртку по начерталке, то понял, что дальше тянуть смысла нет. Зимние каникулы короткие, всего полторы недели. А мне ещё пилить на поезде до Омска.

Кинул минимум вещей в спортивную сумку, взял четвертной на дорогу и поехал на ж/д вокзал. Удалось залезть в плацкартный вагон, заплатив проводнице. Дико не повезло с этим маршрутом. Я не проверил, как он идёт. Ахренеть, менее 600 км поезд шёл черепашьим шагом, останавливаясь у каждого аула. Сел я в поезд в 15.00, а вылез аж в 11.30.

Почти 20 часов мутного и тягучего ничегонеделания покинул осточертевший вагон. Я забодался слушать попутчиков по плацкарте. Уже и выходил в тамбур подышать сигаретным дымом, стоял и смотрел в проходе на заснеженные поля. Часов в пять вечера пересекли условную границу с РСФСР и катили уже по территории другой республики.

Пришлось взять такси, я даже не знал, как добраться до нужного адреса. Оказалось это совсем недалеко, десять минут езды. Отдав полтора целковых, я стою и рассматриваю здание старой постройки. Оно как бы ещё не с дореволюционных времён. Двухэтажное с толстыми стенами, лепными карнизами и сарайчиками, прилепившимися сзади. Вполне симпатичное жилье, да и место явно центровое в старой части города. Это вам не спальный район, здесь наверняка не простые люди живут. Вон возле подъезда служебная «Волга» стоит, кого-то ждёт.

Тоскливо посмотрел на окна. Мне нужна девятая квартира. Дом двухподъездный, искомая оказалась на втором этаже.

Оббитая деревянной планкой дверь резко открылась после моего робкого стука. На меня смотрит девица лет пятнадцати-шестнадцати, наверное старшеклассница. Несколько секунд мы лупали друг на друга глазками, я уже было подумал извиниться, типа ошибся адресом. Как она вдруг с визгом прыгнула мне на шею и повисла, болтая ногами в воздухе. От неожиданности я сделал шаг вперёд и чуть не завалился внутрь квартиры.

— Лёшик приехал. Ну ты и сволочь, обещал летом меня на озеро свозить. А сам пропал, целый год не приезжал.

Пришлось мне выдержать девичий бурный натиск. Наверняка это Ириша и есть моя сеструха. Или не сестра?

Не, на подругу дней суровых не тянет по возрасту, год назад совсем соплёй была. Но лучше помолчать.

— Ну чего застыл, скидывай куртку. Ух ты какая классная, где достал? Я тоже такую хочу, надоело в пальто и шубе из кролика ходить.

Дальше пошёл девичий трёп и я судорожно пытался уловить хоть крупицу полезной информации. Зря надеялся, девчонка строчила какими-то именами, перескакивая с одного момента на другой и совсем меня запутала. Я тоскливо посмотрел на часы, уже 14.00. Скоро могут родители заявиться, а я ни в одном глазу. Ну в смысле не представляю, как себя вести.

Господи, за что мне эти шпионские страсти. Ведь сразу выпасут, чтобы мать родного сына не узнала?

Я пристально посмотрел на девчонку, это произвело резкий эффект, она замолчала, даже сглотив слюну от неожиданности:

— Что, ты чего так смотришь? Я запачкалась? — она растерянно провела ладошкой по щеке и губам.

А я хищно ощерился, растянув губы в зверином оскале, — а вот и мой информатор. Вот кто мне поможет.

Тут ведь как, взрослому со сформированной психикой и сложившимся мировоззрением невозможно внушить чушь типа потери памяти, сразу отправят в психушку. А вот взбалмошной девчонке можно попытаться.

Я цапнул за руку остолбеневшую от происходящего девчонку и потащил в зал. Там роскошный диван и нам будет удобно.

— Ирка, кончай тараторить. У меня проблема, очень серьёзная проблема.

Я усадил сестру рядом и продолжаю удерживать руку, показывая всю серьёзность ситуации. Отпустил, когда та испуганно закивала головой, — Лёшка, что опять Вадик тебя нашёл?

Интересно, что за Вадик? Ну это позже.

— Нет, не знаю. Не Вадик. Родаки когда вернуться?

— Ну, папа поздно, часов в семь. А мама в пять, ну ты и сам знаешь

— Не знаю, сестрёнка. Не знаю. Я ведь в прошлом году на зимние каникулы ехал домой. Да не доехал, подхватил какую-то инфекцию и меня сняли с поезда. В больничке провалялся полтора месяца с сильными головными болями. Потом стало легче и я убежал оттуда. Вернулся в Караганду, с трудом удалось восстановиться в институте. Всё ничего, да вот одна беда, память потерял. Не всё, кое-что помню. Но фрагментарно, вот тебя узнал. А как выглядят родителю не вспомню.

Я встал и взял с тумбочки фотографию в рамке, где была запечатлена наша семья. Снимок делали видимо в Крыму на отдыхе. Все загорелые как шоколадки и дружно улыбаются. Наверное, лет пять назад фотографировались, потому что я там ещё полноватый подросток, а сестра совсем голенастая пигалица. На меня улыбаясь смотрит симпатичная моложавая женщина. Она обнимает нас обоих. А вот отец смотрит немного букой. Да, серьёзный товарищ. Он явно лет на надцать старше жены, с ранней залысиной. Смотрит, будто спрашивает, — а кто ты такой и что делаешь в моей семье?

Разворачиваюсь и на меня смотрят испуганные глаза, заикаясь от эмоций девчонка выдавила, — Лёшка, хорош прикалываться. Придумал фигню какую-то, я всё равно не поверю.

А сама робко улыбается, готовясь весело заржать, когда я скажу, — «Шутка».

Но не найдя отклика в моём лице, девчонка изменилась, на глазах появились слёзки.

Чёрт, перестарался однако, пытаясь заставить её отнестись ко мне с полной серьёзностью.

— Ну ты чего, не хватало ещё нам сырости, — я обнял девчонку и прижал к себе. Тат шмыгнула носом и уперлась мне руками в грудь:

— Дурак, скажи, что ты всё это придумал.

— Нет, к сожалению, нет. И без тебя я не смогу, мне будет тяжело разобраться. Но ничего страшного, я вылечился и у меня всё прекрасно. Мне просто нужно вспомнить, поможешь немного?

Та молча кивнула и убежала в комнату. А мне только осталось пройтись по квартире.

А ничего так живут мои предки. Четыре комнаты и большая прихожая. Два туалета, один гостевой в прихожей, рядом с кладовкой. Второй рядом с кухней. Кроме гостиной есть две спальни. Одна родительская, другая Иркина. Но там сейчас закрыто, девчонка заперлась. Дальше видимо отцовский кабинет, судя по огромному столу и библиотечным шкафам. Кухня тоже соответствует своими размерами. На столе блюдо, накрытое полотенцем. Приподнял, а там румяные пирожки. А как пахнут вкусно. Не удержавшись, зацепил один. Обалденно, но не понятно с чем. Пахнет как рыба, но по виду будто лапша. Зацепил ещё один и вернулся в гостиную.

Когда наконец-то вышла Ирина, я уже умял ещё парочку пирожков и немного утолил голод.

Девчонка переоделась в спортивный костюм, настороженно подошла ко мне и села напротив.

— Слушай, а это мама так вкусно печёт? И не понятно, что за начинка.

Девочка посмотрела на меня как на убогого, — нет, это бабуля передала пирожки с визигой. Ты что бабу Зину тоже не помнишь?

Я только покачал головой.

— То есть никого не вспомнил, только меня?

— Тебя помню, как сквозь туман.

Дальше мы минут пять молчали. Каждый о своём.

— Ладно, что ты хочешь знать от меня? — девчонка для себя что-то решила и настроена вроде решительно.

— Всё, рассказывай. Но в первую очередь про родителей. Как зовут, как меня называют и я их? Где работают и всё такое. Представь, что ты хочешь написать про них рассказ. Вот и начинай.

Когда мама пришла с работы я уже успел покайфовать в ванной и переоделся в своё.

Оказывается, что раньше я спал в своей комнате. Но с моим отъездом папа обустроил там кабинет, а мне теперь предстоит спать на большом диване в зале. А вот шмотки мои в комнате сестры. Я, учитывая то, что в квартире тепло, одел шорты и футболку. И то и другое изрядно висело на мне, но для дома пойдёт. Я действительно был мальчик в теле.

Маму зовут Ольга Николаевна, ей сорок один год, преподаватель на кафедре информатики в Омском политехническом институте. Отец, Юрий Валерианович, пятьдесят три года, проректор по научной работе этого же ВУЗа. Интересно, какого лешего меня занесло в центральный Казахстан?

Это и было следующим вопросом. Услышанное мне не понравилось. Да не то слово, мне просто захотелось убежать с квартиры и больше тут не показываться. Сестру приходилось буквально мучать, вытягивая нужное мне.

Если вкратце, то предыдущий владелец моей тушки оказался ещё тем поганцем. То ли родители ему потакали, то ли сущность у него с гнильцой, но вырос он подонком. Ещё в десятом классе попал в плохую компанию, там заводилой был некий Вадик, сын первого секретаря городского райкома партии. В компании были ещё несколько человек из обеспеченных семей хозяйственной номенклатуры. Не знаю кто там банковал, но ребята подсели на травку, смолили анашу. От безнаказанности чувствовали себя королями, задирали одноклассников. А в конце первого курса, куда меня поступил любящий папаня, эти ребята перегнули палку. На какой-то студенческой вечеринке то ли изнасиловали девчонку, то ли избили её. Здесь Ира точно не может мне сказать. Как и то, какая здесь была моя роль. Родители старались держать это от неё в секрете. Больше она узнала от соседей и знакомых. Насколько сестра знает, дело удалось замять, а ребят скрыли на всякий случай. Так я и оказался в КПТИ. Отец сумел договориться о моём переводе в другую республику.

О моих отношениях с родителями Ирка сказала так, — мама долго плакала первое время, а потом сильно переживала за непутёвого сына. А отец всё больше молчит, но у него из-за меня были неприятности на работе. Вроде даже хотели исключить из партии, но обошлось. Отец вообще немногословен и сестре не понятно его мнение на мой счёт. Ну и однозначно он критически относится ко мне.

Весело тут у вас, ничего не скажешь.

Когда мама открыла дверь своим ключом, первой выскочила Ирка. Мы с ней договорились, что она будет меня прикрывать и тонировать все мои косяки.

А мне мама казалась постарше, передо мной стоит высокая женщина в сером приталенном пальто и импортных сапогах. Женщина смотрит на меня, будто боится, что я исчезну. Через секунду она уже крепко прижимала меня к себе. Дурацкое ощущение, посторонняя женщина тискает меня, готовая пустить слезу, — мам, да всё нормально. Я же приехал.

Ирка присоединилась к нам, обнимая мать сзади.

Блин, вот этого я и боялся. Мама Оля сразу переодевшись в домашний халат, принялась меня крепко пытать. И если по учёбе я отвечал довольно бодро, то про личную жизнь и планы на будущее — расплылся по столу сплошным недоразумением. Я боюсь ляпнуть не то, что от меня ждут и отделываюсь общими фразами. А напротив меня сидит сестрица и мама. При чём последняя сверкает стройными коленками из-под халата, а я стыдливо смотрю на мебельную стенку. Для меня обе женщины незнакомые. И если с сестрой я успел пообщаться, то мама для меня — терра инкогнито. Чувствую себя аферистом, прокравшимся в чужую квартиру и планирующему кражу семейных драгоценностей.

Господи, скорей бы ночь, тогда от меня все отстанут.

А через час раздался звонок в дверь. Это видимо отец, Ирка полетела ему открывать. И из прихожей послышались голоса. Сестра просвещает отца о приезде блудного сына.

Отец на полголовы ниже мамы, интересно куда она смотрела, когда соглашался выйти замуж. Мужчина остро глянул на меня и бросил на стол корреспонденцию из почтового ящика. Я встал и подошёл к нему, — ну привет, пропащая душа. На утреннем приехал?

На всякий случай я согласился, пусть будет утренний, — я в душ, Оля что у нас на ужин.

— Ой, Юра, а я ещё к плите не подходила. Сейчас что-нибудь придумаю.

Пять минут прошло, как родители исчезли. Отец в ванной, а мама на кухне.

— Умничка, с меня сюрприз. Что бы я без тебя делал, — я чмокнул сестру в румяную щёчку и направился на кухню. Оглянувшись, увидел немного обалдевшую сестру.

Интересно, а что я опять не так сделал. Этот придурок что, сестру в чёрном теле держал?

Мама судорожно решала, что приготовить на ужин. Открытая морозилка явила замороженную длинноногую курицу и пакет с фаршем.

— Ма, — вмешался я, — а давай котлеты сбацаем.

— Котлеты, ты хочешь котлеты? Кончено, только у меня фарш не разморожен, придётся подождать.

— А давай я сам займусь ужином, я ты отдохни.

Блин, опять палюсь, мама смотрит на меня, как на умственно отсталого.

— Ма, ну я в Караганде сам готовлю и ничего, ребятам нравится. Давай, ты мне только найди панировочные сухари.

Мне выдали ржаные сухари, которые требовалось ещё скалкой размолоть в муку.

Так, мне нужен кипяток, чтобы быстро разморозить фарш. Через полчаса я дул на руки, которые стянуло судорогой от холода.

Фарш нужно хорошо вымещать, в него я добавил сухой укроп, пару сырых яиц и хлебный мякиш, вымоченный в молоке. Туда же покрошил чеснок. Теперь на разогретую сковороду выкладываю сформированные котлеты, вывалянные в сухарях.

— Ир, поди сюда, — сестра заглянула на кухню, — чо?

— Не чо, а что. Давай картоху чисть, будем пюре делать.

— А мне надо заниматься.

— Мне тоже надо, а я тут вам котлеты жарю. Быстро чисти картошку.

С недовольной моськой Ирка пристроилась рядом, — ну, и что там? — заговорщицки спросил я.

— Ну, мама с папой шепчутся. Наверное, о тебе.

— Да, ну и ладно. Пусть шепчутся. Давай ставить воду для картошки.

Через час народ стал активно интересоваться, когда сядем ужинать. А у меня котлеты доходят. Я их обжарил на сильном огне, а потом долил бульона в кастрюльку и тушу на медленном огне, закрыв крышкой. Картошка давно сварилась и осталось только помять и сделать пюре. Но это в самом конце.

Кушать сели на кухне. Мама открыла банку с соленьями и выложила аппетитно смотрящиеся помидорчики на блюдо.

Видимо в честь моего возвращения, отец открыл бутылку болгарского вина. Я пить отказался, зато отдал должное своим котлеткам. А они получились знатные, нежные с зажаристой корочкой. Пюре благоухало сливочным маслом и послужило хорошим гарниром.

Но вот разговор за столом не сложился. А после чая отец пригласил меня в кабинет. При этом он шуганул жену, которая попыталась сунуться вслед за нами.

— Ну, сын, рассказывай. Как учёба, как дела и вообще.

Заметно, что отец настроен к моей особе, как бы это помягче выразиться. Но не буду его разочаровывать. После того, как я вкратце рассказал ему о моих успехах, он недоверчиво покрутил головой.

— И что, ходишь на лёгкую атлетику? Хотя да, ты сильно похудел.

— Па, да мне самому надоело жирняком ходить. Вот и занялся спортом.

— Ясно, а как с деньгами? Хватает?

— Да, спасибо. Я работаю. Устроился сторожем во вневедомственную охрану. Платят неплохо, 75 рублей. Со стипендией получается на круг 125, мне хватает. Так что не надо мне больше помощь присылать. Одежда на зиму есть, питаюсь в столовке, иногда с ребятами готовим сами или ходим в кафе. Так что всё в порядке.

Интересно, где я так напаскудил, что родной отец не доверяет моим словам. Он смотрит на меня и недоверчиво хмыкает. А потом он прикурил сигарету и открыл форточку:

— Ну хорошо, если так. Ладно, иди отдыхать, ты с дороги. Завтра вечером договорим.

Последняя фраза привела меня в уныние, о ещё чём говорить то? Неужели о том деле, от которого я был вынужден убежать в казахстанскую степь?

Уезжал я назад гружёный как верблюд. Мама передала мороженное мясо, несколько палок сырокопчёной колбасы и даже огромную рыбу. Палтус называется.

— Ма, куда я с ней в вагон. Да и где я готовить буду? У нас маленькая плитка в комнате.

— Ничего, жаренная она очень вкусная, у вас там такой, наверное, и нет. И вообще на улице тридцать градусов мороза, не пропадёт.

За эту неделю я вполне смирился с существованием у меня сестрицы и мамы. Сейчас я абсолютно искренне обнимал и целовал обеих.

А вот с отцом у меня не так всё прекрасно. Он на меня не наезжал, но заметно, что не доверяет и ожидает от сынули подлянки. Я, если честно, его не понял. Вроде любящий муж и отец. Проректор крупного института, но что-то с ним не так.

Но отец купил мне билет в купейный вагон скорого поезда, так что я назад доехал очень быстро и с комфортом. Сел поздно вечером, а утром вылез на перроне вокзала Караганды. Пока ехал, вспоминал своих близких.

Иришка свой человек, меня не сдала и искренне радовалась, что у меня наладилось с мамой. А с ней у меня и в правду всё хорошо. Я боялся, что материнский инстинкт сработает. Может и сработал, но как-то раз мама пришла пораньше с работы, когда Ирки не было дома. Ну и не знаю как она поняла, но спросила, что со мной случилось? Пришлось повторить свою версию, про заразный поезд и сорок дней в больнице. Только на сей раз я не упоминал про потерю память.

Мама всхлипнула и притянула меня к себя. Так мы просидели в сумерках, пока не пришла Ирка. С этого момента наши отношения разительно изменились. Мама однозначно приняла мою сторону и поздно вечером я слышал, как она сварливо выговаривала о чём-то отцу.

А папа внешне не высказывал своего отношения, но заметно, что он не ждёт от меня ничего хорошего.

За всеми этими событиями я забросил изучения ценного девайса в голове. Просто не мог себе позволить отвлечься на него. Я и так всю неделю ходил по лезвию бритвы.

Глава 10

Шестой семестр не принёс неожиданностей. Я возобновил занятия в манеже. Серёга подогнал мне настоящий болоньевый костюм. Синий с красными полосами по бокам. Это совковый парадокс. В их занюханном совхозе в сельпо свободно лежат подобные вещи. Сельчане не любят эту химию, предпочитаю натуральную овчину. А вот я теперь бегаю кроссы по утоптанному снегу, не испытывая дискомфорта.

Неожиданно получило продолжение моё желание научиться танцевать. В вестибюле института повесили объявление, что во «Дворце студента» университета объявляется набор на занятия бальными танцами. Как потом выяснилось, объявление старое, ещё с осени. И его повесили по ошибке. Ну а я как идиот и попёрся. Идёт занятие группы, народ слаженно изучает шаги какого-то латиноамериканского танца, а я обратился к их руководителям.

Интересная стройная женщина опустила меня на грешную землю, — ты немного опоздал, новую группу набрали ещё осенью. А сейчас февраль на носу, ребята уже здорово продвинулись. Тебе их не догнать.

— Аннушка, что за товарищ? — к нам подошёл стройный мужчина.

— Валер, да парень только что прочитал объявление о наборе к нам, вот и пришёл.

Если я правильно понял, эта пара и ведёт занятия. Группа отрабатывает движения танца под магнитофонную запись и дружно косится на нас.

— Занимался раньше танцами?

— Нет? А спортом каким-нибудь?

— Лёгкой? Ну присоединяйся. Посмотрим. Ань, у нас парней нехватка, девчонки в паре стоят, а ты таких кадров отталкиваешь.

Блин, а мне даже не во что переодеться. Но почти час я вместе с другими изображал великого танцора. А на следующем занятии мне дали девушку в пару. Правда она почти на голову ниже меня и бедняжка на следующее занятие одела туфли с высоким каблуком, чтобы не тянуться сильно вверх.

Что было удобно, занятия бальными происходили по вторникам и четвергам, что меня полностью устраивало и не пересекались с тренировками в манеже.

Не знаю, как далеко продвинулась группа, но пока в их багаже только медленный и быстрый вальс, из латины чача и джайв. Пары больше похожи на роботов. Голова смотрит вниз на ноги, движения зажаты, всё на полусогнутых. На девчонок приятнее смотреть из-за их стройных ножек. А вот парни прямо как терминаторы, ей богу.

— Алексей, останься после занятий, — это наш тренер Валера тормознул меня.

Я, оттирая вспотевшее лицо, приблизился к паре наших тренеров. Когда-то эта семейная пара с успехом выступала в зондер-классе. А сейчас Анне где-то тридцатник, а Валере уже под сорок.

— Падай на стул, хочешь чаю? — и Валера плеснул мне в крышку термоса пахучую жидкость.

Его партнёрша и супруга Анна уже переоделась и присела рядом.

— Слушай, ты у нас занимаешься три недели. Нравится?

— Да, иначе не стал бы ходить. Вот только…

— Что?

— Ну, скучновато. Народ такой тормознутый, а мне хочется драйва.

— Хм, Ань. Драйв ему подавай. Сначала нужно школу пройти, а ты только шаги выучил. Но я не об этом. Понимаешь, у тебя явно есть способности к танцу. Поверь, мы с Аней на этом собаку съели. Есть у тебя чувство танца, просто тебе нужно много заниматься. Это если не будешь лениться, то можешь многого достичь.

— Не знаю, мне нравится движение, но мне скучно у вас.

— Так приходи в нашу студию. Может слышал, при «Дворце студента» действует студия бального танца и ребята танцуют на вполне профессиональном уровне. У нас двенадцать пар и недавно ушёл один парень и нам срочно требуется способный танцор.

— Извините, я же только пришёл, какая студия? К тому же я занимаюсь лёгкой атлетикой, учусь и подрабатываю по вечерам. У меня просто нет времени на серьёзные занятия танцами.

— Ну смотри, если хочешь, подходи завтра. Может тебе понравиться.

И как специально на завтра тренировку в манеже отменили, а кросс я пробежал сразу после занятий. Так что в 17.00 я подгрёб к основному корпусу университета. Там, на заднем дворе и расположено двухэтажное здание «Дворца студента». На первом этаже различные кружки, а на втором большой зал с паркетом. До этого мы занимались в спортзале рядом.

Мимо меня прошла стайка стройный девчонок. Они весело щебетали о чём-то своём. На меня даже не оглянулись. Видимо привыкли к вниманию со стороны мужского класса.

Парни подходили не так организованно. Пока они разминались, вышли наши тренера.

— Хоп, ребята, — Валера громко хлопнул в ладоши, прекращая разговоры, — быстро прогоним разминку. Потом у нас по плану быстрый вальс.

Я пока просто сел в углу, а когда заиграла музыка, понял, что пришёл точно не по адресу. Если нашу группу обучали шагам вальса на раз-два-три в коробочке, то эти двигались в другом измерении. Здесь все пары как минимум «С» класса.

Существуют следующие градации в бальных танцах. «Е» — это чайники, первый год обучения. То есть мой уровень. «Д» — эти уже знают все танцы, ну может быть кроме «пасодобля». Но реально круто смотрится только «С» класс, эти уже профи со сложной индивидуальной программой. Ну а «В» и «А» — это зондер классы, то есть соревновательные, включая международный уровень.

Ну теперь становится понятно моё ощущение от увиденного уровня.

— Ну как? Впечатляет? — это ко мне подошла Анна.

— Да, круто. Но эти ребята наверняка не первый год занимаются.

— Да, многие начали заниматься с шести-семи лет. Но тут есть закавыка, всё зависит от таланта. Я знаю людей, которые пришли в танец уже будучи взрослыми и за пару лет продвигались в зондер-класс.

— Серьёзно, не ожидал. А от чего это зависит?

— Только от способностей. Но, тут опять есть нюанс. Партнёршам легче подняться. Вон видишь ту пару, тот чёрненький в джинсах. Это Эдик, в прошлом году его партнёрша вынуждена была уехать. Так Эдик нашёл девочку из новеньких. И сейчас вон, они уже вполне достойно выступают. В бальном танце партнёрша служит яркой тряпочкой, на которую все смотрят. И не замечает главного — шеста, вокруг которого эта тряпочка трепыхается. В танце линию даёт именно партнёр. И он ведёт, поэтому тебе придётся сложнее.

— Алёна, иди к нам.

Высокая стройная блондинка на туфлях с невысоким каблучком профессиональной походкой подошла к нам.

— Это Алексей, а это наша Алёна. Её партнёр серьёзно заболел и вернётся к нам не скоро. Предлагаю вам попробовать.

Хм, стильная штучка. Красивая фигура, натуральная блондинка, это сразу заметно. Держится уверенно, знает себе цену. На меня смотрит, как на обезьянку с гранатой. Вроде забавная и безобидная мартышка, но может навредить.

— Сколько, первый год? Ань, а как ты себе представляешь нашу пару, — это моя несостоявшаяся партнёрша узнала про мой статус в ранге танцора.

— Лен, а ты не заводись, успокойся. Вы попробуйте. Ты думаешь, что мы с Валерой любому предлагаем прийти к нам в студию? В любом случае, у тебя нет партнёра. Так что, что тебе терять?

Домой я шёл недовольный сегодняшним вечером. Моя партнёрша была раздражена и у нас ничего не получилось. Мы спустились вниз, в фойе, где была зеркальная стена и девушка пыталась встать со мной в пару.

Я понимаю, что я пока ничего не понимаю. Алёна заставляла меня втягивать несуществующий живот. Одновременно разворачивать плечи и расслаблять спину. Она показывала стойку для «стандарты». Наши правые ноги образовывали единую ось пары. Мы плотно становились, соприкасаясь бёдрами. И так пытались двигаться. При этом девушка недовольно прикрикивала на меня, заставляя оглядывать свою неуклюжую фигуру в зеркало. Что интересно, многие пары спускались вниз, застывая перед зеркалом. Нелегко не смотреть под ноги и двигаться, не сбив с ног партнёршу.

Возвращаясь в общагу, я решил не приходить на следующее занятие. Тем более, что они совпадали по дням с тренировками. А поздно вечером я нашёл в своих закромах памяти необычный инопланетный танец. Но он был парный и чем-то напоминал европейский танец.

Пара была причудливо одета, в яркие костюмы с перьями на голове. Но меня заворожил сам танец, они настолько пластично и синхронно двигались, как единый организм. Расходясь, они объединялись вновь. И сейчас я понял, о чём говорила Анна. Партнёр двигался чуть более скупо, его дама порхала вокруг него, забирая всё внимание своими прелестными формами. Но именно он давал посыл на движение, я смог в замедленной съёмке рассмотреть каждый штрих. И что-то меня торкнуло. С утра я вспоминал танец этой пары и меня очень потянуло самому повторить увиденное.

На занятиях мне не рады. У Алёны лёгкий насморк и она периодически достаёт платок. Я, как порядочный встал в линию. На разминке девушки стоят впереди, парни образуют заднюю линию. После разминки я попросил партнёршу спуститься вниз. Та молча, с обречённым видом высморкалась и заткнула платочек за рукав.

Наверху играла быстрая латиноамериканская мелодия и я попытался абстрагироваться от неё. Закрыл глаза и попытался представить ночной танец. Передёрнул партнёршу, заставляя настроиться на меня. Бедром чуть качнул вперёд, посылая на движение вальса. Такое ощущение, что я танцую один. Нет, я чувствую её руку в своей левой и изгиб её спины под моей правой. Мои движения становятся более размашистыми и мы двигаемся абсолютно свободно. Партнёрша неведомым способом улавливает малейшие мои движения. А вот когда открыл глаза, то сразу споткнулся о её ногу и извинился.

— Да, молодой человек. А ты всегда с закрытыми глазами танцуешь?

— Да, исключительно с закрытыми. Боюсь ослепнуть о Вашей красоты. Я тебе не сильно оттоптал ноги?

— Терпимо, ожидала худшего.

После тренировки я решил проводить Алёну до дома. Она жила на проспекте Абдирова, а это полчаса быстрым шагом от общаги. Выяснилось, что девушка учится на четвёртом курсе мединститута. А в университетскую группу ходит, потому что здесь сильная студия. Да и её бывший партнёр учился в универе на юридическом.

А передо мной стал вопрос, что выбрать? Тренировки или танцы. В принципе мне тренировки ничего, кроме освобождения от физкультуры не дают. А вот танцы меня неожиданно заинтересовали. Сегодня я что-то нащупал. Захотелось вот этой слитности с партнёршей и единения с музыкой. Тело просит движения и самовыражения. И кажется, здесь у меня будет такая возможность.

— Лёша, ты можешь ходить в другую мою группу. Но там занятия позже, с 18.00, — Сенькин не захотел меня отпускать. Пришлось согласиться, да и если честно осенью поехать на сборы вместо картошки куда соблазнительнее.

Наконец-то пригодилось моё умение пародировать чужие движения. Я присматривался к другим ребятам и повторял их манеру танцевать. И вроде у меня получается. По-крайней мере Алёна предложила мне приходить на час раньше и заниматься дополнительно.

А ещё нам приходили помогать её друзья, одна из пар, занимающаяся в студии. Артур, партнёр, показывал мне позиции ног и рук, а также движения. Иногда мы менялись парами и я танцевал с другой девушкой. Порой я пропускал тренировки в манеже и приходил вместе с Алёной заниматься с обычной группой бальников второго года обучения. Мы же занимались по своей программе.

А перед праздником 8-го Марта, нашу пару включили в общий состав. В новом университетском корпусе, что на Юго-Востоке, построили культурный центр. И в нём имелся зал со сценой, вот там нашему коллективу, наряду с другими и предстояло выступить. Трудность в том, что это коллективный танец, где очень важна синхронность. И если остальные пары были вполне станцованы, то нашей приходилось работать вдвойне. В программе был коллаж из трёх танцев. Это венский вальс, медленный фокстрот и танго. Зал битком, тут не только студенты и преподаватели. На первом ряду расположились важные партийные и комсомольские деятели.

Мы выступали сразу после ансамбля народного танца и пары баянистов, сбацавших «полёт шмеля».

— Молодцы ребята, всем понравилось. Лёша, ты вообще молоток, не выпадал из картинки, — это Валера заглянул в нашу раздевалку, одобрительно постучал мне по спине и испарился.

— Алексей, ты к Потаниной идешь в субботу? — это ко мне обратился один из наших.

— Не знаю, в первый раз слышу. А что там будет?

— Ну, если ты любишь богатый стол и обжимание с девчонками в темноте, то тебе понравится.

А Алёна подтвердила приглашение, то есть меня как бы приняли в коллектив. У одной из девчонок мама работала в ветеранском продуктовом магазине и стол, по идее, должен ломиться от кулинарных изысков.

Ну, грех отказываться, тем более других идей не было. Светка намекала на празднование у них дома. Но это будет в воскресенье.

Кроме привычных солений и салата оливье, стол радовал глаз двумя видами сырокопчёных колбас. А также балычком, консервированным мясом дальневосточного краба и красной икрой, скромно намазанной на ломтики французской булки. Мне сразу захотелось познакомиться с этой чудной женщиной, которая приносит в норку такие деликатесы. Но, к сожалению, родители ушли, предоставив молодёжи право отдохнуть.

После отменного застолья наступила пора развлечений. Стол вынесли в другую комнату, а стулья оставили. Я не ожидал, что ребята устроят конкурс. Разделившись на две команды, мы выполняли разные задания. Ну, типа, кто быстрее выпьет литр тёплого кефира, не отрываясь от пакета. Или кто больше придумает синонимов к слову «Идиот».

А когда стемнело, включили музыку. Оттягивались под «Модерн Толкинг», качались под Эрика Клэйптона и прыгали под «Оттаван». Надо отдать должное, это вам не козлячее подпрыгивание на танцах в парке. Парни и девчонки получили неплохую школу хореографии и смотреть на их движения приятно. Невольно и я присоединился к танцующим, высматривая понравившиеся моменты.

На призывный медляк Рикардо Фольи отреагировала моя партнёрша. До этого она увлечённо болтала со своей подружкой Татьяной. А тут снизошла до простых смертных и повесилась мне на шею. От девчонки слегка пахнет шампанским, помадой и парфюмом. Сегодня Лена на высоте, она в довольно коротком красном облегающем платье, открывающем стройные ножки. Волосы уложены в затейливую причёску, открывающую высокий чистый лоб. Девушка умело пользуется косметикой и выглядит на все сто.

— Лёшь, — капризно выдохнула она мне в ухо, — пойдём покурим.

— Я не курю.

— Я тоже, ну давай выйдем на лестничную площадку. А то здесь дышать нечем.

В подъезде действительно свежий воздух обдувает наши разгорячённые лица. Ленка потащила меня на этаж выше, где был широкий подоконник и можно было притулить наши задницы.

— Как тебе Ирка?

— Хозяйка квартиры? Супер, я в неё почти влюблён. Вернее, в её мамашу. Познакомь меня с нею. Буду подкидывать тебе раз в месяц деликатес, по старой памяти.

— Хм, а Ирка говорит, что ты на неё запал.

Странно, дочь хозяйки квартиры вовсе не в моём вкусе. Простоватое лицо в прыщиках и слабо выраженная талия. Так себе девица, на любителя. Хотя, надо узнать, может её родительница разведена.

Не дождавшись моего ответа, Алёна неожиданно обняла меня и воспользовавшись тем, что я прислонился к подоконнику и отступить не мог, притянула мою голову. Мы целовались минут пять. От тёплого дыхания, вкусного запаха помады и естественного флера тела молодой девушки у меня немного закружилась голова. Алёна прильнула ко мне всем своим податливым телом и не дала ни малейшего шанса. А её ручка уверенно нырнула к моему паху и заставила меня стиснуть зубы.

— Пойдём, — она затащила меня в квартиру. Там в полутёмном зале качались зыбкие фигуры. Интересно, куда она меня тащит.

Рядом с ванной обычная дверь. Я думал, это туалет. Оказалось нет, что-то типа кладовки.

— Только тихо, давай по-быстрому. — в потёмках слышу шуршание одежды, Алёна спустила трусики, выгнула попку и упёрлась правой рукой в стену. А второй притянула меня к себе. Ну, я не в том состоянии, чтобы отказываться. Девчонка нетерпеливо толкнула меня попкой и приглушенно застонала, когда я в неё вошёл. Так в темноте мы и двигались, являясь практически единым организмом. Было только слышно её тяжёлое дыхание. Внезапно нас осветил свет от маленького окошка. Кто-то зашёл в ванную. Раздались женские голоса, две девчонки нашли место, где обсуждать кого-то из парней. Мы с Леной на несколько секунд замерли, прижавшись друг к другу. А потом продолжили начатое, только уменьшили амплитуду, соблюдая при этом полную тишину. Хорошо, что эти балаболки вышли, потому что моя партнерша не смогла сдержать стон и напоследок укусила меня за запястье. Потом быстро натянула трусики и вышла, толкнув меня напоследок.

Расходились уже в одиннадцать вечера. Я, ещё с двумя парнями, повели своих девочек на остановку. Что примечательно, на вечере не все пары состоялись в романтические отношения. А имеющие, не обязательно со своими партнёршами. Это мне так повезло, переспать с напарницей по танцу.

Глава 11

Назад в общагу шёл, погруженный в свои мысли. Мне вот интересно, я что мёдом намазан? Чего девки ко мне липнут? Причём такие красавицы, за которыми бегают парни толпами. У меня таким образом образовался своеобразный бермудский треугольник, где пропадают корабли, самолёты и моё благоразумие. Во главе этого угла Светлана. Замечательная и чистая девушка, которая тянется ко мне. А я, наоборот, от неё отдаляюсь, потому что не хочу прямо сейчас жениться. А с нею только так. И никак иначе. Просто ради секса не получится.

В другом углу, после сегодняшнего вечера образовалась новая кандидатка, Алёна. Она старше Светланы, ей 22 года. Шикарное тело, смазливая мордашка и куча других достоинств. Из них два важных момента. У неё есть условия для встреч. Она живёт с мамой и сыном.

Да, доведя даму до подъезда я робко попытался прояснить, не стану ли я вскоре папашей. Ответ меня сначала поразил, а затем даже заинтересовал.

— Не бойся кавалер, у меня спираль стоит. Так что в этом плане всё нормально. Папашей ты не станешь.

А когда я подзавис, девушка рассмеялась. Просто я помнил откуда-то, что в эти дремучие времена были только два эффективных средства контрацепции. Абсолютно тошнотные и грубые презервативы и эти самые маточные спирали. Но последние по какой-то причине ставили исключительно после первых родов.

Ещё в десятом классе случилась у Алёны жуткая любовь с мужчиной значительно старше неё. И кто же мог знать, что он женат и разводиться не собирается. В результате она родила от того ребёнка. Надо отдать мужику должное, алименты платит как положено и главное добровольно.А мама у Алёны тоже врач и сама воспитывала дочь одна. Вот так неожиданно выяснились такие интимные подробности. В жизни не сказал бы, что у этой стройняшки уже трёхлетний сын.

Ну и нежданно-негаданно образовался некоторое время тому назад третий угол любовного треугольника. Этот уже по спортивной линии.

Когда я перешёл тренироваться в другие дни и позже на час, меня начали подначивать ребята с новой группы.

— Ну всё Лёха, придётся тебе жениться. Вот твоя бежит.

Да, та самая девчонка, с которой я иногда перебрасывался на разминке мячиком. Ни сном, ни духом не предполагал продолжения. Но она вслед за мной перевелась в новую группу. Я вместе с ребятами смеялся над совпадением, но оказалось, тут всё серьёзнее.

В один из вечеров мы закончили немного позже обычного. После быстрого душа я прошёл по тартановой дорожке и вышел в вестибюль спортивного комплекса. Отдав номерок вахтёрше, забрал свою куртку. На автомате отметил стоявшую в сторонке девчонку. Она тоже потянулась на выход, и я придержал дверь.

— Лёша, ты меня не проводишь? — я оглянулся на одинокую фигуру. Наши парни уже ушли вперёд, и я рассчитывал их догнать и пойти вместе.

— Ну, а тебе куда?

— Туда, — и девчонка несмело кивнула в сторону здания цирка.

— Пошли, — я подождал, когда девушка присоединится ко мне.

Шли молча, мне не о чем говорить с малознакомой девушкой. Но и идти так не совсем удобно.

— А ты на каком учишься?

— На ТСП.

— Так ты сварщица? Прикольно.

Сегодня довольно тепло и безветренно. Постепенно мы начали обычный студенческий трёп об учёбе и преподах. Познакомились, её зовут Оксана, учится на втором курсе, местная. На остановке посадил её на нужный троллейбус и дождался своего автобуса.

После окончания следующей тренировки она опять дожидалась меня, только теперь маячила на улице. Чем вызвала смех и пошлые остроты со стороны наших парней. Я не стал её поджидать, тем более что следом вышел наш тренер Владимир Алексеевич. Вот пусть он её и провожает.

Та же ситуация случилась и на следующей тренировке. Я решил прекратить эти смехуёчки и молча протянул руку, приглашая даму присоединиться.

Но девушка так трогательно смотрела на меня, что моя злость пропала, растворилась как кусочек сахара в кипятке.

— Слушай, Оксан. А зачем ты меня ждёшь? Что других провожающих нет? Ни за что не поверю, чтобы у такой красивой девчонки не было ухажёра.

Девушка ответила не сразу, — а мне не нужен другой. Тебе это не приятно?

Самое интересное, что я нисколько не лукавил. У Оксаны шикарная фигура. Она выигрышно отличалась от бегающих по дорожке легкоатлеток. Те большей частью плоскогрудые с неявной талией. А эта имеет гармоничную фигуру молодой женщины. Высокая грудь и стройные ровные ножки заставляют оглядываться и искать её глазами. Чёрные вьющиеся волосы и ярко-синие обжигающие глаза. Наши пацаны потому и цепляются ко мне, что элементарно завидуют. Они не раз пытались к Оксанке подкатить, но Москва-Динамо. А тут девушка сама меня ждёт, вот они и придумывают всякое.

Вот и ходим теперь, провожаемся. Но ничего такого, просто разговариваем о жизни. Так уж случилось, что у меня эта жизнь вторая и прожил я больше восьмидесяти лет в сумме. К тому же много информации самого разного свойства открылось значительно позже, когда появился интернет. Вот я и заполнял вакуум. Оксанку интересовало буквально всё. Новые страны, обычаи народов. Животный мир и политическое устройство государств.

А когда на 23-е февраля она вручила мне набор фломастеров и открытку я понял, что теперь рассказами не отделаюсь. Нужен достойный подарок на 8-е Марта. Лучше всего духи.

Дело в том, что Оксана сирота. Родители пять лет назад погибли в авиакатастрофе. А девочку подымала бабка с дедом. Дед умер в прошлом году, вот она и живёт с бабулей в частном секторе в Михайловке.

Теперь мне нужно поздравлять с праздником весны аж трёх женщин. И с каждой меня связывают непростые отношения.

С Серёгой Лукиным я познакомился прошлым летом в стройотряде. Он единственный в отряде был с нашего потока. Ну и потом периодически сталкиваясь в коридорах, болтали о всяком разном. Но меня заинтересовало странное увлечение парня. Серый жил в посёлке городского типа Сарань, что в пяти километрах от Караганды. Недалеко от них раскинулась большая огороженная территория завода железобетонных изделий. Так вот Серёга рассказал, что ещё пацанами они гоняли туда на великах. Чуть в стороне, посреди степи, заводчане устроили свалку бракованной продукции. Точное её предназначение Серёга не знал. Зачем нужно вывозить железобетонные конструкции, с виду вполне нормальные на свалку? Но в результате многолетнего вывоза на свалку, образовалась причудливая зона нагромождения самых футуристических форм. Вот пацанва там и играла в войну, устраивали штабы и склады продукции «военного назначения». Ну, прятали там рогатки и самострелы от родительского надзора.

Так вот, Сергей с одним товарищем взялись навещать эту площадку в степи. Они переодевались в прочную рабочую одежду и разработав свой маршрут, соревновались на скорость. Кто быстрее преодолеет нагромождение конструкций.

— Серый, а можно мне с вами? — Серёга критически оглядел мою не шибко мощную фигуру.

— В принципе почему нет? Но учти, там полно всякой хрени, типа острых концов арматуры и качающихся многотонных плит.

В ближайшее воскресенье я сел на пятый номер автобуса, который и соединял автостанцию города с Саранью. На остановке ЖБИ вышел и перейдя дорогу пошёл вдоль высокого забора завода.

Парни уже ждали меня в оговоренном месте, — ну, готов к покорению вершин? Хочешь увидеть лунный пейзаж? Только идём тихо, здесь сторож есть. Обычно он дрыхнет бухой, но иди знай.

Картинка и в самом деле напоминает зрелище Апокалипса. Тут стояли рядами блоки готовых конструкций, оставшихся от хрущёвского наследия. Тогда в начале семидесятых и позже строили так называемые хрущёвские пятиэтажки. Суть метода была в быстроте строительства. ЖБИ готовил готовые модули-комнаты. К примеру ванная, с совмещённым туалетом. Было смонтировано всё сантехническое оборудование. На строительную площадку привозили такие модули и собирали дом, как конструктор Лего. Кран устанавливал конструкцию на место, сварщики обваривали арматуру и слесаря подсоединяли коммуникации. Потом приходили штукатуры-маляры и приводили стены и швы в порядок. Метод был уникальный и новаторский. Как всегда, подкачало качество. За что народ и не любил хрущёвки — плохо заделанные щели, тесные комнатушки и ж/б панели, куда забить дюбель серьёзная проблема. Но свою задачу эти хрущёвки выполнили, позволили дать людям надежду на вожделенные метры.

Здесь же присутствовали небрежно сброшены плоские панели. Это уже более поздняя продукция, панельные девятиэтажки. Круглые трубы большого диаметра и возможно колодцы для канализации. Всё это в сумме и образовывало нечто весьма органичное и интересное. Недаром пацанва этим местом заинтересовалась.

Забор вокруг площадки весьма символичен. Это покосившиеся столбики, на которых висели обрывки ржавой колючей проволоки.

Серёга уверенно направился к известному ему месту. Тут целая комната, кто-то притащил старый диван с порванной оббивкой. Рядом притулился колченогий стол.

— Так, хлопцы, переодеваемся. Время мало, у меня у сеструхи день рождение сегодня, надо в магаз ещё сгонять.

А достал из сумки стройотрядовское ХБ, на ногах оставил кеды. Перемещаться в тяжёлых и неудобных рабочих ботинках — вещь малоприятная. Кеды самое то, но придётся смотреть внимательнее под ноги.

После разминки мы вышли на одну из их трасс. Даже подумать не смог, что в этой богом забытой дыре кто-то додумался до классического паркура. Этот экстремальный вид получил распространение во Франции, но думаю, что это случится позже.

Сейчас парни демонстрировали нечто похожее. Они резко спуртовали и взлетели на неустойчивую конструкцию. Затем балансируя несколько метров прыгали в пустоту, приземляясь на мягкие ноги и совершали кувырок. Чувствовалось, что у них есть наработки и они неплохо знают трассу. Мне приходилось осторожничать, двигаясь за ними.

— Если хочешь, айда с нами. Познакомлю с сеструхой, она у меня красавица. Посидим, порубаем, с девчонками потанцуем. А хочешь, оставайся. Утром вместе на пару поедем.

Что-то мне поплохело от этого предложения. Сестра красавица, куча одноклассниц. Наверняка Серёга вспомнит, что я играю на гитаре и будет уговаривать сыграть.

— Спасибо Серый, но у меня важные дела сегодня. Сестре привет, я побежал.

После прыжков и кувырков по твёрдым поверхностям я понял, что если хочу продолжать, мне нужны перчатки и другая обувь. Не помешают и наколенники.

С перчатками проще всего, взял свои старые и обрезал кончики пальцев. В магазине «Спорттовары» купил матерчатые кроссовки с твёрдой подошвой. По идее должна выдержать острый край арматурины. Ну а наколенниками послужит эластичный бинт. Он правда сразу стал грязно-серого цвета. Но у меня его два рулона, да и стирать можно.

Эти воскресные тренировки дали мне недостающий выход моей энергии. Тренировки в манеже не могли дать этого ощущения полёта и драйва. На занятия в студии бального танца я упивался возможностью выразить стремление к красоте человеческого тела в движении, его грацию. А на этой воскресной площадке я понял, что мне жизненно необходим выброс адреналина в сочетании с разумной предосторожностью. А для себя принял окончательное решение бросить занятия по лёгкой атлетике. Вот дотяну до сессии, а там лето и спортивные сборы. А в новом учебном году распрощаюсь с манежем. У меня элементарно не хватает времени на учёбу. Занимаюсь во время ночных дежурств. Прекратил приглашать приятелей на свои дежурства, тупо отсыпаюсь. И так у меня каждый вечер занят. Светлану после 8-го Марта больше не видел. Она явно обижена на меня, что не уделяю ей внимание. Моя попытка объясниться получилось откровенной жалкой. Невозможно изображать глубокие чувства, если у меня к ней есть только дружеская привязанность. И я жалею о случившейся близости. С такими девчонками или погружаться в отношения полностью или ограничиваться чисто дружеским общением. А мы просто мучаемся.

Другое дело Алёна. Эта уже сформировавшаяся женщина. Она порой резковата, зато с ней можно не изображать того, чего нет.

Девушка сразу довела до меня, что я её нравлюсь и она не против наших встреч. Но в качестве будущего мужа она меня не видит. Думаю, молодая женщина хлебнула девичьей романтики и теперь рассчитывает найти мужа среди медицинской братии. Такая красотка легко зацепит какого-нибудь завотделением или даже профессора. Зачем ей нищий студент.

Зато у нас полное согласие в том, что касается встреч без обязательств. Иногда она зовёт меня, когда мама уходит с внучком гулять. Тогда я быстро проскальзываю на пятый этаж их подъезда. Всё происходит быстро без долгих прелюдий. Но я ухожу довольный «дружеским» контактом, эти встречи позволяют мне скидывать сексуальное напряжение и не реагировать на подкаты знакомых девиц.

Эту папку я заметил случайно. Она имела тусклый серый фон и отличалась от остальных папок в моей голове своей непритязательностью.

А вот когда я раскрыл её, то подзавис. С дурацкой улыбкой рассматриваю подарок из прошлой жизни. Это мой сборник музыки с YouTube Music. Долгие годы я любовно собирал понравившиеся видео клипы, а перед поездкой в Испанию скопировал на флэшку. Вот теперь думаю-гадаю, как её содержимое оказалось в памяти иноземного девайса.

Получается, что версия с моим похищением подтверждается. Но что это за добрые самаритяне, которые мало того, что подсуетились и дали мне новое молодое тело. Закинули меня в важные и трогательные времена моей молодости. И к тому же были так добры, что сохранили любимые мелодии. Я перебираю музыкальные композиции, здесь нет проходных. Только то, что меня зацепило в своё время. Вообще, возможно, в этом плане я оригинален. Но в сборнике самые разные жанры. Вырос я в семье музыкантов и рано прикоснулся к классической музыке. Поэтому здесь Вивальди, Моцарт, Верди, современные обработки классики, инструментальная и электронная музыка. А также попса, лёгкий рок и джаз. Единственно чего у меня нет, это забойного рока типа Led Zeppelin. До этого я так и не созрел.

Причём я всегда отбирал только видео с хорошим качеством. Вот и сейчас включил ностальгический и режущий нерв клип «Аминь» Григория Лепса. Прослушав его, задумался. Песня необычная для нынешнего времени. Но мне ужасно захотелось её спеть. Что для этого нужно? Слова и немудрённое аккомпанирование на гитаре? Это хоть сейчас. Аккорды я подобрал, слова запомнил. А вот как передать этот ток высокого напряжения, ведь певец душу отдаёт, всю свою мощь при исполнении песен. Но меня захватил азарт. Гитару я давно купил свою, самую дешёвую. Меня она пока устраивает. Но вот проблема, где заниматься?

Попытавшись мысленно сформулировать свой запрос помощнику в голове, внезапно рухнул в псевдореальность. Я сижу на высоком стуле в пустой комнате. Неяркая подсветка позволяет сосредоточиться. Тронув струны, я прислушался. Пропев первую часть песни, остановился и включил воспроизведение.

Хм, у Лепса своеобразный хрипловатый низкий голос, у меня так не получится. А уж как мне взобраться на вершины его страсти? Разве что стать им на время.

Отрешённо прослушав ещё раз его исполнение, с закрытыми глазами запел.

Интересно, действительно интересно. Теперь песня в моём исполнении затрагивает некие струны. Но это точно не Лепс, это уже моя интерпретация его шедевра. Изменилась окраска, ушёл некий надрыв, зато появилась глубина. Спев ещё раз, сохранил запись.

Выйдя в обычное состояние, удивился тому факту, что горло саднит с непривычки. Но если я пел мысленно, как я мог посадить голосовые связки? И почему ноют подушечки пальцев?

Час ночи и парни спокойно дрыхнут, если бы я пел в реальности, то перебудил бы всю общагу. Что же это получается, помощник создал для меня некую виртуальную среду, где я могу заниматься вокалом? А моё тело при этом тоже подвергается воздействию неких загадочных волн?

Интересно, а могу ли я заниматься ТАМ физическими упражнениями? После моего мыслеобращения я очутился на знакомой площадке возле ЖБИ. Я один, утреннее солнышко робко прогревает апокалипсический пейзаж. Прогрев мышцы, я сделал шаг по направлению к нагромождению кусков бетона.

Вот же чёрт, я так увлёкся полётом и ощущением силы и ловкости своего тела. Я буквально порхал, как бабочка. Я был неутомим и всемогущ. Подвело то, что этот участок мне не был достаточно хорошо знаком. От толчка ноги ушла вбок целая плита и я полетел вниз. При этом больно ударившись коленом о выступающий край бетонного колодца.

А утром в душе я недоумённо рассматривал багровый синяк чуть ниже сустава.

Мысли путались. Это что же получается? Моя смелость была вызвана тем, что в псевдореальности я был в безопасности, мне так казалось. Ведь я на самом деле просто лежал в постели с закрытыми глазами. А откуда тогда вполне реальное воздействие на моё тело?

Блин, надо поаккуратнее с этим. Но всё равно, сегодняшняя ночь вызвала во мне целую бурю эмоций. Мне так хотелось петь, и я запел. Я мечтал о сумасшедшем полёте под рвущую душу мелодию, и я стал полубогом. Я чувствовал каждую клеточку тела и душа ликовала. Это ощущение невозможно ни с чем сравнить. И боюсь, что я стал наркоманом. Что-то рухнуло во мне, некие запреты и за одну ночь я стал иным. Не уверен, что это к лучшему. Первым желанием стало бросить всё к чёрту. Никому не нужную учёбу и этот долбанная синяя корочка диплома мне оказалась простой картонкой. Хуже того, мои однокурсники и товарищи стали казаться примитивными существами с убогими запросами. Пожрать, потрахаться и сыто отрыгнув завалиться спать.

Но, слава богу через полдня это чувство превосходства и исключительности прошло. Но не исчезло маниакальное желание уединения в ночные часы. Я вытаскивал так полюбившиеся мне клипы и пел, создавая новую реальность. Сначала я просто пытался подражать исполнителю, а потом вдруг понимал, что мой вариант тоже имеет право на жизнь. Музыкальное сопровождение оригинальное, а соло моё.

Глава 12

Тренировки в манеже я почти забросил, что привело к довольно неприятному разговору с тренером. Он пытался достучаться до меня и говорил то, что для него казалось важным и актуальным. Владимир Алексеевич утверждал, что у меня необычайные способности в беге на средние дистанции и я спокойно перекрываю норматив КМС. Мне удаются и короткие 800 метров. Но на полторашке или трёшке моё преимущество перед соперниками возрастало. Он планировал выдвинуть меня на ЦС «Буревестника» в беге на 3000 метров, которое должно пройти в Ростове-на-Дону.

Это самая длинная средняя дистанция, дальше только 5000, которые уже являются стайерским видом. Моё лучшее время 8.25, до мастера не хватает совсем немного.

А я его слушаю и стараюсь не улыбаться. Ну как ему объяснить, что для меня лавры мастера спорта не являются достойной целью. Но мне не хотелось огорчать уважаемого человека, и я пообещал активно участвовать в спортивной жизни института. Так второго мая нам предстоит забег в эстафете по городу, где на меня делают ставку.

Бальные танцы тоже начал пропускать. Я, на мой взгляд, ушёл далеко вперёд. ВУ новой псевдореальности я танцую так, как вижу. Включаю мелодию и расслабляюсь. Просто отдаюсь ей. А потом просматриваю в записи свой танец. Он производит странное впечатление. Абсолютно несовместимые движения. Они то плавные, то срываются на синкопу, то есть рваный ритм. Мне нравится работать на грани своих возможностей. А они почти безмерны. Я сам не ожидал, что моё тело может так гнуться. Нечто подобное я видел у юных гимнасток, я как змея способен завернуть свои конечности в узел. А вот наяву повторить опасался. Уж больно не хотелось получить серьёзную травму. Хотя тот синяк на ноге давал понять, что и в другой реальности на меня воздействуют некие силовые поля.

А в последнюю неделю меня начал преследовать синдром самоактуализации. То есть стремление к реализации потенциальных возможностей. Мне стало уже недостаточным уноситься вдаль и взлетать в небеса, исполняя песню или танцуя. У меня появилось дурацкое желание поделиться этим ощущением счастья и духовного экстаза. И если первое заставляет плакать, трогая неведомые струны в душе; то второй, вместо разрушения личности делает её сильнее и гармоничнее.

Но фигня в том, что эти ощущения сугубо личные. Я как бы обнажаюсь при этом. Ну а кто же будет обнажаться, к примеру, в присутствии полупьяных и вечно озабоченных студентов в общаге.

Вот этот диссонанс и мешал мне стать абсолютно счастливым в этот конкретный отрезок времени.

А прорвало меня абсолютно нежданно. Просто встретил Оксану в вестибюле института. У девушки была перебинтована рука:

— Бандитская пуля? — неуклюже пошутил я.

— Скорее борьба с водной стихией.

Я решил проводить девушку до автобусной остановки. И мне удалось вытянуть из неё подробности травмы. Оксана мужественная девушка, я на неё тогда посмотрел совсем под другим углом зрения. Две женщины живут одни в большом доме, находящемся в частном секторе Караганды. Весна выдалась холодная и в доме без отопления приходится кутаться в тёплые вещи. А как назло, рабочие что-то делали на линии теплоцентрали, к которой была подключена вся улица. Ну и батареи перестали греть. В жэке торжественно отфутболили, типа сезон заканчивается, проживёте и так. А сосед, который помогал бабушке при необходимости в немалом хозяйстве, как назло сломал руку. Но он подробно объяснил, что делать. В результате Оксана ошпарила кипятком руку.

Подумав, я спросил, — а в доме инструменты имеются?

— Не надо, мы справимся сами.

— Ну да, я заметил. Если ты накормишь голодного студента обедом, то я попробую вам помочь.

А неплохая фазенда, большой домина с гаражом и немалым таким огородом. На этой улице живут явно непростые люди, если добились проведения сюда теплоцентрали.

Хм, вскоре стало ясно, как пострадала девушка. На последнем регистре стоит заглушка. Вот ей и сказали спустить воздух, чтобы горячая вода начала циркулировать и обогревать комнаты. А предупредить закрыть кран на входе и дать воде остыть — забыли. То есть кран она закрыла и вооружившись газовым ключом начала окручивать пробку. Благо ещё не успела полностью выкрутить, а то затопили бы дом. Но струйка кипятка обожгла руку.

Первым делом я закрыл кран на входе, — ну, теперь надо бы часик -второй подождать. Пусть остынет.

Оксана познакомила со своей бабушкой. Людмилу Алексеевну я представлял полненькой пожилой женщиной в ватнике, копающейся на огороде и кормящей любимых курочек. А передо мной стоит интересная женщина лет пятидесяти пяти. Одета в спортивный костюм, волосы уложены, будто она собралась на выход и теперь мне стало понятно, в кого пошла фигурой Оксана.

Меня накормили вкусным фасолевым супом со свининкой, заставили даже съесть добавку. А потом я с удовольствием выпил хорошо заваренного чая с крыжовниковым варением.

Потрогав батарею сказал, — еще полчасика и можно работать.

В зале подошёл к гитаре, висевшей на стене. Красивая, с отделкой чёрного цвета. Судя по наклейке, сделана в ЧССР.

— А кто у вас играет?

— Папа играл, он любил бардовскую песню. Часто с мамой уезжали на слёты любителей песенной поэзии.

На любительской фотографии, стоявшей за стеклом мебельной горки, группа молодых людей позируют на фоне природы. Некоторые держат в руках гитары.

— Вот они, в центре.

Мама Оксаны напоминает артистку Наталью Варлей в фильме «Кавказская пленница». Такая же кареглазая и причёска — точь-в-точь, только ростом повыше будет. И даже легкомысленные шортики похожи. А отец голубоглазый блондин. Дочь взяла от каждого лучшее. Фигуру и масть от мамы, глаза от папы.

— Можно? — девушка кивнула и я снял инструмент с гвоздика.

Чуть тронул струны, прислушиваясь к звучанию. Показалось, что она расстроена. На первой струне получил ноту «ми», подтянув снизу колок. Вот сейчас у меня звук уже не вызывает отторжения. В первый раз пытаюсь настраивать сам. Но явно смог добиться лучшего звучания.

Сам не заметил, как провалился в иную реальность. Только сейчас я как бы одной ногой там, другая часть меня здесь в комнате, где напротив меня сидит девушка. И почему-то её сияющие глаза придали мне новый импульс. И я заиграл вступление к песне:

Я пройдусь по комнатам пустым

Здесь ещё вчера была империя

Мир казался светлым и таким большим

А потом затмение, а потом измены дым

Я объявлю войну своим мечтам

И, память торопя

Расставлю вещи в доме по местам

Как было до тебя

Завтра я смогу опять дышать

И трогать неба синь

А ты — история

Теперь ты лишь история

Ну всё, Аминь!

Жалобный звук замершей струны прозвучал в оглушительной тишине.

Я открыл глаза, напротив сидят уже две женщины и обе смотрят на меня, как на Мессию накануне дня Апокалипса.

— А ещё? — дрожащим голоском жалобно попросила Оксана.

Ещё? А исполню-ка я кое-что инопланетное. Это приятная вещичка без слов и музыки. Только неведомая планета и в качестве аккомпанемента звуки природы. Мелодия рассказывает о незначительности мелочных метаний перед гармонией и красотой дикой необузданной стихии. А может она плачет о несчастной, но такой прекрасной любви.

Так, всё дамы. На сегодня концерт окончен. Мне нужно работать.

Оставив обеих в зале, я прошёл в спальню. Здесь концевая батарея и именно здесь моя новая подружка героически пыталась стравить воздух из регистра. А когда пошёл кипяток, она сумела вкрутить заглушку на место. Но герметичность была нарушена и всю ночь вода капала в ведро.

Пришлось мне выкрутить заглушку, сливать воду. На её место вкрутил обычный полудюймовый кран. Добавив подмотку, вкрутил его во фланец. После открытия крана на входе убедился, что утечки нет.

— Ну всё дамы. Теперь нет необходимости выкручивать пробку. Открыли кран, если опять слесаря набедокурят, можно стравить воздух. А если будет нужна горячая вода, то возьмёте её отсюда из крана отопления.

Приятно помочь двум женщинам, оставшимся волею судьбы в одиночестве. Домой ехал с улыбкой на всю рожу. Вспоминал сегодняшний концерт. Выяснилась одна вещь. Моё удовольствие от исполнения многократно усилились, когда меня так слушали эти женщины. По-моему, когда я уходил, они ещё не отошли от моих показательных выступлений и стояли у ограды.

Эстафета на приз «Индустриальной Караганды» проходила на следующий день после Первомая. Власти перекрыли центральную часть города. Забег начинается от площади Гагарина. Первый этап длинный, тысячу двести метров, остальные в среднем 500–700 метров. Соревновались спортклубы и учебные заведения. От первого этапа многое зависит, на этой дистанции можно заметно оторваться или сильно отстать. Я не удивился, что бегу именно на этом этапе. И не только наши тренера так решили выставить сильнейших на старте, здесь собрались знакомые по тренировкам в манеже. Вон от универа бежит мастер спорта Зимин, вот только он спринтер и мне не соперник. Кто-то брякнул, что возможно участие самого Владимира Муравьёва, нашего двухкратного олимпийского чемпиона Московской олимпиады на дистанциях 200 метров и 400 в эстафете. Но, к сожалению или к счастью его не было на старте. Да и дистанция совсем не спринтерская.

Подали команду «На старт», я скинул штаны и остался в короткой форме. Тело разогрето разминкой и просит нагрузки. Впереди, метрах в пятидесяти «Волга» ГАИ, которая будет ехать впереди, портя нам воздух.

Хлопок стартового пистолета и мы дружно ломанулись. Сразу по боковой вышел вперёд, у меня нет желания тратить время на маневрирование в толпе. Нас таких оказалось пять человек, остальные как-то резко остались позади. Бежится легко, длинный участок тянется по всей улице Ленина и осложняется тем, что тут приличный подъём. Поднажал ещё чуть-чуть и начал отрываться от соперников. Дальше я соревновался сам с собой.

Вот виден главный корпус политеха, милицейская машина резко ускорилась, когда я начал обходить её сбоку. Не ожидали мазурики, взяли средний наш темп, а тут один чудак решил обогнать. Вот поворот, и я вписываюсь в него, пробегаю мимо автобусной остановке. Тут много зрителей, в том числе и наш Сенькин, который с секундомером в руке что-то мне кричит. Ещё метров двести до конца этапа.

Вот же сучок, проспал. Наш номер четвёрка, а на втором этапе народ благостно готовится к передаче палочке. А тут вдруг вылетает «Волга» и я сразу несусь. Не видя своего номера затормозил. А, вот он, вылетает откуда сбоку. Всё, я своё дело сделал. А парень смешно подкидывая ноги несётся к следующему этапу. Насколько я понял, он лыжник. Но бежит неплохо, тем более я принёс команде минимум секунд десять форы.

Дальше эстафета пойдёт по Бульвару Мира, оттуда по Кирова на Нуркен Абдирова и закончится на площади перед обкомом партии. То есть если я пройду метров шестьсот, то увижу финиш. Здесь есть и женские этапы, на одном из них бежит Оксана. Она весьма ответственно готовилась к эстафете. Для неё это доверие и показатель успеха. Не каждый получил приглашение от спортклуба.

— Привет, — оглянувшись я увидел Свету. Девушка изменилась, она поменяла причёску. Сейчас волос распущен и только сзади стянут заколкой. Сняв солнечные очки, девушка смотрит на меня с улыбкой.

— Как дела, Лёша? Давно не виделись.

— Привет, классно выглядишь. Нормально. Как ты?

Я рад видеть подругу, она в лёгком платье, ветерок играет подолом, обнажая стройные ножки. На мгновение накатило воспоминание, как мы любили друг друга. Язык не поворачивается назвать то, что произошло в ту ночь сухим словом «секс». Мне даже показалось, что я почувствовал запах её разгорячённого от любовной гимнастики тела.

— Свет, ну ты идёшь? Опаздываем.

Чуть в стороне стоят два парня и девушка.

— Ладно, нам пора. Увидимся, — Света обозначила невесомый поцелуй в щёку и крутанувшись на месте побежала к своей компании. Один из парней по-хозяйски обнял её за талию. Он внимательно посмотрел на меня, будто запоминая. Обозначив своё право на девушку, потянул её дальше по дороге. Вскоре вся четвёрка исчезла за поворотом, а у меня остался лёгкий осадок. Кто знает, не сделал ли я ошибку, отпустив эту девушку?

Вместо отдыха меня потянули в спорткомплекс, где завкафедрой физвоспитания вместе с начальником спортклуба начали меня уговаривать завтра ехать с институтской командой в Алма-Ату. Спартакиада ВУЗов Казахстана по лёгкой атлетике, в которой участвуют сильнейшие спортсмены республики, и начинается она уже через три дня.

Ну не желаю я тратить целую неделю на то, что мне не интересно.

Виктор Александрович Зубов, заведующий кафедрой так старательно меня аргументировал. Нам пообещали культурную программу, свозить на Медео, показать город. Будто я его и так плохо знаю. И на высокогорном катке не единожды бывал ещё в той жизни.

Вот почему я такой слабохарактерный? Трудно отказать взрослым уважаемым людям. А на мой аргумент, что на носу зачётная неделя, председатель спортклуба, невысокий кореец сразу категорично ответил:

— Алексей, ты главное привези институту и клубу зачётные очки. А зачёты я тебе обеспечу.

Вот же чёрт. Тут же мне оформили липовую квалификационную книжку КМС. На Спартакиаду допускаются только от КМС и выше. Я же результаты выше КМС показывал только неофициально, на тренировках.

А когда я ознакомился со списком команды, то невольно улыбнулся. Из реальных КМСов были только два человека. Ирина Карелина, красивая крутобокая многоборка и парнишка, прыгун в высоту. Все остальные в лучшем случае со вторым разрядом.

— Ты не думай Алексей, — напутствовал меня Сенькин, там тебе придётся побороться. Есть на твоих дистанциях сильные ребята, мастера спорта. Это Иванов из Павлодара и алмаатинец Стижко. Оба входят в сборную республики. Но у тебя есть шанс прийти третьим. Предлагаю заявиться на две дистанции 800 и 3000 метров. Дело в том, что на дистанции 1500 метров конкуренция будет ещё серьёзнее. А нам позарез нужны зачётные очки.

Хм, на меня налетела восторженная комета, и чуть не смела на пол. Мне пришлось отбиваться и жалостливо смотреть на нашего тренера. Это Оксана нарисовалась, выяснилось, что она тоже едет. У неё также только второй взрослый, но других прыгуний в длину команда выставить не может. Вот девчонка и едет. Тем более она неплохо пробежала эстафету.

Кстати забыл сказать, мы пришли первыми и на кафедре праздничное настроение. И хотя меня всё это не вдохновляет, я невольно заразился позитивом. А тут ещё Оксанка так радуется, что поедем вместе, что я вздохнул и пошёл собираться.

Поезд отправляется в 18.00. К этому времени народ с большущими сумками собрался на перроне. Наш тренер тревожно сверяет список. Не все ещё подъехали. Оксанка сразу подгребла ко мне, бросив на произвол судьбы рыжего паренька, своего одногруппника, что-то зачёсывающего девушке до моего прихода.

Мы всей командой разместились в плацкартном вагоне. Поезд придёт на станцию «Алма-Ата 1» утром в 8.15. А пока народ устраивался и уже доставал вкусно пахнущие свёртки с жареной курицей, варёными яйцами и пирожками. Оксана подсуетилась и заняла мне место в своей плацкарте. Она как настоящая хозяйка выложила свой набор продуктов. Там была крупные куски жаренного карпа, блинчики с мясом и непременные яйца. При чём ясен пень, что судя по объёму она рассчитывало и на меня.

Как-то так получилось, что наши с ней отношения изначально не пошли по чисто романтической стезе. Может что-то такое и скользило, но я никогда не переходил некую черту. Поэтому со временем мы стали хорошими друзьями. Ну, по крайней мере мне хочется, чтобы было именно так.

Вот и сейчас Оксанка меня кормит и шугает вечно голодных соседей, будто назойливых мух отгоняет.

А когда народ насытился и начал искать развлечений, пошли в ход карты и морской бой.

— Лёшь, — прижалась ко мне девушка, — может сыграешь? Ту, помнишь, и она пропела, — «Я объявлю войну своим мечтам».

— Как? Без гитары?

— А если я найду, в соседнем вагоне ребята с гитарой ехали.

И ведь нашла, притащила ещё с собой паровозиком троицу чужих. И судя по жарким взглядам, девушка использовала своё очарование.

Ну, не будем тянуть, Я проверил настройку и нашёл её удовлетворительной. Начнём пожалуй с Владимира нашего Семёновича. Его песня «Парус» пожалуй подойдёт.

Затем я втиснул «Аминь», выдав за одну из последних песен талантливого поэта. Слова правда слабоваты для него, но я так расставил акценты, что народ проникся.

Разогнала нас проводница, — ребята, заканчивайте. Есть пожилые люди с детьми и им нужно отдыхать.

Слава тебе господи, что нашлась добрая женщина. Я спел семь песен с перерывами и устал от таких «гастролей». Но наши смотрели на меня совсем другими глазами. Если раньше я замечал, что меня считали исключительно ловеласом и везунчиком. То сейчас даже вполне серьёзные ребята напрашивались ко мне в друзья-товарищи.

А утром нас встретила столица, красавица Алма-Ата. Лёгкий ночной дождик омыл её улицы и воздух благоухал весной. Лучшее время года здесь, это начало мая и середина сентября. А летом в котловине жарко и неуютно.

Заселили нас в студенческое общежитие КазГУ града. Место просто шикарное, балконы комнат двухэтажного корпуса выходили на поросшие хвойным лесом предгорья Заилийского Алатау. Парк, переходящий в лес и горы, снежные пики которых покрыты ледниками. Картинка, заслуживающая кисти художника. А утром я стоял на балконе и наслаждался свежестью и пением птиц.

После завтрака нас повезли на стадион «Кайрат», где и будут проходить соревнования. Мы размялись и ознакомились со своими стартами. У меня они довольно напряжённые. Уже завтра в 10.30 отборочные на 800 метров. Финал на следующий день. Через день 3000 метров, там сразу финал. Значиться не так много спортсменов заявились к участию.

Глава 13

В такой день нежелательно гулять по городу, поэтому после обеда мы пробежали лёгкий кросс по близко расположенному парку и вернулись в общежитие. Оксанка повсюду таскается за мной, — слушай, девчонки у меня спросили, было ли у меня с тобой. Представляешь?

— Представляю, — ухмыльнулся я, — какой ужас. И что ты им ответила?

— Дурак, ты Лёша. И не лечишься, — а почему голос у подруги не соответствует ответу? Ох, Оксанка, зря ты меня пытаешься спровоцировать.

Подъём в семь. Все, кто выступает сегодня в первой половине дня, плетутся в студенческую столовую. Там для нас приготовили диетическую отварную курицу с бульоном. С утра и так ничего в горло не лезет, плюс предстартовый мандраж. Вот вроде мне пофигу, в шестёрку по-любому пролезу. А именно попадание в шесть лучших даёт зачётные очки. Но всё равно мандражирую.

И вот наконец хлопок стартового пистолета, двенадцать спортсменов рванули с высокого старта. Через 115 метров переход на общую дорожку и старт важен тем, что определяет расстановку на дорожке. Вот и я первые 200 метров постарался пройти максимально быстро. Спортсмен из Павлодара сразу взял хороший темп и шпарит, не сбавляя темпа. Ну мне с ним бороться смысла нет, войду в тройку и место в финале обеспечено.

Так и получилось, я долго держался четвёртым и на финише надавил и пришёл третьим. При этом я чувствовал запас сил и посматривал на бегущего за мной.

Меня поздравил тренер и Оксанка. Бедняжка, у них начало только через день. В этот день закончились полуфиналы и определился состав на завтра. Ну а нам или оставаться на стадионе и болеть за команду. Или смотаться и прогуляться по городу. А учитывая, что сейчас из наших только малознакомый парнишка готовится бежать 400 метров, то желание торчать на солнце у нас не появилось.

Я прикинул свои возможности и повёз подругу в ЦУМ. Там мы полазили по отделам. Я купил себе приличный зонт с загнутой ручкой, а подруга долго крутилась вокруг трикотажного отдела. Демонстрируя передо мною свою шикарную грудь, она заставляла меня оценивать выбранные кофточки.

— Эту бери, она самая красивая, — я ткнул в первую попавшуюся из примеренного кофточку.

Ненавижу такое времяпрепровождение, таскаться за женщиной по магазину и делая восторженные глаза, лить елей ей на сердце.

Потом мы удачно посидели в кафе, напились до икоты пепси-колы с шоколадным мороженым. Затемм немного погуляли по ЦПКиО (центральному парку отдыха) и отправились домой. Завтра у всех напряжённый день.

А меня немного обманули, на старт финал выйдут не два, а три сильных бегуна. К тем, про кого мне говорили раньше, добавился варяг. Этот паренёк перевёлся в столичный ВУЗ с Украины. Входил в её сборную. А, как известно РСФСР и Украина — главные поставщики спортсменов в сборную страны по лёгкой атлетике.

Забег сразу пошёл иначе, я не удержался в лидирующей группе, уж больно высокий темп задали на старте. И теперь пока держусь пятым. В принципе даже если так и прийду к финишу, уже принесу команде очки. Но я поборюсь. Метров за триста я стал обходить бегущего передо мной, тем более он явно не рассчитал свои силы и заметно сдаёт. Я не спринтер, поэтому не стоит рассчитывать на последние метры. В последние вираж вхожу с ускорением, впереди гранды, мастера. Чуть сдвинувшись начинаю обходить алмаатинца, тот упирается, не собираясь отдавать призовое место. За десять метров до финиша я выигрываю корпус, так и пересекаю финишную черту. На прямых негнущихся ногах пробегаю ещё метров двести. Третье место, но выложился я капитально. А вот и Владимир Алексеевич машет рукой:

— Молодчина, Лёшка, смотри результат, — и он сунул мне в нос секундомер. Успокаивая дыхания вижу следующее время, 1:53:12.

И вопросительно смотрю на шефа, — это Лёшка твой кандидат. До мастера конечно ещё тянуть и тянуть, но всё в твоих силах. Почти на две секунды перекрыл КМС. Молоток.

Ну да, до МС всего четыре секунды не дотянул. Но какие они трудные.

Минут через сорок нас позвали на награждение. Мне дали какую-то деревянную фигурку спортсмена, диплом и бронзовую медаль.

Всё, на сегодня я отстрелялся. Завтра ещё один старт и хватит с меня. Буду переживать за Оксанку. А она сейчас уже готовится к своей дисциплине. Там с десяток девчонок делают лёгкие пробежки, трясут ногами, расслабляя мышцы. Рядом с некоторыми есть помощники.

— Оксанка, давай я тебе поассистирую. Какой прыгаешь?

— Седьмой, слушай, можешь ногу размять. Потянула немного.

Молча достаю тюбик мази и начинаю растирать икру правой толчковой ноги.

Я проторчал тут с подругой два часа. К сожалению Оксанка не вошла в шестёрку лучших, у неё случилась всего одна удачная попытка. Но результат не позволил претендовать на лучшее место.

Назад ехали в троллейбусе, девушка расстроена и я решил её отвлечь:

— А давай завтра в зоопарк съездим, хочешь?

— Конечно, а когда? — подруга уже забыла про неудачу и улыбнулась мне, прижавшись к плечу.

Мой старт на 3000 метров рано, в 8.30.Поэтому поднялся я раньше других. Вдвоем с тренером добрались до стадиона. Сегодня немного пасмурно и это радует, легче будет бежать. К старту готовятся полтора десятка парней.

— Здесь явных и неоспоримых фаворитов нет, они выходят позже на дистанцию 1500 метров. Поэтому, Алексей, можно побороться за вторую медаль.

Страт, мы рванули вперёд. Но никто не торопится, все понимают, что впереди семь с половиной кругов по дорожке стадиона.

Я решил не выбиваться вперёд и остался в середине группы, так мне удобнее контролировать забег. Буду смотреть по обстановке.

Бежится лучше, чем ожидалось и я потихоньку наращиваю темп. Соперники тяжело дышат и просматривают на меня, но никто не хочет составить мне компанию. Когда остаётся километр, я чуток прибавил вышел в лидеры. Сейчас определится, сколько человек сядут на хвост.

Ага, двое не удержались и зацепились за меня. Ну, теперь выиграет тот, у кого осталось больше сил. Я ещё ускорился, чувствую что можно, и останется малёхо на финишный рывок. На последнем кругу второй судья как припадочный задёргал колокол, информируя, что я пошёл на последний круг. Позади слышу натужное дыхание с присвистом и начинаю спурт.

В гордом одиночестве пересекаю финишную черту. Вторым приходит парень, остывший от меня на три секунды.

Ну да, тренер доволен как удав, заглотивший откормленного кролика. Золото и бронза — это неплохие очки команде и лично ему к репутации. И наверняка ещё он имеет весомые стимулы.

Моё время 8:27:24, две с половиной секунды выбежал из КМСа, ещё один кандидат в мою копилку. Но устал я основательно. Принял поздравления ребят, Оксанка тоже всем весом повисела у меня на шее, заставив помечтать, что бы от меня все отстали. Ребята, дайте отдышаться.

За первое место дали большое полотенце с эмблемой спортивного общества «Буревестник». Но оно было непрактичного бело-синего цвета и я задарил его подруге.

А позже я пожалел, что пообещал накануне сводить её в зоопарк. Хотелось поваляться на кровати и помечтать. А эта молодая козочка копытом бьёт в предвкушении развлечения. Пришлось соответствовать и вести даму смотреть животных, есть мороженное и запивать его газировкой.

А после зоопарка нас накрыл-таки дождик, который собирался весь день. И я не нашёл ничего лучше, как спрятаться в павильоне кафе восточной кухни.

Учитывая погоду посетителей немного, а запах в большом помещении просто непереносимый. Я просто дико захотел есть, видимо организм отошёл от стресса и теперь требует возмещения калорий.

Подошедшей официантке заказал по порции самсы каждому и плов. Запивать будем настоящим зелёным чаем, как положено.

Не знаю, что надумала себе Оксана, но она тревожно посматривала на меня, заставляя напрягаться. Что?

Я не сразу въехал, что девчонка элементарно не бывала толком в подобных заведениях и теперь тревожно тискает в кармане свой трояк.

— Мать, расслабься. Сегодня я отмечаю победу, давай за меня и перестань ты уже переживать. Денег хватит на десять человек. Лучше скажи мне, что купить твоей бабуле на день рождения? От меня будет подарок.

От девушки я узнал, что её бабушке исполнится 58 лет через неделю.

— Если хочешь, я сама ей куплю. Помнишь мы кофточку коричневую видели, так ты мне просто деньги отдашь.

Я улыбнулся простоте девушки. Конечно же я помню ту кофточку. Как я мог её позабыть из сотен других, которые мне тыкали в нос.

— Слушай, Лёшка, а что завтра будем делать? С утра на стадион, а потом7

Интересный вопрос, торчать в комнате глупо. Тем более Оксанка города толком не видела. Поездка на Медео и обещанная экскурсия по городу в последний день. А пока?

А почему бы не порадовать своё тело. Недавно открылся банный комплекс «Арасан», его строили турки и туда не так просто попасть. Надо заранее купить билеты. Потому что пускают строго определённое количество посетителей. Поэтому я принял силовое решение, и мы пошли через парк «28-ми гвардейцев-панфиловцев».

А ведь нашёл искомое, тысячу лет не был здесь, а нашёл. В кассе нас обрадовали, что остались билеты только на семь вечера. Пришлось взять. Подруга сопротивлялась, но мужчина я или нет. Будет так я сказал.

К сожалению, мужское и женское отделения здесь раздельные. Везде импортная шершавая плитка и мрамор. Красиво.

Раздевшись и убрав вещи в шкафчик, я пошёл в сауну. Здесь есть не только финская и русская. Имеется даже турецкий хамам. Ну, как по мне, это фигня полная и жару никакого. Для желающих есть услуги массажиста, и я заплатил за сорок минут кайфа. Здоровый мужик положил меня на тёплый камень и начал растапливать мои мышцы, как масло. Вначале было больновато из-за забитых мышц, а потом я сумел расслабиться. Сделав положенный круг, я выполз в бассейн. Круглая большая ванна общая для мужского и женского отделения. Я не удивился, когда ко мне подплыла Оксанка.

— Лёшка, куда ты пропал? Я уже по второму кругу пошла. Ты представляешь, я в настоящем турецком хамаме полежала.

— И как, понравилось?

— Ничего, нормально. Но в финской лучше.

Я положил голову на бортик и медленно шевелю плавниками, стараясь не нарушить некое чувство гармонии.

Отвлекли меня возгласы парней по соседству. Обернувшись, увидел, что это Оксана вышла из бассейна, направляясь опять в парилку. На ней чёрный купальник, подчёркивающий шикарную фигуру молодой спортивной девушки. Мне же были неприятные скабрезные комментарии мужской части купающихся по отношению к моей подруги. И дело не в ревности. Я давно для себя понял, что к этой девушке меня тянет иначе. Ну, не воспринимаю я её как объект поклонения. Скорее как близкого человека, как сестрёнку.

Кстати, а ведь мне предстоит летом поездка в Омск. Неудобно с пустыми руками ехать. Надо что-то своим привезти. А вот с этим затык. Ненужные сувениры брать не буду. А действительно стоящие вещи надо ещё побегать поискать.

Выручил меня опять Женька Хвостенко. Он таки созрел на серьёзные отношения и в июле, после сессии у них состоится свадьба. Невеста тоже не из простой семьи, я уж не говорю про Женькину мамашу. Поэтому я не удивился, когда Жека предложил мне талон в салон «Новобрачных». Ему он просто не нужен, его девочке нашли шикарный свадебный наряд. Жених тоже упакован по самое не могу. А вот я отказываться не стал.

Упросил Оксанку составить мне компанию. В салоне прохаживаются немногочисленные парочки, счастливые обладатели свадебного талона. Здесь выложены не только отечественные качественные вещи, но и импорт. Одежда и обувь. Украшения, включая свадебные кольца. Ковры и паласы, посуда, часы и многое другое. Неплохая парфюмерия и отдельно отдел продуктов.

Ширпотреба здесь нет, только качественный товар для бракосочетания. Чтобы молодые на всю жизнь запомнили щедрость родного государства. Мы походили и полюбовались на немецкие костюмы, рядом лежат индийские и сирийские ткани для тех, кто умеет шить. Чешская обувь, узбекские и таджикские ковры. Китайская и немецкая посуда, набор отечественных мельхиоровых столовых приборов, белорусское постельное бельё, отечественные золотые часы «Луч» и «Заря». Короче голова у моей спутницы совсем закружилась. И ведь цены вполне приемлемые, одна беда. К пригласительному прилагаются отрывные талоны и сделать можно только по одной покупке из каждого отдела. Одна пара обуви, один ковёр, один сервиз. Молодые парочки ходили с шалыми глазами в окружении стаи родственников. Последние не только давали советы молодым, но и служили толстым кошельком. Денег тут оставляли не мало, а откуда лавэ у пары молоденьких студентов.

Я слышал, что бывали такие хитрецы, которые многократно подавали заявления в ЗАГС и потом отказывались. И именно для посещения этого магазина.

Ну, с помощью подруги я выбрал сестрёнке американские джинсы «Монтана» по цене 100 рублей. С рук будут стоит около 300. Бате взял чешские туфли «Батя», надеюсь с размером угадал, а маме польские духи «Пани Валевская». Проверив наличность, рискнул взять красивый таджикский ковёр за 75 рублей. Попросив Оксану примерить, взял немецкое женское платье. Ну а себе урвал настоящие румынские кроссовки «Ромика» всего за 25 рублей.

Всё, можно было использовать все талоны, но и так я потратил 313 рублей. А это, между прочим, зарплата шахтёра в лаве или проходческом забое.

Отговорившись, что негде хранить купленное, повёз всё добро к Оксане домой. При этом думаю, на какой козе подъехать к женщинам, чтобы всучить им по подарку. Для Людмилы Алексеевны я выбрал ковёр, мне ещё в первый раз бросилось в глаза отсутствие покрытий на пол. Может не любят, а может просто денег на эту роскошь нет. Сейчас в любой хате висят на стенах и лежат под ногами ковры, как признак благосостояния.

А для Оксанке —ну, она сама выбрала платье. Ну не совсем сама, просто я заметил её взгляд, когда ей попалось это платье. И удачно вышло, что размер подошёл. Я соврал, что сестрёнка с ней одной комплекции. Хотя Ирка у меня ещё салага, не вошла в женский возраст и пока не отличается роскошными формами.

Оксанкина бабуля не отпустила меня без чашки чая с вареньем, варить которое она любила. Благо ягода своя.

— Ну, дамы, мне пора. Эти пакеты оставлю пока у вас, а ковёр — это Вам, Людмила Алексеевна. Платье — мой подарок Оксане. Всё, я побежал.

Я трусливо выбрал тактику зайца и мгновенно ретировался на улицу.

Ага, сейчас, — Алексей, подожди.

Людмила Алексеевна так зычно меня окрикнула, что пришлось тормознуть.

— А скажи-ка мне, Лёша. Что это за подарки? И в честь чего? У вас с Оксанкой что-то есть?

И пока я мучительно подбирал слова, женщина решила меня добить:

— Смотри в глаза и не смей мне врать. В каких вы отношениях? Оксана говорила, что вы вместе занимаетесь спортом. А мне кажется, что не только спортом?

Хм, а ведь я знал, что до недавнего времени эта женщина была прокурорским работником. Оксана об этом как-то проговорилась, но Людмила Алексеевна скорее производила впечатление скромной и интеллигентной учительницы литературы со своими мечтательными глазами. А тут сразу вспомнил и поверил. Откуда эта сталь в глазах и соответственно суровый тон. Руки сразу потянулись вверх и захотелось жалостливо крикнуть, — «Сдаёмсу, я не хотел, она сама пришла».

— Я наверное неправильно поступил, надо было пояснить вам свой поступок. Нет, уважаемая Людмила Алексеевна, мы с Вашей внучкой только друзья. Я к ней отношусь как к близкому хорошему человеку, не более того. А подарки? А что подарки? Так хотел порадовать Оксанку, ей очень понравилось то платье. Настолько, что я решил себя побаловать и сделать этот подарок. Давайте лучше вместе придумаем, под каким соусом подарить его её. День рождения прошёл, впереди только Новый Год. Ну пусть будут именины.

Женщина не мигая гипнотизирует меня своими светлыми глазами, моя речь явно её не убедила:

— Ну допустим, вы только друзья. А при чём здесь ковёр?

— А Вам он понравился? Только честно.

— Ты мне не ответил, меня тоже в друзья записал?

— Не совсем, скорее это для моего удобства. Понимаете, Людмила Алексеевна, у меня планы на вас с Оксаной. Мне нужны объективные слушатели, которые бы прослушали мои песни и выдали критические замечания.

— Ну?

— Ну тут всё просто. Я не люблю, когда у меня ноги мёрзнут. А у вас часто по полу сквознячок тянет.

— Сквознячок?

— Ну да. Вы извините, мне бежать нужно. Уже поздно и автобусы плохо ходят, — и не дав женщине ответить, я побежал. Надеюсь, что моя пробежка хорошо смотрелась, потому что обернувшись увидел, что теперь уже две женщины смотрят мне вслед.

Глава 14

А в автобусе я невольно улыбался, вспоминая задумчивые глаза немолодой женщины. Надеюсь, она меня не арестует за мой дерзкий поступок. А на душе было радостно, сделал другому пакость и захорошело.

К моему счастью неприятных последствий удалось избежать. Мы просто больше не говорили про этот случай. Больше того, ковёр занял своё место возле дивана в гостиной. А Оксанка пришла в институт в моём платье и даже крутанулась передо мной, показывая, что подарок принят и ей понравился.

— У, Лёха, когда свадьба? Меня не забудь позвать, — это мы с Серёгой Уркуновым торопились на пару. Я не стал объяснять ему, кем в реальности для меня является эта девушка. Всё равно не поверит, что к такой красотке могут быть у кого-то чисто платонические отношения.

Началась сессия, слава богу, зачёты я получил в течении получаса. Стоило только походить хвостиком по кафедрам за председателем спортклуба. Для чемпиона Спартакиады преподаватели не поскупились на положительные отметки в зачётке.

И вот наступила студенческая страда, каждый к экзаменам готовится по-своему. Например я пишу бомбы. У меня есть пиджак, к которому подшит внутренний карман по размеру тетрадного листа. Задумка такая, что отдельно у меня имеется маленькая шпаргалка, где указаны вопросы экзамена и какой это лист по очереди. То есть получая темы, которые сам выбрал на столе преподавателя я, смотрел в шпаргалке, какой лист мне нужен. К примеру седьмой и двадцать пятый. Наощупь отделял нужные в «заряженном» бомбами кармане и вытаскивал их, ложа на стол. Теперь по идее оставалось только выучить ответ и бодро оттарабанить перед преподавателем.

А в реальности же я никогда не пользовался бомбами. У меня хорошая зрительная память. Пока их готовил, запоминал информацию. И мне оставалось только её вспомнить и записать на бумагу. Кстати чистые листы, как правило выдавали проштампованные. Специально для таких бомбистов, как я.

По окончании третьего курса нас дружно отправили на автопредприятия города. Меня с двумя другими одногруппниками определили в автоколонну, обслуживающую торговые предприятия. К ним относился ликеро-водочный завод, рыбохолодильник и хлебозавод. Видимо отсюда и повышенные требования к приёму практикантов.

Каждое утро я сидел в будке, рядом с воротами. Здесь же находилась женщина-диспетчер, которая выдавала путевые листы и талоны на горючее. А также мой наставник, выпускающий механик. И, так как от него зависело, исправна машина или нет, то водилы совали ему в карман по рублю. Чуть дальше медпункт, где врач тоже за мзду малую штамповал своё разрешение на выход в рейс.

Работа неинтересная, когда машины разъезжались, нам только оставалось мешать автослесарям, которые косились на нас и продолжали бухать. Редко, кто копался в моторе. Как я понял, работа у водителей очень выгодная, много калыма. И они кровно заинтересованы в выходе на линию. Поэтому башляли всем они из своего кармана. Это сколько же они привозят каждый день, ежели ещё с утра трояк отстегнули. А вот в случае ремонта они слоняются по территории и стимулируют слесарей крупными купюрами. Нам этот сером фоне ярко прошла Женькина свадьба.

Её отмечали в кафе «Аэлита», что на 26-м квартале. Свадьба богатая, за два дня я поправился на пять килограммов. Но были и минусы, Женьке родители нашли съёмную однокомнатную квартиру в городе. Повезло, а вот к нам наверняка кого-нибудь подселят.

На этот раз я уже не так переживал, когда подходил к родительскому дому. В квартире никого, но меня узнала соседка и открыла мне дверь. Почему-то мама оставляет ей наш ключ.

Пока никого, я кинул вещи и пошёл мыться. В вагоне была ужасная духота и как всегда все окна были задраены, открыть невозможно. Единственное открытое окно в проходе, но это спасало мало.

Первой пришла с работы мама. Она радостно пискнула и кинулась обниматься. Женщина пытала меня часа полтора, пока не пришёл отец и не прекратил издевательства. И если маму интересовало — что я кушаю и с кем встречаюсь, то папа сразу подошёл к вопросу кардинально.

Он полистал мою зачётку, специально взятую с собой.

Ну а что, мне стесняться нечего. Троек нет, только четвёрки и пятерки. Мои медали за выступление на Спартакиаде его добили. Он только шевелил губами и неверяще смотрел на меня. Поди думает, что у знакомого стырил. Но у меня на этот счёт и грамоты имеются. Пусть повесят дома на стену, будет чем гордится. Там кроме Спартакиады есть ещё несколько, заработанных на областных соревнованиях.

— Сына, если бы мне кто сказал, что ты будешь бегать и брать медали, я бы решила, что этот человек сошёл с ума, — это мама вопросительно смотрит на меня.

— Ты же скинул половину веса. Раньше был такой, — мама пытается подобрать слово.

— Жирняк, — помог ей я.

— Нет, ты был немного упитанный. Не более того. А сейчас сухой как, как.

— Как саксаул?

— Ну типа того, ты хорошо кушаешь? Может тебе денег не хватает?

— Да ты что, мам. Питаюсь по-королевски. Кстати я вам подарки привёз.

Теперь наступила батина очередь удивляться. Пока мама пыталась открыть флакончик духов, батя одел туфли.

— Нормально, мой размерчик. Откуда дровишки?

— Да, у меня однокашник женился, неделю назад. Женька Хвостенко.

Так он из обеспеченной семьи, мама завмаг. Вон он мне талоны в салон «Новобрачных» и подогнал. Себе тоже взял румынские кроссовки, ну и вам выбрал. Надеюсь подойдёт. Ирке джинсы взял. Мам, как думаешь, не большие её будут?

— Большие, не маленькие. Мойте руки, кормить вас буду.

Я специально долго и тщательно мыл руки. Минут десять. Просто мама на кухне что-то яростно доказывала отцу. Я же не хотел им мешать обсуждать себя.

Понятно, что я палюсь. Сынишой я был ещё тем гадом. Редкостный эгоист и могу только догадываться, сколько проблем доставил родным. А сейчас они мучаются, откуда у меня деньги и не украл ли эти вещи. Я же о себе ни хрена не знаю. Ну кроме того, что Ирка рассказала.

— Ма, а Ира где?

— Так она у бабушки, в Завьялово. Мы с тобой тоже на следующей неделе поедем. Ты не против?

— В смысле, мы поедем в деревню к бабушке?

— Да, папа возьмёт с работы машину и поедем.

На сей раз мне постелили в комнате сестры, но это не помешало мне слушать, как шепчутся родители. Потом отец долго курил на балконе и наконец они угомонились.

Вроде я их сильно удивляю, но у них не возникает вопросов, что я — это не я. Может сомневаются, что я скрываю от них что-то не очень хорошее. Но вроде никто не собирается с кулаками бросаться на меня и кричать, — «Сволочь, говори куда дел сына».

Мама утром не пошла на работу. Предпочла накормить меня завтраком. Она пожарила сырники и полив сметаной, сыпанула добряче сахара, — ешь, сына, специально пожарила твои любимые.

Если честно, я не люблю сырники со сметаной. Но не скажешь же это женщине, которая сидит напротив и с жалостью гладит меня по руке. Не выдашь ей что-нибудь в духе, — «ма, я же не люблю эту гадость. Лучше бы яичницу пожарила, что ли».

Надо есть и делать вид, что очень нравится и желательна добавка. А ещё хуже, что мама начала меня пытать на предмет моей жизни. Фраза, «ну как ты там один», подразумевает очень многое. А я не против удовлетворить материнское любопытство, понимаю, что это любя. Но я не знал, что моё тело в прошлом любило и чем занималось. Ну кроме шмаляния травки и приставания к чужим девушкам. Поэтому отвечал весьма уклончиво.

— Лёшик, а девушка у тебя есть? Ну, с кем-нибудь встречаешься?

Интересный вопрос. Ну не рассказывать же ей про Ленку и про её фокусы. Мы периодически встречались с подругой. И та обожала экстрим. Так после занятий бальными, она вдруг прижималась вспотевшим тело и на ухо шептала, — Лёха, я без трусиков. Догоняй.

И скрывалась в женском туалете. Ну не давать же ей там скучать. Я оглянувшись нырял в кабинку, Ленка спускала брючки и оставляла попку. А особенно ей нравилось, когда кто-то заходил. Тогда она возбуждалась и бурно кончала. Чем и мне доставляла удовольствие.

Такую девушку, да ещё с ребёнком моя мама точно не примет. А других девчонок для свиданий я не завёл. Как-то не срослось.

Поэтому мотнул отрицательно головой, — да время мало. Я же кроме тренировок ещё подрабатываю сторожем во вневедомственной охране.

— Ой, бедный ты мой, — и сидящая рядом женщина запустила руку в мою шевелюру, ласково теребя волосы.

Чёрт побери, я вижу эту даму второй раз в жизни. Но мне приятная эта ласка, видимо сработали гены, память тела не подвела.

Я в ответ улыбнулся и потёрся щекой о её кисть.

Насколько я понял, отец довольно сух в обращении с детьми и не даёт маме нам потакать. Видимо воспитание у него такое спартанское. Не думаю, что на сестру он тоже зол. Тем не менее никаких сюсюканий. И в деревню, то есть в село, мы едем вместе. Папин друг на своей «Волге» нас отвезёт. Но отец останется на ночь и вернётся. А у нас будут две недели сельского отдыха.

А я, если честно, не знаю, хочу туда или нет. Если там дыра-дырой, то лучше я бы в городе посидел.

Утром помог маме снести в машину тяжёлые сумки и коробки. Еле багажник закрыли, — Оля, ты как на Северный полюс собралась, — пошутил наш водитель и отцовский товарищ.

— Так родне же подарки привезти надо, а как? Потом сейчас пойдёт сезон грибов, я вёдра взяла. Может Лёша поможет собирать, он вон какой стал.

— М-да, — эту фразу водителя можно трактовать по-разному.

От «да, изменился, не узнать» — до « да такого только могила исправит».

Отец сел справа от водителя и мы наконец-то тронулись. Проехав центра города, я смотрел на унылый промышленный пейзаж. Но когда мы выскочили на трассу, стало повеселее.

Если честно, я забодался ехать. Оказалось, что это Завьялово у чёрта на куличках. Нам пришлось останавливаться на половине дороги и разминать ноги. Отец с водителем покурили, а мне мама налила чаю из термоса. Всем выдала бутерброды с ветчиной. Добрались мы только к трём часам после обеда.

Село не такое и маленькое, дворов на 150. Крепкие постройки, сразу видно сибиряки живут.

Бабушка жила без дедушки. Даже не стал интересоваться, куда он подевался. Может его никогда и не было.

Сначала вылетела за ограду моя сестрица в шортах и легкомысленной маечке. Повисла на мне, обслюнявив все щёки. Потом досталось маме и под конец скупо клюнула в щёку отцу.

Бабушка уже в преклонном возрасте. Высокая и худощавая, возраст неопределённый. Но за шестьдесят, это точно.

Пока я выгружал и заносил вещи, все прошли в дом.

Ирка осталась мне помочь:

— Ну ты как, Лёшка? Память вернулась?

А сестрица-то явно рассчитывают на продолжение Санта-Барбары.

— Не-а, но я уже привык. В Караганде у меня всё пучком, а тут… Надеюсь на твою помощь. Ты никому про меня?

— Ты что, конечно нет.

Я подозрительно всмотрелся в эти такие искренние глаза, что невольно начал сомневаться в том, что правильно поступил, когда ей доверился.

— А это тебе подарок, померяй.

Ну и, издав радостный визг, эта жизнерадостная торпеда умчалась мерять джинсы в дом.

Будем надеяться, что подарок подкрепит мою просьбу помалкивать. Надо будет, так буду заваливать её всяческими сюрпризами, лишь бы не трепалась.

На ужин бабуля нажарила картошки с грибами, мама достала домашние котлеты, которые нажарила ещё дома. Ну и папа выставил бутылку водки. Налил себе и дяде Виктору, своему товарищу. Подумав, посмотрел на меня, но я заторопился отрицательно махнуть головой и они дружно махнули по трети стакана. Крякнув, набросились на еду.

— Лёха, мы с дядей Виктором с утра собрались махнуть на рыбалку. Не хочешь составить нам компанию?

Хм, с одной стороны, не помешает завести с отцом нормальные отношения. С другой, никогда не любил это времяпрепровождения. Если рыба прёт, другое дело. Появляется охотничий азарт. Но чаще всего приходится гипнотизировать поплавок и менять украденную наживку. Это дело на любителя и не совсем моё.

Так и оказалось, разбудили меня в полпятого. Кое-как одели, выдав чужую робу и резиновые сапоги. Мама дала нам с собой термос с кофе и соорудила бутерброды.

На машине проехали несколько километров по просёлку, потом ещё пёхом отмахали минут двадцать. И вот пред нами горная речка с перекатами и холоднючей водой. А я ещё надеялся искупаться, наивный.

Опытные рыбаки сразу подготовили снасти и разбежались со спиннингами, выбирая себе удобные места. А мне оставили обычную бамбуковую удочку. Ну я не совсем полный чайник в этом деле. Отрегулировал поплавок, посадил грузило. В коробке нашёл только среднего размера тройник. В качестве прикормки сыпанул в воду раскрошенные сухари. Мне дали на выбор два вида наживки. Я выбрал тесто коричневого цвета, закинув удочку приготовился ждать.

Не сказать, что совсем не клевало. Дёргала рыбка наживку, но мне удалось вытянуть только несколько окуньков. Это когда стал использовать червей. Не могу сказать, что остался довольный. Пока я не сменил место на более продуваемое, меня здорово затерроризировала мошкара.

А вот батя с другом довольные хвастались уловом. У них пара щучек, здоровый налим и полное ведро рыбки поменьше.

Вот, ради этого я и встал в такую рань. Мы с аппетитом уплетаем мамины бутерброды, и я делаю вид, что страшно увлечён их рыбацкими байками. А дядя Витя, узнав, что я не в курсе отцовских похождений, рассказывает, как они ездили рыбачить на реку Омь. Отец тогда наловил полный багажник ряпушки и судака. А мама потом раздавала рыбу соседям. Оказывается, батя удачливый рыбак и без рыбы домой никогда не приезжает.

Хм, буду знать. А после обеда мужики тронулись в обратный путь, забрав всю серьёзную рыбу. Отец даже похлопал меня по плечу и велел не лениться и кормить народ рыбкой.

Вечером Ирка потащила меня на танцы. Явно девчонка захотела выгулять новые джинсы. С размером я угадал, тем более за полгода она налилась женской статью и сейчас выпуклая попка задорно оттопыривает штаны американских ковбоев.

На хвост нам упала соседка, её подружка и так втроём мы и попёрлись в клуб.

Неприятности начались ещё на подходе. Троица мотоциклистов, один на «Восходе-3», остальные на «Минсках», с диким рёвом пронеслись мимо нас. Каждый вёз сзади пассажира. Но им видимо захотелось произвести впечатление на мою сестрицу. Местные парни в возрасте от 16 до 25 лет окружили нас и стали пытать соседскую девчонку на предмет того, почему она в прошлый раз не захотела танцевать с их предводителем. Этот парень постарше и явно после армии. Судя по тельнику под лёгкой курткой, он служил на флоте.

Мне только оставалось с лёгкой улыбкой наблюдать за извечным процессом примитивного ухаживания.

Девчонка видимо, и сама не против сойтись с этим парнем поближе. Но нельзя же так сразу, пусть побегает. А тот, в свою очередь, не нашёл ничего лучшего, как с кодлой посередине улицы выяснять интимные отношения.

— А ты кто такой? Что-то я тебя у нас раньше не видел, — наконец и мне досталась толика высочайшего внимания.

— Да так, гость, — лениво ответил я, выдержав паузу.

— А это к Ирке брат вчера с города приехал, отстань от него.

— Ну смотри, — о чём-то туманном предупредил меня парень. Он завёл своего железного коня, и вся компания с диким шумом направилась в сторону клуба.

Ну, там мне тоже не особо понравилось. Парни собрались отдельно, смолят по-взрослому папиросы, смачно сплёвывают и передают по кругу бутылку вина.

Дамы также не отстают, увидев новую жертву в моём лице оживились и даже перестали лузгать семечки. Что, видимо, говорит о крайней степени заинтересованности.

Магнитофон через усилок и древние огромные колонки извещал о лёгкой походке московского озорного гуляки. Неведомым ветром новейший концерт группы «Альфа» попал в эти богом забытые места. Ну и под энергичные композиции первого альбома этой группы, организованной совсем недавно Сергеем Сарычевым, перешедшим из группы «Круиз», местный бомонд и отплясывал.

Глава 15

А моя сестрица пользуется успехом, пока я танцую медляк с её подружкой, сеструху уволок местный шустрый паренёк. Я пас ситуацию, чтобы её никто не обидел. Возможно чересчур явно опекал её. А может кого-то просто возмутило, что чужой хлопец до сих пор ещё не бит. Так что неожиданно мне в руку вцепился невысокий, но крепко сбитый парень:

— Пойдём выйдем, — и не дожидаясь моей реакции он пошёл в сторону выхода.

Мне знакома эта публика, это называется проверкой на прочность. Если я не струшу, и получив пару крепких оплеух, дам сдачи — то меня возможно больше трогать и не будут.

На улице небольшая компания любителей подраться. Скучно ребятам, а тут какое-никакое развлечение.

Тут же нарисовался и заводила. Этот повыше, почти моего роста. Выглядит постарше остальных, но его я вижу впервые. Потёртые стройотрядовские штаны и майка-амбалка. В углу рта приклеилась папироса, кепка и нагловатые шальные глаза. Короче бойтесь и ложитесь.

После борьбы в переглядки, которая окончилась ничьей, парень перешёл к переговорам:

— Слышь, городской. А чего это ты припёрся к нам на танцы без приглашения? Не проставился, не подошёл, а сразу к нашим девчонкам. Не хорошо, за это можно и по рогам получить.

Убедительная в своей примитивности речь. Я, по идее, сейчас должен сдать назад, предложить угостить новых знакомцев и распить с ними на мировую. Ну или же заблажить и попытаться взять нервом. Типа я псих, держите меня семеро. Я же выбрал иной вариант решения разногласий. Он основывался на моей уверенности, что ничего серьёзного не будет. На меня не полезут толпой, у деревенских есть свой кодекс чести. Только один на один. Никакого оружия, типа ножа или кастета. Только выяснение, кто умнее и интеллигентнее, на кулачках. Ну или можно побороться для разнообразия. И ещё я чувствовал своё физическое превосходство над ним. Парень крепкий, вон как бицепсы набухли. Да и грудная клетка впечатляет. Заметно, что он не отлынивает от тяжёлого крестьянского труда. Может ещё штангу во доре сварил и с друганами балуется отягощениями. Но я быстрее, за эти полтора года неплохо узнал своё тело. Да и постоянные виртуальные тренировки дали мне понятие, на что я способен.

— Ну так в чём проблема, заходите как-нибудь, познакомимся. А вино я не пью и вам не советую. Ещё вопросы будут?

Окружившие меня растерялись, и не только от ответа. Они видят, что я спокоен и уверен в себе. А значит у меня есть козырь в кармане. Один против семерых в чужом месте — это надо быть, например, хорошим боксёром или дзюдоистом. Или дядю в начальниках местной милиции. Вот они и подзависли.

— Слышь, Андрюха, этот пижон походу тебя не уважает.

Начался следующий этап подготовки. Разогрев и введения себя в состоянии, когда можно съездить сопернику по морде.

Как я и ожидал меня оттеснили в сторону, это задний двор клуба. Здесь не маячит участковый и фонарь освещения позволяет всё видеть.

Так, пошло дело. Нашёлся третейский судья, который пояснил, что бьёмся до первой крови или пока противник не сдастся.

Мой соперник скинул майку серо-синего цвета и вышел в круг. Смотрится неплохо, широкие налитые плечи и обвитые мышцами руки.

Я не стал разоблачаться. В моих планах нет долгого боя с валянием по земле. Моя тактика — скорость. Я не владею секретными приёмами, не занимался в юности единоборствами. Но драться приходилось частенько.

Первые несколько минут мы скакали юными козликами, изображая великих боксёров. Потом мне это надоело и я резким ударом достал его в плечо. Так, чисто символический удар. Но этого хватило, чтобы парень кинулся в бой. При этом он так размашисто месил кулачищами воздух, что поднял пыль с площадки. Мне только оставалось легко уходить от столкновения с этими кувалдами. Моя естественная скорость и реакция позволяла уходить небольшими шашками в сторону. Такое ощущение, что его тело действует в более плотной среде. Когда мне надоело уклонятся, то я щелкнул легонько сопернику в ухо, что сбило его с атакующего ритма.

Напротив меня стоит здоровый парень и дышит, как загнанная лошадь.

— Ты что боксёр? — неправильно интерпретировал он мои движения. К сожалению, нормально ударить я не могу. Нет, пустить кровавую юшку или повесить фонарь под глаз — это запросто. А вот плотно ударить, чтобы перевести противника в разряд вещи, это мне не дано. Такие удары нужно тренировать.

— Всего помаленьку. Продолжим или перекурим?

Парень выбрал второе, мне пришлось принять папиросу и прикурить от зажигалки. Отказываться от предложенного глупо, это действие носит особый сакральный смысл. Закопав топор войны и выкурив трубку мира мы вернулись на танцы. И сразу же в меня врезалась Ира. Онатолько сейчас обнаружила мою пропажу и подружки подсказали, что меня повели бить деревенские пацаны. Вот она и подорвалась, а тут картина Репина « Так не бывает».

Я захожу в обнимку с главным заводилой и сзади нас следует свита из местной мафии. Ирка так и зависла. Зато теперь уже мне никто не мешал выбирать понравившихся девчонок. Загвоздка только в том, что самая симпатичная и привлекательная — это моя сестрёнка. Местные девы плотноваты на фигуру и моськи имею самые простецкие. Так что я ограничился приглядом за Иркой.

А когда я активно поддержал маму в походе в лес за грибами, то заработал удивлённый взгляд и улыбку. Пофигу, я уже и так отличился своим нестандартным поведением. Но собирать грибы я люблю.

Бабуля выдала нам плетёные, потемневшие от времени корзины. У меня с мамой по две. Ирка взяла одну.

— В одну берём на сушку, в другую на засолку. Ножики взяли? Тогда вперед.

Сосняк начинается сразу за околицей. Мама уверенно ведёт нас по лесной дорожке, знает куда идти. Минут через двадцать мы поднялись на горку.

— Всё, слева груздёвые места. Берём только молодые и не червивые. Маслята и белые в другую корзину. Лёшь, тебе показать, как грузди растут?

Это надо же иметь такой уровень авторитета. Я что, не только рыбалку, но и грибы-ягоды тоже не любил?

— Не надо ма, меня возили за груздями. Там под Карагандой они тоже растут.

Груздь и в самом деле королевский гриб, нет лучшего для засолки. Может только валуй сравнится, но он имеет совсем другой вкус. Рыжики я принципиально игнорирую. А вот и они красавцы, я вышел на полянку и тормознул, приметив вздувшуюся хвою. Присев оглянулся и аккуратно начал снимать хвою, срезая молоденькие, аж голубые груздята с загнутой внутрь шляпкой. Пока режу, глаза уже нашли ещё несколько. Так с полянки и снял полтора десятка красавцев. Червивых нет, повезло. Вообще, неопытные грибники не могут отличить гриб под слоем хвои или, скажем, шишку с камнем.

Последние имеют остроконечную шапку хвои, а груздь плавную. Если нашёл большой груздь, не торопись, рядом наверняка пара малышей спрятались. И ведь именно этих сопливчиков, за праздничным столом так приятно погонять вилкой по тарелке. Именно эти грибочки так приятно хрустят на зубах.

Через час мои корзины наполнились. Я помог маме с сестрой и довольные мы отправились назад. Пришлось только забрать у Ирки её корзину.

А после шикарного обеда, бабушка сварила настоящий борщ на говяжьей косточке, а я не решился идти отдыхать. Мама с бабушкой опять удивлённо встретили меня на летней кухне. Они сидят за деревянным столом и чистят грибы. Мама грузди, бабуля маслята и белые.

— Ну, Лёшка, тебя вообще не узнать. Ты в жизни не занимался таким.

— Ну вот, видать повзрослел. Тем более я рассчитываю, что вы мне с собой дадите пару баночек.

— Ну, сына, эти вряд ли. Надо месяц ждать, пока просолятся. У меня дома остались с прошлого года. Отборные, а дам тебе две двухлитровые банки. А сушёных могу дать уже из свежих.

Я молча кивнул, соглашаясь. И присоединился к бабуле. Та острым ножиком цепляла липкую шкурку шляпки маслёнка, срезала грибницу и скребла ножку. Когда чищенные грибы начинали мешать, она резала их на цветные бело-коричневые ломтики и раскладывала на марлевом полотнище, развешанном между двумя яблонями. От мух закрывала другим куском марли.

А толково, в прошлой жизни мы нанизывали грибы на нитку и вешали гирляндами между деревьями. А тут объёмы другие. Грибочки вялятся себе на солнышке, продуваемые ветерком. А мухи вроде кружат, а сесть мешает тряпка.

К сожалению, половина уходила в отходы. Вроде ножка целая, срезаешь шляпку, а там червоточины. Все отходы пойдут соседской корове Соньке. Та с благодарность съест и червивые.

Вскоре подошла Ирка, она одела купальник и начала мыть грузди в проточной воде. Мама предварительно их чистила, а сестра старой зубной щёткой удаляла песчинки из-под шляпки и отскребала рыжие пятнышки.

Я купальник одела, потому что вода попадала, ну и возможно с целью получить загар.

Я оценил фигуру сестры, хороша кобылка. Красивая девчонка растёт, повезёт кому-то. Характер у неё неплохой, она не вредная. А что ещё требуется от девушки? Мастью она пошла в отца. Если я, как и мама, светловолосый и глаза у меня похожи на мамины. Только у неё они скорее серые, а у меня ореховые с зеленью. А вот Ира брюнетка с карими глазами, в этом плане отцова порода. А фигурой и ростом в маму.

Две недели деревенского отдыха пролетели как единый миг, я наконец-то почувствовал себя дома. Перестало нервировать чувство, что я украл чужое тело. Наоборот, я сроднился с этими тремя женщинами и кажется, что меня тоже любят. А уж когда я решил блеснуть талантом и спел несколько своих песен, то у меня появились ещё пять преданных поклонниц. Кроме моих это тётя Аня, соседка и её бурёнка. Последняя так томно и печально смотрела на мой концерт, что я сам расчувствовался.

Мы заготовили шесть эмалированных вёдер солёных груздей, насушили две простыни маслят и белых грибов. А ещё мама ухитрилась сварить несколько литровых баночек с дикой земляникой.

Назад в поезде я ехал гружёный. Мама заморозила кусок отборной говядины, дала мне две двухлитровые банки груздей и зашила в наволочку сушёные пахучие грибы. Ну и по мелочи набежало.

С вокзала я сразу поехал к Оксане, той правда не было дома, она уехала до осени в Москву. Там у неё живёт тётка по материной линии. А вот Людмила Алексеевна меня приняла, не отказала. Накормила обедом и согласилась, чтобы я продукты и ценные вещи оставил пока у них. В общаге то дурдом, иди-знай, кого принесёт.

А вот в комнате, когда перекладывал вещи, нашёл в кармане сумки конверт. Обычный, авиапочтой. Незнакомым женским подчерком официальным языком написано «Алексею».

Я даже понюхал его, странно. Ну не сестра же мне пишет письма, мы только вчера расстались. Мама тоже не станет таким образом со мной общаться.

Содержание письма меня не так и сильно удивило. Я подспудно ожидал, что прошлое меня ещё отыщет. Вот и догнало, и хорошенько так засандалило поддых.

Пишет некая женщина или девушка:

— «Здравствуй Алексей. Я не решалась тогда тебе сразу написать. Но прошло уже больше двух лет и вот всё-таки решила сообщить тебе кое о чём.

Я тебя не осуждаю, даже простила. Это сначала я хотела тебя наказать. Тебя и тех парней. Но потом случилось ЭТО. И всё стало таким малозначительным что ли.

Я хочу тебе сообщить, что у тебя есть ребёнок. Дочь, Даша. Думаю, что тебе всё равно. Но мама уговорила тебе написать.

И знай, нам от тебя ничего не нужно. Живи своей жизнью. Но если захочешь увидеть дочь, я не буду против.»

И всё, ни имени, ни намёка, ни обратного адреса. Кто-то просто подсунул конверт в мои вещи. Но смысл послания ясен. Могу только догадываться, что я наделал. Похоже, что это событие не было особо радостным для матери этой Даши. И ребёнок родился не по её воле. Честь ей и хвала, что родила и не бросила. Вопрос, что мне с этим делать?

Судя по всему, мои не в курсе, иначе мама бы не была так беззаботна. И не важно, что лично я ничего плохого не сделал. Всё равно я прямой наследник того Алексея и все его дела, хорошие и плохие ложатся на мою совесть.

Если исходить из худшего, я один или в компании изнасиловал некую девчонку. И она забеременела. Но девушка утверждает, что это мой ребёнок, значить групповщину можно исключить. Уже легче.

Дальше, Ирка говорила, что отец того Вадика, моего приятеля большая партийная шишка. И он смог замять это дело. Каким образом и какова роль этого злого гения, Вадима? Ответы на эти вопросы тут в Караганде не найти. Бросить всё, учёбу и остальное, не разумно. Родные запаникуют, здесь нужно действовать тоньше. После зимней сессии желательно приехать на большее время и всё хорошенько разузнать. В идеале встретиться с этой девушкой, поговорить и начать ей помогать деньгами. Наверное, придётся искать подработку. Но, в любом случае горячиться не нужно. Здесь пригодится холодная голова, надо всё тысячу раз обдумать.

Ну вот и опять лагерь «Политехник», две трети ребят новых. Кто-то из стареньких прекратил заниматься или начал писать дипломную работу. Вот и взяли молодых, много перспективных первокурсников.

Наш Владимир Алексеевич Сенькин опять руководитель сборов и мне это только на руку. Как заслуженный спортсмен, а я дважды кандидат в мастера спорта, о чём говорит значок на мастерке, я имею право на некие послабления. Например, на угловую комнату в бараке. Та меньше остальных и рассчитана не на четверых, а только на двоих жильцов. Ну и в ней потише. Ко мне в напарники напросился Сашка Сардов. Будет мне компания в пробежках, да и он не имеет вредных привычек и мы хорошо ладим. Оксанка тоже здесь, ехала со мной рядом в автобусе. И когда молоденькие прехорошенькие первокурсницы шушукались, поглядывая в мою сторону, подруга демонстративно так ко мне прижималась и деланно смеялась. А мне пофигу, пусть тешится. Все и так свято уверенны, что мы пара. Многие намекают, что мы сожительствуем. Об этом говорит тот факт, что я частенько остаюсь у Оксаны дома на ночь. Людмила Алексеевна предлагает, а я не отказываюсь. Особенно на воскресенье. А что, вместо Женьки нам подселили парня с Балхаша. Рыжий казах, вроде неплохой парень. Но он второкурсник и у него много весёлых приятелей, которые вечно пасутся в нашей комнате. Вот я и стараюсь слинять от шума. А Уркундий тоже стал чаще возвращаться домой в свой любимый совхоз, убегая от бедлама.

Ещё раз «тьфу на вас», думайте что хотите. А Оксанке льстит, что я рядом с ней и она не особо переживает из-за этих слухов. Наоборот, любит демонстративно остановить меня в институтском коридоре и прижавшись своим достоинством якобы оттирать пятнышко на моей щеке. Старательно плюёт на свой платочек и вертит меня в разные стороны.

А у Сардова тоже появилась зазноба, девушка Таня. Она волейболистка и сразу её трудами организовалась красная комната. Девчонки завесили окна тканью и на лампочку навесили красную бумагу. Наша комната погрузилась в таинственный кровавый полумрак. Сенькин зашел, неодобрительно крякнул, но ничего не сказал. Теперь в нашей комнате постоянно ошивались обе девчонки. Они даже подружились, Оксана и Таня.

А вечером я отпрашивался у тренера, и мы ходили на турбазу, что в километре от нас. Там был бар, где можно было посмотреть телек и выпить сок. На более крепкие напитки желающих среди нас не было. А ещё мы с Сашкой после обеда иногда бегали в дом отдыха «Шахтёр». До него около часа бега в хорошем темпе. Но нас это не останавливало. Там был магазин, где можно было купить печенье, конфеты и даже спиртное. Вот и на этот раз мы взяли бутылочку «Медвежьей крови». Болгарское вино решили взять для гостей. Сегодня кроме девчонок, придёт одна женщина. Саня запал на эту тренершу лет тридцати. Она тренирует волейболисток. И мой товарищ не решается к ней подвалить, да и Таня ему немного мешает. А тут так само срослось, когда меня попросили сыграть.

Оксана взяла в дорогу отцовскую гитару и иногда я вечерком баловал народ своим творчеством

Вот и сегодня народ свалил на дискотеку, барак пуст, только нас пятеро. Сначала мы вскипятили кипяток и заварили чай с чабрецом. Потом догнались печеньем. Ну и разлили чисто символически по сто граммов вина. Ну и что мне им выдать? Пожалуй, для разогрева подойдёт это хит группы «Рождество», откашлявшись, прошёлся по гитарным струнам:

Ты знаешь, так хочется жить

Наслаждаться восходом багряным

Жить, чтобы просто любить

Всех, кто живёт рядом

Ты знаешь, так хочется жить

Просыпаться с тобой на рассвете

Взять и кофе сварить

Пока ещё спят все на свете

Ты знаешь, так хочется жить

Как не напишут в газете

Взять и всё раздарить

Жить, чтобы помнили дети

И знаешь, так хочется жить

В миг, когда тебя задавило

Встать и всем объявить

«Я вернусь», даже если прибило

Ты знаешь, так хочется жить

В ту минуту роковую

Всё плохое забыть, всех простить

Лишь в прощении спасение

Ты знаешь, так хочется жить

В зимнем саду спящей вишней

Чтобы по весне расцвести

Деревом для новой жизни

Замолкли струны, но все погружены в свои мысли. Оксанка подозрительно блестит глазами, а Татьяна отвернулась к стенке.

Видимо я перестарался, добавив в голос теплоты. Вон даже малознакомая женщина напротив задумчиво смотрит на столешницу.

— Лёшка, давай что-нибудь повеселее. А то дамы посмурнели.

— Веселее? Будет вам веселее.

После «Рюмки водки на столе» последовали Григория же совместная с Меладзе «Обернитесь». Я не могу петь откровенную попсу, где практически нет слов. Такие вещи проходят только в виде специальных шоу. Когда красиво ходят оголённые девицы из подтанцовки и лазерное шоу отвлекает внимание от смысла слов. А под гитару это могут сделать далеко не многие.

Ну и напоследок пошла песенка «Пёс бродячий», которую исполнял Дима Колдун в моё время. Как раз окончилась дискотека на плацу и народ повалил в корпус.

Тренерша попрощалась и улыбнулась напоследок лично мне, как человеку, который развлекал сегодня народ — Лёша, а чьи это слова в твой первой песне?

Я ничего умнее не придумал, как выдать, что это хороший перевод песни в исполнении одного англичанина. Та задумчиво кивнула и попросила меня переписать слова. Да ради бога, мне не жалко.

А вот жалко то, что Саня на меня обиделся. Ему показалось, что я заигрывал с тридцатилетней женщиной и тем самым как бы поступил некрасиво по отношению к нему. Мои уверения, что у меня есть девушка, а эта дама меня не интересует от слова «вообще», его не убедили. Наши отношения стали немного натянутыми. Ну и мне не приятно, что он дурит голову Татьяне, а сам мечтает трахнуть тренершу.

Глава 16

Ну вот, и мои отношения с Алёной подошли к естественному завершению. Меня они всем устраивали, но мы оба понимали, что это временно.

Лена перешла на последний курс меда и большую часть времени проводила в различных отделениях БСМП. Видимо там она и подцепила молодого кандидата наук и без пяти минут заведующего отделения кардиологией. Парню тридцать два года и он по уши влюблен в красавицу Лену. Мужчина знает о её пикантной ситуации и чужой ребёнок его не смущает. Они даже уже подали заявления в ЗАГС.

Наша последняя встреча произошла в кинотеатре. Мы специально взяли билеты на отстойный фильм, вечерний сеанс. В пустом зале Лена потвердела свою авантюрную сущность.

— Ленка, ты чего? Люди же вокруг.

Я пытался сопротивляться, но девушка уже стянула с себя трусики и откинулась на сиденье, смотря на меня глубоким взглядом хищницы. Я оглянулся, на последних рядах кроме нас никого. Идёт какой-то фильм на революционную тему и зрителей пара десятков, не больше. Надеюсь нас не арестуют за неуважение к революции.

Это было прощание, больше встреч у нас не будет. Это понимали мы оба. А уже дома я обнаружил в кармане куртки те её белые трусики. Такая значится память о ней у меня останется. Но я рад, что нас свела жизнь. Пусть так, пусть урывками. Но девушка подарила мне некую свободу и радость к мелочам. «Дай бог тебе счастья, дорогая».

Хотя, зная её пробивной характер, всё у неё будет пучком.

Разобраться с папками, которые были мне недоступны, позволило изучение азов инопланетного языка. Как только я смог читать текст, первая же папка открыла мне свои тайны. Но, к сожалению там не нашёлся рецепт философского камня или другие откровения. Обычная техническая информация. Ну, типа инструкций пользователя. Вся бяка в том, что у меня нет этих устройств, к которым эти инструкции написаны.

Хотя, когда я сделал запрос помощнику, он выделил один файл.

Открываю, идёт краткое описание и характеристики некоего защитного устройства. Начинаю разбираться, это армейский комбинезон, предназначенный для защиты тушки некой категории военнослужащих инопланетных вооружённых сил. Из-за непонимания нюансов и терминологии я только догадываюсь, что это за вещь. И главное, почему помощник на мой прямой запрос подсветил мне только эту позицию. Я бы предпочёл для ознакомления какой-нибудь крейсер для межзвёздных перелётов.

Ответа от помощника я не получил. К сожалению, он не имеет ничего общего от настоящего искусственного интеллекта. Искин является кристаллическим полуразумным объектом. А мой помощник всего лишь мощным по моим меркам микропроцессором, который выполняет некую работу в рамках порученной задачи. Вот я дал приказ найти действующие ссылки, и он нашёл одну. Почему эту? Мог бы подобрать другую. Может, потому что у меня есть доступ только к этой?

Комбинезон, это нечто, типа скафандра? У меня забрезжила робкая мысль и я кинулся к свое тумбочке. Вывернув всё содержимое, вытащил на свет божий ту странную одёжку, в которой я вернулся на Землю.

И как это я про неё забыл.

Да, она и напоминает обычный рабочий комбинезон. Ткань странная, вроде достаточно мягкая, но ногтем не продавить. Взяв ножницы для ногтей, попробовал процарапать её. Такое впечатление, что шоркаю деревяшкой по металлу. Скользит и не оставляет следов.

А что если?

Я скинул всё до трусов и быстро одел невзрачный комбинезон. Так, вроде сидит неплохо. Но мне надо понять его функционал. Ежели он армейский, значить должен защищать от лёгкого огнестрельного и холодного оружия. Пришлось вчитываться в описание и инструкцию по использованию.

Ага, вот подстройка. На левом рукаве в самом деле есть два утолщения. Поддержав одно, вдруг обнаружил, что костюмчик стал тесен.

Нет, так дело не пойдёт. Другая кнопка сделала из него свободный балахон. А что они пишут? Нажать обе одновременно и сразу начинать делать упражнения, как указано на схеме. После приседаний, наклонов и махов руками и ногами костюмчик обтянул меня так, что я его почти не ощущал. То ест он не висит, но и не мешает. Попробовал походить.

Блин, подорвался и кинулся к шкафу, там где висела наша верхняя одежда и стояла обувь.

Вот же чёрт, а где те ботинки? Наверняка они из этой же серии.

К счастью, они нашлись на антресолях. Отряхнув, одел. Так, пишут, что натягивать на голые ноги.

Ну, тут история повторилась. Обувь ужалась и после разминки ботиночки сели так, будто я в них родился прямо сейчас. Ноге комфортно, ничего не жмёт. А неказистость нивелируется функционалом.

Здесь написано, что это защита третьего класса планетарного десантника. Удерживает любые виды холодные оружия, кроме специальных вибролезвий. Те могут пробить, если удар будет концентрированный и придётся в боковую часть. Передняя и задняя проекции защищены лучше. Держит выстрелы из игольника и прочего кинетического оружия. Лазерное частично, плазма же даже не заметит эту защиту.

Ну, мне плазма вроде не грозит, а вот всё остальное — это просто замечательно. Сняв этот ценный девайс, подумал, — «Так вот ты какой, аленький цветочек». Продвинутая вещь, в нём даже синяк непросто получить. Механический удар просто рассеивается по все поверхности тела. То есть, если мне в нём пробежаться по нашей площадке у ЖБИ, то можно не бояться падений и ушибов.

В первое же воскресенье поехал в новом приобретении на нашу тренировочную площадку. Дважды прошёлся по слабоизученным трассам. Несколько раз падал, здорово приложился бедром и даже наступил на острую железку. Дома осмотрел себя полностью, синяков нет. Обувь целая, выдержала с честью. Какая полезная вещь, пожалуй отнесу к Оксанке. Там целее будет. А то вдруг кто-нибудь приберёт. Или, скорее выкинет.

Напоследок прощупал комбинезон на предмет других вкусняшек. Моё внимание привлёк некий плоский предмет. Я думаю, что он интегрирован в этот костюм, являясь его частью. Но дав команду помощнику получил этот предмет прямо в руки. Просто, он вдруг выделился и протаял сквозь ткань. Вот я и держу некий брусок стального цвета. Такое ощущение, что он цельный. Нет швов и соединений. Весит килограмма полтора, размеры где-то 20 сантиметров длиной, 13 шириной и в толщину ещё пару сантиметров. Удивительно, что такая немаленькая вещь скрывалась внутри тонкой ткани.

Хотя, я исхожу из земной логики, отталкиваясь от наших технологий. А так комбез его будто отторг по моей команде. Точно также по команде он исчез внутри, оставив разве только ощущения уплотнения.

Так, а теперь читаем инструкцию к этому девайсу. Очень сложно продираться сквозь непонятные термины и понятия. Это как аборигену Амазонии доверить умные часы. Он точно также будет примерять их к своим нуждам. И пробовать расколоть ими кокосовый орех.

Через пару часов я получил благодаря помощнику представление об этом предмете. Как выяснилось, он не имеет непосредственного отношения к комбинезону. Не является оружием и средством защиты. А я-то надеялся, что это генератор силового щита. В таком наверное можно срыгнуть с тридцатого этажа без негативных последствий. Или попасть под взрыв и остаться целым.

Оказалось, что это некий девайс для развлечений. Он позволяет транслировать звук от источника на акустическую систему. Ну, типа блютуза. А также он создаёт некий визуальный эффект.

Мне было предложено активировать эту функцию. Я нашёл одну композицию из инопланетного сборника. Там ещё некая потрясная девица здорово отплясывала под переливающимися лучами светоэффектов.

Включив музыку, я дал команду на активации девайса.

Чёрт, от неожиданности я подпрыгнул. Передо мной вдруг появилась женская фигура и начала красиво двигаться. То взлетая над полом, то совершая эффектные движения. Прикол в том, что картинка была настолько естественная, что создавалось полное ощущение присутствия. И я испуганно дал команду отключится, это оказалось как нельзя кстати. Тут же раздались голоса и в комнату вошёл мой сосед со своим дружком:

— О, Лёша. А ты чего это в темноте лежишь? Нам показалось, что играла музыка.

— Не, это у соседей гремит. А я так, уже сплю. День выдался тяжёлый.

А день, вернее вечер был действительно непростой. Я долго не мог заснуть, думая о том, что же мне досталось. И чем больше думал, тем яснее становилось, что в мои руки попала очень ценная вещь.

Ведь я смогу давать концерты, мне только непонятно, какая получится картинка на свету, в условиях открытого пространства. Но в помещении — это просто убой.

Из описания стало кое-что понятно. Для визуального эффекта устройство использует ультразвук и лазерные лучи. Каким-то образом в нужном месте с помощью вспышек ультразвука создаётся водная взвесь и именно в этой среде действуют лазеры, создавая объёмную картинку. Насколько я понял, это устройство нужно заряжать, но это уже следующий этап. Возможно даже создавать осязаемые объекты, что не укладывается в моей голове.

На следующий день я после занятий поехал за город. Там в лощине речки «Чурбай-Нура» есть удобной местечко. Народ тут не бывает, заболоченная низинка. Зато когда я активировал устройство, нудно атакующие меня комары моментально исчезли. Чисто, будто мошкары и не бывало. Вот уже одно из возможных применений забугорного устройства.

Каким-то образом девайс, или правильнее будет назвать его голограф, создаёт фигуры натурального масштаба. То есть в человеческий рост. Возможно есть опции создавать гигантские фигуры, но я их пока не нашёл.

По насыщенности цвета тоже всё в порядке. Я оставлял голограф и отходил метров на двадцать. Осталось полное впечатление живого действа. Не зная сути происходящего, я бы решил, что передо мной живые люди. Только немного странные. Есть небольшое понижения яркости картинки из-за солнечного света.

Заодно я посмотрел в «живую» шоу на природе. Диковинные виды других миров на фоне казахской степи просто поражали своей реалистичностью и необычностью. В этот момент я пожалел, что близкие мне люди не могут всего этого увидеть.

К близким я, конечно, отношу родителей с сестрой и, пожалуй, бабулю. А также Оксанку с Людмилой Алексеевной.

А ещё подумал, что не смогу держать это чудо только для себя. Люди должны знать, что существуют и иные миры. Не менее красивые и удивительные.

Вечером я забежал к Оксанке и оставил у них в доме свой чудо комбинезон. В отдельной комнате, в которой я иногда остаюсь на ночь, у меня лежит сумка с вещами. Вот комбез с ботинками я и убрал внутрь. Пусть полежит здесь, мне так спокойнее.

— Лёша, может останешься? Я драники вкусные сделала. А завтра с Оксанкой вместе поедете на учёбу.

С некоторого момента экс-прокурорша сделала определённые выводы и перестала меня подозревать в грязных намерениях, по отношению к своей внучке.

Ну и я дал себя уговорить и остался. Тем более не уверен, что в общаге мне удастся выспаться. Да и запах с кухни идёт просто умопомрачительный.

Чем ближе Новый Год, тем больше я думаю о своей возможной дочке. На всякий случай я коплю деньги. Вся зарплата остается на сберкнижке. Отцовские деньги тоже почти не трогаю. Я ещё наловчился зарабатывать на нерадивых студентах. У меня красивый шрифт и чертежи тоже неплохо идут. А допустим на ПГС (промышленное и гражданское строительство) очень высокие требования к черчению. Они делают их не в карандаше, а в туше. И пояснительные записки, то есть текс выполняются шрифтом. Вот я и взялся за это дело.

Так чертёж на ватмане двадцать четвёртого формата стоил четвертной. За курсовую, в зависимости от сложности я просил полтинник. И это бы ещё недорого. Оказывается, что есть люди, готовые платить, чтобы самим заниматься более приятными делами. Дипломная работа вообще обошлась бы в несколько сотен.

Рисовал я обычно в общаге, там стоял и светостол, и нормальный кульман. Расчёты делал на ночных дежурствах, а оформлял у Оксанки дома. А заодно и ей помог. Чертила она и сама неплохо, а вот за мой шрифт даже самый придирчивый препод ставил сходу пятёрку.

Таким образом к концу года у меня скопилась приятная сумма в 1300 целковых.

Есть известное правило студенческой жизни. Первые два года ты работаешь на зачётку, потом уже она трудится на тебя. Это как раз мой случай. Я не прилагал больших усилий, но экзаменаторы ниже четвёрки мне не ставили. Чаще стояло в зачётке — отлично. Поэтому домой в этом плане ехать совсем не стыдно. На сей раз ехал без подарков. Деньги нужны для другого.

Ну и в общем, я очень рад вернуться домой. Потискался с Иркой, обнял маму, даже батя уже не отворачивается и соизволил выйти и встретить меня.

А на ужин я пригубил водочки, чтобы составить ему компанию. И заметьте, он сам предложил накатить по маленькой. Под шикарные мамины пелемешки мы выпили и по второй. А потом опять пошло оружие главного калибра, моя зачётка. На сей раз она уже не вызывает такую оторопь. Отец просто удовлетворённо передал её маме.

— Ну, чем на каникулах собираешься заняться?

— Не знаю, пап. У меня есть незаконченные дела. И потом, я просто хочу отоспаться и ничего не делать. Разве что маме по дому помочь.

На мою первую часть фразы, слава богу, никто внимания не обратил. А когда родители пошли в спальню, я проник к сестре в комнату.

Та удивленно посмотрела на меня, — можно? Пошептаться надо.

После того, как я вручил сестре взятку, изящные женские часы «Чайка» с красивым кожаным ремешком, она взвизгнула и бросилась обниматься, — Лёшка, это мне?

— А кому ещё. Взятка за молчание.

Сестра понимающе посмотрела на меня.

— Слушай, Ир. Мне нужна твоя помощь. Столько время прошло с той поры, а я никак не могу успокоиться. Расскажи, что ты знаешь о том случае. Ну, когда меня перевели в другой город.

Девочка задумалась, — ну, я толком ничего не знаю. Ты же понимаешь, меня никто не посвящал во все детали.

— Сестра, ну я не поверю, что бы такая умненькая девочка и не интересовалась этими самыми деталями. Кто-то кому-то что-то да рассказал. Родители между собой говорили, подружки трепались наедине. Мне нужны все подробности. Когда это случилось, кто присутствовал и что за девчонка пострадала.

Ира минуту напрягала свой лобик, потом начала говорить:

— Ну, это было на майские праздники. Вроде второго числа. Ты с дружками отмечал на даче этого самого Вадика. С вами были девчонки. И, если я правильно поняла, у вас кто-то с кем-то переспал. А потом та девчонка рассказала родителям. Те подали заявление в милицию. А дальше я толком уже не знаю. Вмешался отец этого Вадика и тебя быстро перевели куда подальше. Всё, я не знаю, что там за девушка была и кто виноват. Папа с мамой об этом не говорят. Но мама тогда плакала весь месяц, каждый вечер закрывалась в спальне. А папа ходил чёрный и его даже наказали на работе. Это всё, что я знаю.

Хм, ну хоть что-то, — а этот злой гений Вадим, откуда я его знаю?

— Вадьку? Так вы же учились в параллельных классах. А потом поступили вместе в институт.

— А, тогда понятно. А папаша его был первым секретарём партии какого района?

— Не знаю, Кировского наверное.

— А ещё что можешь сказать, может фотки общие есть?

— Фотки? Может и есть, подожди.

Ирка свинтила в зал и вскоре притащила альбом с фотографиями.

— Подожди, дай мне рассмотреть, — я никогда не видел наших старые фотографии.

Передо мной проходила чёрно-белая жизнь нашей семьи. Вот наши родители, совсем молодые. Позируют на фоне пальм, вероятно отпуск в Крыму.

Вот они же моют в ванночке младенца, наверное меня, судя по мелкому писюну. А вот и Ирка первоклашка, с букетом цветов в руке и пышным бантом на голове.

Я рассматриваю групповую фотографию. Здесь старшеклассники при параде на каком-то вечере. Себя я узнал, отдалённо похож. Заметна упитанность, но мордашка забавная, сразу видно балованный. Рядом положил руку мне на плечо крупный чернявый парнишка. Ирка ткнула в него пальце, — вот вы с ним на выпускном.

Внимательно изучил его физиономию. На первый взгляд ничего дьявольского в нём нет. Но, учитывая должность его папаши, он просто не может быть без тараканов в башке. Не удивительно, что мы с ним баловались дурью. Рядом ещё несколько парней, на лицах улыбки. Как же, позади нудные учителя и уроки, а впереди вся жизнь с её соблазнами и перспективами.

— Кто-то из этих входил в мою компанию в тот вечер.

— Не уверена, может Костик. Он всегда с вами шлялся.

— Ясно мать, ну ладно, я спать. На завтра какие планы?

— Ну, собралась поваляться в кровати, потом с подружками встретиться.

— А как ты смотришь на прогулку по городу и обед в кафе с родным братом.

— Нормально, я за.

Глава 17

На улице морозно, но ветра нет, поэтому я потащил сестру показывать окрестности.

— Вот наша 37-я школа. Вон там в пристройке актовый зал, где и проходил выпускной.

От нашего дома семь минут ходьбы до школы, — а где Вадим жил?

— Так это на Кошевого, помнишь старые двухэтажки.

— Покажешь? — когда мы пришли, сестра ткнула в угловой дом. Здесь три дома образовывали замкнутый двор. Здания старой постройки с огромными окнами и толстыми стенами. Во дворе несколько капитальных гаражей в окружении деревьев.

Ну, теоретически первый секретарь городского райкома партии мог жить в таком доме, — ну, проголодалась? Пойдём перекусим, чем бог послал.

А вечером я наблюдал за группкой пацанов лет пятнадцати. Они оглядываясь, смолили сигарету. Одну на всех, при этом делали ужасно важный вид, но заметно, что побаиваются, что их спалят. А бычок наверняка подобрали на автобусной остановке.

Пришлось сходить к киоску и купить пачку «Столичных».

— Здорово, парни. Как дела? — я подошёл к ребятам. Те набычась ждут продолжения. Я же достал пачку и выбил из неё сигарету, — огоньку не найдётся?

Один из них полез в карман брюк и достал бензиновую зажигалку, — угощайтесь.

Ребята стараясь выглядеть солидно, цапнули каждый по сигарете и закурили. Мне нужно вызвать у них доверие, а что лучше сближает, как не совместно выкуренная сигарета. К тому же, перед ними взрослый парень и сам факт, что он говорит с уважением, как со сверстниками, говорит о многом.

— Парни, а с 37-ё школы кто есть?

— Не, мы все с 5-й, а вот Серый в восьмом классе 37-й учится. А что?

— Ничего, я вот окончил 37-ю три года назад. Поступил в институт в другом городе, вернулся на каникулы и не могу найти кореша. Он вон в том доме живёт.

— А кто такой? Мы тут всех знаем.

— Да Вадим Жигунов, мой корефан. Да я вам его покажу, — и я вынул фотографию.

— Вот я, а это он.

— Точно, — влез в разговор тот самый Серый, — а я всё думаю, где я Вас видел. Теперь вспомнил, Вы же ещё на гитаре играли. Тогда школьный концерт был, ну на октябрьские праздники.

— Было дело, так что, кто видел моего кореша?

Народ расслабился и заулыбался. А заодно на шарика опять угостились халявным куревом.

— Так это, он вроде поступил в московский институт. У него батя важная партийная шишка. Говорят, что на дипломата учиться поехал.

— А приезжает хоть на каникулы?

— Не-а, как два года назад свалил, так мы его больше не видели.

— Ясно, вот незадача. А может ещё кого знаете? Вот другой мой дружбан Костярыч. Он в городе?

— А этот работает в мебельном магазине, что на Путилова. Я его иногда с подругой вижу, — вмешался другой пацан.

Для вида я рассказал салагам пару анекдотов и слинял. Некую я информацию получил, есть о чём подумать.

Ехать в первопрестольную мне не с руки. Одна дорога в обе стороны займёт четыре дня. А ещё нужно найти нужного человечка и разговорить его. А кто сказал, что он будет колоться? Наверняка батя крепко всыпал неразумному дитяте и проинструктировал на предмет молчать, как глухонемой партизан.

С утра я стоял у входа в мебельный магазин. Прошёлся по его отделам, в углу стоял кухонный гарнитур белорусского производства, и около него толпа народу. Всё возмущались и требовали начать продажу.

Ну, дальше красуется неказистая столовая мебель и кровати полуторки, здесь пусто. Видимо народ больше интересует желудок, чем здоровый сон.

Искомого парня я не нашёл, поэтому рискнул и обратился к продавщице, скучающей с подругой у здорового обеденного стола.

— Извините, я ищу товарища. Костю, мы вместе учились, вот приехал домой на побывку, а мне сказали, что он у вас работает.

— Костя? У нас имеются двое с такими именами. Один грузчик, но ему за сорок. Наверное, тебе нужен Константин Ильич. Так он у себя в кабинете, позвать?

Я с затруднением посмотрел на женщину. Сомневаюсь, что мой бывший одноклассник имеет свой кабинет, но на всякий случай кивнул.

Женщины ушла вглубь помещения и мне пришлось немного пождать.

Я не сразу узнал парня на фотографии. Ко мне вышел молодой мужчина в сером халате. Ранняя залысина и очки на носу придают ему солидный вид. Но он сразу направился ко мне:

— Лёшка, здоров. Какими судьбами?

— Привет, Костя. Да вот на каникулы приехал. Скукота, решил найти бывших одноклассников, может замутим что-нибудь?

— Класс, без проблем. Я сейчас звякну Макарычу, Олежку найду. Они должны быть в городе. Встретимся, можно у меня посидеть. Возьмём пивка, у меня лещ вяленный есть. Музон послушаем, вспомним былое.

Ну вот пиво под леща в компании с незнакомыми парнями мне вообще не комильфо, спалюсь без ощутимых результатов.

— Отличная идея. А ты до скольки работаешь?

— До шести, а что?

— Так давай с пацанами лучше в субботу встретимся. А сегодня я приглашаю тебя посидеть в каком-нибудь злачном месте. В ресторане посидим, поговорим, может девчонок закадрим. Ну, я угощаю.

Последний довод оказался решающим, — замётано. Я даже могу подгрести пораньше.

Типичный привокзальный ресторан, но здание впечатляет. Чем-то напоминает уменьшенную копия Казанского в Москве. Ввиду вечернего времени, в зале гуляет свадьба и по соседству с нами какие-то учёные люди отмечают защиту диссертации. Судя по солидным животикам, наверное докторскую, не меньше.

Нам местный халдей выделил столик подальше от оркестрантов. Ну и пока те отдыхают, а от столов громко звучит «Горько», я пытаюсь напоить своего напарника.

Константин в свитере, очки снял и сейчас от пары рюмок водки немного раскраснелся. Но пока ещё не вошёл в нужную мне кондицию. Это когда информация льётся свободным потоком. И к тому же он всё больше про себя любимого:

— А я же не поступил в кооперативный институт, так матушка меня пристроила в мебельный магазин. Я-то дурак думал, что там скукота и просто помру среди этих старушек. Но оказалось, что место очень даже бойкое. Всем нужны мебельные стенки и кухонные гарнитуры. А мы не выставляем в зал самое интересное, оно расходится между своими.

Парень захмелел, и начал рассказывать про свою грязную кухню, как рубить бабло на дефиците мебели.

— Ты, Лёха, если надо обращайся. Тебе помогу, я там не последний человек. Слушай, а пойдём потанцуем. Вон какие девочки на свадьбе скучают. Айда.

К нужной теме удалось подвести другана только после знакомства с двумя девушками. Выходит замуж их подруга, а они вместе трудятся на хлебокомбинате. По ним и заметно, такие же сдобные и румяные. Но худой и сутулый Костя повёлся и начал оказывать знаки внимания той, что пострашнее. Он уговорил девушек подсесть к нам. А вот когда они исчезли, типа попудрить носик, а на самом деле обсудить, кто кому больше нравится — мне предоставился удобный случай.

— Слушай, Костярыч. А помнишь ту мутную историю у Вадика на даче?

— Это когда на вас заяву накатали? Ещё бы, дело то в само деле мутное получилось. А чего ты вдруг вспомнил?

— Да, понимаешь, Тогда Вадик забористую дурь притащил, ну у меня малёхо крышу и снесло. Ни хрена не помню, что натворил в тот вечер. Не просветишь, что там случилось?

— Ну ты даёшь. Это как же надо было обкуриться? Хотя Вадик мне тоже предлагал курнуть, я отказался. Знаю эту вашу индийскую травку.

— Ну так, а сколько нас тогда попёрлось на дачу?

— Ну, пацанов было пятеро. И три девчонки. Мы тогда прибалдели от буржуазной роскоши. Помнишь эти обкомовские дачи в городе, вон на одной из них мы и зависли. Полный холодильник жрачки, вино, водяра, японский магнитофон. Вроде всё нормально было, а потом вас с Вадиком на приключения потянуло.

Я старался не спугнуть, еле дышал, слушая рассказ сидящего напротив парня. Потом буду раскладывать по полкам, сейчас мне нужно получить побольше информации от первоисточника.

Удалось вытянуть имена присутствующих в тот день. Но я никак не мог подобраться к главному. Кто же пострадал в тот день, и как это произошло?

— Лёха, да хорош прикалываться. Ты чего забыл свою подружку? Она же бегала за тобой ещё с пятого класса. А тебе она никак, ты её вечно шпынял и называл бесцветной селёдкой. А в тот день она тоже сама увязалась с нами. Вы с Вадиком начали её накачивать спиртным, чтобы поприкалываться. Сам же подливал водку в её шампанское, забыл что ли?

— Не забыл, просто дальше меня срубило. Что я там надизелил-то?

— А я знаю, её развезло и ты потащил её на второй этаж. Через минут пятнадцать она выбежала вся в слезах и соплях. Потом ты бухой заявился. А через день пацаны базарили, что вас с Вадькой в отделение потащили. Дальше вы сами разгребали.

Ой, бляха муха. Если верить его рассказу, то случилось самое худшее. Мы споили девчонку, а потом я проявил себя с «наилучшей» стороны.

Я обхватил голову, — Лёха, так ты в самом деле ничего не помнишь?

— Ну так, как в тумане. Так я тогда с Танькой был?

— Какая Танька? Ты с Муравьёвой тогда зажёг. Что свою белобрысую Ольгу тоже не помнишь?

— Её забудешь, — наугад ляпнул я. Имя Татьяна, я придумал, чтобы подвести собеседника ближе к теме.

А вечером, расставшись с одноклассником, я просто брёл по аллее заснеженного парка, попавшегося мне на пути. Мысли со скрежетом прокручивались, загоняя меня медленно, но верно в глубокий депресняк.

— Ирка, греби сюда, нужна твоя помощь, — сестра соскочила с дивана, где возлежала с книжкой в руке.

— Пойдём, пошепчемся к тебе.

А когда устроились на её кровати, я заговорил:

— Слушай, тебе имя Ольга Муравьёва что-нибудь говорит?

— Ты про свою припадочную что ли? Так она училась вместе с тобой. Только она вэшница.

— В смысле? — не понял я.

— Ну ты-то в «А» учился, а она в «В» классе. Бегала за тобой, народ смешила.

— Ну, Ирка, не тормози, давай всё как на духу. Всё, что слышала про неё.

— Да ничего я не слышала, я же тогда в шестом классе училась. Мы в первую смену занимались, а вы старшаки во вторую.

— Ясно, слушай, мне нужно узнать, где она живёт. Может телефон у них дома есть. Короче всё. В идеале было бы её фотку раздобыть.

Сестра задумалась, — не знаю, если только через её сеструху.

— А что с той?

— Так она же в моём классе учится. Только мы не общаемся.

— Ирка, я тебе даю карт-бланш. Делай что хочешь, но выдай мне результат. А я твоим должником буду.

Сестра хитро ухмыльнулась, — а в кафе-мороженное сводишь? И учти, я буду не одна.

— С поклонником что ли?

— Да какой поклонник, с Веркой пойдём. Просто Верка, моя подружка и с этой Сашей они вместе в музыкалку ходят. Вроде общаются.

— Замётано сестрёнка, какая же ты у меня классная, — я обнял Ирку, на что та отреагировала стандартно:

— Дурной что ли, подружку свою лучше обнимай, — а сама довольно улыбается.

— На, держи, — мне в нос Ира сунула небольшую фотографию.

За два дня сестра провела блестящую шпионскую операцию, задействовав тщательно замаскированных агентов в лице своей подружки Верки. Та напросилась в гости и стянула фотку старшей сестры этой Александры. А заодно узнала, где сейчас находится Ольга.

На фотографии три девчонки лет шестнадцати. Они в школьной форме, но судя по белым фартукам, это был необычный день.

— Которая из них?

— Ну ты даешь. Та, что стоит, — и сестра ткнула пальцем в фотографию.

Две девицы сидят на лавке где-то в парке или сквере. Нога на ногу и весело смотрят на снимающего. Третья стоит за спинкой лавки, она расставила руки и наклонилась, чтобы попасть в объектив.

— Я могу её забрать?

— Нет, Верке нужно будет вернуть фотку.

Всматриваюсь в чёрно-белую фотографию. Девушка серьёзно смотрит на фотографа, длинная коса свёрнута бубликом, создавая корону на голове. Качество фотографии не на высоте, поэтому трудно разобрать подробности. Она выглядит серой мышкой, подруги яркие брюнетки, а эта светленькая с белесыми ресницами. Теперь понятно, почему Алексей сторонился дружбы этой девушки.

— На, верни. А что на счёт Ольги?

— Ну, сестрица не особо распространяется, но вроде она уехала в Калачинск к тётке.

— Калачинск? А где это?

— Да небольшой городок, на электричке полтора часа.

— Умничка, а есть данные, где эту Ольгу искать?

— Не-а, но она вроде в аптеке работает фармацевтом.

— Ну уже что-то. Считай, на своё кафе ты уже заработала, завтра поведу вас куда покажете.

До небольшого городка тысяч на пятнадцать жителей я довольно быстро доехал на пригородной электричке. Учитывая, что в городе я впервые, сразу спросил у дежурной по вокзалу ближайшую аптеку.

— Девушка, а у вас есть «дексамол»?

— «Дексамол»? Нет, спросите в рецептурном отделе.

Там тоже нужного лекарства не оказалось, да и откуда ему взяться, когда это лекарство появилось значительно позже. Зато я получил небольшой список из пяти аптек, работающих в городе. Три из них в пешем доступе, последняя у чёрта на куличках. Заодно убедился, что Ольга Муравьёва у них не работает и никогда не работала.

Повезло мне в третьей по счёту аптеке. Немолодая женщина поинтересовалась, зачем мне собственно нужна их работница. Шустро придумал, что она моя соседка и обещала помочь с лекарством для ребёнка:

— А Оля на больничном, взяла по уходу за ребёнком.

Так, уже горячо. Но спрашивать у этой дамы нужный мне адрес бессмысленно. Не даст, старая школа, ещё сталинская. Везде враги мерещатся. Поэтому я дождался, когда на задний дворик аптеки выбегут покурить две девицы. Вот я и подкатил, угостив их настоящим «Космосом» московской фабрики «Ява». Непринуждённая пятиминутная беседа, пара скабрезных анекдотов и бездна личного обаяния. В результате у меня на руках адрес проживания нужного мне человека.

Пока то, да сё, наступил вечер и мне нужно думать, где кинуть кости.

Слава богу, что в этой дыре даже есть гостиница для приезжих. Небольшое двухэтажное здание с гордым названием, чисто случайно совпадающее с названием городка, любезно открыло мне свои двери.

Усатая женщина забрала у меня паспорт, переписала паспортные данные и сунула талмуд мне на подпись:

— Вот Вам ключ, в комнате не пить, не курить, еду с собой не приносить. За нарушения у нас предусмотрен штраф.

Мне так и хочется поинтересоваться, «а дышать-то разрешается?»

— Извините, а удобства…

— Туалет и душевая в конце коридора, — перебила меня женщина и опять уткнулась в кроссворд.

Ну, не Хилтон конечно, но переспать можно. Комната на троих, вроде кроме меня других гостей пока нет. Это судя по застеленным кроватям.

Спустившись вниз узнал, где можно перекусить. В столовке взял невкусные котлеты с перловкой, догнался вполне приличной сдобой под бочковой чай. Отсутствие изысков скомпенсировано невысокой ценой, всего 63 копейки за всё удовольствие.

Потом задумчиво посмотрел из окна на город и решился всё-таки проехаться и найти нужный мне адрес.

Это оказалась типичная пятиэтажная хрущёвка, поднявшись на второй этаж постоял у двери, пытаясь услышать звуки. Потом спустился вниз и попытался определить окна этой квартиры. Свет горит и видны силуэты в зале. Значить люди там точно есть.

С утра пораньше сел в засаду. Нужно действовать оперативно, у меня совсем нет времени, послезавтра начинается учёба. Хотя, пару дней пропустить можно. Думаю, декан сделает исключения для тех, кому далеко добираться.

Часов в десять утра, открылась дверь подъезда и вышли две женщины. Одна постарше, лет пятидесяти. У неё на руках ребёнок. А вторая тащит санки. Устроив малышку в сани они пошли со двора.

Если честно, я малёхо замёрз. Греться-то особо негде, а подъезд тоже вымерзший, без обогрева. Так-что несмотря на мою тёплую куртку и нормальные зимние сапоги, я капитально промёрз.

Специально отпустил женщин подальше, такую цель потерять трудно. А они не торопясь шли вдоль улицы, пересекли проезжую часть и подошли к двухэтажному зданию местной больницы. Не заходя внутрь, прошли вдоль здания и свернули за угол.

Так, а сейчас нужно быть осторожным. Они поднялись на крыльцо и вошли внутрь.

«Детская поликлиника», — прочитал я. Ну правильно, Ольга взяла больничный из-за того, что дочка заболела. Вот они с тётей и пришли на приём к врачу.

Зайдя внутрь осмотрелся. Коридор буквой «Г». Наши санки стоят тут у входа в компании таких же транспортных средств. А вот женщин не вижу.

А, вот где они, сели у нужного кабинета. Девушка скинула пальто и отдала родственнице. Я же мельком мазанул взглядом по ним обеим и отошёл, блин спалюсь. Мне не хватало только криков, «Гад, сволочь, насильник, держите его». Уверен, что моё появление повлечёт самые необратимые последствия. И они будут абсолютно правы. Кому я буду говорить, что я — это не я. Этим только усугублю вину.

Нет, здесь надо действовать потоньше.

Согревшись, я проводил женщин до дома. Убедившись, что они поднялись в нужную квартиру, выждал ещё час. Вдруг Ольга выйдет, например в магазин. Тогда возможно удасться поговорить.

Замёрзнув решил проехать в местный универмаг. Там купил дурацкие огромные солнечные очки, а заодно симпатичную спортивную вязаную шапку. Это для конспирации.

Перекусив в кафешке, я вернулся на пост. Часа в три после обеда мне повезло, Ольга вышла гулять с малой. Судя по всему у девочки не простуда, иначе сидела бы дома. Меня так и подрывало подойти и представиться, помочь с санками. Но решил, что идея так себе, лучше выждать.

Напялив очки и спортивную шапку я нахлобучил капюшон и сделал вид, что кого-то жду. А сам рассматриваю девушку.

Здесь она постарше, чем на снимке. Черты лица правильные, ни грамма косметики. Цвет глаз отсюда непонятный, надо подойти ближе. Волос русый. Одета, а серое клетчатое пальто, красный вязаный берет и короткие сапожки. Довольно высокая, где-то 172 сантиметра, тоненькая фигурка, Даже не верится, что она уже рожала.

Сейчас девушка осторожно за ручку ведёт ребёнка к снежной горке.

Ну, в общем-то по срокам сходится. Малая года полтора, плюс-минус. Если зачала два с половиной года назад, то возраст подходит. Да и не верю я, что меня разводят. Захотела бы, подала хотя бы на алименты. Хотя, иди-знай, как сейчас с определением отцовства. Определяют по свидетелям или по группе крови? Понятия не имею.

Чтобы не рисоваться здесь долго я отходил и возвращался с другой стороны двора. Но, такое ощущение, что девушка вообще не смотрит по сторонам. Она увлечена только своей дочкой. Та заливисто хохочет, когда мама запускает её с горки. Малая неуклюже ковыляет, в своей одежде она похожа на пухлого медвежонка.

Я пробую определить, отзовётся ли отцовское сердце?

Пока молчит, надо посмотреть на девочку, на её реакцию. Но я в себе то разобраться не могу. Если я так резко объявлюсь, то возможно мне разрешат видеться с дочкой. Ольга ведь писала в письме, что не будет возражать. Но тогда мне придётся в корне изменить свою жизнь и переехать поближе. А как же учёба? Отец очень ждёт этого диплома. И вообще.

На следующий день я опять пошел высматривать Ольгу, она также после обеда вывела ребёнка погулять.

А вот на третий день я решил действовать. Когда открылась подъездная дверь и Оля выпихнула вперёд санки, неся ребёнка на руках, я обрадовался. Вскоре выяснилось, что она опять направляется к поликлинике. Ну, наверное анализы сдавать.

Выждав минут пять, я запыхавшись подошёл к гардеробщице у входа.

— Извините, я опоздал, жена с дочкой только что зашли к врачу. Мне надо бумаги ей передать, опаздываю на электричку. А, вот её пальто, я засуну записку во внутренний карман. Скажите, что муж приходил, оставил всё, как обещал.

Женщина проследила за мной и вернулась к своим занятиям, газета видимо очень увлекательная попалась.

Ну всё, осталось только отследить. Через полчаса мои вышли, судя по растерянным движениям, гардеробщица передала, что заходил муж и оставил какие-то бумаги. Ольга раскрыла конверт, прочитала записку и убрала обратно.

Да, я струсил. Как подумаю, что мне придётся глаза в глаза объясняться с человеком, которому я испортил жизнь. Наверняка у девушки были свои планы на будущее. Скорей всего училась на первом курсе какого-нибудь ВУЗа. Мед или универ. Возможно, был друг сердечный и всё рухнуло после одного случая, когда перепивший гадёныш решил позабавиться. Ну, и как итог, вместо учёбы, прозябание в маленьком городишке. Работа в задрипанной аптеке и воспитание малышки в гордом одиночестве.

Хреновая перспективка и я бы понял, если бы девушка всеми фибрами души ненавидела бы меня. Поэтому я вечером и написал ей письмо на полстраницы. В конверт положил сложенное вдвое послание и все деньги, что мне удалось скопить. Там было почти полторы тысячи.

Над текстом долго думал, извинялся, писал про причины. Потом сминал и кидал в мусорную корзинку. В результате получилось нечто коротенькое:

«Здравствуй, Оля. Решился тебе написать, так как объясниться напрямую не смог. Уж больно стыдно за свой поступок. Я прошу прощение за то, что сделал. Я тогда не понимал, что творю. Вообще тот день не помню, был под кайфом, хотя этого ещё хуже. А когда узнал, стало ужасно противно от самого себя. Твоё письмо меня удивило и обрадовало. Удивило, потому что ты пишешь, что меня простила. А обрадовало тем, что у меня есть дочь.

Я разыскал вас, ходил несколько дней вокруг, не решаясь подойти. В результате струсил и решил просто оставить письмо. Деньги эти для дочери. Кстати, какое отчество ей записали в метрику? А деньги я заработал сам, работая по вечерам и откладывая для вас. Так что потрать на себя и ребёнка.

Если напишешь мне, буду очень рад.

Мой адрес: Караганда, общежитие № 2 автодорожного факультета политехнического института, улица Гастелло 13, комната 43. Пахолкову Алексею.»

Не лучший образец творчества, но это лучшее из того, что я нацарапал в тот вечер. Остальное получалось откровенно жалким.

Ехал в поезде назад и на душе вроде стало полегче. Я повинился и буду помогать ребёнку, это однозначно. А там уж как сложится.

Продолжение следует

Сентябрь 2024 года